Второй шанс для создания воспоминаний

- «Привет Уго! Как поживаешь? Сейчас я веду дневник, на корабле, который отправился из Магноштада. После битвы я помог людям из Магноштада восстановить их страну. «Уровневая система гражданства» в Магноштаде была отменена, и все люди начали свои первые шаги в жизни, где они не полагаются на магию постоянно. Магноштад остался нейтральной силой по отношению к Рэм и Ко, но с учетом помощи Альянса Семи Морей и Рэм, которые помогли возродится Магноштаду, то не удивлюсь, если в будущем они станут союзниками. Более того в Рэм появился новый Маги, Титус! Но поскольку мы ещё волнуемся за его здоровье, команда из медиков отправилась к нему из Магноштада. И да, через два месяца состоится встреча дядюшки Коэна и дядюшки Синдбада. И ради того, чтобы понять, что надо нам сделать для мира, я расскажу сестрице Люси, Али-бабе, Море и остальным о том, что ты мне доверил!» -Алладин, тепло улыбаясь, сосредоточенно продолжал заполнять страницы своего дневника, посвящённый давнему другу. Заслышав звенящий голос сестры, маги закрывает дневник и убрав под подушку, спрыгивает с кровати и выбегает из каюты. Он толком и выйти не успел из трюма, как лучи солнца ударили в лицо, заставляя зажмурить глаза. -Мы приплыли! -с энтузиазмом воскликнул Али-баба, заражая его своей улыбкой. - «До собрания мы решили обосноваться в одном месте, и эта страна очень дорога нам, королевство Синдрия!» -мысленно завершил последние строки своего дневника Алладин, ощущая прилив ностальгии по этому острову, с которого у них всё и началось. -Давно не виделись, Алладин, Мор, Али-баба! –весело поприветствовала Писти, прыгучими шашками останавливаясь напротив маги. Ещё шире растягивая улыбку и повертев перед его лицом цветочной гирляндой, она надевает его ему на голову. –Вот держи. И с возвращением в Синдрию! -Писти! –запел Алладин и тронутый таким теплым приемом, расплылся в лучезарной улыбке. -Алладин, спасибо что помог Яму в Магноштаде, -признательно сказал Хинахохо и гортанно хохотнув, похлопал того по плечу. -Ты совсем не изменился! -Извольте не согласиться. Посмотри внимательно, Писти, -возразил Спартос, окинув оценивающим взглядом Алладина. Писти почесав щеку, повернулась к маги и взяв его за руки, с любопытством провела глазами черту между их головами. -Гья-я-я! Мы одного роста теперь! –Писти схватилась за голову и удрученно упала на колени. Алладин, Моржана и Али-Баба с генералами погрузились в бурную суету обсуждения прошлого, но через несколько минут одновременно замолкли, переглядываясь между собой в поисках ещё одной важной персоны.       Джафар, глубоко вздохнув, направился к кораблю, чтобы найти пропажу, на поиски которой не ушло много времени, поскольку, как только он поднялся на палубу, заметил знакомую макушку, выглядывающую изнутри большой бочки. -Лю-ю-си-и!! -от шипящего голоса она вздрогнула и тотчас приготовилась к бегу. Вот только она не успела даже выбраться из бочки, как Масрур подхватил её за подмышки, вытащил из укрытия и закинул на плечо так быстро, что она даже ничего не осознала. -Мы нашли её! Масрур присел и, не напрягая ни одной мышцы, создал для себя толчок и одним рывком спустился с корабля на пирс, деревянные доски которого скрипнули под его весом. Алладин, Моржана и Али-Баба не могли не восхититься его уверенной осанкой и каменному лицу, поэтому начали аплодировать.       Люси, всё ещё находясь на его плечах, поникла, когда встретилась с взглядами Ямурайхи и Писти. Когда фаналис поставил её на землю, она, не справившись с нарастающим внутри смятением, машинально взялась за подол платья, опуская глаза к ногам. -Люси-и! / Люси-и-чка-а! -сквозь не долгую паузу радостно запищали дамы, захватывая её в крепкие объятия. Златовласая замерла, а спустя мгновение нетерпеливо обняла их в ответ и крепко зажмурилась, силясь не заплакать от облегчения. -Мы рады, что с тобой ничего не случилось! -Ребята… Вы меня задушите! -пискнула Люси, затаив дыхание под натиском объятий восьми генералов. Она ожидала услышать упреки, обидные слова или ловить презрительные взгляды, а также думала о том, что они будут игнорировать её. Но вместо этого встретили её крепкими объятиями, говоря, что очень сильно скучали по ней. По ней, которая хоть и не специально, но вернулась генералом принца вражеской империи, угрожавшей им войной. *** Как только солнце медленно скатилось за горизонт, погружая мир в мягкие оттенки розового и золотистого, Синдбад решил устроить небольшой пир в честь своих дорогих гостей. Празднество проходило в том же месте, где когда-то радостно отмечали триумф над лабиринтом Загана, но на этот раз над головами собравшихся возвышалась округлая каменная крыша, поддерживаемая четырьмя величественными колоннами. Небо постепенно темнело, а звезды, как драгоценные камни, начали мерцать на фоне углубляющегося синего бархата, придавая всему происходящему особую магию.       Вместо традиционного стола была разложена большая белоснежная покрывало, на которое были раскинуты округлые подушки, создавая уютное пространство для отдыха. Легкий вечерний ветерок приносил с собой свежесть, наполняя атмосферу ароматами восточных специй и сладких угощений. В воздухе звучала живая музыка: мелодии лютни и флейты переплетались с ритмичными ударами барабанов, под которые, на сцене, кружились молодые девушки.       - «Вся эта атмосфера напоминает мне дни, проведенные в Хвосте Феи», -призадумалась Люси и тоскливо улыбнувшись, сделала пару глотков чудесного вина. - «Ты бы хотела встретиться с ними?» - «Да, -без колебаний ответила она и уловив обреченный вздох джинна, вздохнула. -Прости, Азель. Как бы обидно и грубо это не звучало, но... они моя дорогая семья, которая спасла меня от одиночества. Я никогда не смогу отказаться от них, понимаешь?» - «А как же я и Алладин?» -голос его показался таким глухим и отрешенным, что Люси вяло прикрыла глаза, откидываясь на колонну. Неловкая тишина была необходима ей, чтобы подобрать нужные слова, а Азель терпеливо ждал. У него не было намерения давить на неё. Искренность требует времени.       Сладкий запах выпечки и легкая нотка цветов ударили в нос, и Люси открыла глаза, опуская их на заполненный до краев бокал вина. Собираясь с мыслями, она отпила жидкость, опустошая его наполовину. - «Азель, -осторожно начала Люси и перед этим сделав ещё один глоток - и вот уже бокал опустошен. -Вы моя причина жить дальше. Я не смогу отказаться от вас ради возвращения в свой мир, -пряча глаза за локонами челки. -Чтобы быть с вами я постепенно отпущу своё прошлое, поэтому... не волнуйся, я не буду искать способ вернуться назад». -Ты че такая задумчивая? –спросила Ямурайха, тем самым обрывая беседу Люси и не давая ей расслышать ответ Азеля что-то вроде «Надеюсь, ты не соврала». –Думаешь о том парне с шарфом? -ляпнула она, испуганно закрывает рот рукой. -Не волнуйся ты так, -поспешила успокоить её Люси, натягивая на себя улыбку, скрывающую печаль. -Вероятно, где-то глубоко внутри себя я уже начала отпускать ту ситуацию... просто не могу до конца принять то, что больше не смогу его увидеть, -пальцы её непроизвольно коснулась медальона, который теперь остался ей напоминанием о Нацу. -Ты очень сильно его любила, да? -в голосе Писти просквозила нотка сочувствия, а темно-розовые глаза наполнились сочувствием. -Ч-что?! -смущенно вскрикнула Люси, невольно спрятав окрасившиеся ярким румянцем щеки за руками. -Неужели сестрица любит того братика? –с интересом подметил Алладин, ближе подсаживаясь к ней. -Да нет же! –она вскочила на ноги, прикрывая своё красное лицо одной рукой, а другой отмахиваясь. - «Чего отрицаешь? Сама же призналась ему в чувствах или забыла?» -вставил игривым голосом свои пять копеек Азель. -Что это тут у нас? -заинтриговался Али-баба, хитро заулыбавшись. -Наша стойкая воительница смущается? Вспыхнув гуще прежнего, Люси накинулась на него кулаками. Между ними завязалась перекати-поле: они сильно тянули друг друга за волосы и при этом успевали обмениваться подколами. Остальные же просто залились смехом от их красноречий. -Эй, Люська! -вмешался в их потасовку Шарркар, неся в руках кувшин с вином. -Давай устроим матч-реванш. За получасовую дурную битву лучший мечник Синдрии и заклинательница уже успели осушить не меньше десяти кувшинов с вином, наслаждаясь каждым глотком, который лишь подогревал азарт.       Шарркар, не в силах выдержать еще один кувшин, икнул и, закатившимися глазами, отключился. От такого зрелища Люси, не сдерживая торжествующего смеха, рассмеялась, ликуя над победой в пьяной схватке. -Мне, пожалуйста, ещё! -она произнесла слова с трудом и явно не осознавая всей степени своего состояния. -Хватит тебе уже! –резко заметил Али-Баба, на что Люси наивно склонив голову, странно посмотрела ему в глаза, а затем, обретя пьяную улыбку, встала на четвереньки, со словами: -Потискай меня! –положившись на одну руку, выставленную на землю, другой она указала на свой подбородок. –Потискай, Али-бабушка! -Ч-что? –стушевался Али-Баба, краснея не чуть ли до корней волос. -Иди спать, дура! Нахлюпалась же! Люси, зажмурив глаза и протестующе завертев головой, вскочила на ноги. Шаркая от ноги к ноге, она метнулась ближе к Алладину. -Алладинушка-а!! Али-баба меня ругает! ИК! -она притягивает его за голову и плотно прижимает его лицо к своей груди. Один не верный отступ назад и Люси с Алладином грохаются на землю. Мужская половина покраснела и как подобает скромнягам отводят взгляды в сторону, стараясь скрыть раскрасневшееся лицо. Девушки же смущенно запищав, прикрыли глаза от неловкости. Алладин оказался лицом к лицу с грудью Люси, непроизвольно выставив руки в стороны от её плеч, чтобы не задавить её весом. В результате короткое платье заклинательницы немного задралось, открывая взору случайных свидетелей её ягодицы. -Люси-сама! / Люси! –испуганные шепоты Моржаны и Ямурайхи были заглушены музыкой, когда они разбежались по сторонам. Ямурайха подхватывает Алладина за подмышки, так как он отключился от избытка возбуждения, и поднимает его на ноги, в то время как Моржана, смущенно метя глазами по сторонам, быстренько подправила сестре платье.       Люси, пользуясь тем, что фаналис, закинув её правую руку себе на плечо, поднимает её, искренне заверещала: -Моричка-а! Я так тебя люблю! –утягивая застенчивую фаналис в охапку теплых объятий, она принимается расцеловывать её в лоб, нежно, как будто дарила ей частичку своей любви. -Хе-хе! -наклонившись чуть ниже, златовласая коснулась края её глаз, оставляя там лёгкий след своих губ. -Ты так подросла, моя маленькая кошечка! -она прищуривает искрящиеся счастьем глаза и ещё раз крепко обняв, продолжает одаривать её влажными поцелуями по щеке. -Я... я... я тоже люблю вас, поэтому вы и должны пойти спать! –не сдерживая улыбки сказала Моржана и вновь закидывая руку хвостатой на плечо, только вот она, словно не замечая её слов, резко вырвалась в сторону. -Ик! Давайте танцевать! -закричала Люси, и вырвавшись из под навеса, к открытому небу, где звёзды мерцали, как драгоценные камни на чёрном бархате ночи, начала кружиться в ритме своей внутренней музыки. -ООО!! -восторженно воскликнули трезвые генералы и зааплодировали. Пластично изгибая руки и бедра, Люси, веером разметая волосы, покружилась, подставляя лицо мягкому свету луны.       Несмотря на опьянённый разум, она двигалась с таким изяществом, что создавалось впечатление, будто парила над землёй. Каждый разворот был наполнен легкостью, а пленительные движения рук создавали иллюзию того, что она управляет невидимыми нитями, связывающими её с окружающим миром. Её ладони, словно лепестки цветов, распускались в воздухе, описывая изящные арки и завитки, притягивающие взгляды и восхищение. -Не знал, что она умеет быть такой... -замялся Али-Баба, решив, что не стоить этого произносить, чем позабавил Моржану. Движения Люси становились всё более выразительными, будто она медленно растворялась в музыке, забывая об окружении. В будничной обстановке для всех она казалась приятной на лицо, и некоторые определённо симпатизировали ей, но не более. Сейчас же, когда она сняла эту маску черствости, она впрямь казалась завораживающей. И привлекало внимание не столько её тело, сколько глаза, которые горели таким озорным блеском, что отвести от них взгляд было сложно.       Вызывая волну разочарованных окликов, Люси резко остановилась, обмахивая ладонями лицо. -Голова кружится... Ик! -ей стало некомфортно от прилившего в голову жара. -Ик! Что-то мне поплохело, –добавила она и без какого-либо стеснения начала снимать платье снизу вверх. -Достаточно! –грубые, сильные мужские руки схватили Люси за локти до того, как её трусики показались. -Ты слишком пьяна! -Отпусти! Ик! Боже-е, как же меня бесит твоё лицо! –брезгливо плюнула она, бросив через плечо на Синдбада презрительный взгляд. –Свали! Отпусти! Ик! -затылок её столкнулся с широкой грудью короля, на чьем лбу вздулись вены. Синдбад проводит языком по внутренней щеке и, что-то недовольно фыркнув себе под нос, нагибается и, игнорируя вялые потуги, закидывает её тушку себе на плечо. -Эй! Отпусти меня!! Я кожу сдеру с тебя, если не отпустишь! -Я отнесу её в покои, а вы продолжайте веселиться, –Синдбад и слушать не пожелал, одарив всех натянутой улыбкой, направился к дворцу. -Похоже, он зол, -умозаключили Писти и Ямурайха. Последняя с особым рвением трясла за плечи бессознательного Алладина. *** -Откуда у неё такой обширный словарный запас? -обессилено вздохнул Синдбад, и, не ожидая ответа, шагнул в покои Люси. -Наконец-то! -мышцы гудели от тяжести. Нет, она не была тяжелой, но нести дергающуюся тушку всю дорогу было слегка утомительно. Подойдя к кровати и аккуратно положив златовласую на неё, он замер, когда она слегка согнула колени, открывая вид на бежевые трусики. Смутился, как мальчишка, которого поймали за подглядыванием. Она творила всякое, чудовищной волной вливая в его кровь столько эмоций, справиться с которыми за раз не получалось. Уйти. Ему срочно нужно уйти. Но концы волос были неуверенно перехвачены. -Не уходи... -тихий шепот ворвался в сознание покорителя, на пору с руками, которые не давая ему даже шанса обернуться, крепко обняли со спины. -Я ненавижу тебя... но сейчас не хочу оставаться одна, -в силу того, что она стояла на коленях у края кровати, ей приходилось прижиматься к нему, чтобы не упасть. -Люси, -также тихо произнес Синдбад, накрывая её ладони своими. Затем, убрав их с талии, он поворачивается к ней лицом и успевает придержать за плечи, не позволяя ей упасть. Найдя опору, выставив руку на его локоть, она поднимает голову. Встретившись взглядами, он изумленно округляет глаза. От проникшего нараспашку открытого окна света луны пелена слез, которые так и рвались вырваться наружу, сверкнула. -Знаю, выгляжу жалко, -горько усмехнулась Люси и, стыдливо отвернув голову, тускло призналась: -Я не могла позволить себе быть разбитой рядом с детишками... Они бы винили себя, что не смогли помочь мне спасти Нацу... лишь по этой причине... я не могу горевать перед ними... -горячая слезинка потекла по её красной щеке и, задержавшись на подбородке, разбилась об руку Синдбада. -В том, чтобы плакать, нет ничего зазорного, -он опускается перед ней на корточки, сжимая её ладони в своих и заглядывая в смертельно уставшие глаза. Он ждал, что она в своей манере оттолкнёт его или даже даст пощечину, но хвостатая лишь шмыгнув носом, присела на колени на кровати. «Настолько пьяна?» - проскользнула мысль, и он через силу сдержал прорывающийся смешок, который сейчас был бы неуместен. -Раньше... -прикусив нижнюю губу, что та треснула и во рту появился привкус железа, заставляя её брезгливо сморщить лицо. Синдбад, повинуясь порыву, накрыл указательным пальцем её треснувшую губу и провел им вдоль, тем самым не позволяя ей и дальше причинять себе вред. Минута прошла, а Люси так и не отстранилась, позволяя Синдбаду скользить подушечкой пальца по нижней губе. Воображение разгорячилось, и в голове стало настолько пусто, что он, едва подавив в себе животное желание накрыть её губы своими, остановился, но руку не убрал. И пока он боролся с собственным порочным вожделением, хвостатая подняла на него слезные глаза и нерешительно подняла руку, зафиксировав пальцы на его запястье руки, которой он до сих пор касался её губ, и потянула вниз, укладывая себе на колени. -Раньше мне казалось, что если я вспомню о себе... о своем прошлом, то стану очень счастливой, но... -шершавые девичье пальцы сжали холодные мужские руки. -Наверное, это и называют иронией. Кроме боли, тоски и сожалений... она мне ничего не принесла. Губы Синдбада сложились в тонкую линию, и он опустил голову, меланхолично уставившись на её руки. Тонкие и покрытые мозолью пальцы, как от пишущего пера, теснили его грубые ладони. -Чувства, что терзают тебя... их никто не сможет понять. Насколько бы человек не был сострадателен, невозможно понять чьё-то сердце. Я лишь могу разделить твою боль, но облегчить её не смогу. Это невозможно. Люси сглотнула ком в горле и тряхнула головой. Она не хотела говорить, открываться ему, однако слова сами полились рекой, звуча очень тихо и будто бы через силу. -Когда мама умерла, я проводила все свои дни в комнате. Мне не хотелось ни играть, ни есть. Пропало желание даже просыпаться. -она прикрыла глаза и стиснула зубы. Вспоминать о тех днях оказалось куда сложнее, чем она думала. Синдбад легонько сжал её ладони. -Я помню, как пришла Водолей и облив холодной водой, сказала: «Прими её смерть достойно. Не омрачай её память. Береги и храни о ней воспоминания. Она будет жива до тех пор, пока мы помним о ней». Кажется, после этого я и пришла в себя, -Люси сглотнула. -И вот сейчас, я потеряла ещё одно дорого человека... и желание вернуться назад, к своим друзьям из Хвоста Феи. Как только её хватка ослабла, Синдбад бережно и неторопливо оттянул руку, но лишь для того, чтобы накрыть её соединённые вместе ладони и заглянуть в смертельно уставшие глаза. -Ты чувствуешь вину перед Алладином? -тихо спросил Синдбад, прекрасно зная, что она ответит. Глаза её были куда честнее и быстрее губ. -В желании вернуться туда, где ты обрела почву... нет ничего плохого. -Неужели ты думаешь, что я не понимаю этого? -горько покачала головой Люси и заметив удивленно распахнутые глаза собеседника, поджала губы. - «Не стоит ему грубить. Он просто пытается помочь тебе», -заметил Азель, заставляя покорительницу напрячься всем телом. «Будто я этого не понимаю». Заклинательница закаленная холодным отношением отца, просто не могла иначе. Отчего-то едва ощутимая в душе ярость, после смерти шаман Чаган, так и не угасла, будто с каждым днём росла, поглощая в ней всё светлое. И эта посилившаяся в душе отчаяние выплескивалась именно рядом с этим королем.       Печальный и смертельно уставший взгляд устремился прямо на молча чего-то ожидающего Синдбада, а губы, не издав ни звука, растянулись в подобии улыбки и произнесли короткое «Прости».       Синдбад лучше всех понимал каково это терять дорогих людей один за другим и из ниоткуда вырывающуюся из души негодование к миру, что пеленой туманил разум. И лишь по этой причине его сковывало молчание, а колкие ответы утихали у самих губ. Он отпустил её ладони из цепкой хватки и поднявшись, сел рядом с ней на край кровати, затем накрыл её голову рукой и вынудил лечь себе на колени, что она послушно и сделала. Уж в этот раз он не смог сдержать прорвавшийся смешок внутри себя: её сегодняшняя покладистая манера очень забавляла. -Кхм! -вернув себе привычное непроницаемое выражение лица, он трепетно перебирая её золотистые локоны, прибавил: -Если хочешь поплакать, плачь. Я буду рядом до тех пор, пока тебе не станет легче. -Больно надо! Тишина обвила комнату. Синдбад блещущими какой-то меланхолией глазами вглядывался в потолок, пропуская сквозь пальцы шелковистые локоны Люси и напрочь игнорирует мокрые капли, что падали на колени.       Он не решаясь проронить и слова, молча слушал, как давясь беззвучными рыданиями, златовласая зажимала рот. Наверное, если бы она не была настолько пьяна, то даже под угрозой смерти не показала бы свою такую сторону.       Даже сейчас, когда она истерично рыдала, упорно боролась с желанием высказаться, отказываясь открываться перед ним. Златовласая выплакала вплоть до глубокой ночи, пока истощение не овладело ею, и она заснула.       Синдбад осторожно, боясь её разбудить, поднял на руки и бережно уложил на постель. Глазами он скользнул по бледным щекам, на которых остались слезные дорожки. -Что же ты со мной делаешь, Люси? -выдохнул он, проводя костяшками пальцев по её щеке. -Нацу... -шепнула златовласая, сквозь сон схватив его за запястье. Не желая нарушить её сон или просто подаваясь порыву своих желаний, Синдбад лег рядом. -П-прости меня... головешка... -Насколько же были сильны твои чувства к нему? -хрипло, почти обиженно пробормотал покоритель, сокращая расстояние между их лицами и прижался своими губами с её потрескавшимися. Ему придется довольствоваться только этим. *** Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки золотистого. Его лучи бережно касались долин и морей, постепенно пробираясь к острову Синдория. По мере своего продвижения они охватывали все новые пространства, и вскоре достигли города, освещая его узкие улочки. Вскоре свет солнца проник в великолепный дворец, который возвышался над остальными зданиями. Лучи света, проникая в двор и сад, прежде чем, наконец, оказаться внутри самого дворца.       Первые солнечные лучи коснулись лица Люси, заставляя недовольно сморщить носик. Её инстинктивное желание перевернуться на другой бок и укрыться от света было прервано нежданным движением: кто-то крепко обнял её за талию, не позволяя сдвинуться с места. Она выпучила глаза, и озадаченный взгляд встретился со спящим лицом Синдбада. Его спокойное выражение лица и мягкое дыхание вынудил сердце бешено забиться от негодования. - «Мать твою! Что я натворила?!» -завыла внутри себя хвостатая, зажмурив глаза и прикусив все десять пальцев. - «Ооо! Ты не спрашивай, а я не буду отвечать», -ехидно ответил Азель, показательно зевнув, что покорительница вздрогнула всем телом и неистово начала кусать себя за пальцы. Ругаясь про себя, она крепко зажмурила глаза, отчаянно пытаясь восстановить в памяти вчерашние события. И, словно по щелчку пальцев, перед внутренним взором начали всплывать её вчерашние выходки, от которых она была готова провалиться сквозь землю. Закончив терзать укусами пальцы, она принялась за губы и в душе неистово крича на себя, пустила воображаемые слезы по щекам. -Не кусай губы - это плохая привычка, -сонным и хриплым голосом запричитал Синдбад, коснувшись её губ, и она механически прекратила. Кровь прилила к щекам. Теперь, когда не затуманенный алкоголем разум прояснился, общение с этим полудурком перестало казаться ей чем-то приятным и успокаивающим. -Почему ты не ушёл? -цокнула языком Люси, напустив на себя привычное безразличное лицо, которым одаривала его с самого их знакомства. -Я никогда не упускаю возможности поспать с такой красоткой, -с ехидной усмешкой ответил Синдбад и соблазнительно подмигнул ей. Не получив ожидаемой реакции, он потянулся, вытянув руки над головой. Мягкая простынь скользнула с него, открывая её взору его нагую фигуру. -Эксбиционист хренов! -крик Люси, перемешенный смущением и яростью разразился по дворцу. Вслед за этим голое тело короля было с пинка выброшено через окно. -П-п-почему вокруг меня одни дебилы, да извращенцы?! -неистово закрутившись в постели и потирая глаза, будто желая избавиться от впившегося в память образа голого Синдбада. - «Люди привлекают себе подобных», -не смог удержаться от замечания Азель и разразился смехом. -Лишь из-за обстоятельств я оказывалась голой! -пыталась очистить своё доброе имя Люси и прямым значением этого слова «поплелась в ванну». Она тщательно умывается, чтобы избавиться от въевшегося в тело запаха полудурка, в мыслях проклинала его, а вышла из ванны только спустя полчаса, вся покрытая красными отметинами от ногтей.       Неохотно открыв шкаф, с заранее подготовленными для неё платьями, Люси с недовольными глазами окинула наряды. С громким скрипом зубов она резко закрыла двери шкафа, и призвала Деву. Звездный дух любезно исполнила просьбу держательницы и принесла для неё одежду. В руках Девы оказалось великолепное одеяние: длинная голубая юбка с высоким разрезом на правом боку и такой же по цвету топик с завязками спереди, которое подчеркивало её грудь.       Отозвав духа обратно, она не спеша оделась. Оценив своё отражение в зеркале, хвостатая довольно улыбнулась, удовлетворённая тем, как она выглядит, и решила позавтракать с названной семьей, по которой она успела соскучиться за этот долгий год. -Госпожа, Алладин с генералами уже в главном зале, -проинформировала одна из служанок, которые шли в направление её комнаты. -Спасибо, -вежливо ответила Люси, стараясь скрыть своё смущение из-за их неловких взглядов и перешептываний. «Они были свидетелями того, как Синдбад принес тебя в комнату и вышел только под утро», - в кои-то веки решил подать знак внутренний голос и то не вовремя, вгоняя златовласую в большую краску, что ей пришлось ускорить шаги, пряча жутко красное лицо за вуалью локонов. -О, наша соня проснулась!? –тут же окликнул её Шарркар, свидевшийся за столом с Олбой, Моржаной, Алладином и Писти. –Голова не болит? Про тебя такое судачат... -Завались! –чуть-ли не дьявольским шепотом шикнула хвостатая, что у всех присутствующих по спине пробежала волна мурашек. -Вы вчера такое устроили… -начал бы уже Олба, но слова застряли в горле, когда он встретился с её взглядом. -Сестрица, ты вчера была просто неописуемо веселой! –радостно заверещал Алладин, ещё ближе подсаживаясь к Люси, которая тут же задергалась, как неисправный робот и пискнула. «Перестаньте напоминать!» -И ещё я заметил, что ты делала то, что действительно хотела, чему я очень рад. -Признайся, тебе понравилось лишь то, что она прижимала тебя к груди! –ехидным голосом подколол его Шарркар, отхлебнув какую-то жидкость из колбы, которую он чуть-ли не на коленях выпросил у Ямурайхи, чтобы хоть как-то облегчить свою головную боль от похмелья. -Вовсе не так! -мигом возразил Алладин, ударив по столу, чем лишь сильнее рассмешил ребят. -Люси-сама, вопрос не к месту, но все же можно спросить? –неуверенным голосом спросила Моржана, перебирая пальцы под столом. Получив в ответ положительный кивок, она спустя недолгую паузу всё же решилась спросить: –Почему вы решили попросить прощения у первого принца Империи Ко? Вы говорили, что стали его генералом из-за непредвиденных обстоятельств, но зачем тогда извинялись? -Ну, просто, я почувствовала вину за ложь перед ним, -уклончиво ответила Люси, нервозно поглаживая плечи. Забегавшие по столу глаза вынудили всех затаить дыхание, а губы растянуться в злорадной улыбке. -Вы любите его? Заклинательница чуть-ли не подавилась воздухом от через чур прямолинейного вопроса Моржаны. -Кха-кха! –Люси сконфуженно била себя по груди, пытаясь избавиться от кашля. И как только она откашлялась, почти сразу же ответила: -Нет! Я похожа на полную дуру? Чтоб я, да полюбила этого упертого, самовлюбленного принца? Да ни за что в жизни! -откинувшись на спинку стула и оскорблённо скрестив руки на груди, она хмыкнула, чем лишь подлила огонь в масло. «Отрицает, значит правда». -Но зачем ты тогда носишь подаренную им серёжку? –невинным голосом спросил Алладин и изучающе склонил голову набок, глядя ей прямо в глаза, что она непроизвольно схватилась за покренившееся от смущение ухо и отвела взгляд в сторону. После того как Синдбад и Коэн заключили временное перемирие: Синдбад вместе с Альянсом направился в Магноштадтскую академию, в то время как Коэн со своей свитой собирался отправиться в империю Ко. -И что же она будет делать? -бесцветно спросил толи себя, толи принца Сейшу Ли, бросив короткий взгляд на спину бывшей подопечной. Она рассеяно топталась на месте. -Сестрица, идем! –отозвался Алладин, со счастливой улыбкой протянув ей ладонь. Она лишь неуверенно уставилась на протянутую ладонь. Под озадаченным взглядом юного маги, златовласая через плечо глянула на Коэна. Его скучающий взгляд встретился с её, и до недавнего времени сложенные в тонкую линию губу заметно дрогнули в ухмылке. Люси быстро догадалась, с чего - её мнительность.       Алладин решив, что столь странное поведение заклинательницы заключается в угрожающем виде принца, требовательно схватил её за запястье и потянул за собой, навстречу к Али-Бабе и Моржане. -Вот за что это мне?! -раздосадовано запищала Люси и резко затормозила, вынудив Алладина повторить за ней. -Как же бесит вся эта неопределенность! -она вырывает руку из его цепкого хвата и развернувшись на стопах, под удивленными взглядами побежала к Коэну. -Сестрица? Задыхаясь от непрерывного бега, Люси схватилась за бок, который пульсировать в такт её учащённому сердцебиению. Она уже и не помнить, когда в последний раз так бегала. Всё это время она занималась уборкой кабинета принца, и как собачка, виляющая хвостом перед хозяином, выполняла его поручения. «Поручения - это и не назвать!» Ей приходилось встречаться в схватке с обладателями наследных сосудом до тех пор, пока она не освоила полный покров джинна.       Люси остановилась в нескольких метрах от принцев, опираясь ладонями на колени, и старалась перевести дух. Протяжно выдохнув через нос, она выпрямилась и собиралась сделать шаг к Коэну, как внезапно перед ней встали солдаты. Она вопросительно вскинула бровь, на что солдаты лишь удрученно покачали головами. -Что же ещё понадобилось разведчику Синдбада? –холодно отчеканил Сейшу Ли, выходя вперёд. -Не переплетай меня с ним! Это слишком оскорбительно, -хмыкнула Люси, неодобрительно сдвинув брови на переносице. -Нельзя отнять того, что ты следовала за ним, -голос Коэна первый прервал затянувшееся молчание, и хвостатая опасливо на него покосилась. -И что же нужно человеку, который водил меня за нос? -криво усмехнулся он, отчего девушка в одно мгновение стушевалась и пристыженно зажала зубы. -Да господи! -нервно воскликнула она, что принц невольно обернулся к ней. -Послушайте, принц Коэн! Всё это маленькое... -хлопнув ладонями перед своим лицом. -Малюсенькая недоразумение. Я клянусь своими именем, что не давала присягу королю Синдбаду! И уж тем более не была его разведчиком! У меня была веская причина быть в Синдрии. И уйти оттуда тоже. По истечению обстоятельств отправились оттуда мы с Когеку. Не думайте, что я оправдываюсь, но... -И остаться в империи Ко у тебя была веская причина, -утверждал нежели спрашивал Коэн и получив в ответ слабый кивок, усмехнулся. -Как бы... Ну... Вы сами виноваты! -на одном выдохе заявила Люси и зажмурила глаза, совсем не желая видеть гримасу, что он состроил. -Вы под угрозами вынудили меня стать вашим генералом! Я пыталась до вас достучаться, что совсем не подхожу для служения наследнику престола, но вы были непреклонны! -Значит... -заклинательница была готова покляться, что каждым кончиком волос ощутила его недовольство. -Во всём виноват я? -Ну, не то чтоб, -запнулась Люси, нервно перебирая пальцы. Её лоб отчетливо ощущал жгучий взгляд принца. -Нет, вы не виноваты. -Ради чего ты тратишь моё драгоценное время? -Коэн поднял руки, обращаясь к солдатам. Они поклонились и, опустив оружие, сделали шаг назад. -Не хочу, чтобы вы ушли с мыслью, что я предала вас! -с жаром ответила Люси, накрыв правой ладонью сердце. -Я никогда не пыталась завоевать вашего доверия, ради корыстных целей. Всё что я делала... было лишь проявлением моего уважения к вам. Я всего лишь хотела помочь вам, Ваше Величество! И то моё обещание тоже было искре… Наверное, Коэн впервые так искренне улыбнулся, чем поверг свою свиту в ступор. Не успели они отойти от этого, как он с нечеловеческой скоростью оказался рядом с растерянной Люси и, запустив пальцы в её челку, убрал назад и губами коснулся оголенного лба. Смущенные девичьи крики эхом разлетелись по округе, в то время как Синдбад вскипая от ярости, готовился облачиться в покров джинна и ударить по нему, но Дарий крепкой хваткой держал его за плечи. -Ай! -тихий болезненный шепот сорвался с губ златовласой, невольно зажмурившей глаза. Правое ухо запульсировало. -Считай это даром за твоё верное служение Мне, -прошептал он ей прямо в покрасневшее ухо, особенно выделяя последнее слово, отчего девушка новой волной раскраснелась. Теперь на её правом ухе весело сережка, средней длины в виде кристалла, на котором была высечена едва заметная восьмиконечная звезда. -И к слову... -его довольные произведенным эффектом глаза, устремились куда-то в даль, к Синдбаду, который вновь начал буйствовать, что теперь его останавливать приходилось даже Алладину. -Я всегда в курсе о людях, водящиеся вокруг моих братьев и сестер. -Тогда... -Я с первой нашей встречи знал, что ты из Коги, -прервал её принц и похлопав по хрупким плечами, отстранился от неё и развернувшись, одним ловким прыжком оказался на летающем ковре, в котором почтенно ожидали лишь его генералы. Люси передернуло от смущения при вспоминании того дня, и с этой мыслью на её лице возникло выражение, которое вызвало насмешливые ухмылки у Шарркара, Писти и Олбы. -Да пошли вы! -фыркнула она, с раздражением метнув в их сторону тем единственным, что было у неё в руке - кружкой без жидкости внутри. Мечник ловко перехватил кинутый предмет и отложив в сторону на столе, невинно вздернув брови, как будто действительно не понял, что она пыталась сказать им. -Ладно-ладно. -отмахнулась она, откинувшись на спинку стула и недовольно скрестив руки на груди. Все затаили дыхание в предвкушения её ответа. -Принц Коэн мне не безразличен, но интересен он мне не в романтическом плане. Я восхищаюсь им как человеком и достойным правителем империи Ко. В ответ на её слова раздались три недовольных вопля, которые заполнили помещение, и Люси непонимающе скривила лицо. «И что это за реакция?» -Дяденька страшный! -в ужасе заявил Алладин, вспоминая, что ему придется ещё раз столкнуться с ним. -Этого у него не отнять, -махнув рукой в сторону, Люси положила её на голову Алладина и, мягко улыбнувшись, добавила: -Попытайся его понять. Когда принц Коэн снимает с себя груз правителя... он воистину становиться обычным человеком, который изо всех сил желает защитить своих родных. Он, его братья, сестры и даже его генералы совсем другие. Слухи вокруг них - это всего лишь иллюзия. Глаза её были столь тверды и уверены в своих словах, что даже Шарркар на мгновение поддался сладким речам, но быстро опомнился. «Мой король - это Синдбад», -эхом напомнил внутренний голос.       Люси иронично усмехнулась от взгляда Шарркара и Писти, и ничуть не осуждала их. Так же, как они с жаром защищают своего короля, она будет стоять на стороне Коэна. Заприметив знакомую мордашку, только вошедшую в зал, златовласая взбодрилась и приветливо помахала рукой: -Тото! Иди к нам! Мило улыбнувшись ей в ответ, Тото молча села за стол между Писти и Моржаной.       Шарркар и Писти перекинувшись неоднозначными взглядами, окружили с двух сторон ничего не порывающуюся Тоту и хором спросили: -И какого встречаться с Али-Бабой? -Да что с вами не так? -возмутилась Люси, стрельнув в них убийственным взглядом. Тота же на такое заявление поперхнулась мягкой булочкой и кое-как откашлявшись, с помощью хлопков по спине от златовласой, поспешно решила опровергнуть нелепые слухи. -Али-баба идёт к нам. Молчите! -тихо запищала Писти, опуская неловкий взгляд к своей каше. -Ты соврал нам, чтобы скрыть свои делишки? Скольких ты охмурил за последний месяцы? -пряча ухмылку за ладонью, спросила Люси, опередив мечника, который уже стоял напротив Али-Бабы. -Я не смог найти девушку. Я ни с кем ничего не делал. -словно робот ответил Али-Баба. -Но мне не кажется это странным. Моя изначальная цель была отточить свои навыки обладание мечом и научиться управлять магои, но мне, правда, очень жаль, что я всем солгал! -Что происходит? У Али-бабы лицо каменное. Как будто и не про себя говорит… м-м-м… -не смогла закончить Писти из-за того, что Шарркар закрыл ей рот. -Эй, вы чего? -Не надо больше слов, Писти. Мы понимаем чувство Али-Бабы, –с очень серьезным выражением лица заявил Алладин. –Это лицо, Али-Баба показывает нам, когда он всеми силами пытается защитить нечто столь хрупкое. Он встречает беду как мужчина! Люси, не в силах продолжать слушать их дальнейший бред, отошла в сторону, ближе к Моржане, которая, как обычно нечитаемым выражением наблюдала за дурачеством Алладина и Али-Бабы. -Ты так выросла, Мори, -мягко, с долей гордости заметила златовласая, внимательно осматривая её с ног до головы, словно искала изменения не только во внешности, но и в характере своей сестренки. -Правда? –не без смущения переспросила она. Люси хихикнула и неожиданно щелкнула её по носу, и фаналис, схватившись за него обеими руками, воскликнула: -Ой-й! Заклинательница не смогла подавить в себе прорывающийся звонкий смех, что не ускользнуло от растерянного взгляда фаналиса. -Вы тоже изменились, -заметила она и мягко улыбнулась. -Стали более искренней с нами. -Ты так считаешь? -переспросила Люси, задумчиво уставившись на потасовку между ребятами, которые продолжали весело дразнить друг друга и обмениваться шутками. - «Эта гора мускул дело говорить! Ты наконец-то стала более живой нежели раньше», -отозвался в голове голос Азеля. - «Не обзывай её!»