Чистый снег

Ошарашенно глядя в сторону, куда уплыл железный корабль с мамой, я не мог произнести и слова.Ответ отца стал был для меня словно… У меня не найдется того с чем можно сравнить. — А где Катара? — Лишь это я смог выдавить из себя. — Она с Пра-Пра.- Тихо ответил он. Немного постояв с отцом, я отправился обратно в поселок, в палатку, где жила и работала Пра-Пра. Я совру, если скажу, что не хочу сейчас отправиться вслед за кораблем, на котором меня покидал дорогой мне человек, чтобы освободить ее, но понимание, что это попросту невозможно в данный момент попросту вгонеяет в апатию.Интересно, было бы проще, если я начал злиться? Придя к палатке, в которой сейчас находятся бабушка с Катарой, я нерешительно замер перед входом.Мысли вертелись вокруг того как я скажу им о том, что мы с отцом не смогли защитить маму.Да-да, именно мы с отцом, так как обязанность воинов племени защищать всех жителей, а мать называла меня, пусть пока что и маленьким, но все же воином.Думая о том, что лучше бы они уже знали о произошедшем и мне не придется сообщать…плохие вести. Отодвинув полог, я не успел полностью зайти, как на меня уже было направлено несколько взглядов, один из которых был взволнованно-грустный, а другой полный какой-то безумной надежды.К сожалению мои чаяния не воплотились в реальность и мне необходимо будет рассказать им. — А…- Слова встали комом в горле, от чего я мог только лишь отрицательно помотать головой. Не найдя мужества вновь посмотреть в глаза сестре, я спешно вышел на улицу, отправившись подальше от селения, чтобы меня никто не видел и чтобы самому никого не видеть. В какой-то момент, отвлёкшись от своих дум, я обнаружил что ноги сами привели меня к тому злосчастному спуску, на котором я заработал шишку и потерял часть памяти.Остановившись перед тем самым резким склоном, я плюхнулся на спину и устремил свои глаза в небо, которое было таким же голубым и красивым, как и три месяца назад. Обессиленный, я чувствовал как из глаз потекли слезы, проделывая дорожки на висках и исчезая в коротких волосах.Не хотелось ничего делать, даже мои тренировки, к которым я стремился всегда, подгоняя отца отправиться на «рыбалку» поскорее, стали казаться чем-то незначительным, по сравнению с несчастьем которое произошло. Я бы мог и дальше так лежать, упиваясь своими чувствами, но в один момент ко мне пришло озарение.Логично было бы представить, что если я не смогу научиться лучше управляться с магией воды, то в какой-то момент у меня заберут не только маму, но и сестру, бабушку, да и отца тоже.Все же каким бы он ни был сильным бойцом, обученным сражаться с магами различных стихий, он все же обычный человек, которого вполне могут убить несколько магов огня. Такие мысли заставили меня придти к выводу, что мой дом, мою семью, мое родное племя могу защитить по сути только я.Небольшая горстка людей, среди которых нет тех у кого есть предрасположенность к магии… Они будут просто-напросто неспособны противопоставить хоть что-то магам огня. Приняв решение как можно скорее научиться хоть каким-нибудь базовым приемам, которые, к тому же, мне же и нужно будет создать, я поднялся и пошел в шатер Пра-Пра.Зайдя в шатер уже во второй раз, я не обнаружил тут Катару. — Бабушка, куда убежала Катара? К отцу? — Самый простой вариант того, куда она могла направиться. — Да, к Хакоде малышка побежала…- Проскрипела пожилая женщина.- А ты чего не с ним? — Мне… Мне просто необходимо было подумать и побыть одному.- Выдавил я из себя.Пусть я и привел немного мысли в порядок, но грусть и тоска по матери никуда не делись.- Ладно, тогда я пойду? — Дождавшись молчаливого кивка Пра-Пра, я покинул ее жилище. Успокаивать сестру не было совершенно никакого желания, хотелось забиться в какой-нибудь угол и тихо-спокойно привести чувства в порядок, но бросить ее я не мог, так как без моей поддержки, как мне кажется, ей будет очень тяжело.С пониманием этого мне пришлось идти туда, где я в последний раз видел Хакоду. Не спеша дотащив свое тело, до берега, я обнаружил там сидящих на снегу отца и сестру.Подойдя к ним, я уселся рядом и мы втроем смотрели на воду, что была столь безмятежна.