Мой Король

— Настя, у меня плохие новости, — зашёл в мою спальню, в которой я играла с полуторагодовалым Томом, сидя на постели, Рон Уизли. Я насторожилась и кинула на него обеспокоенный взгляд. — Что случилось, Рон? — спросила я, глядя на парня, замявшегося у двери. — Гарри…он… он пропал. Ушёл из той пещеры три месяца назад, и мы больше его не видели, — выдавил из себя Уизли. От его слов у меня чуть сердце не остановилось. — Где мой брат, Рональд Уизли? — холодно спросила я, хотя внутри у меня бушевал огонь. Маленький Томас, уловив напряжение, подполз ко мне, встав на ножки и обняв за шею, я обняла его в ответ, прижимая это чудо к себе. — Мы не знаем. Мы искали его все эти месяцы, но уже больше не можем скрывать это от тебя. Мы боимся, что это как-то связано с тем, что в этом месте странная магия, которую никто не может идентифицировать, – ответил волшебник, с болью в глазах глядя на меня. — Я отправлюсь туда, и найду брата, раз ВЫ, опытные авроры, не можете этого сделать сами! — прошипела я, вставая с кровати вместе с Томом. — Нет, молчи! Я малыша на вас не оставлю. Даже там ему будет со мной безопаснее, чем тут с тобой и Грейнджер, которая детей лишь по книгам может воспитывать. Я ей ребёнка ни в жизнь не доверю! А теперь я пошла собирать вещи, напиши координаты для аппарации и оставь Кричеру, — ледяным голосом отрезала я, и вместе с сыном пошла собирать вещи, чтобы отправиться на поиски моего младшего брата. *** Меня зовут Анастасия Блэк, мне 23 года, — я внебрачная, но признанная, дочь Сириуса Блэка. Из-за того, что Гарри Поттер приходится папе крестником, а Блэки и Поттеры состоят в дальнем родстве, мы считаем, что мы с Гарри брат и сестра. Отец забрал Гарри от Дурслей сразу, как суд оправдал его, и мы росли вместе. Я была на два года старше брата, и очень обрадовалась, когда отец привёл его к нам в дом и сказал, что Гарри — его крестник, и будет жить с нами. Мальчик был зажатый и скромный, но постепенно он привык к нам, и стал частью нашей семьи. Мы были не разлей вода, и лишь в Хогвартсе наши пути разошлись: Гарри поступил на Гриффиндор, а я, как истинная Блэк — на Слизерин. Я хотела поступить на этот факультет с семи лет, но очень боялась, что отец разочаруется во мне, ведь он — истинный гриффиндорец, несмотря на то, что является Блэком. Но, слава Салазару, отцу было плевать, на какой факультет мы поступили, главное, чтобы мы хорошо учились. Так и было: в рейтинге учеников я всегда была первой, после меня шли Драко Малфой (мой лучший друг), Гарри, и Гермиона Грейнджер. Эта Грейнджер всегда соперничала именно со мной, считая, что я выпендриваюсь своим происхождением и большей силой, и совсем не заслуживаю тех оценок и того отношения людей и учителей, которых имела. Я испытывала откровенное презрение к этой девушке, даже не сколько из-за её происхождения (хотя и не без этого), а сколько из-за её зазнайства и попыток быть во всём лучше. Я терпела её у себя дома исключительно из-за Гарри, с которым она и Рон были лучшими друзьями. Весь Хог называл их Золотым Трио, а нас с Драко называли Серебряный Дуэт. И, поверьте, множество проказ Грейнджер видела от нас с ним. Гарри обижался на меня, на Драко (они иногда общались), но почему-то не обижался на эту девку, искренне считая, что всегда во всём виновата я или Драко, хотя она тоже задевала нас, и порой чаще, чем мы её. Наша последняя встреча закончилась тем, что на балу, устроенным папой, мы с Малфоем-младшим облили эту выскочку какими-то отходами, хотя при этом всё время находились в зале с гостями (спасибо Кричеру, который всегда был на нашей с Драко стороне, ведь ему тоже не нравилось, что грязнокровки оскверняют дом Блэков). Грейнджер была опозорена напрочь, ведь все считали, что сам дом не принимает её даже как гостя. Гарри обиделся на меня до такой степени, что ушёл жить к Рону в Нору, а отец сказал, что безумно разочарован в том, что вырастил дочь, которая способна унизить других ради ублажения своего эга. И не разговаривает он со мной до сих пор, лишь с внуком нянчиться. А ведь уже четыре месяца прошло с того приёма. Я ужасно соскучилась по двум моим близким людям, но извиняться перед ними, а тем более перед Грейнджер, я не собираюсь… *** К утру следующего дня, собрав необходимые вещи, мои и Тома, в рюкзак с неограниченным пространством, посадив сына в кенгурушник, оставив записку отцу (на случай, если он все же захочет поговорить со мной), взяв все известные мне зелья и травы (я хороший зельевар, спасибо Северусу Снейпу, моему крестному — они с отцом стали друзьями после школы), и проверив палочку, я аппарировала по тем координатам, которые оставил Рон.