Не таким образом

У Питера есть секрет. Ладно, у него их вроде как много, но дело не в этом. Дело в том, что когда он не был в школе или когда он не надирал зад Мстителям, (это правда произошло! Как же круто!), ему нравилось делать что-то для себя. Ему нравилось петь. Ладно, в конце концов, все может быть не так уж и плохо, но если кто-нибудь из Мстителей узнает об этом, шутки не прекратятся никогда. И если Тони, сам мистер Старк, когда-нибудь узнает об этом, ему не понадобится много времени, чтобы понять, почему Питер начал петь. Все будет кончено. Поэтому, чтобы потешить себя, он время от времени выбирался из башни, чтобы пойти в небольшую уютную кофейню (не слишком близко, но и не слишком далеко), чтобы выступать там. Единственный, кто знал об этом, был Нед. Он был единственным, кому Питер мог доверять во всем. Даже в этом. Он вошел внутрь, кивая хозяину и работающим бариста. – Питер! – услышал он позади себя. Он обернулся и увидел Неда. Он улыбнулся, глядя на своего друга. – Что ты здесь делаешь? Нед пожал плечами. – Я просто хотел увидеть твое выступление хоть раз, – он сделал глоток кофе. – Эм, да, сегодняшнее выступление может быть немного грустным. Так что я не думаю, что ты… – Чувак, почему это должно быть грустно? Разве ты не поешь только о вещах, которые ты чувству... – лицо Неда прояснилось от осознания. – Ой. Питер нервно прикусил губу. Нед, оглянувшись по сторонам, как будто бы пытаясь убедиться, что какого-то конкретного человека там нет, спросил: – Ты когда-нибудь собираешься сказать ему? Питер яростно покачал головой. – Если я когда-нибудь скажу ему, что я чувствую… – он замолчал. – Я думаю, что это будет конец, Нед. Я не думаю, что он после этого даже будет разговаривать со мной. Нед посмотрел на него. – Чувак, не то чтобы я хотел прерывать твои страдания, но... – прошептал он, подходя ближе к Питеру. – Это Тони Чертов Старк. Все влюблены в него. Я не думаю, что это так уж важно. Прежде чем он успел ответить, раздался громкий крик «Паркер!». Вздохнув, он снова посмотрел на Неда. – Мой выход. Я поговорю с тобой позже. Нед собирался сказать что-то еще, но Питер бросился к задней части кафе, направляясь к мини-сцене. Подросток взял в руки гитару и сел на стул перед микрофоном. Он прочистил горло. – П-привет всем, меня зовут Питер. Я буду петь песню под названием «Не таким образом». Надеюсь, вам понравится. Он прошелся по струнам, начиная играть грустную, печальную мелодию, и запел: Ненавижу признаваться в своей любви, Когда это так трудно для меня. Все больше людей начали сходиться к нему, привлеченные его мягким, нежным голосом. Единственная причина, по которой он начал петь, заключалась в том, что таким образом он мог выразить свои чувства. Он должен был. Ненавижу говорить, что ты мне нужен, Когда мне очень хорошо понятно, Что ты меня не хочешь. Поработав вместе с Тони почти год, Питер начал чувствовать себя странно рядом с ним. Он стал еще более нервным и смущенным, чем когда он только начинал. Затем он начал замечать, что все, что он хотел сделать, это проводить с ним время, будь то спарринг, просмотр фильма или даже простая прогулка. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит. Ему нравился Тони Старк. Я бы никогда не спросил, Потому что глубоко внутри Я уверен, Что уже знаю твой ответ. И, честно говоря, это не было бы проблемой, если бы он не был его боссом. Поэтому Питер пытался игнорировать возникшие чувства, его сердце болезненно сжималось каждый раз, когда Тони шутил, каждый раз, когда он смеялся, каждый раз, когда он гладил Питера по плечу и говорил: «Хорошая работа, карапуз». Ты бы сказал: «Прости меня, Поверь, Я люблю тебя, Но не так, как тебе хочется». Он старался изо всех сил, черт возьми. Но он не смог. Он не смог ничего поделать со своими чувствами. Он так глубоко погрузился в свои мысли, что даже не успел опомниться, когда заметил, что это самое большое количество людей, перед которыми он когда-либо пел. Худшим, подумал Питер, было то, что Тони искренне заботился о нем. И хотя он был благодарен за это, это никак не помогало ему бороться с болезненным чувством в груди, которое возникало каждый раз, когда он вспоминал, что это будет все, что он может когда-либо получить. Он навсегда останется для него ребенком. Как же я ненавижу говорить, что нуждаюсь в тебе, Но я так самоуверен, Я так завишу от тебя, Какой же я дурак! Питер ненавидел это чувство безнадежности, которое сопровождалось любовью, любовью, которую он не сможет получить. Его пальцы продолжали проходить по струнам. Когда тебя нет рядом, Я начинаю петь блюз. Я не могу этого выносить, Не могу смотреть правде в лицо. Он глубоко вздохнул, сосредоточившись на своей аудитории. Ты никогда не узнаешь о моих чувствах, Ты никогда не сможешь увидеть их в моих глазах. Каждый раз, когда Питер практиковал эту песню, он всегда воображал Тони, как будто тот был прямо перед ним. Даже сейчас, закрыв глаза, Питер представлял, что он здесь. Я бы никогда не спросил, Потому что глубоко внутри Я уверен, Что уже знаю твой ответ. Иногда он представлял, как Тони морщится от отвращения, а иногда – как он злился. Хуже всего было тогда, когда он представлял, как Тони его жалеет. Ты бы сказал: «Прости меня, Поверь, Я люблю тебя... Он ненавидел следующие слова, потому что они были такими правдивыми. Но не так, как тебе хочется». Его голос стал мягче, когда он пел последние пару строчек. Ты бы сказал: «Прости меня, Поверь, Я люблю тебя, Но не так, как тебе хочется». Когда он закончил, все люди, пришедшие в кафе, начали громко хлопать, несколько человек даже засвистели. Питер улыбнулся и наклонился к микрофону. – Всем спасибо. Он сошел со сцены, прихватив с собой гитару, и уже собирался уходить, как вдруг услышал знакомый голос. – Питер? Питер посмотрел вверх. – Тони?