Крупным планом и широкоугольным объективом (с)

       Дворники рано встают. Работа у них такая. Пока на улицах нет мешающих, семенящих туда-сюда потоков людей, надо навести марафет на самых ответственных, бросающихся в глаза участках. Петровичу до пенсии оставалось всего ничего. Не слишком перенапрягаясь, он подрабатывал, подметая дорожки и убирая мусор в городском парке родного города.        Вначале было тяжело, а вот зимой хоть вешайся от объёма работ. Хорошо, племянник в интернете нашёл что-то про лопату на колёсах. Смекалистый Петрович, израсходовав на сварщиков и колёса всего лишь два «пузыря», соорудил свою версию этого потрясающего агрегата. Местное телевидение его даже в новостях показало, как он с этой штуковиной управляется. Вот, мол, какие у нас люди изобретательные! Летом же… Летом всё проще! Метла да совок. Все дела.        Если же отвлечься от работы на жизнь, то Петрович обычно сетовал на распущенность молодёжи и постоянно жаловался в разговорах с мужиками у подъезда на деградацию новых поколений. Хотя кто сейчас на них не жалуется? И ведь дыма без огня не бывает.        Вот минуту назад он подметал у парковой скамейки, где бронзовая птица установлена, попугай какой-то… «Отличайся умом и сообразительностью!» подписано. Так сидит там, вся сжавшись от холода, деваха… Двадцати б не дал… Не русская личиком, но красивая такая. А запах алкоголя учуял… Непутевая, стало быть. Ой, плохо кончит…        — Дурёха…        Петрович и сам отличался любовью к спиртным напиткам, даже фирменный самогонный аппарат купил и фильтры разные для раствора своего брал, но справедливо считал, что ему, старому мужику, можно, а то, что молодёжь гробит себя…        Сначала хотел предложить ей куртку набросить да передумал. Утро, на солнышке согреется. Пущай сама отвечает за свою жизнь… Тем более у него своих проблем хватает, дома восемь пар обуви с пробитым днищем, которые жалко выбрасывать, но и не наденешь в дождливую погоду.        — Ох… Ё… — сморщился он от боли в ноге. Как оказалось, мелкий камушек попал точно в дырявое дно и уколол его в пятку. Петрович твёрдо решил после работы залить все отверстия эпоксидной смолой. Отвердитель бы только найти.        Убрав последнюю дорожку, Петрович бегло оценил подответственную ему территорию, взял метлу, закурил сигарету и неторопливо пошёл через парк обратно в дворницкую.        По пути с ним пересеклась группа из трёх мужчин с рюкзаками. Скорость не очень различалась, так что Петрович мог с минуту краем уха слушать, о чём там говорят между собой эти туристы.        — У нас запас времени-то будет?        — А сколько сейчас?        — Восьмой пошёл.        — Будет.        — Магазин тут есть?        — Впереди есть. Если что надо, доберём.        — Провианта много не бывает!        — Нормальный у вас парк…        — Там в центре памятник ещё забавный. Знаете кому?.. Птица-говорун! «Тайна третьей планеты». Похожий ещё в каком-то городе вроде есть…        Так Петрович узнал, как на самом деле зовут бронзового попугая на вверенной ему территории. И всё равно «отличайся умом и сообразительностью» никак не ассоциировалось для него с птичьими мозгами. Почему не сову поставить вместо попугая? Ох уж эти артисты…        Один из туристов, что выглядел постарше и с пышными усами, полез за фотоаппаратом. Петрович по калибру объектива понял, что люди они не бедные. Буржуи, стало быть… Сам-то он был старой советской закалки и предпочёл бы жить при Брежневе, Леониде Ильиче.        Высокий вдруг спросил:        — А те закопанные этажи, может, так и задумали? Изначально строили?        — Нет. Там выглядит так, что… Ну не могли так строить… Увидите, в общем. Там чисто должно быть в выходные.        — Тогда идём.        — А в магазине что хотел?        — Ром, может, коньяк. Отметить, так сказать…        Старший встроился:        — Если там будет егермейстер, то его надо будет взять.        — Немецкая настойка? Помню! Крутая штука!        — Смотрите, МакДак уже открылся… Рано!..        — А некоторые бары тут в выходные и не закрываются… Как в вашей северной столице. Вон в том, футбольном, который «Кружка», неплохо вечерами. Бывал там.        — Вчера матч же был? Никто не знает, как там?        — Ты о нашем чемпионате? Если да, то только послезавтра ваши зенитчики с Рубином играют.        Тут дорожки Петровича с туристами разошлись. Он мысленно обругал буржуев за то, что те могли позволить себе всякие егермейстеры, ромы и коньяки и брезговали отечественным дешёвым домашним самогоном.        У дворницкой его облаяла ничейная собака с покоцанным хвостом. Он отмахнулся от неё метлой. Но собака не успокоилась, пришлось дать ей лёгкого пинка. Животное заскулило и ретировалось. Петрович не любил собак. Вечно приходится их дерьмо убирать. Сейчас закроет всё и домой… Спать до обеда.

***

       — Отличайся умом и сообразительностью! — прочёл Денис пожелание, выгравированное под бронзовым говоруном. — Дельный совет!        Он сделал сначала один снимок, потом решил снять друзей на фоне умной птицы. Но, кроме говоруна, его зоркий взгляд заприметил позади ещё кое-кого.        — Гляньте, девчонка чего-то вроде ревёт… — указал он за спину товарищам.        — Да они вечно ревут… — нехотя обернулся Макс.        Он наиболее критично и прагматично из всей троицы относился к женскому полу, обычно игнорируя эмоции. В своё время наелся этого добра. Его нынешняя супруга-юрист тоже была сдержанной натурой.        — Не, ну давай спросим, что и как…        — Кастильо, это ж не котёнок. Всё равно подбирать не будем?        — Не, надо узнать! — настаивал Денис.        Андрей как-то пошутил, что если кому-то понадобилось бы отлить из металла памятник добросердечности, то в нём как минимум угадывались бы черты Дениса. Хотя бы его пышные усы.        Денис, несмотря на возраст и жену, так и не обзавёлся детьми, но широта души заставляла его то кошке бездомной помочь, покормить, то ещё кому нуждающемуся. В половине их совместных вылазок были ситуации, когда они тратили время на подобную благотворительность. Само по себе это неплохо, только не стоит этим злоупотреблять. Сейчас, видимо, у него назрела острая необходимость в благородном поступке, а тут и случай под руку подвернулся — девчонка ревёт.        — Мы так дом посмотреть не успеем, — зевнул Макс.        — Успеем!        — Кто-то жаловался, что мы без девчонок на острова собираемся!        — Ну не на улицах же подбирать!..        — Да не ревёт она, по-моему…        — А вот подойдём и узнаем!        Андрей уже было пожалел о выбранном маршруте, но в итоге махнул рукой. На скамейке, уткнувшись подбородком в поднятые колени и обняв ноги, сидела длинноволосая полусонная девушка. Немного покрасневшие щёки заставили остроглазого Дениса предположить, что она тут ревела. Слёзы и на самом деле текли, но, видимо, от утреннего холода.        — Эй, привет!..        Девушка не реагировала. Не спала, просто тупо смотрела куда-то прямо перед собой, сжавшись от холода. «Зависла».        — При-вет! — ещё раз, но уже куда громче и по слогам произнёс Дэн, помахав рукой перед её лицом.        Девушка вдруг вздрогнула, подняла голову и ошарашено оглядела друзей. Вид у неё был такой, будто привидение увидела, только не страшное привидение, а доброе. Глазищи — во!        — У тебя всё в порядке? Не замерзла? Плакала, что ли? — принялся расспрашивать Денис.        — О-фи-геть!.. — тихо прошептала она, медленно опуская ноги со скамьи вниз.        — Помощь не нужна?        — Походу с похмелья или дряни какой накидалась… — предположил Макс.        Девушка по-прежнему ошалело смотрела на окруживших её друзей. Поочередно то на одного, то на другого, потом задержавшись на Андрее. А как не ошалеть при виде живого самого себя со стороны? Одно дело представлять это в уме, гипотетически, даже морально готовиться к этому, другое — увидеть на самом деле. Это вам не зеркало!        Того смутил столь настойчивый и пристальный взгляд.        — Она что, дар речи потеряла?        — Да пойдём… — махнул рукой Макс. — Видно же, что бухала. Не маленькая, не пропадёт!        — Стойте!.. Стойте… — вдруг вскочила она со скамейки, роняя при этом свой рюкзачок на тротуар. — Подождите…        Из рюкзака вывалились упаковки с новой одеждой, глянцевый журнал и прочее содержимое. Перебирала до этого свои «трофеи», а молнию не задёрнула.        Девушка присела на одно колено и стала собирать содержимое, постоянно озираясь на друзей, словно боясь их упустить. «Офигеть... — думала она. — Их даже можно потрогать… Я могу потрогать самого себя!.. Нет, двусмысленно как-то, но всё равно!.. Так… Возвращения в себя сразу не случилось, но до нужного момента это и не страшно… Только не паникуй!»        — Простите меня, — начала она оправдываться за свою первичную реакцию. — Я тут просто замёрз… л-а немного… Вот и…        В голове у неё что-то «стрельнуло». Наверное, вчерашний, а точнее сегодняшний коньяк. Пытаясь привести мозги в порядок, она резко покрутила головой влево-вправо, словно от этого там всё должно было собраться в единый пазл.        — И мне нехорошо было… Совсем… — вновь пыталась оправдаться она.        — Ну, видно, с похмелья всегда так, — отворачиваясь, равнодушно бросил Макс.        Под влиянием его комментариев компания, кажется, теряла интерес к девице и становилась на прежний курс, к «закопанному дому». Разве что Денис ещё вполоборота оглядывался на неё.        В планы Кайи это совсем не входило. Надо удержать их любыми манипуляциями. А на какие при этом «кнопки нажимать», она примерно знала. Свои же друзья!        — Стойте!.. Только не бросайте меня! — почти с отчаянием в глазах, приподнявшись с колена, смотрела она на уходящую группу. — Пожалуйста!..        Друзья остановились и переглянулись. Как реагировать на такую откровенную просьбу? Вообще, очень непривычно от незнакомого человека слышать «не бросайте меня». Как будто она и не чужая вовсе. Как будто своя. Что, вкупе с волшебным «пожалуйста», сыграло свою роль.        Джентльменам сложно такое проигнорировать. Денису эта просьба стала «своеобразным» разрешением на продолжение благотворительности. Этакий карт-бланш. У Андрея в голове уже проскальзывала мысль, что девчонка симпатичная, реально, но он отгонял её, мотивируя тем, что, во-первых, она уж больно молода, а во-вторых — у них свои планы. А теперь… Макс… Он один против двоих. В меньшинстве.        — Подберём котёнка, значит? — шепнул Андрей Денису. Тот пожал плечами, риторически тем самым вопрошая — а что, мол, тут поделаешь? Вслух же ответил:        — Мы в ответе за тех, кого приручили!        И обернувшись к девице, спросил:        — Горячий кофе будешь? — Денис сделал акцент на "горячем", потому что ей явно не мешало согреться.       Девушка согласно кивнула, продолжая подбирать на корточках выпавшее из рюкзака. И зачем она набрала столько барахла? Сорока, блин. Ладно хоть «термос» не вывалился. Пошли бы вопросы. Так… А это что… Нет, это уже не её. Мусор какой-то… Уф, наконец-то собрала.        — Ну, давайте… В МакДаке есть,— вдруг поддержал Дэна Макс, сообразив, как можно вытянуть пользу из ситуации. — Тоже кофе себе возьму.        — Я сейчас…        — А симпатичная… — шепнул Денис Андрею, потом, прикрывая рот ладонью, добавил: — Ты как раз «в активном поиске»!        — В пассивном, вообще-то. Но, да, красивая… Соглашусь.        — И пьяненькая!.. Ха-ха…        — Идёшь? — уже громко спросил копошащуюся у скамейки девушку Денис. Та торопливо завязывала шнурки на кроссовках.        — Да-да… — она подняла тяжелогруженый рюкзачок и поспешила за друзьями, повернувшими к «Макдональдсу». — А сколько время?        — Десять минут восьмого… — откликнулся Макс.        У него был хороший японский хронограф.        Кайя подумала, что если продержит их вдали от той машины времени с полчаса, то проблема будет решена и история изменится. Она вновь обретёт прежний вид, и тогда к чёрту этот женский род, и эти «индеворы» с инфергенциями…        «А если нет? Ох, страшно это… Наверное, самые тревожные полчаса в твоей жизни наступают. Если нет, то План Б. Снова Штирлиц в тылу врага. Или Чужая среди Своих…»        Плохо, что план Б она за ночь толком не продумала. А нечего было коньяк на голодный желудок! Шоколадным батончиком его не перебьёшь.        Андрей, несмотря на то, что сам был с рюкзаком, решил почему-то помочь ей с грузом. Жестом попросил девушку передать рюкзак ему. Та странно на него посмотрела, но возражать не стала. Андрей сразу понял почему.        — У вас там что, кирпичи? — чуть улыбаясь, спросил он.        — Миелофон! — чуть дерзко, с некоторой задержкой ответила она. — Спасибо за помощь!        Андрей подумал, что хорошо, когда такие вот молодые, а читали, смотрели и помнят классиков. Может, новое поколение не столь пропащее, как сложилось у него когда-то впечатление? Немного больше надежды на Светлое Будущее…        «Интересно, он это уже запал или просто джентльменит? Я бы на его месте запал!» — вдруг промелькнула в её голове дурацкая мысль. Значения сейчас это никакого не имело, но любопытство, невзирая на новый облик, не было им утеряно. И уже шутливая, вдогонку — «Как здорово иметь рабов!»