For The Love of Sport

Не быть рядом было тяжело, но не иметь возможности поговорить — настоящей пыткой. Хавьер скучал по голосу Юзуру. Он также знал, что младший не рад, что всю неделю они не могли поймать друг друга свободными и просто оставляли голосовые сообщения. Направится в бар с командой после игры, звучало как просто шикарная идея. Несмотря на то, что он много не пил, пара бутылок пива после победы всегда были неплохи. Они сейчас в Детройте, так что вокруг холодно и снежно, а бар не такое одинокое место, как его номер, где слышно завывание вьюги. — Чувак, это была хороша игра, — сказал Майло, хлопая Хавьера по спине и садясь за бар рядом. — Я думал, ты с Антоном выбьешь всё дерьмо из того парня, но это всё равно была хорошая игра. Хавьер не сдержал смешок. — Я просто скажу, что кое-кому не нравится, когда я начинаю драки, — произнёс он, потягивая пиво. — Ах, неизвестная Сьюзи, мм? — спросил он, присматриваясь. — Будь честен со мной, — немец оглянулся вокруг. — Рядом нет никого, кто может услышать. — Сердце Хавьера замерло, а Майло склонился ближе, смотря прямо в глаза. — Нет никакой Сьюзи, ведь так? — Ха-ха, о чем ты? — спросил Фернандес, нервно отпивая пиво. — Да ладно, — ответил друг, смотря слишком знающим взглядом. — Помни, ты говоришь с немцем сейчас. Я просто скажу: зима берет начало в горах. — Хавьер нахмурился, сбитый с толку, и Майло поиграл бровями. — Может быть, у меня нет личного опыта, но я знаю, что многие мужчины в своей жизни каким-либо образом… экспериментировали. — Майло, сколько ты выпил? — спросил Хавьер, на что мужчина лишь вздохнул и покачал головой. — Ты отрицаешь, но я знаю, ты понял о чём я, — он поднял свою кружку. — Просто удостоверься, что «Сьюзи» знает, не все в этой команде немцы. Не все были в Альпах. Хавьер осознал, что задержал дыхание, только когда друг ушёл. Майло выбрал очень странный способ сказать: «эй, я не тупой, ты встречаешься с парнем, но такое случается, ничего особенного». Хавьер потёр лоб и допил оставшееся пиво. Он отодвинул пустую бутылку в сторону, и бармен тут же забрал её, заменяя новой. Хави посмотрел на него и нахмуримся: — Я не заказывал ещё. Бармен кивнул головой в сторону, объясняя: — От леди. Хавьер повернулся в указанном направлении и увидел девушку, которая в ответ подняла свой бокал с мартини, приглашающе улыбаясь. Фернандес запаниковал на мгновение, в итоге решая просто остаться сидеть на своём месте и дать ей возможность понять всё самой. Но до того, как он смог позвать бармена и сказать ему, что не собирается это пить, Иван и Джейкоб приземлились на стулья по обе стороны от него. — Во-о-оу! Я видел, эта девушка купила тебе выпить, бро, — сказал Джейкоб, однозначно выпивший достаточно. Он ударил его по плечу: — Попробуй её, Хави. Хавьер скривился. — Спасибо, мне надо было услышать, как ты говоришь это так громко, — он покачал головой. — Я не собираюсь- — Если ты скажешь, что не собираешься хотя бы поговорить с этой красивой девушкой, я начну думать, что тебя ударили по голове слишком сильно, — сказал Иван, оборачивая руку вокруг его плеч. Он заговорщически склонился ближе. — Посмотри на неё, — взгляд переключился на девушку, которая удивлённо смотрела на Хави. — Большая грудь. Большие глаза. Пухлые губы. Шикарная задница. Я имею ввиду, чего ещё ты можешь хотеть от девушки? Хавьер закатил глаза. — Диалог и интересную личность? Иван фыркнул. — Это бар. Она не хочет твой «диалог», она хочет твой член, мужик. — Понятно почему ты один, с таким-то чарующим языком, — отметил Хавьер. — Смотри, ты слышал, что я говорил со Скоттом про Сьюзи. — Сьюзи — девица, которая не хочет встречаться с тобой? — заметил Иван. Скотт и Бретт присоединились. — Что насчёт Скотта? — спросил сам упомянутый, переводя взгляд с одного на другого. Иван толкнул плечо Хавьера немного сильнее нужного. — Хави использует ту девку, про которую он тебе рассказывал, как оправдание тому, что не собирается принять пиво от вон той горячей цыпочки, — сказал он, и все они посмотрели в нужную сторону. Она усмехнулась и подмигнула, посылая Хави поцелуй. Он поерзал от дискомфорта. Скотт задумчиво промычал. — Я понял, что ты очень печёшься о Сьюзи, мужик, но если она единственная, кто продолжает отказываться, значит она и не была никогда твоей. — Он пожал плечами. — Тебе решать. Но если Сьюзи не хочет быть преданной тебе, почему ты должен быть преданным ей, когда такая дама хочет повеселиться? — Мужик, если не хочешь её, иди поговори за меня, — перевёл тему Бретт, кивая ему и подмигивая. — Я не скажу нет, это точно. Хавьер скривился в отвращении. — Ага, и думать не хочу, какие болезни ты передаёшь своей девушке, с такой-то развязностью, — сказал он холодно. — Боже, вы неандертальцы. — Хавьер взял пиво и направился в другую часть бара, чтобы поговорить с девушкой, оплатившей эту выпивку для него, лишь бы уже сбежать от общества своих отвратительных сокомандников. Он улыбнулся, подойдя к ней. — Привет, я Хави, — представился Фернандес, на что она с улыбкой подала ему руку. — Вероника. Вы, парни, хоккеисты, ведь так? — она спросила, и Хавьер сразу же понял, что они были правы: она просто puck bunny*, котороя ищет очередного хоккеиста, чтобы поднять счёт. — Да, — ответил он. После поднял бутылку: — Спасибо за пиво. — Нет проблем, — ответила девушка, быстро пробегаясь по нему взглядом. — Итак, расскажи мне о себе, Хави. Ты играешь в хоккей. Что ещё? — Эм, ну, мы из Торонто, но как ты, наверно, заметила, я из Испании. — Да, я заметила сексуальный акцент, — сказала Вероника, опуская руку на его колено, когда он скрестил свои ноги. — Итак, Хави из Испании, у тебя есть девушка? — Я… хм, нет вроде бы? — неуверенно ответил он, немного краснея от её прямолинейности. Он цеплял девушек в барах раньше, но очень редко они сразу переходили к причине интереса. Вероника склонилась ближе, губы коснулись его уха, когда она прошептала: — Хочешь уйти отсюда? Он слышал, как вся его команда радостно гудела и поддерживала его, поэтому обернулся и убедился, что, да, семь парней столпились с другой стороны барной стойки, наблюдая за ним и давая друг другу пять. Он посмотрел на Веронику в панике. — Эй, хм, я сейчас вернусь, уборная, — сказал Хавьер, соскальзывая с барного стула. Он зашёл в туалет и закрыл дверь, как только удостоверился, что помещение полностью пустое. Фернандес достал телефон и, как только нашёл нужный контакт, нажал кнопку вызова. Он попытался собраться, зачесывая волосы со лба назад. Он знает, что это не будет легко. Он знает это. Но он также знает, что команда больше не купится на «Сьюзи», как на оправдание, после того, как на их глазах красивая девушка трогала его ногу и практически целовала ухо. Ему надо придумать способ выбраться из этой ситуации, и единственный честный путь именно тот, которому он пытается сейчас следовать. — Алло? Хави? — Фернандес провёл рукой по своему лицу, услышав этот голос. — Хэй, Юзу. — Хаби, уже поздно, не так ли? Почему ты не спишь? — спросил Юзуру. — Я счастлив услышать тебя, — добавил он. — Я просто думал, что ты уже спишь. Хавьер слабо рассмеялся. Он ненавидит свою жизнь. — Я очень рад услышать твой голос тоже, Кари. — Испанец оперся о раковину и прижал затылок к зеркалу. — Юзуру, я должен попросить тебя кое о чём. И пожалуйста, пожалуйста, помни, как сильно я люблю тебя. — Что такое, Хави? — невинным голосом спросил младший. Хавьер закрыл глаза: — Итак, я вышел в бар с командой после игры- — Ох, да, ты выиграл? — спросил с энтузиазмом Юзуру. Фернандес слабо рассмеялся: — Да, мы выиграли. — Он стиснул зубы. — Е-й~! — Мне нужно разрешение, и, пожалуйста, не психуй, — молил он. — Итак, одна девушка купила мне выпить, и вся команда была здесь, поэтому я пошёл поговорить с ней. Просто поговорить, — сделал он ударение быстро. — Но она реально очень старается уйти отсюда со мной, и вся команда смотрит и поддерживает меня, и единственный способ выбраться из этой ситуации — уйти с ней. Повисла долгая тишина, и когда Юзуру наконец заговорил, в его голосе было ровно ноль энтузиазма. — Ты хочешь пойти домой с какой-то девушкой? — спросил он предупреждающим голосом. — Нет! — быстро ответил Хавьер. — Нет, просто… просто уйти из бара с ней, избавиться от команды, а потом вернуться в номер. Одному. — Так ты хочешь получить моё разрешение сделать так, чтобы твоя команда думала, что ты трахнул какую-то девушку? — спросил Юзуру, звуча все менее счастливо с каждым мгновением. — Я не могу поверить, ты не звонил мне днями, и это причина, почему ты наконец позвонил мне. — Я знаю, я знаю, малыш, — простонал Хавьер. — Мне так жаль! Я обещаю, я реально ненавижу это, но мне нужно только чтобы ты сказал, что не против. Я просто чувствую, что должен сказать тебе до того, как сделаю что-либо. — Это выглядит всё более подозрительно, Хави, — сказал Юзуру. — Если ты просто хочешь обмануть команду, почему бы просто не рассказать ‘ох, забавная история’ позже? Спрашивая разрешение, ты заставляешь всё выглядеть так, словно хочешь не просто уйти с девушкой. Хавьер хорошенько приложил себя пару раз затылком о зеркало. — Я, наверно, должен буду поцеловать её. Вот почему я спрашиваю разрешение. Я должен буду поцеловать её, а потом скажу, что передумал, и может быть поцелую ещё раз на прощание, в качестве извинения. — Ох! Так вот реальная причина! — выпалил Юзуру. — Ты хочешь разрешение поцеловать кого-то ещё, просто потому, что не хочешь выглядеть слабаком перед командой! Я не могу поверить в это, Хави. Ты реально позвонил мне впервые за эти дни, чтобы получить разрешение поцеловать случайную незнакомую женщину! — Мне жаль. Мне так жаль. Я понимаю, — сказал Хавьер, полным вины голосом. — Я просто чувствую, словно они подозревают о чём-то. Мне нужно избавиться от них. Если они подумают, что я трахнул её, они слезут с моей спины. — Почему ты не можешь просто уйти? — спросил Юзуру, голос напряжен, словно он собирается плакать, и Хавьер сразу почувствовал себя мудаком. — Почему так важно, что они думают? У тебя есть фэйковая девушка, просто скажи им, что не хочешь никого, кроме неё. Почему вам, тупым хоккеистам, нужно быть такими мачо и озабоченными? Хавьер опустил голову: — Потому что они такие, Юзу. — Всё равно, — сказал Ханю, и теперь испанец был точно уверен, что тот плакал. — Делай, что хочешь. Целуй её. Трахни её. Мне всё равно. Просто не говори мне, так как я хочу продолжить делать вид, что мой парень любит меня достаточно, чтобы не трогать других женщин, просто потому, что его друзья мудаки. Юзуру сбросил звонок, и Хавьер обнаружил своё сердце высоко в горле. Он закрыл глаза, борясь с желанием позвонить снова и молить о прощении. Испанец пару раз глубоко вдохнул, настраиваясь, а затем кивнул. Он должен сделать это. Он должен выбраться из этого, не сделав Юзуру больнее, чем он уже сделал. Когда он вернулся обратно в зал, то подошел к Веронике и сказал: — Я ухожу. Что насчёт тебя? — Веди, красавчик, — ответила она. Команда Хавьера поддерживающе загудела, словно подростки, когда он взял руку Вероники и позволил ей вывести себя из бара.

***

На протяжении всего пути в направлении квартиры Вероники, Фернандес чувствовал вину, поедающую изнутри. Он не собирался заходить с ней внутрь, но всё ещё пытался придумать, как отказать ей помягче. Он посмотрел вниз на её руку в своей руке и почувствовал отвращение, увидев маникюр на ногтях. У Юзуру были вытянутые маленькие ручки, но он грыз ногти, поэтому они выглядели совершенно не так. Он смотрел на неё, пока они шли, и думал, как сильно скучает по маленьким, блестящим карим глазам, которые практически исчезали, когда Юзу широко улыбался. Её глаза были большими и голубыми. Даже просто мысли о Юзуру заставляли его чувствовать себя плохо. Целуй её. Трахни её. Делай, что хочешь. Хавьер вздрогнул от этих слов. Даже идея тронуть девушку рядом в таком смысле была немыслимой. Она не была его прекрасным Юзуру. У неё не было бесконечного пространства бледной кожи, покрытой шрамами и царапинами, свойственными спортсменам. У неё не было этого непривлекательного, гусиного смеха, который заставлял саму душу Хавьера наполняться счастьем. Раньше он бы с удовольствием переспал с подобной девушкой, и это только показатель того, как глубоко он влюблён, раз испытывает ноль интереса, даже в качестве фантазии. — Я не могу сделать это, — он остановился посреди тротуара. — Это смешно. — Эм, что? — спросила Вероника, и Хавьер скривился, улыбаясь ей в качестве извинения. — В общем, я собирался придумать оправдание не идти в твою квартиру, но, наверно, я должен быть честен сейчас, — сказал он, не беспокоясь, что они стоят посреди улицы. — Я не свободен. У меня есть кое-кто. Моя команда не знает об этом, поэтому я таким образом хотел избавиться от них, просто появиться в твоей квартире и сделать вид, что я устал; но это слишком глупо, — он покачал головой. — Мне правда жаль, что я увёл тебя, но ничего не будет. Я собирался просто поцеловать тебя на ночь и всё, но я не смогу сделать даже этого. Я сделал звонок до того, как уйти из бара, и закончилось это ссорой, потому что мы не виделись уже шесть недель, и просто возможность того, что я поцелую тебя, спровоцировала ссору, и я не могу сделать этого, — он задержал дыхание и посмотрел на Веронику, которая смотрела в ответ широко раскрытыми глазами. — Воу, это отстойно, — сказала она, а затем засмеялась. — Чувак, ты думаешь, парни такие тугие насчёт чувств, что не можешь рассказать им правду? — она покачала головой. — Это круто, парень. Не наказывай себя слишком. Это на самом деле достаточно мило, — признала девушка. — Ты любишь её так сильно, что не хочешь целовать другую девушку. Хавьер смущённо улыбнулся: — Мне правда жаль. — Эй, хорошо, что ты не сделал меня тем человеком, который разрушил счастливую пару, — остановила она. Фернандес прикусил губу, когда его внезапно посетила идея. — Кстати об этом, я могу поросить об одолжении?