Танцы на разбитых мечтах

Тощий, исхудавший от голода. Деньги, полученные путем танцев ночами напролет для грязных извращенцев, которые нашли его слабость привлекательной, были спрятаны где-то, где Изуку надеялся, что их никто не найдет, если его снова ограбят. Деку спешит по переулку, направляясь к свалке на пляже, где он жил. Пляж Дагоба был его домом. Он жил там в поломанной машине, окруженной и утопающей в грудах мусора вокруг. В этом ржавом корыте он хранил свою сменную одежду (его единственной одеждой была та, в которой он пришел сейчас) и немного еды, которую он мог купить на оставшиеся гроши или украсть. Ему было невыносимо плохо, когда он впервые украл, но его гордость не стоила смерти от голода. И если он станет чересчур худым, то у него не будет клиентов. Мидория не мог позволить себе опуститься еще ниже, чем он находился сейчас. Он ловко оказывается на заднем сидении, мысленно напоминая себе, что ему следует быть благодарным, ведь большинство бездомных не имеют возможности принимать душ раз в неделю. Изуку получил такую привилегию лишь благодаря любезности владельца клуба, но лишь потому, что он потерял бы его драгоценного «BunBun», если бы тот начал вонять. Изуку свернулся калачиком, маленькое тело оставалось таким же, как в средней школе. Он совсем не вырос. Дефицит питания прекратил его рост. Мидория погрузился в беспокойный сон, дремоту, какой он научился за все три года жизни на улице (никому не было дело до того, был ли Деку несовершеннолетним, ведь у него все равно нет ни имени, ни удостоверения личности). Его первый год не был на улице, но он не хотел даже помнить о том, что происходило все то время, долгие двенадцать с небольшим месяцев. Никто никогда не найдет его здесь. Безопасность в его месте ночлега была тем, что заставило его быть пойманным впервые. Изуку не хотел вновь проходить через это. Но даже если его здесь кто-то найдет, маленький несовершеннолетний и до боли ослабший паренек вряд ли сможет кому-то противостоять. Он свыкся с этим, пускай и нелегко. Становилось холоднее, и Мидория осознавал это. Зима давно оповестила о своем приходе в Японию, только вот снег до сих пор не выпал. Изуку придется попытаться найти способ утеплить машину, если только он не хочет замерзнуть здесь до смерти. В любом случае, сейчас ему пришлось спать так, на холоде, ведь ему не хотелось рисковать получить еще большие мешки под глазами, чем те, что у него уже были. Большинство могли не заметить подобного в темном освещении клубов и переулков, где он выступал, но…Изуку никогда не мог позволить себе быть непривлекательным. Ведь это единственный способ выжить. Мидория трясется от холода в старой развалюхе, которую давно прозвал своим новым домом, прижимая свои ледяные руки к груди, чтобы согреть их пока он спит.