Белый король, чёрный король

POV Бэкхён На удивление, день прошёл незаметно, хотя чувство томительного ожидания не отпускало меня ни на минуту. Как Чанёль отреагирует на наше появление? Захочет ли поговорить? Эти вопросы терзали меня без перерыва, но отступаться от намеченной цели я не собирался. Лишь оказавшись в разлуке с Чанни, я понял, как сильно им дорожил. Без его широкой улыбки, раскатистого смеха, длинных пальцев, скользивших по гитарному грифу, — всё не то. Так хотелось нестись к нему со всех ног, чтобы поделиться радостью или разделить печаль. Посмотреть интересный фильм, а потом спорить до беспамятства, решая, кто из героев прав, а кто виноват. Хотелось делиться любимой музыкой, обмениваться книгами, созваниваться по вечерам и болтать без умолку. Мне так всего этого не хватало. Благодаря Чанёлю я узнал, что такое настоящая мужская дружба. Ближе его для меня не существовало человека. А вчера, увидев переполненные печалью глаза Тэмина, я понял, что для него Чанни дорог ничуть не меньше. Решение пришло само собой, и я о нём ни капли не жалел. Настоящая дружба — это не когда запираешь друга за семью замками, спрятав от всего мира. Достаточно просто доверять другу и не бояться отпускать на свободу. Если он настоящий, то разве исчезнет без следа? Сунув руки в карманы куртки, я завернул в знакомый до боли коридор и уверенной походкой направился к студии Silicone — нужно было захватить Тэмина и уже после этого идти к Чанёлю. Уже взявшись за ручку двери, я услышал звуки музыки из-за спины и медленно обернулся — сомнений не было, кто-то находился в нашей репетиционной и сейчас наигрывал «Birth» 30 Seconds to Mars — любимой группы Чанёля. Стало невыносимо страшно — ладони моментально намокли, а язык присох к нёбу. Надо бы сдвинуться с места, толкнуть дверь и заглянуть внутрь, а вместо этого я глотал ртом воздух и смотрел вперёд немигающим взором. Неожиданно к ударам барабана прибавились звуки гитары и баса, а ещё что-то неуловимое, вроде глухих ударов ладоней о твёрдую поверхность. Я тряхнул головой и убедившись, что это не волшебный мираж, с трудом сдвинулся с места и, подойдя к двери, легко повернул прохладную металлическую ручку. Кажется, она скрипнула слишком громко, и я закусил губу, боясь оказаться замеченным. Вот только музыка не стихла, а стала ещё пронзительнее, чем прежде. Я засунул в узкую щель свой любопытный нос и замер — мне было видно лишь сосредоточенного Сюмина, играющего на барабанах; Лухана, с лёгкой улыбкой перебирающего струны; сидевшую на полу Эль, узкие ладошки которой с глухим стуком опускались на сиденье круглого табурета; да пританцовывавшую в стороне толстушку Чи Ын. Но, могу поспорить, я явственно слышал звуки гитары и видел тень человека, стоявшего у окна. Так хотелось узнать, кто там, но проклятая нерешительность сковала движения. — Ты чего здесь стоишь? — на плечо легла тёплая рука, и я резко обернулся, с испугом взглянув на подошедшего Тэмина. Нахмурившись, он легко отстранил меня и толкнул дверь, являя моему взгляду печального Чанёля с опущенной головой. Услышав шорох, он удивлённо уставился на нас и приоткрыл рот. Остальные тоже повернулись в нашу сторону и, так и не прекратив играть, недоумённо нахмурились. Лишь спустя мгновение я понял, чем вызвано их замешательство — мы стоим бок о бок с Тэмином, его рука сжимает моё плечо, и при этом ни один из нас не делает попыток убить другого. Да уж, шокирующее зрелище. — Привет, — я замер на пороге и неуверенно почесал затылок, чувствуя себя чужим в собственной студии. Тэ ограничился коротким кивком и усталой улыбкой. Да уж, мы совсем иначе представляли нашу встречу с Чанёлем. Заготовили возможные речи на каждый ответ Чанни, а он вот — перед нами, с гитарой в руках. И судя по довольным ухмылкам, Лу и Мина, они именно те, кто отловили горе-башню и притащили в студию. А может и Эль к этому руку приложила, вон как широко улыбается. На Чи Ын, пожирающую меня взглядом, будто я сладкое мороженое, старался не смотреть. — Без вокала музыка звучит невыразительно. — Чанёль так привычно облизнул нижнюю губу и поочерёдно покосился на нас с Тэмином. Глаза защипало, но больше хотелось счастливо улыбаться. Нащупав руку Тэ, я обвил холодные пальцы вокруг его запястья и подтащил к одинокой микрофонной стойке. Не задавая лишних вопросов, он понятливо подмигнул мне и встал рядом. Чуть прикрыв ресницы, мы вслушались в музыку и, подхватив ритм, запели. — I will save you from yourself. Time will change everything about this hell*, — проникновенно выводил Тэмин. — Are you lost? Canʼt find yourself youʼre north of Heaven maybe somewhere west of Hell**, — срывалось с моих губ. Я глядел лишь на Чанёля — он прятал улыбку в уголках губ и нарочито хмурился. Но я то знал, что он подарил нам шанс начать всё с начала. POV Габриэль В универе царила привычная суматоха — толпы фанаток бегали по этажам, таская за собой тяжёлые плакаты с именами любимчиков; сосредоточенные преподаватели в который раз собирали конкурсантов и проверяли оборудование; а мы с Чи Ын сидели на почётном первом ряду и ярко улыбались. Я до сих пор благодарна девчонке, которая собрала в тот день меня, Лухана и Сюмина и потащила к Чанёлю. Мы тогда целый час просидели на площадке, будто мыши, дожидаясь, пока башня вылезет из своей берлоги. А там уже было дело техники — схватить его, пока он вновь не заперся изнутри, и утащить в универ, мириться с Бэкхёном, а в идеале — ещё и с Тэмином. Лишь оказавшись в привычной среде обитания, Чанёль более-менее пришёл в себя. Взял в руки гитару, долго перебирал струны, а потом предложил сыграть всем вместе. Мы и представить не могли, что оба парня залетят на звуки музыки, как невесомые мотыльки на слепящие отблески огня. Для многих было неожиданностью узнать решение Бэка — больше всех, пожалуй, удивился Чанёль. Он до сих пор не верил, что может общаться открыто с обоими парнями, а те, всё же ревностно косясь в сторону друг друга, не препятствуют налаживанию отношений. До полного примирения ещё долго, но тот факт, что две соперничающие группы начали проводить вместе больше времени, не может не радовать. — Эль, — Чи Ын беззлобно пихнула меня локтём в бок и прищурила подведённые глазки. — Знаешь, что мне сказал Бэкхён? — М-м? — я заинтересованно выгнула бровь, не обратив внимания на вышедшую на сцену ведущую. — Он сказал, что если я похудею, то согласится сходить со мной на свидание! — толстушка прижала ладошки к порозовевшим щекам и отвернулась к сцене, а я не смогла сдержать улыбки. Я буду рада, если любовь Чи Ын однажды перестанет быть безответной. Мне кажется, что она именно тот человек, который сможет позаботиться о Бэке и принять его таким, какой он есть, со всеми загонами и дурными привычками. А если сравнивать их весовые категории, то у Бэкхёна всё равно мало шансов, если толстушка решит потащить его к алтарю. Одно выступление плавно сменялось другим, но нашему с Чи Ын терпению можно было позавидовать. Лишь когда основная часть конкурсантов закончила свои выступления, ведущая объявила о специальном номере, на что возбуждённая толпа отозвалась одобрительными воплями. Сцена плавно опустилась в темноту, и только с большим трудом можно было различить силуэты парней, занимающих свои места. Мгновение - и софиты вновь зажглись, обнажив перед публикой восьмерых парней. Зал взорвался аплодисментами, ведь не каждый день увидишь такое выступление. Две барабанные установки, за одной из которых сидел полуголый Тао, а за другой эротично облизывающийся Сюмин. Кай разминал пальцы перед клавишами. Кёнсу и Лухан мерили друг друга изучающими взглядами, а кончики их пальцев гладили корпуса бас-гитар. Счастливый Чанёль метался по всей сцене, в попытке выбрать лучшее место. А Тэмин и Бэкхён подошли к своим микрофонам и едва сдерживали торжествующие улыбки. — Сегодня мы решили не участвовать в конкурсе, а дать дорогу молодым, — с пафосом начал Бэк, и сидевшая рядом со мной Чи Ын радостно взвизгнула. — На этот раз Mad Smoke подготовили специальное выступление с Silicone. — Мы посвящаем эту песню всем, кто любит нас и верил в наше возвращение! — закончил Тэмин и незаметно кивнул остальным. И вновь полутьма, наполненная лишь звуками гитар, барабанов и клавиш. А ещё двумя голосами, которые неожиданно безупречно подошли друг другу. Рок — он в каждой клеточке, в каждой эмоции, сменяемой на лице. Он в крови, он стучит в барабанных перепонках и разливается по всему телу, как сильный наркотик, спасающий от серости будней. В роке — жизнь. В нём смысл жизни. Рок во мне, а я в нём. Не дожидаясь объявления победителей, мы шумной компанией высыпали из универа и с громкими криками кубарем скатились с крыльца, распугивая своими воплями целующиеся в кустах парочки. Летняя ночь прекрасна в своей томной загадочности — так и хотелось вдохнуть поглубже пряный воздух, пропитанный ароматом трав, и опьянеть от ярких звёзд, кружащихся над головой. — Пойдём выпьем, надо отметить выступление! — крикнул кто-то и остальные согласно загудели. Пока мы шли по тёмной аллее, едва расцвеченной отблесками фонарей, я вытащила из кармана мобильник и набрала сообщение родителям, чтобы не ждали меня рано. Они уже привыкли к столь поздним возвращениям и, что неудивительно, совершенно не были против, видимо решив, что этим безбашенным рокерам можно доверить своё невинное дитя. — Эль, не отставай! — Тэмин с улыбкой поймал мою ладонь и потащил вслед за остальными. Глядя на его изящный, почти девичий профиль, я невольно восхищалась. Быть может, однажды прислушаюсь к совету Чи Ын и приглашу его на свидание, но пока мне достаточно и этих дружеских встреч и объятий. Уже переходя на светофоре дорогу, я некстати вспомнила грустное лицо Рико, которую встретила по дороге в библиотеку. Когда-то отказавшая мне в дружбе, утверждавшая, что весь смысл её жизни заключается в учёбе; сейчас она мне завидовала, хоть и не хотела в этом признаваться. К груди Рико была прижата книга о композиторах 18 века. Я хотела ей сказать, что книги никогда не заменят живого общения, а читать про музыку и вовсе глупо — её нужно слышать и чувствовать. Хотела, но вовремя себя одёрнула — думаю, она и сама это понимает. У каждого из нас свой путь — дорога одних усыпана золотыми монетами; для других выстлана книжными страницами; третьи идут по голым камням и им ни до чего нет дела; а кто-то как мы — гуляет по тонким струнам, ловя губами обрывки нот. *Я спасу тебя от самой себя, Время изменит всё в этом аду. Ты потерялась? Не можешь найти себя? Ты к северу от Рая, или, возможно, где-то к востоку от Ада… © 30 Seconds To Mars — Birth