Фортуна

Глава 7. Удача и свобода.

Свобода подавленная и вновь обретенная сопротивляется яростней, чем свобода, которой никогда ничего не угрожало. Марк Туллий Цицерон

На следующее утро Саске вновь проснулся раньше Наруто, осторожно выбрался из его объятий и ушел в душ, а потом принялся тренироваться, чтобы не потерять форму. Вторым проснулся Сай, что удивительным не было. Он тихо вышел во двор, устраиваясь на перилах, и принимаясь наблюдать за тренировкой Учихи, хитро щурясь от ярких лучей солнца. – Как спалось? – тон оказался на удивление дружелюбным, видимо сейчас у него было достаточно хорошее настроение. – Нормально, – парень тоже пока решил не ссориться. – А мне довольно холодно. И одиноко, – шутливо пожаловался брюнет, явно намекая на что-то. – Возьми себе одеяло и пульт от телевизора, – отшутился Саске. Он так и не мог смотреть Саю в глаза, поскольку ему было жутко стыдно за вчерашнее, за то, в каком положении видел его этот парень. – А почему я не могу взять тебя? Это было бы проще. – Потому что твои зубы и кости не останутся целыми, для тебя же будет хуже. Сай наиграно грустно вздохнул, чуть отводя взгляд в сторону. – А жаль… что ж, тогда я возьму Наруто, – второй вариант нашёлся быстро. – Он горячий, с ним будет не холодно. И совсем не скучно. Учиха, с разворота замахнулся на него ногой, останавливая ее лишь в сантиметре от его лица. – Ответ понятен? Брюнет чуть приподнял левую бровь, снова улыбаясь. – Я ведь тебя не спрашивал, верно, Саске? – во взгляд вернулись насмешливые искорки. – Впрочем, давно уже решил попросить у Наруто одно маленькое разрешение… чтобы мне не было так скучно с вами. – Что за разрешение? – парень опустил ногу, хмуро на него посмотрев. – Хочу пригласить в гости своего парня. Думаю, ни он, ни Наруто не откажутся от встречи. – Тогда какого ты к Наруто пристаешь, если у тебя парень есть? – Я ревную, конечно же. Разве не понятно? – Сай насмешливо усмехнулся. – С Наруто всегда было лучше, чем с другими. Скольких не перебирай, а возвращаешься всегда к одному началу. Поэтому, остальные парни – лишь для развлечения. Впрочем, как и у него самого. – Ты не можешь говорить за него. – Могу, Саске. Мы с Наруто достаточно давно знакомы. И поверь, люди меняются крайне редко – особенно такие, как он. – Я тебе не верю. – Конечно, не веришь. Горькая правда не так приятна, как сладкая ложь, верно? – Он не лжет, зачем ему лгать? – А зачем обычно лгут? – Я и так был в его полной власти. Сай тихо рассмеялся. – Конечно, был. Но, всегда играть намного интереснее, когда жертва доверяет полностью и сама идёт к хищнику. – Но когда говорят, что любят – не лгут. – А мне кажется, что ты ещё слишком наивен. Любовь – это что-то чрезвычайно редкое, знаешь ли. – Именно поэтому и не врут. – Думаешь? Хм, ну, думай-думай. Мальчик… – В любом случае... я ему верю, просто потому что сам люблю, – Саске отвернулся от Сая, все же задумываясь над его словами. – Ага, – брюнет же спрыгнул и пошёл на кухню. Свою маленькую месть он уже свершил. Пусть теперь Узумаки помучается с непокорным мальчишкой. Наруто разбудил громкий звонок его мобильного из кармана снятых вчера и кинутых на пол джинс. Парень долго поднимался, сонно щурился, высматривая нужную вещь и так же лениво-долго вытаскивал телефон. Все кому надо знают, как медленно он реагирует на что-то по утрам. А кому не надо – так те пусть и валят, куда им надо. – Ага… слушаю. – Ну как, проснулся? – голос Гаары был излишне бодрым и довольным. – Да… разбудила одна сволочь, – ответ у Наруто наоборот был всё ещё сонным и с мрачными нотками. – Лучше скажи, как думаешь, выиграешь ты наше пари или нет? – Естественно выиграю. Что тут думать? – Вечером не забудь его чаем со снотворным напоить, я приеду – поговорим, а завтра утром начнем проверку. – За хера снотворное? – Чтоб не проснулся и не услышал, да и пусть отдохнет перед проверкой. – Ничего. И так выспится. Я его уже предупредил, что ты в гости заявишься, – Узумаки потянулся, откидываясь обратно на подушку и прикрывая глаза. Утро он не любил… – Лучше перестраховаться. Кстати, как тебе этот товар? – Ммм… нравится, – довольно мурлыкнул Узумаки, вспоминая как Учиха приятно прижимался к нему, или как выгибался в его руках. – Очень нравится. – Это хорошо, если выиграешь у меня будет возможность устроить аукцион с европейскими покупателями. – Далековато… с кем договорился? – Ты его не знаешь, но партнер надежный. Я про школу этого мальчишки выяснял, так что подготовка у него хорошая, языкового барьера не будет – французский, английский и немецкий у него свободные... – А что ещё интересного узнал? – Да почти ничего... школа сильная, находится на Окинаве, на острове, где он и пробыл десять лет, почти безвыездно. Они только один раз в горы ездили, изучали скалолазание, а так все время там – полный набор юного бойца, я бы сказал, но учатся там вполне приличные дети – сынки богатых родителей, которым угрожает опасность – их охраняют, а заодно и учат себя защищать. – Ну, защищаться он умеет хорошо, согласен. – Только «хорошо»? Странно... в данных написано, что он лучший в своем выпуске, побеждал даже некоторых учителей. – Там правда написана, поверь. С ним весело спарринги проходят. – И ты жив еще? Ты там смотри внимательнее, чтобы он тебя не одурачил. – Ага-ага… я всё помню. – Ладно, спи, до вечера. – Я не засну. Ты меня уже разбудил, ублюдок, – беззлобно попрощался с другом Узумаки, отрубаясь и откидывая сотовый. Времени совсем не осталось. Теперь нужно было подумать в одиночестве, так ли он всё сделал? С уходом Учихи вернётся скука, потушить которую сложно. Больше всего парень не любил скуку… Вечером Узумаки разлил чай, вручив одну из кружек-близнецов Учихе, предварительно кинув в неё лимон – для красоты и вкуса. – Сейчас вернусь, – предупредив Саске, он быстро поднялся наверх. Брюнет вытащил из нее лимон и выкинул его в ведро, он его в чае не любил, а потом пошел к открытому окну, чтобы устроиться там, ибо сильно устал за день... но на его несчастье Ино сегодня слишком хорошо вымыла полы, так что парень навернулся, но не упал, успев ухватиться за подоконник, а вот весь чай из чашки выплеснулся в окно на траву. "Ох, черт... надо бы пойти спать." Саске поставил чашку в раковину, зевнул и направился наверх, в свою комнату. Узумаки столкнулся с ним на лестнице и инстинктивно прижал к стене, чуть трясь носом о его шею. – Куда убегаешь? – Я спать хочу, – в подтверждение этого Учиха еще раз лениво зевнул. – А я думал, ты ещё посидишь со мной… – парень мазнул губами по его щеке, чуть улыбаясь. – Чай выпил хоть? – Ага, выпил уже... – обижать Наруто и говорить ему о том, что случилось, не хотелось, ведь блондин сам заваривал ему чай. Наруто коснулся его губ, целуя недолго, но нежно. А отстранившись недоверчиво произнёс. – А вкуса лимона совсем нет… не любишь лимон? – Не люблю лимон в зеленом чае... я не успел тебе сказать до того, как ты его туда кинул, но успел вовремя его выкинуть. "Хорошо, я хоть чай зеленый до этого пил..." Парень лукаво прищурился, снова приближаясь к нему и трясь губами о чужие губы. – А я люблю… но отдельно лимон. Кстати, чай с вареньем любишь? Я могу сделать в следующий раз с вареньем. У Ино оно замечательно получается. Клубничное, малиновое, черничное, ежевичное… – бархатные нотки в голосе притягивали. – Не очень то я люблю чай смешивать с чем-то, – признался Саске. – Ммм… а если отдельно варенье и отдельно чай? Или варенье с хлебом… тоже кстати, вкусно. – Ты – сладкоежка. А я сегодня буду спать в своей комнате, чтобы некоторые не будили меня посреди ночи, я устал, – Учиха выпутался из его объятий. – Так что продолжим разговор утром. – Тогда лучше закройся на ночь. А то Сай лунатит иногда, – блондин тихо рассмеялся, лукаво смотря на него. – Я тебя разбужу утром. – Не переживай, если что – полунатит в окно... я с ним справлюсь. Спокойной ночи. – Ага, спокойной. Гаара пришел примерно через полчаса после этого и сразу перешел к делу. – Он спит? – Ага, у себя валяется. Чтоб я не лез ночью, к себе ушёл сегодня. Узумаки подвинул другу чашку, а сам забрался на диван с ногами, беря свою кружку в руки. – Как думаешь, сколько у тебя шансов на победу? – Один из одного, – насмешливо ответил ему парень. – Я кажется уже говорил, что уверен в своей победе? Я не люблю повторять, ты знаешь. – Тогда давай рассказывай, какие у него достоинства и недостатки, мне нужно описание составить. Начинай с достоинств. Как в постели? Хорошо поддается обучению? Отзывчивый? – Ммм… любит ласку и нежность. И отвечает обычно тем же. А обучению любой поддаётся. Если захочет, может очень даже хорошо. – Недостатки? Их много? – Смотря какие… у всех нас свои тараканы. А так, нет вроде, немного. Только стесняется на людях любому проявлению внимания, – Узумаки задумчиво провёл подушечкой пальца по краю кружки. – Я как раз сейчас над этим работаю. – Это хорошо, что работаешь. Завтрашняя проверка будет как обычно, а вот на второй ты ведь никогда не был? С ним будешь уже не ты, а два моих парня. Никакого сопротивления или возмущения, кстати, будем сразу ролик снимать, так что будет яркий свет и пара камер, естественно все будет в офисе проходить. «На такое он не согласится ни за что.» Наруто даже не стал озвучивать свои мысли вслух, понимал, что толку от этого не будет никакого совершенно. Только лишь хуже. – У тебя еще неделя впереди будет, так что дерзай. Ты же хочешь получить свой приз? Узумаки перевёл на друга задумчивый, долгий взгляд, а затем снова опустил на остывший чай, теперь не такой привлекательный и вкусный, как был. – Я подумаю над этим, – спокойно протянул он, большим пальцем потирая холодный бок кружки. – А то джип уже полируют, – усмехнулся Гаара. – Кстати, а как ты его приручил? Я слышал он вроде и спокойно по дому ходит у тебя, а не запертый сидит. Да и ты сам сказал, что отвечает на твои притязания... открой секрет. – Не только отвечает, но и сам хочет. Когда, где и как – это уже значения не имеет. Если хочу я, хочет и он. Завести партнёра для меня проблемой никогда не было, – прикрыв глаза, парень отпил немного чая, морщась. Горький вкус неприятно обдирал нёбо, а хотелось тепла и приятного запаха ягод, свежести. – Сам хочет? Ты значит, его соблазнил что ли? И он на это повелся? Узумаки лишь тихо фыркнул в чай, отвечать на риторический вопрос он не хотел. Раз Учиха уже свободно гулял по дому и добровольно спал с ним – и так было понятно, каков ответ. – Так в чем секрет? Ведь не просто так он повелся... – Секретов не выдаю. Иначе они не были бы такими секретными, – парень лукаво улыбнулся, напоминая лиса. – Колись, – друг шутливо пихнул его в бок. – С ним же работали лучшие мои специалисты, мне интересно где они прокололись. – И после таких слов, ты ещё говоришь, что я тормоз? – Наруто хмыкнул, а затем дёрнул друга за шиворот, упираясь лбом в висок и шёпотом отвечая. – Я ведь уже говорил про ласку, да? Развевать скуку можно было любыми способами – и такой игрой тоже. Общая, очередная и понятная только им – на двоих друзей. – Говорил, но ласку к нему использовали, – возразил Гаара. – Неужели? Какую именно тогда? – любопытство оказалось сильнее. – Все как обычно. Прекрати дурачиться, лучше рассказывай что ты такое выкинул. – Ммм… в любви признался, – прозвучало спокойно и даже как-то обычно. – Что? И он на ПОДОБНОЕ повелся? Что за чушь... Ты шутишь? – Собаку в такое не верилось. – Я не шучу. Я действительно сказал, что люблю его. Узумаки уже хотел обидеться, чрезмерный интерес Гаары хоть и был ему понятен, но природная ревность не позволяла распространять о них с Саске слишком много даже другу. Пока не позволяла, и «пока» – могло так же быстро кончиться. Неожиданно. – И он, как последний дурак поверил в это и позволил себя уложить в постель, без периода свиданий и хождений под ручку? – Я просто решил перенести этот период на более позднее время. Например, на сейчас. Точнее, на недавнее время. Свиданий не было, конечно, но вот хождения за ручку были. – Удивительно, что этот мальчик на подобное согласился. Узумаки неожиданно рассмеялся, поддерживая такое решение. – Да, согласен. Это смешно. Полюбить парня? Чушь собачья, это не возможно просто, – уголки губ чуть приподнялись. – Девушки, так те изменяют постоянно. Все мы друг друга стоим. А любовь – это вообще штука нереальная просто. Тем более настоящая любовь, а не платоническая. – Еще скажи, что он тоже признался тебе в любви... – Гаара рассмеялся вместе с ним. Наруто замолчал, как-то слишком резко. А затем отстранился обратно, принимаясь снова глотать горький чай. – Ага. Ещё как… и он кажется, серьёзно любит. – Наивный ребенок, – вынес вердикт его друг. – Что ты ему наобещал? Узумаки поморщился, отставляя свою кружку, уже пустую, и беря в руки кружку друга. – Свободу. Я пообещал, что помогу ему выбраться, – чужой чай был не менее горьким, чем свой. – И, кстати, ты знаешь, что я обычно отпускал всех, кого ты мне спихивал. Только я понять не могу, почему его отпустить нельзя? Объяснишь мне, наконец? – Я дал слово, покупая его, кстати, практически за смешную цену. Сам понимаешь, это слово нельзя не сдержать, моя репутация мне этого не позволит. Но... ты же можешь проиграть наше пари и оставить его себе, раз уж тебе так понравилась эта кукла. – Я уже сказал, что подумаю над этим. Для меня самое главное – разогнать скуку. А с ним не соскучишься… – Я надеюсь, ты сам-то не влюбился? – подозрительно посмотрел на него Гаара. – А ты так обо мне беспокоишься? – Узумаки усмехнулся, чуть удивлённо приподнимая бровь. – Нет, пока просто удивляюсь. Так ты влюбился что ли? – Ты сам хоть веришь, в то, что спрашиваешь? – Просто у тебя такое лицо... – Какое? – парень замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Неужели он что-то пропустил? Глупости. Такого быть не может. – Словно тебе больно расставаться с этой игрушкой. Узумаки резко вернул кружку на место, откидываясь назад на диван и переводя задумчивый взгляд на потолок. – Бред, Гаара… – Что-то ты сегодня неубедительно это говоришь, – поддразнил его Собаку. – Бля, Гаара, не лезь в душу! – злость со стороны Наруто оказалась ещё более неожиданной, несмотря даже на то, что он попытался сразу успокоиться. – Я и так себя последним чмом чувствую. Этот мальчишка меня из моря вытащил, когда я вместо кислорода, водой дышать собирался. А я теперь должен его под каких-то ублюдков подкладывать? Нет… я конечно и сам знаю, что я ублюдок тот ещё, но чтоб до такой степени. Самому противно просто… от себя же, – чуть помолчав, он уже тише добавил. – Да и привык я к нему, кажется. – Он делает тебя слабым. – Заткнись. Побить тебя я всегда смогу, – вяло отозвался на это парень. – Он даже с Конохомару подружился. Хотя тот его ещё больше меня выводил по началу. Ты сам представляешь, это как надо было умудриться, чтобы мелкий стал общаться на равных? Он кроме нас и Ино никого не воспринимает даже. – Выходит он ангел и то, что тебе нужно... так просто откажись от пари. – Вот именно потому что он ангел, он мне не нужен. Противоположности только в книгах притягиваются. В жизни притягиваются только те, кому переспать надо. Вот и всё. Саске так и хотелось просто опуститься на пол прямо на этом месте, но он себе не позволил, закрываясь от происходящего в душе, от услышанных слов, которые буквально порвали его на части. «Игра? Пари… значит все это ложь. Глупец, какой же я глупец.» Не выпитый чай, сухость, что не позволила уснуть, поэтому пришлось спуститься за водой – благо или проклятие? Он не позволил себе долго думать над этим, теперь действуя просто автоматически. В коридоре на тумбочке он заметил мобильный Гаары, быстро позвонил по нему на выученный наизусть номер и оставил указания автоответчику, куда за ним должна была приехать машина, затем подтер все записи о звонке в телефоне и проскользнул в кладовку, где Ино хранила принадлежности для уборки: две пары резиновых перчаток, непонятно откуда здесь взявшаяся банка с жидким стекловолокном и небольшой таз, в который все это и полетело. Следующей на очереди была ванна, где Учиха набрал воды и позаимствовал маникюрные ножницы, затем он отнес все это в библиотеку. Найти собаку, усыпить ее и положить на свою кровать, укутав одеялом, не составило для него труда, тут же он взял последнее – обрезал ножиком для фруктов шнур от телевизора. Все это он проделал на автомате, как настоящий профессионал, быстро и бесшумно. А чувства… Саске решил, что они подождут. * * * * * Утром Узумаки пошёл в комнату к Учихе, чтобы разбудить того. Вчерашний разговор с Гаарой всё ещё давил, но переступить через себя надо было сейчас. Не стоило привыкать к кому-то ещё. Но в кровати Саске не было, зато там вольготно разлегся доберман Наруто, прямо среди подушек и одеяла. Чертыхнувшись, парень хлопнул дверью, сразу направляясь на поиски Учихи по дому. Пряток он не любил – одна из тех глупых игр, в которой он себя всегда чувствовал последним идиотом. Но ни в гостиной, ни на кухне, ни в ванной, ни даже на улице пленника нигде не было видно. «Библиотека.» Машинально пронеслось в голове, и парень развернулся в другую сторону. Уж там-то Учиха должен быть в любом случае. Когда Наруто открыл дверь туда, то в нос ему тут же ударил какой-то едкий и противный запах. – Что за чёрт? – тот поморщился и прошёл вперёд, оглядываясь. Саске не было и тут, за то на подоконнике стоял таз с водой, рядом с ним лежали чуть расплавленные резиновые перчатки, погнувшиеся маникюрные ножницы, шнур от телевизора, контакты на котором были обнажены, какая-то книжка и браслет, с обуглившимися краями. – Блядь, – Узумаки не верил, что Учиха рискнул сбежать. – Чёртов придурок… Развернувшись, парень вылетел из библиотеки, с силой хлопая дверью. Нужно было срочно отправляться на его поиски, они могут ещё успеть ухватиться за оставленный след. Неужели, Учиха надеется, что сможет уйти просто так? Да ещё и от них? Неет… теперь у него будут ещё более серьёзные проблемы. Уж Гаара ему устроит. Разбуженный Собаку тут же организовал поиски с псами, но они ничего не дали - провели их пару километров по лесу и вывели на федеральную трассу. Наруто со злостью треснул по машине, оглядываясь по сторонам и лишь ещё больше злясь. – Ну? И куда теперь? – Ко мне в офис, естественно. Он ведь смог снять лишь один браслет. «Точно. На нём же маячок ещё.» Хмыкнув и оценив предусмотрительность друга, парень залез обратно в машину, срываясь с места в сторону офиса. – Не нервничай ты так, найдем, это не сложно. У него же никого тут нет. Мне другое интересно – причина побега. – Без понятия, – коротко огрызнулся Узумаки. Его больше всего раздражал не сам факт побега, а то, что Учиха решился на него. Почему? Где же он ошибся? Ведь всё было продумано… почти детально, каждое действие, слова. Тогда как так получилось? Учиха же сам говорил недавно, что не хочет и не сможет уйти? «Что за чушь…» Чем больше парень думал об этом, тем больше запутывался и злился. В офисе Собаку включил ноутбук, позвонил своим техникам и дал команду настроить картинку. – Хочешь послушать что там происходит? Я установил на браслет отдельный независимый микрофон. – Валяй. Наруто развалился в крутящимся кресле и пододвинул его к окну, закинув на подоконник ноги. Он смотрел на утреннее небо и размышлял. Ему было интересно, почему Учиха решился на такой шаг. Гаара нажал на кнопку, разворачивая ноутбук. – Саске, вот держи, кофе еще горячий, и не морщись, я знаю, что ты его не любишь, но иначе заснешь еще до регистрации, – мягкий голос принадлежал явно какому-то парню, в нем была нежность и забота, которую дарят очень редко. – Хаку, я не засну, не хочу спать... – а у Учихи голос был ровным и совсем без эмоций. Теперь микрофон зашуршал, словно люди передвигались или переодевались. Узумаки нахмурился, переводя взгляд в сторону ноута. – Хаку его лучший друг. Странно, Саске говорил, что тот в Европе, ищет кого-то. И он, кажется, даже не знал, как связаться с ним. Об этом я тоже расспрашивал. – Значит, он тебе не все рассказал, – сделал вывод Гаара. Шуршание прекратилось и на некоторое время наступила тишина, которую вновь нарушил Хаку. – Давай так – до самолета полчаса, поэтому мы поговорим сейчас, а когда встретимся в следующий раз, я не буду ничего спрашивать, только ответь сейчас на мои вопросы по поводу того, что ты рассказал, – парень замолчал, видимо дожидаясь кивка, а потом продолжил. – Сколько это продолжалось? – Около двух с половиной недель, – теперь голос Саске звучал как-то подавлено. – И ты сразу все понял? – Нет, примерно неделю спустя. Я сопротивлялся, но когда он сам сказал... Хаку, мне видимо так захотелось в это поверить. Я глупец, что не видел всей этой лжи... Наруто отвернулся обратно к окну, продолжая злиться, теперь не только на Учиху, но и на себя. Скорее всего вчера они с Гаарой были слишком беспечны. Ведь каким-то образом Учиха должен был прийти к такому решению, чтобы сбежать? Значит, подслушал их разговор, всё просто. «Наивный мальчишка. Действительно, хотел поверить и поверил… иначе бы и не прокатил такой номер.» – И как ты смог влюбиться с первого взгляда? На тебя это так не похоже, Саске. – Поцелуя, – Учиха горько усмехнулся. – Он меня поцеловал в первый же вечер, а я даже оттолкнуть его не смог, не то, что ударить. – Что, так ни разу с ним и не дрался по-настоящему? – Нет... да это и не важно, Хаку, не важно. – И ты бы продолжал верить, если тогда бы ничего не услышал? – Наверное, да, – Саске рассмеялся, но это был тот случай, когда смех заменяет слезы. – Подумать только, все зависело лишь от какого-то пролитого чая... «А мне сказал, что выпил. Теперь понятно, почему он всё слышал. Он и не заснул.» Узумаки злился молча, потому что чувствовал, если начнёт выражать свои мысли и эмоции вслух – в кабинете Гаары придётся делать снова ремонт. – Знаешь, – продолжил Учиха, – он мне сам чай заваривал, вот я и не хотел его расстраивать тем, что пролил... да и что пил чай до этого уже. – Саске... все к лучшему. Ты же не поглупел настолько, чтобы не говорить ему того, о чем надо было молчать. – Какое-то слабое утешение. Я почти не сдержался, когда увидел тебя на карнавале, особенно когда ты явственно продемонстрировал, что ищешь меня. Все думал, как связаться и успокоить тебя, сказать, что все хорошо. «Карнавал?» Наруто не помнил, чтобы они выбирались куда-то помимо казино или «водной» прогулки. – Гаара, ты его, что ли на карнавал таскал какой-то? – Нет, конечно же! Я подумал, что ты. В микрофоне опять послышались шорохи. – Знаешь, больше всего я боялся, что там, где тебя держат, нет никаких телевизоров, или тебя к ним не подпускают, или нет кабельного и доступа к европейскому каналу. Тогда бы ты не смог бы знать, где мы остановились. – Нет, там отсутствовали только компьютер и телефон, все остальное было. – Саске, а когда ты понял, как снять браслет, почему сразу после передачи не сбежал? И кстати, как ты додумался? – Мы тогда... он тогда уже сказал это. А понять, что делать с браслетами мне помог тот мальчик, Конохомару, он сказал, что учится в школе... Узумаки со стоном разочарования сполз по креслу ниже, которое тут же чуть покатилось в сторону. Вот тебе и «карнавал» посмотреть… и с Конохомару подружиться. «Недооценил чужую наивность. Точнее, переоценил… он сам нас всех обвёл.» – Саске, почему ты не ненавидишь его? В твоем голосе нет ненависти... ведь после всего... – Не могу. Лучше просто забуду. – Ты стал другим, более спокойным что ли. Словно что-то в тебе убили. – А разве это не так? Наруто прикрыл глаза, чувствуя, что совершенно не испытывает ни малейшего желания слушать дальше. Он ведь действительно не хотел ломать… а всё равно сломал. И не стоит даже валить на то, что «так получилось» или «не было выбора». Выбор был и всегда. Просто выбран был неправильно… впрочем, как и всегда. – Ты все еще его любишь? Вначале ответом была звенящая тишина, а потом Саске заговорил, медленно и на каком-то непонятном им языке, Наруто несколько раз слышал от него фразы на нем. За то интонации в голосе Учихи стали более выраженные, и помимо боли можно было разобрать еще и отчаяние. Узумаки чуть выглянул из-за спинки, оглядываясь на Гаару. – У тебя в ноуте переводчик есть? – Такого нет, это похоже одно из окинавских наречий, но все на запись идет - потом переведем. – Ага… – почему-то такой ответ даже больше успокоил. И так уже наслушался всего того, что натворить успел. Когда парни закончили эту тему, то перешли вновь на японский язык. – Еще вопросы будут? – Пожалуй, один, да. Поднимись со стула... теперь повернусь кругом. – Хаку придирчиво заворчал. – Тебя там что, не кормили? – Нет, все нормально. С чего ты взял. – А где ты мышечную массу потерял? – Почему именно мышечную? – Потому что другой у тебя нет! Признавайся, там весы были? Взвешивался? – Да и да. – И сколько? – Не важно. – Ты хоть не забыл, о чем тренер говорил? Тебе надо постоянный вес поддерживать, учитывая интенсивность тренировок. – Ты же знаешь, когда я нервничаю, то не могу есть. – Са-аске. Около пяти килограмм? Так? – Угу... – Будешь набирать пока будем в Канаде, в горах без них тебе и делать нечего. Узумаки понял, что улыбается лишь, когда услышал про горы и Канаду. – Мда… далекова-то, – фраза получилась отстранённой. Мысли все вернулись к внешнему состоянию Учихи. Оказывается, его всё же надо было кормить побольше… совсем ребёнок. Гаара пока молчал, внимательнее прислушиваясь к разговору. – Вот и посадка, – объявил Хаку Учихе. – Летишь один, все документы, билеты, кредитки и прочая чушь в боковом кармане сумки. Там же список того, что нам понадобится и адрес специалиста в Сиднее, который снимет с тебя этот браслет, будь осторожнее, на нем наверняка система слежения, раз электричество не подействовало. Вот телефон, первый номер мой, позвони, как только самолет сядет. Встретимся на пятом километре федеральной трассы уже после границы, номер машины сообщишь, как только ее купишь. И еще – не думай обо всем пока летишь – просто поспи. Собаку неопределенно хмыкнул: – А ведь, по сути, они все грамотно делают. Наруто кинул на него чуть раздражённый взгляд. – Грамотно-неграмотно, какая на хер разница? Нам самое главное вовремя перехватить или там, или позже, если не получится. – Федеральная трасса от Сиднея до границы одна, так что поймаем их уже в Канаде. В любом случае мой приказ следить за аэропортами пропал в бездну – они уже не в Японии, а скорее всего в Корее, судя по голосам на фоне их разговора. – Быстро они… – парень снова прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Самым сильным оказалось нетерпение. Хотелось сейчас же сорваться с места и найти проклятого Учиху, вернуть обратно, к себе домой вернуть. Вернуть любым способом, даже насильно, против его желания. И плевать, что он не хочет. Сам-то Наруто хочет, и уже давно. Но действовать необдуманно было бы глупо, поэтому придётся положиться на более разумного в данный момент друга. – Твои предложения? – Спокойно собираемся и вылетаем в Канаду, перехватим его до того, как они встретятся, уже на границе. В самом Сиднее делать это бесполезно, скрыться в городе он сможет моментально. – И как мы его перехватим, если он собирается снять передатчик? Проблем прибавляется. – Пока они в себе уверены – не надо их разочаровывать. На границе мы его узнаем, водишь ты все равно быстрее, так что устроишь небольшую аварию. – Какую ещё аварию? Ты что, убить их собрался? Авария слишком опасна. – Наруто, осторожную аварию... несильную. И еще до того, как они вновь встретятся. У границы на пять километров ограничение по скорости, так что надо только, чтобы сработали подушки безопасности... – Несильную намного сложнее устроить, знаешь ли. – Наруто, кто из нас лопухнулся? Вот и постараешься... – Если б тебе не приспичило поговорить на ночь и усыплять Учиху, мы бы и не лопухнулись. Не надо тут всё на меня валить. – Если бы ты его запертым держал, а не позволял спокойно разгуливать, то те вещи ему бы в руки и не попали, – отрезал Гаара. – Иди собирайся, мой самолет будет готов через час. – Если бы я ему всё запрещал, мы бы с места никогда не сдвинулись, – огрызнулся на это Узумаки, поднялся и вышел из кабинета. – Ты мог бы его просто сломать, тогда бы и проблем не было! – крикнул ему вдогонку Гаара, складывая ноутбук. – Вот сам бы и ломал! В соседней комнате что-то грохнуло на пол, а затем послышался ещё один удар. Выходил парень из себя как всегда слишком быстро. "Вернем, поиграется еще пару недель и остынет" – сам себя успокоил Собаку. Узумаки и сам чувствовал, что ведёт себя как ребёнок, у которого внезапно исчезла полюбившаяся, новая только ещё игрушка, с которой он не наигрался . Поэтому злость и раздражение были объяснимы. Но… они были какими-то другими. Обычно, он не раздражался так сильно из-за таких пустяков, как попытка к побегу. Может, это потому, что Учиха сначала признался в любви, а теперь пытается удрать? Чушь. Конечно, чушь. Но пока другого объяснения не было. И скорее – обида, что и его обманули. Вернувшись домой за своими вещами, парень стал собираться, решая, какую машину взять, чтобы было удобнее. Поэтому, пришедшего к нему гостя, он пустил на автомате, уже потом рассматривая в дверях незнакомца. Это был пожилой мужчина, явно состоятельный, если судить по его одежде и машине. – Здравствуйте, вы – Узумаки Наруто? – Я, – в ответ кивок. – А вы? – Меня зовут Наоко Фуджияки, и я бы хотел с вами поговорить. Узумаки окинул его задумчиво-оценивающим взглядом, отмечая, что тот вроде не похож на человека из органов. Те сразу представляются со своими «титулами». – Ну, проходите, – отступив, он пропустил гостя вперёд себя. – Только я спешу. – Я не займу у вас много времени. Извините что без приглашения и без звонка, но мне необходимо было с вами встретиться, как только я узнал кто вы. – Мда… интересно. И кто же я для вас? – на губах появилась насмешка. Парень знал прекрасно, что слухов про него ходят достаточно много и всяких разных. – О, дело вовсе не в вас. – Ну, же, рассказывайте. Мне интересно. – С вами был юноша, чуть пониже вас, черноволосый такой, замечательно катался на доске. И этого юношу я никак не могу найти. – И зачем же вам этот юноша? – несмотря на очередную насмешливую улыбку, взгляд стал более цепким, настороженным. – Я хотел спросить, не согласиться ли он продать тот крест, что носил тогда. Хотя это было удивительно... такую дорогую вещь надевать на пляж и не бояться потерять. – Не согласится, точно. Его крест - это память. А память всегда дороже денег, верно? – Но это не только его память, этот крест помимо тех миллионов, которых стоит, несет в себе еще и память многих поколений, это наследие английской истории. Я представитель филиала одного из музеев Англии, и если честно, здесь лишь в отпуске. Этот крест казался давно утерянным, даже не представлял, что увижу его так неожиданно. «Ага… то-то мне он показался тоже, староватым…» Угрюмо подумал парень, разговор его уже не так интересовал. – Значит, можете уехать обратно и обрадовать всех, что он не утерян. – Если не продать, то может быть ваш друг согласиться с его арендой всего на несколько выставок? – А фиг его знает, согласится или нет, – блондин пожал плечами. – Вы здесь сколько ещё будете? – Столько, сколько потребуется, если есть надежда уговорить вашего друга. – Тогда, оставляйте ваши координаты. А я свяжусь с вами, как вернусь. И смогу сказать точно. – Конечно, – Мужчина протянул ему визитку. – Простите, что задержал вас. – Нет проблем, – Узумаки поднялся, чтобы проводить гостя. – Буду ждать вашего звонка, – он сел в машину и уехал. «Долго ждать придётся.» Отрешённо подумал парень, закрывая дверь и поднимаясь снова наверх. Осталось запихнуть совсем немного и можно отчаливать. * * * * * Все случилось именно так, как они предполагали. Канада, одна федеральная трасса, граница, где все регистрирующиеся легко просматривались из придорожного кафе, большой внедорожник, за рулем которого и обнаружился Саске. Но этого Учиху Наруто не знал – уверенные, бескомпромиссные движения, более коротко подстриженные волосы, серые, затемненные очки на глазах, даже одежда у него была в другом стиле, более дерзком, вызывающем, неприступном: черные джинсы подчеркивали длинные ноги, но в то же время не так сильно облегали, как хотелось бы окружающим, простая зеленая бадлонка полностью закрывала его, начиналась с высокого горлышка и заканчивалась у ремня брюк, еще сверху была куртка из черного материала с серой окантовкой воротника и молнией. Узумаки выдохнул, выпуская серое облако дыма, которое тут же наполовину растворилось. Курил он редко и это был верный признак тому, что принять какое-либо решение было трудно. Либо, было несколько вариантов своих, а использовать их или нет – уже было очередным выбором. Опять же трудным. «А за воротником несколько засосов… если ещё не прошли.» Отстранёно хмыкнув, парень выкинул наполовину выкуренную сигарету. Внимательнее осмотрел новой облик брюнета, про себя отмечая, что с длинными Учихе шло больше. Да и непривычно, действительно. Саске завел машину и резко, агрессивно, пронесся мимо них, раньше чем Наруто успел отреагировать. – Ну и где авария, гонщик? – ехидно поинтересовался Гаара. – Может, сам за руль хочешь сесть? – огрызнулся на это Наруто, тоже срываясь с места. Упускать Учиху он не собирался точно. Не теперь. – Не гони так, спокойнее, не хватало еще что б нас засекли, трасса одна, направление у них тоже одно – на Аляску. Я выяснил что они там ищут, точнее кого и где. Схватим на месте. – Угу. И кого же? – Брата его, Учиху Итачи. Вертолет разбился где-то в горах Аляски. – Да… Саске рассказывал, что его брат пропал. – Они считают, наверное, что он жив. И если это так – то сие не есть хорошо. – Почему же? Разве, это нам сможет чем-то помешать? – Знаешь кто Итачи по образованию? Где работает? – Я ничего о нём не знаю. – Он журналист на международном телеканале CNN. Этого уже достаточно... – Если он о нас не узнает, и проблем не будет тоже. – Тогда они не должны встретиться. – Не встретятся. Мы же заберём Саске раньше, верно? – Не только Саске. Думаешь, этот Хаку молчать будет? – Не уверен, что Саске ему всё подряд растрепал. Тем более, про тебя никто и ничего не знает. – Опытному журналисту этого будет достаточно. Да и разве он не будет искать своего брата? Я за тебя опасаюсь... – Плевать. Ничего не будет, не переживай так. – Ладно. Делаем так – когда они остановятся передохнуть, прикрепим к их машине жучок и дальше будем на значительном расстоянии. – Ага, сделаю, – спорить не хотелось, тем более с хорошим планом. Через несколько дней они оказались в небольшом заснеженном городке у подножия гор, причем останавливаться Хаку и Саске не собирались – маячок показывал, что они уже явно поехали далеко вперед. – Нам придется остановиться - надо связаться с людьми, достать подходящую технику... – высказал свое мнение Гаара. – Ты связывайся, а я дальше. Иначе упустим. Да, и купи мне ещё одну пачку. – В бардачке целый блок лежит. Будь осторожнее, следи внимательно за зарядкой телефона. – Ага. Открыв бардачок, парень достал одну пачку и стал открывать её одной рукой. Получалось немного неловко – всё же, он не привык ни к сигаретам, ни заморачиваться так много. – Ладно, только не теряйся, да езжай осторожнее – тут все же не трасса, а горы и слишком много снега, – по Гааре было заметно, что ему тут не нравилось. – Ты так сильно за меня переживаешь? – в ответ была привычная, лёгкая усмешка. – Гаара, ты же знаешь, что я вожу машину не только быстро, но и хорошо. – Тут непривычные для тебя условия. – Приспособлюсь, не впервой. – И не вздумай подохнуть там где-нибудь! – Не дождёшься, – Узумаки довольно усмехнулся, резко срываясь с места. Когда батарейка на сотовом села, Наруто понял, что Гаара убьёт его при встрече. И будет это делать долго и медленно… чтобы он, как мазохист, оценил все старания друга. Когда машина застряла в сугробе, а ему пришлось переться по снежным горам пешком, стараясь не обращать внимания на усталость, парень понял, что может, даже поможет Гааре убить себя. А когда он стал ещё и замерзать, Узумаки понял, что до своего убийства ещё может и не дожить. Как это ни парадоксально. Засыпать нельзя было ни в коем случае, поэтому парень упрямо шёл. Он, может, и не хотел спать, но усталость была не менее упрямой, чем его упрямство. А борьба с усталостью редко приносит утешающие плоды, как например – победа духа над телом. Дух-то победил давно, но вот побеждать собственное тело? Да такой свалит с ног быстрее любой усталости… Наруто просто изморил себя своим упрямством. А всё почему? Потому что с этим самым завидным упрямством, желал вернуть Учиху обратно. Найти и вернуть. И было плевать, что он мог совершенно сбиться с пути или чего хуже – уже сбился. Об этом не стоило просто думать. И так мыслей много, и те гонят, подгоняют и не позволяют делать лишних остановок. Что толку? От этих остановок лишь ещё хуже… И всё же, победивший дух, был совершенно не рад, когда тело свалилось от усталости и холода, забравшегося под не слишком греющую куртку. Никто ж не знал, что придётся тащиться пешком, верно? – Эй, ты живой?! Очнись! – чей-то смутно знакомый ему голос прозвучал как в тумане. Наруто перевернули на спину и активно затрясли. Узумаки поморщился и с трудом чуть приоткрыл глаза. – Если не прекратишь трясти… живым точно не буду, – вместо привычной грубости, получился какой-то хрипловатый оттенок. «Ещё заболеть не хватало.» – Не прекращу, а то уснешь. Поднимайся, у меня тут дом недалеко, я помогу, – перед ним был парень, молодой еще, но из-за тумана и темноты лицо его разглядеть не выходило. – Ладно. А дома тепло? Парень с трудом поднялся. Конечности заледенели и кончики пальцев были почти не ощутимы, мышцы затекли. Вывод был один. «Херово всё.» – Тепло, там печь и камин, правда электричество отключили, а мы ведь только приехали, – тот поддержал Наруто за талию и перекинул его руку через свои плечи. – Только идем быстрее. – Ага… Узумаки сейчас не был против поддержки, что являлось редкостью. Впрочем, было бы глупо отказываться от неё. Да и не смог бы – даже чужие прикосновения, и те почти не ощущались. Совсем всё плохо… Они прошли немного по лесу и вышли к одинокому дому, приютившемуся у склона горы. Долгожданное тепло, слишком неожиданное, чтобы еще чему-то удивляться, но тут он услышал голос Учихи: – Хаку, что ты так долго? Связь заработала. – Да, спутник пойман, так что экстренная связь налажена. Я тут парня одного нашел, заблудился он, видимо. Не оставлять же в снегу... Узумаки рассмеялся бы. Если бы смог. Даже говорить было больно, неприятно и просто неудобно. Так вляпаться, мог только он. Зря Гаара переживал, что он может умереть. Кажется, это не было худшим вариантом. «Блядь… всё ещё хуже, чем я предполагал. Что ж, зато я нашёл Саске. Как впрочем, и хотел.» Единственное, маломальское утешение. – Я нашел более полезную вещь, это свечи, – в комнате, которую до этого освещал лишь огонь от камина, стало по-настоящему светло. – Что? – Саске увидел вошедших и застыл от изумления. Наруто хмыкнул и понял, что пытается улыбнуться, лишь когда почувствовал, как сводит скулы. Всё же замёрз он хорошо. Но выдавить из себя слова у него всё же вышло: – А я рад… тебя видеть. – Выстави его за дверь, ему тут не место. Учиха сказал это равнодушным тоном, повернувшись к камину и принимаясь подкладывать туда поленья. Теперь Хаку внимательнее осмотрел спасенного парня. – Поддерживаю одинокий голос своим. Выставляй, я разрешаю, – блондин лишь продолжил отшучиваться, а затем так же нахально добавил. – Я не представился ещё? Невежливо… Наруто. Впрочем, думаю, и так уже понятно. Последнюю фразу пришлось выдавить на одном дыхании, чтобы не закашлять. И так же пришлось сдержать царапающую боль – она чем-то напоминала «когтями по дереву», и была неудобной. Хаку резко сдернул с него куртку, развернул лицом к стене и связал ему руки веревкой за спиной. Узумаки лишь хмыкнул и поморщился, сдерживать кашель было трудновато. Как впрочем, и кучу ехидных замечаний. – Побудешь пока так... – Хаку отправил его пинком на мех, который был разложен возле камина. – Заодно отогреешься, пока мы говорим. Он отвел Учиху в сторону и стал с ним разговаривать на том самом языке, который не понимал блондин. Наруто перестал обращать на них внимание, лишь прислонился спиной к стене и прикрыл глаза. Попытка развязать узлы ни привела ни к чему хорошему, как и к плохому. Узлы не развязывались и были завязаны профессионально. Да… в первый раз парень встретил человека, умеющего так хорошо это делать. Когда их разговор закончился, Саске оделся и пошел зачем-то на улицу, а вот Хаку наоборот принялся раздеваться. Он снял куртку, затем свитер, оставаясь лишь в легкой футболке, облегающей тело. Теперь было заметно, что фигура у него ничуть не хуже, чем у Учихи, разве что Хаку был чуть ниже его. Парень распустил свои длинные волосы, расчесал их и завязал в низкий хвост, а потом только повернулся лицом к Наруто: большие карие глаза, высокие скулы, прямой нос и тонкие губы – он соответствовал всем каноном японской красоты. – Нам некогда отвозить тебя в город, поэтому ты будешь тут, в качестве нашего пленника. Узумаки чуть удивлённо приподнял бровь, но затем лишь кивнул. Спорить с ними или говорить что-то ещё сейчас было не столько бесполезно, сколько больно. Усталость всё же была достаточно сильной. Да и плевать, пленник или не пленник? – Сейчас, когда вода нагреется, мы все примем по очереди душ, поужинаем и ляжем спать, предварительно я тебя свяжу, естественно. Завтра мы на весь день уйдем в горы, так что будешь тут один, и не надейся выбраться. С джипа снят аккумулятор, так что завести его у тебя не получится, да и ключи с иммобилайзером я заберу с собой. Уйдешь пешком – никто тебя искать не будет, сдохнешь в горах, если раньше тебя не сожрут волки... или какой-нибудь проснувшийся медведь. Парень на это лишь пожал плечами. Ему было совершенно плевать, что за планы строили эти двое. Тем более плевать сейчас. От тёплого душа он бы действительно не отказался. А вот насчёт еды… что ж, он вполне может подождать и проверить одну идею. Почему-то ему было это важно узнать. Просто хотелось ответа на один вопрос, в слух, который, произнесён не будет. На него ответят действия. – Ты сделал больно Саске, я бы убил тебя, если б он не запретил этого. Или же заставил сгнить в тюрьме, если б он не знал, сколько на самом деле стоит свобода и что значит – платить за нее. Мы отпустим тебя, как только найдем Итачи. Узумаки снова никак не отреагировал. Ему было плевать на слова этого парня, но вот запрет Учихи… неужели, действительно всё ещё любит? Или простая, человеческая жалость? Интересно, а чего ему хочется больше, чтобы его так же любили или жалели? И не смотря на то, что любовь парень «не любил», точнее не любил само это чувство, то чувство «жалости» - ненавидел. – Вода готова. Хаку, иди первым, – Саске вошел в дом и принялся стряхивать снежинки с волос. – Кажется начинается снегопад, надеюсь до утра он закончится. – Я тоже. Ты подготовишь пока лыжи? – Конечно. Когда Хаку ушел вглубь дома Учиха сбросил куртку и взял лыжи из угла, раскладывая их на столе. Узумаки продолжал молчать, отогреваясь. Да и о чём говорить? Уверенности, что Учиха будет теперь что-то слушать или верить чему-то, не было совершенно. Лучше тогда просто набраться сейчас сил… а потом уже, если потребуется, можно будет и поговорить. Саске достал специальный воск и принялся смазывать лыжи для их завтрашней поездки, так ни разу и не обернувшись к нему, не посмотрев на него, словно для Учихи Наруто и вовсе больше не существовало. – Если ты решил оставить мне жизнь из жалости, то лучше бы позволил убить. Я не буду против. Парень чуть прикрыл глаза, продолжая смотреть на Учиху. Он оказывается действительно сильно соскучился и «рад видеть». Именно рад видеть. Брюнет ни на миг не оторвался от своей работы, словно тот ничего и не произнес. А говорить что-то ещё, Наруто не захотел. Он уже подтвердил для себя догадку, что на его реплики не будет никакой реакции сейчас. – Иди мойся, – Хаку вошел в комнату, одетый в спортивный костюм, просушивая волосы полотенцем. – Я доделаю. – Ладно, – Саске скрылся в ванной, оставив работу другу. – Знаешь, Учиха всегда был лучшим, самым упорным и храбрым. Не понимаю, чем его привлекло такое убожество, как ты. Узумаки лишь хмыкнул, кидая на парня насмешливый взгляд, говорящий, что «видимо чем-то привлекло». А уж чем… он и сам не знал. Да и не спрашивал никогда. – Но теперь хотя бы он не будет таким доверчивым благодаря тебе. На это парень лишь пожал плечами. Он не верил, что такая доверчивость и наивность исчезнет полностью. Может, скорее станет более осторожным? Да так, пожалуй, и правильнее. – Зачем ты тут? На это ещё можно было потратить усилия и ответить. – Хочу вернуть его. – Зачем? Чтобы продолжать лгать? Держать его взаперти? Мучить его? Зачем возвращать? – Он мне нужен. – Зачем он тебе нужен? Что ты с ним хочешь сделать? Продать, точнее отдать своему дружку, чтобы тот продал его на аукционе, как какую-то вещь? Узумаки усмехнулся, смотря всё так же насмешливо. – Если бы я так хотел, сказал бы, что он нужен Гааре, а не мне. – Не можешь отказаться от игрушки? Кажется так ты его называл... – Не могу отказаться, – согласился с этим парень, но вот на слове «игрушка» чуть поморщился, мимика разрабатывалась всё ещё плохо. – Он человек, не игрушка. Он не будет больше никому принадлежать, кроме себя самого, тем более тебе. – А я разве говорил про игрушку сейчас? – Наруто устало прикрыл глаза. – Ты можешь даже не переживать так за него, я всё равно заберу его обратно к себе. – Попробуешь и я убью тебя, не смотря на свое обещание. – Тогда лучше убей сразу. Чтобы не давать мне повода попробовать. – Пока ты не трогаешь его, я не трону тебя. – Я его уже трогал, – в ответ лишь ещё одна насмешка. – И отказываться от этого удовольствия не буду. – Если бы он был тебе нужен, то ты бы не морочил ему голову и отказался бы от пари, не унижал бы его, а принимал отношения на равных. На другое Саске не согласился бы. Но сейчас и это поздно. Отвечать ему парень не стал. Все остались при своих мнениях, и обоих это устраивало. Безразличная позиция со стороны Узумаки и игнорирующая с противоположной – со стороны двух парней. Может и правильно, может и нет. Уже неважно. Когда Саске вернулся, Хаку повел Наруто мыться, развязывая руки только перед дверью в душ. – Горячей воды не так много, первоначально она предназначалась лишь для двоих, так что недолго. Вот полотенце и сменная одежда, я тут буду. Парень кивнул, заходя внутрь. Он и не собирался тут расслабляться – а лишь быстро сполоснулся, позволив себе немного погреться, чтобы окончательно не простыть. Затем вылез, вытираясь и переодеваясь. Хотелось выглянуть и посмотреть, как сейчас выглядит Учиха – привычная спортивная форма чем-то успокаивала. Видимо, напоминала их дни в доме? Видимо, да… Хаку вновь связал ему руки за спиной, когда он вышел из душа и отвел в комнату, которую только сейчас можно было нормально осмотреть, поскольку Саске зажег три свечи для освещения. Помимо стола, на котором уже не было лыж, и камина, тут был еще небольшой диван недалеко от камина и простая односпальная кровать, также несколько табуреток и груда меха в углу. Учиха уже успел подмести, расстелить постель и диван, чтобы спать, положив на них просушенные на печи одеяла, и даже накрыть ужин на стол. Правда сегодня он состоял из вареной овсянки и подогретой прямо в железных консервах рыбы. Узумаки спокойно вернулся на своё место, предупредив, что не хочет есть. Всё же, хотелось позже проверить одну идею. Но сначала придётся немного посидеть в одиночестве… – На диван, – скомандовал ему Хаку, заметив знак от Саске. – И ты будешь есть, поскольку у меня нет никакого настроение возиться с тобой заболевшим. – Я не голоден просто, – на диван парень перебрался. – Тебя не спрашивают, – Хаку устало зевнул, он вел сегодня машину большую часть пути, на горной дороге меняться не удобно. – Позволь, я о себе сам позабочусь. Ты лучше за себя переживай. – Не выйдет, развязывать тебя никто не собирается. – Хаку принес еще одну веревку, один конец которой привязал к железной оградке камина, а другим связал ноги Наруто за щиколотки. – Веревка длинная, с дивана не упадешь, за то ночью нас не побеспокоишь. – Больно надо. Парень фыркнул, отворачиваясь. Ему было действительно плевать – а лишняя предосторожность немного раздражала. Хотя, может она и не такая лишняя… – Хаку, ложись спать, – сказал другу Учиха, вручая ему тарелку с едой. – А как же он? – Я сам. Ты устал. Ложись. Наруто с любопытством наблюдал за их отношением. Они чем-то напоминали их отношения с Гаарой. Только в этом случае, забота друг о друге была более явной. Собаку же с Узумаки предпочитали не предупреждать и делать всё по-своему – если забота и была, то негласной, общей. Слова для них были ни к чему. Саске поел сам, забрал пустую тарелку у Хаку и накинул на него сверху дополнительное одеяло, затем замочил обе их тарелки в специально приготовленном тазу с водой. После, буквально на секунду задерживаясь около стола, он подошел к Наруто и сел рядом, держа в руках тарелку с овсянкой и рыбой, оказалось, что Учиха еще и разделать рыбу для него успел, чтобы не попадались кости. Парень перевёл на него чуть удивлённый взгляд, но продолжил молчать, наблюдая дальше. Ему было интересно, почему Саске так странно себя ведёт – сначала сказал выставить, а затем не убивать. Теперь, кажется, вообще кормить собрался. Где логика поведения? Совершенно нет логики… Учиха стал ещё более нелогичным, чем был. Брюнет подчерпнул на ложку каши и рыбы и поднес ко рту Наруто. А тот спокойно, не споря, принялся есть «с рук». И почему-то создалось впечатление, что от Хаку бы он нос всё же ещё поворотил со своим «я не голоден, не лезь». Саске, когда покормил его, отправил тарелку в тот же таз, к двум другим, а затем накинул на Наруто одеяло на ночь, потушил свечи и сам устроился рядом с Хаку, забираясь к нему под одеяло и обнимая его. Друг что-то проворчал в ответ и притянул его ближе, чуть подминая под себя, на что Учиха лишь тихонько охнул, но возражать не стал, лишь дернул его за прядь волос в качестве наказания. Узумаки отвернулся в другую сторону – смотреть на двоих друзей было больно, а внутри поднималась то ли тихая ревность, то ли жестокая зависть. Причём, контролировать по отдельности эти чувства было проще, чем вместе. Пришлось оставить ревность на свободе, всё равно она тихая и пока никак не проявлялась. Спать в позе «отвернувшись», оказалось слишком неудобно. Тогда пришлось развернуться обратно и прикрыть глаза – темнота всё равно толком не скрадывала, а так хоть не видно ничего. С другой стороны, если вспомнить их с Гаарой, разве они так тоже не могли улечься? Могли… только кажется, что последний раз их совместная, нормальная посиделка с ночёвкой – была совсем давно. «В другой жизни, да?» Да, тогда ещё была другая, более светлая жизнь, с жаром костра в камине и его потрескиваниями. А он сам затемнил себе жизнь. И затем появилась эта скука, выедающая изнутри медленно, постепенно делающая его безразличным ко всему. Слишком быстро и слишком цепко… её было не развеять, практически ни чем. И странно, что с появлением Учихи – он про неё совершенно забыл. Сначала, посчитав, что так и должно быть – новая «игрушка» и новые ощущения от неё. Но обычно скука появлялась вновь слишком быстро, либо не отпускала полностью. А тут вернулась лишь с уходом Саске. Довольная, что теперь есть чем питаться – хорошими воспоминаниями и неплохим настроением. А съев подчистую, стала глодать дальше, и снова не отпускала. Да что ж за херня такая творилась? И когда он успел позволить ей случиться? Нет. Неважно, когда и как… действительно, не так важно, как теперь решить, как избавиться от новой «скуки»? И сможет ли Учиха снова загнать её в угол, своим присутствием? И единственный ответ в глубине души был «да».