Give us a little love

Осаму Дазай… Он счастлив, что это именно его имя. У этого мальчика было все и всегда: любящие родители, младшая сестра, которая никогда не доставала, любимый пушистый котейка, которого ему подарили на десятилетие, по кличке «Кёта». Дазай всегда любил свою семью. Конечно, был период в его жизни, когда он и сдохнуть хотел, и семью свою ненавидел, но все это не больше, чем подростковый максимализм. У шатена сложный характер и ужиться с таким, как он, — подвиг. Мальчик он был спортивный, любил волейбол. В свои школьные года (старшая и средняя школа) состоял в команде по волейболу. Играл хорошо, всегда брали в основной состав. Учился, конечно, не очень хорошо, но в основном были четверки, предметы гуманитарного цикла шли как по маслу, а вот технарь из него никакой. Физика? Алгебра? Геометрия? Ну нахуй, он лучше на химию. Химия ван лав. Один из предметов, к которым он не испытывал неприязни. Историю очень любил, а потом учителя сменили, и учить ее вообще перестал. Японский знал идеально, но почти никогда ничего не учил и не делал, коротая время урока в телефоне, а экзамен в итоге сдал идеально. Помнит, как-то раз ему сказали, что у него синдром гиперответственности. Боже, как он тогда смеялся. Он же делает… Целое нихуя? Ну, он всегда понимал, что это природные данные. Просто слушал что-то там краем уха, а мозг запоминал. Ему и хорошо, учишься, не напрягаясь. Понял, что ему нравятся мальчики лет в тринадцать. Тогда по уши влюбился в красавчика всея школы. Он не парился, это быстро прошло. Через пару недель уже забил на того парня. Потом универ. Хотел на филолога, а поступил на актера. Поступил в штатах. В Вашингтоне ему понравилось: красиво, люди приветливые. Язык знал плоховасто, но после месяца общения с англоговорящими произношение перестало хромать. Закончил отличником и вперед в эту школу. Направили на практику, а он и рад. Почему нет? Теперь мучается здесь. Живет с Накахарой душа в душу и радуется жизни.

«Ты спрашивал — За что люблю тебя я? Что нравится в тебе сильней всего! С тобою рядом голову теряя, Не нахожу ответа своего… За что люблю, сам и не знаю точно. Люблю твою улыбку и глаза. Люблю к тебе прижаться тесно ночью, Вокруг тебя обвиться, как лоза. Люблю болтать с тобой по телефону, Ходить вдвоем на выставки, в кино. И вечером по улицам знакомым Идти домой, когда уже темно. Мне нравится, как ужинаем вместе, Как вместе просыпаемся с тобой. Что любим мы одни и те же песни, Что ты такой неповторимый мой. Какой ты есть, такого и люблю я Мы будем вместе, скептикам назло. По-женски соблазняя и ревнуя, Я знаю — мне с тобою повезло. Оставь сомненья в этот день осенний. Ведь непонятно даже самому. Люблю тебя без всяких объяснений. »

Чуя Накахара… Ему не везло всю жизнь. Воспитывал его только отец, мать умерла при родах. Мужчина тащил на себе и рыжего, и его старшего брата. Работал день и ночь, а Чуя жалел отца, ведь тот лишился любви всей его жизни. Как только Накахаре стукнуло 14, пошел работать и помогать отцу. Старшему было все равно. Его кормили и ладушки. Рыжий работал наизнос, не жалея себя. И его отец был действительно благодарен. А потом и он умер… Чуе было 17,когда это случилось. Брат отреагировал… Да кому он врет, этому ублюдку было похуй. В итоге Чую забрала двоюродная старшая сестра Кека, а старшего оставили работать самостоятельно. Ему уже было 21. После окончания школы Накахара без экзаменов поступает в универ. Ну конечно, с идеально сданными экзаменами-то его бы и не взяли. Университет все равно закончил экстерном. Вместо пяти лет, отучился только два года. Сестра гордилась им и вскоре они вдвоем переехали в США. Там Кека нашла себе мужа, миловидного канадца, который влюбился в девушку с первого взгляда, и брюнетка наконец вышла замуж в свои 27. Через три месяца после свадьбы Изуми уже была беременна. Так у Чуи наконец появилась семья. Он, конечно, не хотел отдавать сестру, но что поделать. Устроился на нынешнее место работы спустя год, после переезда в штаты, когда ему было 23. Неожиданно преподователь из него вышел хороший, ну и ладно. Самое оно. Не сказать, что он гей. Скорее уж би. Сам он, в принципе, этот факт не скрывает, но и не офиширует.

» Простись со мною, мать моя, Я умираю, гибну я! Больную скорбь в груди храня, Ты не оплакивай меня. Не мог я жить среди людей, Холодный яд в душе моей. И то, чем жил и что любил, Я сам безумно отравил. Своею гордою душой Прошел я счастье стороной. Я видел пролитую кровь И проклял веру и любовь. Я выпил кубок свой до дна, Душа отравою полна. И вот я гасну в тишине, Но пред кончиной легче мне. Я стер с чела печать земли, Я выше трепетных в пыли. И пусть живут рабы страстей — Противна страсть душе моей. Безумный мир, кошмарный сон, А жизнь есть песня похорон. И вот я кончил жизнь мою, Последний гимн себе пою. А ты с тревогою больной Не плачь напрасно Надо мной.»

***

«Самая древняя книга, в которой говорится о браке, был создана в Египте в третьем тысячелетии до нашей эры. Это — «Поучения Птахотепа», мудреца, жившего в эпоху Древнего царства. Судя по тому, что дело между супругами могло дойти и до суда, ссориться с женами египтянам — ни знатным, ни безродным — было не слишком интересно. Тем более что египетский брачный контракт, как правило, предусматривал раздельное владение имуществом. А кроме того, в случае развода одна треть из всего, что супруги нажили вместе, по закону доставалась жене. Не так уж и мало, если учесть, что жена обычно не работала, а только вела домашнее хозяйство. Брачные контракты передавались на утверждение джати — наместнику фараона, исполнявшему по совместительству роль судьи. Джати следил, чтобы в контракте определялись обязанности мужа по содержанию супруги и было подробно описано приданое жены (на случай возможного развода). Разводы в Египте случались, а во времена Нового царства их инициатором могла выступить и женщина. Кстати, побои мужа не могли стать причиной развода: по египетским законам муж имел право бить свою жену. Однако, если он слишком увлекался и украшал супругу избыточными с точки зрения закона синяками, жена могла обратиться в суд и в свою очередь потребовать телесного наказания для мужа (при повторном нарушении — до ста палочных ударов). При этом муж лишался права на совместно приобретенное имущество. Не исключено, что египтянки специально провоцировали надоевших им мужей. Ведь, два раза перетерпев побои, жена могла не только насладиться законной местью, но и стать единственной и полновластной госпожой в доме. Как ни странно, о египетских свадьбах не известно почти ничего. Судя по всему, брачная церемония у египтян сводилась к подписанию контракта и к переезду жены с приданым в дом мужа. Единственным ритуалом, о котором известно, был обмен браслетами (а позднее — железными кольцами). У фараона обыкновенно была одна главная жена, носившая титул «Великой царской супруги». Эта жена очень часто была родной или по крайней мере единокровной сестрой фараона. Причем старшей сестрой. Именно брак с нею, старшей дочерью предыдущего царя, порой и давал власть царю следующему. Конечно, такая процедура передачи власти случалась, если только у предшествующего фараона не было сына от главной жены. Тогда он передавал власть одному из побочных сыновей, поженив его на своей дочери-наследнице. Но даже если вопросы преемственности власти перед фараоном не стояли, брак с сестрами и даже с собственными дочерьми был для него делом обычным. Множество женщин, окружавших юного фараона, приходились ему сестрами. От них просто некуда было деться. Ведь помимо главной жены у его отца-фараона было еще несколько второстепенных, но тоже законных жен, не говоря уж о наложницах, тоже имевших вполне официальный статус. И у всех рождались дети, в том числе дочери. Рамзес II за годы своего правления одних только главных жен сменил целых пять. Правда, он царствовал шестьдесят семь лет. А всего у него было сто шестьдесят два ребенка. Одну из своих дочерей он сделал и своею женой. Кроме того, Рамзес II известен редким по тем временам дипломатическим браком. Он заключил его с хеттской царевной, которую возвел в ранг «Великой царской супруги». Но помимо браков политических или, что случалось чаще, династических фараоны вступали и в браки по любви. Ярчайший пример тому — брак Аменхотепа III и дочери жреца Ти, плодом которого стал Эхнатон. Известно, что Ти была не царского рода и относительно скромного происхождения. И отец, и мать ее служили при храме бога Мина. Сохранилась гробница ее родителей: их титулы отнюдь не высоки. Тем не менее Аменхотеп не только сделал Ти своей главной женой, но вызывающе объявил об этом всему свету. Поскольку брачные церемонии были не приняты, а со средствами массовой информации у фараонов дело обстояло неважно, царственная пара придумала необычный для того времени ход. В честь бракосочетания была выпущена серия памятных жуков-скарабеев, на брюшке которых выгравировали один и тот же текст: «Да живет Аменхотеп III, податель жизни, и Великая супруга царя Ти, которая живет. Имя ее отца Юйя, имя ее матери Туйя, она супруга могущественного царя, южная граница владений так далеко, как Карой, а северная граница так далеко, как Нахарин». Новобрачный обнародовал безвестные имена родителей своей молодой жены, с вызовом давая понять, что «Великая супруга царя», равно как и ее родные, не подлежит оценке по обычным меркам. Аменхотеп IV больше известен нам под именем Эхнатон. Его брак с красавицей Нефертити был, по-видимому, тоже браком по любви. Во всяком случае, Нефертити, как и ее свекровь, была не царского рода: она никогда не носила титула царской дочери. Но влюбленный фараон сам дал ей официальные титулы: «светлорукая, грациозная, та, чей голос радует царя». Он же дал ей дополнительное имя Нефернефруа-тон — «Прекрасны красоты Атона». А вот Тутанхамону, который был сыном Эхнатона от одной из второстепенных жен, жениться по любви не пришлось. Совсем еще мальчиком его связали узами брака с дочерью Эхнатона и Нефертити, Анхесенпаатон (позднее переименованной в Анхесенпаамон). Невеста была старше жениха на два-три года. После смерти восемнадцатилетнего брата-супруга Анхесенпаамон, Великая вдова царя, ставшая властительницей Египта, совершает неожиданный, совершенно немыслимый политический и брачный ход. Не желая делиться властью ни с кем из своих сановников или братьев, она тайно посылает письмо хеттскому царю Суппилилиуме.» -Так все, хватит. Я понял, понял, - Осаму измучеенно вздыхает. - Как ты можешь держать столько информации у себя в голове? -Просто запомнил однажды, - Накахара смеется. - А как ты можешь знать «Ромео и Джульетту» наизусть? -Загадка природы, вот только ты это по приколу выучил, а у меня выбора не было. -Бедняжка,- голубоглазый треплет любимого по голове.-Тебе пора спать. -Тебе тоже,-Осаму обвивает рыжего всеми конечностями и засыпает.

***

Хатхо́р — в египетской мифологии богиня неба, радости, любви, опьянения, материнства, плодородия, веселья и танцев. При покровительстве правителей, которые охотно строили храмы в честь богини, Хатхор стала одной из главных богинь Древнего Египта. Центр культа располагался в Дендере (Средний Египет), отчего богиню удостоили эпитета «владычица Дендеры» В поздние периоды древнеегипетской истории Хатхор отождествлялась с богинями любви и красоты других народов, в частности, с месопотамской Иштар, греческой Афродитой, римской Венерой и германо-скандинавской Фрейей. В мифологической традиции являлась женой Гора Бехдетского и матерью Гора-Сематауи, но в некоторых городах почиталась как жена Ра или четырёх детей Гора (в Мемфисе в роли её мужа иногда выступал Птах). С ней отождествляли некоторых других богинь египетского пантеона — Ихет, Мугп, Нут. С возвышением культа Ра Хатхор стала считаться его дочерью, солнечным Оком, тождественным дочерям Ра Сехмет и Тефнут, что вызвало и недолгий период поклонения ей в образе львицы. В этом качестве Хатхор занимает место центрального персонажа мифов о приносящем весну возвращении солнечного Ока (Тефнут-Хатор) из Нубии, а также об истреблении людей в наказание за их грехи по приказу Ра его Оком (львиноголовой Сехмет-Хатхор). Известная по гробницам Сети I и Рамсеса III «Книга Небесной Коровы» приводит изображение священной коровы (с божествами Хех, поддерживающими её) и миф об истреблении непокорного человечества, в котором Хатхор выступает как карающее за грехи «Око Ра» и отказывается прекратить уничтожение людей даже после того, как бог Солнца смилостивился над ними. Чтобы остановить бойню, Ра пошёл на хитрость (в некоторых вариантах — по подсказке бога мудрости Тота): на пути Хатхор были разлиты тысячи кувшинов пива (или вина), в которое было подмешано вещество «диди» (порошок гематита, вариант — гранатовый сок), чтобы сделать его алым, как кровь. Увидев это озеро, яростная львица приняла его за человеческую кровь и начала жадно пить. В результате, она настолько опьянела, что уснула. После пробуждения и Ра повторно обратился к ней и Хатхор сменила гнев на милость. По более поздней версии мифа Оком Ра, а также его карающим мечом была Сехмет, которая после сна превратилась в свою миролюбивую ипостась — прекрасную Бастет, из-за чего можно много где встретить путаницу о ипостасях богини Сехмет как Хатхор, а не Баст. В Книге Хатхор ни в кого не превращалась. Как и Гор, Хатхор почиталась в роли защитницы фараона, даровавшей плодородие, а также выступала в качестве богини-матери (подобно супруге Амона Мут). С Хатхор был связан культ деревьев — финиковой пальмы и сикоморы (считалось, что их образ может принимать богиня). Выступая из ветвей сикоморы загробного мира, Хатхор поит души умерших живительной влагой. Кроме того, с Хатхор отождествлялась воплощавшаяся в акации богиня Иусат. Хатхор почиталась также и как богиня любви, веселья, музыки, пляски (её атрибутом был музыкальный инструмент систр, изображения которого часто носили в качестве амулета, охраняющего от злых духов). Один из распространённых её эпитетов — «золотая». В Дендере сыном Хатхор и Гора Бехдетского считался бог музыки Ихи. Древние греки отождествляли Хатхор с Афродитой. Хатхор считалась связанной с заупокойным культом, в религиозной традиции она вместе с богиней Таурт встречала умерших на пороге загробного царства. Как «владычица прекрасного запада» (Запад — царство мёртвых) в период Нового царства отождествлялась с Аментет. В поздний период Хатхор отождествлялась с Исидой, а также Таурт, Нейт, Баст, Небтуи, Кудшу. Как же Чуя надеется, чтобы их с Дазаем любовь хранили и охраняли всевозможные боги.

***

Последний день... Завтра! Уже завтра Осаму вернётся в объятия любимого Накахары и скажет, как же сильно он его любит! Он так скучал всю эту чертову неделю. Ужасно скучал. Все кажется мрачным и серым без рыжего историка. Осаму лежит и пялится в потолок. Сейчас семь часов вечера. Он уже одет и скоро поедет в аэропорт. Он лежит и пялится в потолок... Он вспоминает детство... «Ночь... Постель... Этот смуглый свет луны слегка освещает мою комнату. Спокойно, тихо... И я почему - то в такие моменты не наслаждаюсь этой тишиной, а наоборот... Начинаю усложнять систему. Я начинаю думать. Мысли разбрасывает в разные стороны. Буквально от «как вон та муха держится на потолке?» до « а в чем же смысл жизни?» . Поняв, что я бесполезно трачу время, ища ответ на первый вопрос, я плавно перехожу ко второму. Ну чтож... В чём же смысл жизни? Я вышел на балкон с кружкой крепкого кофе. Посмотрев на звёзды, я как обычно, потерялся в них. Я вспомнил все самые светлые и грустные моменты своей жизни... Вспоминаю улыбки друзей и родителей. Это было совсем недавно... А потом... Картина вдруг рушиться. Исчезают счастливые улыбки и люди. Я возвращаюсь из своих ярких воспоминаний в реальность... Что случилось? Дальше я не могу вспомнить счастливых моментов! Взросление-тут же понимаю я. Вспоминаю, как я срываюсь на друзьях, родственниках. Вспоминаю первую сигарету... Тут же в голове : Боже, кем я становлюсь?! Рыдаю... Время уже два часа. Поздняя ночь. А я подбегаю к родителям, бужу их с криками :« я вас люблю!» Они обнимают меня... Так сильно! А может вот он: смысл жизни?! Чувствовать тепло родных и близких? А потом отдавать его им. Это же так прекрасно... Так вот. В эту ночь я не понял, как же муха держится на потолке, но я понял, кое-что важнее: нужно ценить близких. И любить их. Так сильно, на сколько хватит твоих сил, заботы и искренности!» -Совсем чуть-чуть, Чуя... - Осаму улыбается, поднимаясь с кровати. - Я вернусь и подарю тебе все свое тепло.

Но в тот день Осаму так и не вернулся...

***

Четверг. Чуя ненавидит четверги. Вот просто потому что. Но почему все учителя... В чёрном? Ученики трех актёрских классов тоже. По пути в свой кабинет он лаже встретил плачущую Эвелин Лаут. «Впервые вижу ее слезы», - подумал тогда Чуя. Рыжий заходит в свой кабинет. Там тоже все в черном, тоже все плачут. Да что же блять произошло?! -Мне... Мне так жаль, - плачущая Хант подбегает к Накахаре, обнимая его и утыкаясь головой в грудь. -Что случилось, Руби? - голубоглазый гладит девушку по голове, совчем ничего не понимая. -Вы... - красноглазая поднимает удивлённый взгляд. - Не знаете? Класс замолкает, и это, кажется, слышат все. -Вот... Мистер Накахара... - Эмили достает телефон и показывает историку главную новость дня.

«Пассажирский боинг А - 666, летевший из Японии в США, разбился недалеко от Гавайских островов. Все погибли.»

...а под заголовком два фото. Обломки самолёта и чуть ниже, улыбающийся Осаму...рядом с ним женщина, сзади еще двое подростков...снимок, сделанный за минуту до взлета с пассажирами и вылаженный в инстаграмм Дазая тогда же. И до Чуи не сразу доходит, что Осаму возможно... Мертв?

Чуя Накахара ; статус: жив. Осаму Дазай ; статус: неизвестно.