Бермудский треугольник

Наконец, Бад и Филипп подошли к дому. - Мы пришли, - робко сказал белобрысый и уставился на грязный асфальт. Уоррен добродушно взглянул на небольшое пятиэтажное здание. Оно не выглядело богато, но было весьма опрятным. - Что ж, ну тогда я пойду. Надеюсь, в твоем подъезде тебя не подстерегают никакие опасности? – С искрой веселья в голосе произнес лаборант. - Нет, - поспешил ответить Филипп. «Еще не хватало, чтобы он меня до квартиры решил проводить», - пронеслось у него в голове. - Тогда пока, - брюнет поднял руку в знак прощания, после чего засунул ее в передний карман джинсов, как и вторую. Ротт уже развернулся и поднялся на крыльцо, как Бад его окликнул: - Эй, Филипп, подожди! – Когда парень обернулся, он заметил у старшекурсника в руках какую-то листовку. - Я совсем забыл об этом, а только что случайно обнаружил в кармане, - он бросил взгляд на глянцевую бумажку в руках. – Возьми, может тебя заинтересует. Ротт подошел к Баду и взял предлагаемый флаер. - Ну, теперь точно пока, - Уоррен развернулся и быстрым шагом направился обратно, периодически поглядывая на часы. «Наверное, его друг уже заждался», - решил белобрысый, инстинктивно отправляя бумажку в карман. Он спокойно выдохнул, когда брюнет исчез из поля зрения. Поднимаясь по лестнице, он чувствовал, как волнение, охватившее его в присутствии Бада Уоррена, отступает все больше с каждой ступенькой. Чем он был ближе к своей квартире, тем спокойнее становилось на душе. Лишние эмоции ушли, как сорняки, ловко выдранные умелым садовником. Его дом – его крепость. В этом парень убедился вновь. Квартира вновь встретила его молчаливым унынием, но Ротт был даже рад этому. Парень быстро переоделся в домашнюю одежду, кинул продукты в холодильник и отправился к ноутбуку. Как он и предполагал, на сайте Pina Colada его уже ждало одно непрочитанное сообщение. Ротт сразу позабыл обо всем, включая мятую листовку, оставшуюся в кармане джинсов. «Ты снова очень лестно отзываешься о моих аргументах, ну что ж тогда получи их. В прошлый раз ты сказал, что любовь невозможно купить. Я утверждаю обратное. Ты говорил, что нельзя заставить человека полюбить себя, вопреки его собственным чувствам. Ты говорил, что это невозможно. Но на самом деле возможно. Ты можешь делать то, что вызовет у человека любовь к тебе. В этом отлично помогут деньги. С помощью них, человек может исполнить твою мечту, ты будешь благодарен ему. А там недалеко и до любви – пара красивых фраз, клятв и обещаний. Уверен, ты сейчас думаешь, что любят-то не за подарки, и даже не за красивые глаза, а за душу, за богатый внутренний мир. Если так, то твои понятия устарели. В реальном мире все происходит совсем не так. Людям давно застелило глаза от желания удовлетворять свои потребности. Причем они растут быстрее геометрической прогрессии. Так что любовь можно запросто купить, вот только встает другой вопрос – нужна ли такая любовь?» Филипп улыбнулся. И в этом вопросе их мнения с XXLем полностью разошлись. Хотя тот с поразительной точностью смог определить, о чем подумал Ротт, когда читал его доводы. Но это не было удивительно. Собеседник часто проделывал это. Странно, но переписываясь по интернету, они научились отлично понимать друг друга. «Я не думаю, что ты прав». – Так начиналось почти каждое сообщение, отправленное от He XXLю. – «Настоящая любовь еще существует, такая какую можно только испытать или почувствовать. Это что-то, что толком невозможно объяснить и для каждого это свое. То, о чем говоришь ты, тоже имеет смысл, но это не исключает существование истиной любви, которую купить невозможно. И ты это поймешь, когда почувствуешь сам». XXL оказался онлайн, поэтому ответ пришел незамедлительно. «Оо, а я и не знал об этой стороне твоей души. Да ты у нас наивный романтик ха-ха». - Очень смешно, - буркнул Филипп и напечатал ответ. «Можешь считать как угодно. А ты значит бесчувственный сухарь?». «Я бы скорее назвал себя реалистом. Я ведь не летаю в ванильных облаках на розовых пони». «Я не знаю, как мне доказать тебе свою точку зрения. Как уже говорил, ты должен это почувствовать». «А ты значит чувствовал это?». «Нет, но я верю в любовь». «Значит, мне не удастся убедить тебя, что и настоящую любовь можно купить?». «Это зависит от тебя». «Как насчет пари?;)». «Пари?» «Ну да, заключим пари. Я говорю, что смогу убедить тебя принять мою точку зрения за неделю. Если у меня не выйдет, то ты выиграл. Если выйдет, то ты проиграл». Не сказать, что Филипп Ротт любил азарт, скорее наоборот, он старался не связываться с такими вещами. Но доказывать XXLю, что он не прав, стало его любимым занятием. Поэтому он не мог отказаться, ведь собеседник мог бы подумать, что он струсил. «Что струсил?» - буквально через секунду пришло сообщение. - Он читает мои мысли… - губ белобрысо коснулась легкая улыбка. «Если хочешь, можешь согласиться со мной прямо сейчас », - пришло следом. «Я принимаю пари. Но что на кону?» «Позволишь мне придумать, что тебе сделать тогда, когда я выиграю?» Ротт словно кожей чувствовал, что эта фраза была бы произнесена самоуверенно и с усмешкой. «Выиграю я. И тогда ты… Ты пойдешь на свидание с тем, кого я выберу. Не повезет в пари, может в любви повезет?:)». – ответил Филипп. «Да я смотрю ты не промах. Хотя это неудивительно. Что ж, ставки высоки, но я в игре». «Разреши поинтересоваться, как ты собираешься доказать мне, что любовь можно купить?». – Спросил парень. «Это останется моим секретом, но я раскрою тебе его, как только, так сразу». Это загадочное сообщение добавило легкой интриги в эту «игру». У белобрысого непроизвольно задрожали руки. С ним это происходило всегда, когда он предчувствовал что-то необычное и интересное. «Начнем отсчет с завтрашнего дня. Обещай, что не станешь задавать мне никаких вопросов по поводу пари. До истечения заданного срока». – Пришло новое сообщение. Это была странная просьба, но XXL редко о чем-то просил, точнее никогда, поэтому Филипп незамедлительно ответил: «Я обещаю». «Ок, я отключаюсь». «Ага». Разговор закончился, и Филипп резко захлопнул крышку ноутбука. С этой секунды в нем что-то переменилось. Глаза загорелись озорным блеском, а в душе словно зародился дребезжащий колокольчик. Стоило Ротту подумать о пари, и он начинал звонко звенеть. Такое сладкое и немного мучительное, но от этого более приятное, предчувствие охватило его полностью. Будь он девчонкой, наверное, сейчас не удержался и запрыгал бы или хлопнул в ладоши. Казалось, ничего такого-то в принципе не произошло. Просто заключили пари – обычный спор. Но для Филиппа это было очень волнующим, учитывая серость и однообразие его жизни. Тема была довольно интересна. Он часто размышлял об этом. Да и XXL был серьезным соперником, что только добавляло игре привлекательности. А вдобавок он пожелал оставить свои методы в тайне. Ротт бухнулся на кровать, перебирая возможные варианты. Но ничего кроме как – переписки в интернете, проведения какого-нибудь онлайн голосования или чего-то в этом роде, так и не пришло в голову. В конце концов, они не знали друг о друге ничего, кроме особенностей характера. Как же XXL хочет осуществить задуманное? Эти и подобные мысли полностью заполонили сознание и, парень не заметил, как отключился, позабыв о голоде и вообще, обо всем. Противный звук заставил Филиппа вынырнуть из безбрежного сна. Будильник извещал о том, что уже семь утра, и белобрысому нужно подниматься с постели, чтобы не опоздать на первую пару. Ротт нехотя разлепил глаза и поднялся с постели. Он тут же почувствовал неприятный холодок, который ощущаешь, выбравшись из под теплого мягкого одеяла. Парень потер руками плечи, в надежде, что неприятное чувство пройдет. Потом, наконец, поднялся и поплелся в ванную, шаркая ногами. Прохладный душ и мятный вкус зубной пасты взбодрили его. Белобрысый отправился быстро позавтракать. Это было его фирменное блюдо. Он высыпал в тарелку солоноватых крекеров и залил их теплым молоком. Да у этого парня были слегка странные пристрастия в пище. Слопав сие лакомство, Ротт переоделся. Натянул все те же любимые и удобные джинсы, футболку цвета морской волны с каким-то непонятным принтом и черную олимпийку. Он был готов, поэтому с легкой душой покинул квартиру. Парню хотелось, как можно раньше оказаться на месте, где должен останавливаться студенческий автобус. Он надеялся, что тогда водителю придется остановиться. Ведь у того не будет причин, чтобы не делать этого. Филипп вовремя пришел на место. Он будет просто обязан это сделать. А то утренние пробежки хоть и полезны, но не очень приятны, учитывая расстояние, которое приходится пробежать, держа на плечах сумку с тетрадями. Кстати о сумке… - О не-е-ет, - отчаянно застонал белобрысый, поняв, что забыл самую главную вещь. Тут из-за угла выехал хорошо знакомый ему автобус. На лице водителя появилось удивленное выражение. Будь на месте Ротта кто-то другой, он бы непременно восторжествовал, но этот парень был слишком занят своими проблемами. Сейчас перед ним встал выбор – сесть в автобус и вовремя приехать на занятия или вернуться за сумкой и вновь опоздать. Когда двери распахнулись перед ним выбора не оставалось. Ведь отступи он сейчас, и водитель точно больше никогда в жизни не остановится возле его дома. И на это будет вполне адекватная причина, а не личная неприязнь. Ротт уже было ступил на первую ступеньку, как заметил в салоне очень знакомое лицо. Генрю Девис. На секунду парню показалось, что этот бугай преследует его. Что он забыл в студенческом автобусе, когда у самого есть тачка? Филипп резко отступил назад. Конечно, он не думал, что хулиган начнет к нему приставать или побьет прямо в автобусе, где столько людей. Хотя он даже в этом был не уверен. Но даже отвратительные мерзкие подколы и придирки Девиса вызывали у белобрысого заворот кишок. - Я забыл сумку с тетрадями! – крикнул он водителю, уже нервно постукивающему ногой, и, развернувшись, побежал домой. Естественно, когда он вернулся автобуса и след простыл. - Ну что за невезенье, - Филипп пнул ногой пустую, кем-то выброшенную банку из-под энергетика. Потом опомнился, быстро поднял мусор и кинул его в ближайшую урну. Парень посмотрел на время. Оставалось всего ничего. «С такими успехами я заработаю себе отчисление…» - подумал он, глубоко вздыхая. Ротт медленно шел по тротуару, так как торопиться не было никакого желания. Вчерашнее вечернее настроение улетучилось, словно в нем прибывали месяц назад. Он думал, какая черная кошка перебежала его дорогу, и совсем не заметил красный джип, вот уже несколько секунд маячивший рядом. Из задумчивости его смог вывести только пронзительный звук сигнала. Белобрысый инстинктивно обернулся, хотя шел по тротуару, и происходящее на дороге не должно было его касаться. Оказалось, сигналил водитель красного джипа. Он остановился прямо напротив Ротта, удивленно смотревшего на автомобиль. Черное тонированное стекло опустилось, давая возможность увидеть водителя. На Филиппа своими большими зелеными глазами смотрел Арчиванд Харрисон. - Привет, талисман! – Радостно воскликнул капитан футбольной команды. Его загорелое лицо озарилось добродушной улыбкой. – Чего такой грустный? - Привет, - сказал Филипп. Для него появление Арчиванда было немного неожиданным, он даже на секунду замешкался, пытаясь вспомнить, что же его огорчило. - Да я не грустный, - он сделал беззаботное выражение лица. Парень просто подумал, что Харрисон наверняка посчитал бы истинную причину недостаточной для того, чтобы грустить. - Ну да, а я слепой, - он энергично закивал головой. - Слушай, я немного тороплюсь, - в голосе Филиппа появилась капля раздражительности, что случалось довольно редко. Наверное, это все происшествия подействовали на него так. - В университет? – Арчи, как будто не заметил раздражительности в голосе собеседника. - Ну. - Так может, я подвезу тебя? – блондин вновь улыбнулся, позволяя лицезреть все его идеальные белые зубы, такие, словно над ними поработали десятки стоматологов. Ротт немного опешил от неожиданного предложения. Он не мог сразу отклонить просьбу, потому что тоненький голосок, который есть внутри каждого человека, твердил ему, что это прекрасная мысль. Ведь он тогда не опоздает, да и сумка теперь при нем, так что может этот день прошел бы без лишних потрясений. - Запрыгивай, - так и не дождавшись ответа, Харрисон распахнул дверь джипа перед Роттом. Тот неловко переступил с ноги на ногу и все таки сел в машину. Салон, как и предполагалось, был обшит дорогой бежевой кожей. Повсюду были встроены дополнительные колонки и даже некое подобие мини-бара, представляющее собой небольшой отсек с парой бутылок, неизвестных Филиппу напитков. На зеркальце был подвешен брелок в виде футбольного мяча, глядя на который белобрысый улыбнулся. В салоне повеяло прохладой из открытого окна, когда Арчиванд тронулся. Запах осеннего ветерка смешался с ароматом одеколона. - Классная тачка, - выпалил Филипп первое, что пришло в голову. После чего ощутил немного неловкости, непривычная для него, жаргонная фраза показалась глупой. - Спасибо, - поблагодарил блондин, не отрывая взгляда от дороги, - весь первый курс стипендию откладывал, чтобы купить ее. Ротт удивленно поднял брови. Его удивили две вещи. Первая – он ожидал, что таким парням, как Арчиванд Харрисон, всегда все покупают родители. Вторая – неужели даже всей стипендии за год могло хватить на такую машину. Свои вторые мысли он решил озвучить. - Ну-у, у меня она слегка повышенная, благодаря заслугам в спорте, да и награды за первые места иногда выдавались деньгами… В общем с небольшой помощью родителей денег хватило, - просто ответил Арчи. - Понятно, - кивнул головой в знак понимания белобрысый. На некоторое время в машине наступила тишина. Филипп начал чувствовать неловкость, но они уже подъехали к университету. - Спасибо, что подвез, - промямлил Ротт, вылезая из автомобиля. - Да не за что, если что обращайся! Все-таки теперь ты часть нашей команды, - блондин тоже покинул джип и включил сигнализацию. - Я просто талисман… - удивленно поднял брови парень. – Какая же я часть… - От тебя многое зависит, поверь мне, - улыбнулся Арчиванд. – Ну ладно, скоро начало занятий, так что поспеши. – Он махнул рукой и направился к главному входу. - Ага, - Ротт разглядел на большом крыльце долговязую фигурку своего друга. - Привет, Эндрю, - он поздоровался с рыжим. - Прости, не могу с тобой говорить, спешу к врачу, - деланно будничным тоном произнес Шакпи. - К какому еще врачу? – Удивился белобрысый. - К окулисту. В последнее время мне мерещатся странные картинки. Например, как мой лучший друг только что выскочил из машины Арчиванда Харрисона, - он сложил руки на груди и вопросительно посмотрел на Филиппа. - А-а, ну тогда тебе не надо к врачу. Арчи увидел меня, идущим по тротуару, и предложил подвести. - Арчи? – Это сокращение показалось Эндрю довольно фамильярным, учитывая, что вроде как, его друг не состоял в близких отношениях с грозой футбола. - Ну, он сам попросил его так называть, вчера на тренировке… - Отмахнулся Ротт. Он не хотел вдаваться в подробности, хотя предполагал, что Шакпи потребует их. - И что же такого произошло, что ты завоевал внимание одного из местных идолов так быстро? – В словах Эндрю слышался саркастический тон. Он, как и Филипп, не пылал жаркой любовью ко всей элите университета только потому, что они были красивы и популярны. - Ничего особенного… Просто он оказался довольно дружелюбным. - Ну ясно, - по тону рыжего было понятно, что этого ему недостаточно, но Ротт не собирался рассказывать все до мелочей. Они разошлись по разным кабинетам и стали усиленно внимать все, о чем говорили профессора. На следующей перемене Филиппу понадобилось зайти в туалет. Он не особо любил сие помещение в университете. Потому что никогда нельзя было сказать наверняка, что ты увидишь по ту сторону этой двери. Встреча, которая произошла там, была не самой приятной, но и не самой ужасной. Конечно, белобрысому было любопытно, что Джеймс Солсбури забыл в общественном туалете для омег. Вроде бы он не отличался любовью к грязному сексу непонятно с кем в таком весьма «романтичном» месте, да и его брезгливость и гордость не должны была позволить парню даже просто зайти сюда. Он стоял возле раковины и тщательно мыл руки. Когда вошел Ротт парень обернулся. По идее он тут же должен был отвернуться, ведь посмотрел на вошедшего лишь по инерции, но почему-то взгляд черных глаз задержался на небольшой фигурке. Джеймс смотрел пристально, словно пытался запомнить каждую черточку Филиппа, начиная от растрепанных волос и заканчивая черными шнурками на кедах. От такого взгляда белобрысый поежился. К его щекам непроизвольно прилила краска. Парень изучал его так пристально и без малейшей капли стеснения. Хотя сам Ротт даже с места не мог сдвинуться под давлением этого взгляда. - Ты мне должен, - наконец произнес брюнет своим холодным и без эмоциональным голосом. - Что? – Филипп спросил это скорее от удивления, чем от действительной заинтересованности. Ему только хотелось скорее убраться отсюда. - Ты испортил мой пиджак, если не забыл. – Пояснил парень. У него был вид, словно ему трудно сдержать какое-то выражение лица. Он старался сохранять привычное безразличие, но что-то, что можно было разглядеть в слегка нахмуренных бровях и подрагивающих уголках губ, пыталось прорваться наружу. - О-о, конечно, - спохватился Ротт, - я могу заплатить тебе за него. Скажи только, сколько. - Не могу же я отбирать последние деньги у такого оборванца, как ты, - сейчас в его голосе сквозило презрение. Филипп непонимающе уставился на парня. В нем должно было проснуться возмущение или негодование, но этого не произошло. Он только слегка удивился. - Я решу позже, как ты мне отплатишь. – Джеймс сказал это и спокойно вышел из туалета. Чувствовал белобрысый, что в этих последних словах скрывается что-то весьма нехорошее. Как будто еще одно препятствие выросло на его пути. Правда он сам не знал, что это за путь и куда он ведет. Отмахнувшись от мрачного наваждения, он отправился на следующую пару. Они с Эндрю спокойно обедали, когда за их столик подсел Бад Уоррен. - Привет Филипп, Эндрю, - он поздоровался с друзьями. - Привет, - сказал в ответ Ротт. - Ага, - выдавил Эндрю. Он удивленно уставился на лаборанта, даже перестал жевать свой гамбургер. - Филипп, я хотел у тебя спросить, заинтересовала ли тебя брошюра, которую я вчера тебе дал? «Вот черт! Брошюра! Я совсем про нее забыл!», - пронеслось в голове у белобрысого. - Да… весьма… эм, интересно, - он решил соврать, потому что не мог признаться, что даже не прочитал ее, когда Уоррен сидел прямо перед ним и смотрел таким доброжелательным взглядом. - Замечательно! – Воскликнул старшекурсник. – Тогда заходи сегодня после занятий ко мне, обсудим твое присоединение к нам. - Ага, - кивнул Ротт, размышляя, что имеет в виду Бад под словом «присоединение». Лаборант встал и покинул их столик. А Филипп теперь не менее удивленный, чем Шакпи, судорожно зашарил рукой по карманам джинсов. Наконец, ему удалось выудить флаер. Большими буквами на нем было написано «Набирается археологический отряд для поездки в Египет».