Так будет лучше

      Ты всегда был сильным и старался не показывать свою слабость, скрывая ее за агрессией, и лишь я мог видеть редкие моменты твоей душевной боли. И я всегда старался быть рядом. Ведь именно так поступают давние друзья, которые знают друг друга долгое время. Но так думал только ты, Геральт. Ведь для меня ты больше не был другом.       Это случилось после нашей долгой разлуки, когда Белый Волк пришел спасти меня из рук Огнеплюя. Я смотрел на него и не мог поверить, что прошло столько лет с нашей последней встречи, когда я был еще по сути молодым и наивным парнишкой. Сейчас мне уже далеко за 30 и я сижу в Каэр Морхене рядом с такими же ведьмаками как и сам Геральт. Смотря на них, я понимаю, что эти люди вовсе не монстры, а просто никем не понятые и не принятые герои, рискующие своей жизнью ради спокойствия других.       — Лютик, — кто-то потряс меня за плечо. Повернув голову, я увидел два фиалковых глаза. Йеннифер из Венгеберга. Сильнейшая чародейка нашего времени и сильнейшая любовь Геральта.       До недавнего времени я считал ее последней стервой, но с тех пор много воды утекло и поменял мнение о ней. Она поменялась за эти года, растеряв всю свой надменный холод и став более мягкой. Будучи безмерно благодарным ей за спасение моей шкуры, я воздерживаюсь от резкой остроты в ее сторону, но полностью поменять мое отношение к ней не позволяет лицо Геральта, когда он смотрит на эту волшебницу. Мягкая улыбка на губах и потеплевший взгляд дают понять, что он безмерно влюблен и судя по последним событиям это было взаимно.       — Йеннифер, — тихо отозвался я.       — Я тебя зову уже несколько минут, что с тобой? — беспокойство в ее прекрасных глазах раздирало мне сердце. Знала бы ты, Йен, что со мной, то не была бы столь мила ко мне.       — Просто задумался, не бери в голову, моя прекрасная фиалка, — я засмеялся и почти ласково погладил лежащую на моем плече маленькую руку, в которой таится очень много сил.       Возможно, я мог бы влюбиться в такую девушку как Йеннифер, но мое сердце уже принадлежало одному ведьмаку, пусть он об этом не знает и как обычно считает меня лишь глупым и недалеким бардом, который крутится неподалеку. Немного странно ловить себя на меланхолии и осознавать, что я начал легко уходить в себя.       — Лютик, — чуть громче повторила Йен, отчего на нас повернулись все присутствующие, в том числе и Геральт, в глазах которого я заметил искорки непонимания и беспокойства.       — Я в порядке, Йен, просто не каждый день на моих глазах вершатся судьбы человечества. — Я встал изо стола и мягко улыбнулся присутствующим, задержав свой взгляд на Геральте, который что-то с упоением объяснял Цири. Непривычно видеть его таким сосредоточенным на ком-то. С появлением Львенка из Цинтры характер Волка стал более мягким и доброжелательным. Думаю, он сможет заменить девочке отца, а если рядом будет такая чародейка как Йеннифер, то они оба станут прекрасной заменой погибшим родителям Цириллы. — Думаю, мне стоит отдохнуть. Всем хорошего вечера, а я откланиваюсь.       Сделав поклон, ухожу в сторону лестницы, чтобы подняться в свое временное пристанище. В Каэр Морхене всегда стоит лютый холод, который не ощущается ведьмаками, но ощущается мной, отчего приходится сильнее кутаться в кожаный плащ, который мало чем помогает. Стоит лечь спать и постараться уснуть, потому что уже завтра на рассвете мне придется покинуть это место. Шагая по темным коридорам Школы Волков, ловлю себя на мысли, что с этими людьми мне было как никогда комфортно и я почти ощутил себя дома. Но я не мог позволить себе остаться, ведь здесь я больше не нужен. Я помог Геральту и Йен, так что теперь могу снова вернуться к жизни барда и зарабатывать на жизнь распеванием песен и баллад в тавернах.       Лежа уже в постели, я услышал легкие шаги по коридору, а после и скрип двери в мою комнату. Повернув голову, я увидел Цири, которая тихо прикрыла дверь и подошла ко мне.       — Что тебе нужно, ангелочек? Негоже это юным леди прокрадываться ночью в комнату к мужчине. — отшутился я. Цири нахмурила брови и присела на край кровати.       — Йеннифер попросила меня прийти и передать тебе кое-что, — девочка достала какую-то бутылочку из небольшой поясной сумки, — она сказала, что это поможет уснуть.       -Она как всегда очень проницательна. Передай ей спасибо, солнышко, а теперь дуй спать иначе придет злой белый дракон и нам всем влетит -, я улыбнулся и взял бутылочку. Открыв ее, я почувствовал легкий аромат мяты и ромашки. Несмотря на все, Йеннифер была довольна добра и мне стало стыдно за мое отношение к ней.       — Лютик, ты любишь Геральта? — вопрос Цири, до этого тихо сидевшей рядом, застал меня врасплох. Умна не по годам, что еще тут можно сказать.       — С чего ты взяла, львенок?       -Твой взгляд в его сторону. Ты смотришь на него по-другому. Моя бабушка смотрела так на дедушку, когда они были рядом, вот я и подумала, что ты чувствуешь то же самое.       Я усмехнулся. Девочка увидела то, что не смог увидеть взрослый мужчина, но его можно понять, он не видит никого кроме чародейки. А теперь у него добавилась новая забота в лице юной княжны, за безопасность которой он жизнь свою на кон положит. В этом весь Геральт. Он всегда бежал защищать слабых и немощных, пусть это потом и выливалось во что-то непонятное и опасное. Я посчитал, что бесполезно что-либо скрывать от девочки, она ведь и так все сама поняла и сделала выводы.       — Да, Цири, ты права. Я люблю его, но ему это не нужно. Его сердце отдано знакомой нам обоим чародейке с фиалковыми глазами. Так что, я просто отойду в сторону и не буду мешать. Сожгу все мосты и дам ему забыть о своем существовании. — грустный смешок с моей стороны заставил княжну поднять глаза на мое лицо. Ее зеленые глаза всматривались в меня и мне показалось, будто этот взгляд пробирается глубоко в душу, вытаскивая все чувства и эмоции наружу. Такая способность была и у Геральта и я понял, что этот ребенок станет прекрасной наследницей седовласого ведьмака. За этой хрупкостью скрывается сильный боец, который будет способен на многое, и я горд, что знаком с этой необыкновенной и не по годам взрослой девочкой.       — Почему ты не скажешь Геральту об этом? Я думаю, что он поймет, — она нервно смяла в пальцах плотную ткань своих брюк.       — Нет, княжна, не поймет. Его душа и разум всегда были потемками для меня. Всем будет проще, если я уйду. Так что прости меня, малышка, но увы это наша последняя встреча и я действительно счастлив, что познакомился с тобой, ангелочек. А теперь ступай спать, нам всем нужен отдых, — я мягко улыбнулся и потрепал девчонку по волосам. Она лишь кивнула и прошептала:       — Я тоже рада была познакомиться с тобой, Лютик. Спокойной ночи.       После ухода княжны я долго лежал в раздумьях и не мог понять, в какой момент моя жизнь превратилась в одно сплошное приключение. Произошло это в момент, когда я увидел Геральта впервые в таверне и впервые с ним заговорил или же это случилось раньше. Но я понял одно — без моего присутствия ему будет легче, ведь исчезнет проблема в лице меня.       Когда на горизонте забрезжил рассвет, я уже был готов к дороге. Захватив с кухни несколько пшеничных лепешек, фляжку с водой и ломтики вяленого мяса, я вышел из башни. По-зимнему холодное утро обдало мои щеки неприятно покалывающим морозом и я поспешил к воротам. В последний раз оглянувшись на Каэр Морхен, заставил себя двигаться в путь. Наверное, не стоило уходить вот так, не попрощавшись и будто сбегая, но если бы я решил остаться еще хотя бы на пару минут, то уйти бы у меня не вышло. Я бы остался там навсегда, а лишний рот никому не нужен, поэтому пусть лучше считают, что я сбежал.       Отойдя на довольно большое расстояние, позволил себе немного выдохнуть. Теперь я снова просто странствующий и ничем не обремененный бард. Снова буду выступать в тавернах и на площадях. Распевать о своих похождениях с ведьмаками и магами, битвах с чудовищами и неразделенной любви. Легкая улыбка прокралась на мои губы от приятных воспоминаний из прошлого. Находясь в своих мыслях, я не заметил присутствия еще одного человека. Из мыслей меня вывел до боли знакомый низкий голос с легкой хрипотцой:       — Сбегаешь? — Геральт оттолкнулся от скалы, выходя на тропинку.       — Ох, Геральт, ты здорово напугал меня! И что это значит сбегаю? Просто ухожу в странствия для поиска своей музы и новых идей для стихов, — стараюсь вести себя как обычно, но проницательный взгляд золотых глаз выворачивает наизнанку.       — Не ври, Лютик, я тебя как облупленного знаю.       Он подошел вплотную ко мне, и я буквально мог почувствовать жар, исходящий от его тела. Температура ведьмаков всегда была выше температуры обычного человека. Геральт сложил руки на груди и с выжиданием смотрел на меня. Чего он ждал? Что я скажу ему настоящую причину ухода? Ага, сейчас, ни за что. Я заберу эту тайну с собой в могилу, но он о моих чувствах не узнает.       — Лютик, прекрати молчать. Я тебя не узнаю, — с усмешкой произнес он и снисходительно улыбнулся.       — А я не узнаю тебя. Ты поразительно болтлив. Общение с Цири идет тебе на пользу.       — Перестань паясничать и объясни мне наконец, почему ко мне сегодня с утра забегает Цирилла и говорит, что ты ушел. — По его взгляду понятно, что он начинает раздражаться, но вместе с ним начинаю злиться и я.       — Просто дай мне спокойно уйти и все. Я оставляю тебя в покое, как ты всегда и хотел -, пытаюсь обойти его, но седовласый не дает уйти, загораживая дорогу.       — Нет.       Чувствую как начинаю закипать и, видит бог, я могу натворить все что угодно, поэтому мне лучше побыстрее уйти. Но Геральт с поразительным упрямством не позволяет мне этого сделать.       — Лютик, перестань убегать. Я думал, что друзья предупреждают о своем уходе.       — А кто сказал, что ты мне друг, Геральт? — вылетает из моего рта быстрее, чем я успеваю подумать. Глаза ведьмака удивленно расширяются и он в непонимании смотрит на меня. Пока он стоит в шоке, я обхожу его и ускоряю шаг. Нужно бежать, бежать от того, кто сердце мое забрал и сжимает своими руками, причиняя боль.        Но далеко убежать не получается. Меня хватают за локоть и с силой разворачивают к себе. Перед собой вижу взбешенного Волка, который выпускает воздух через сжатые зубы. Желваки на его челюсти напряжены, давая понять, что он очень зол. Почти сгибаюсь под его натиском, но все же останавливаюсь и с вызовом смотрю прямо в золотые нечеловеческие глаза и тону. Тону в этом омуте и своих чувствах к седовласому.       — Объяснись, Лютик. И лучше бы тебе ответить честно, чтобы я не испортил своего мнения о тебе.       — Объясниться? Геральт, просто оставь меня в покое и дай уйти. У тебя и так забот хоть отбавляй, зачем тебе я? Бард, который вечно находит приключения на свою задницу и который постоянный попадает в беду. Зачем тебе я, Геральт?! — повышаю голос на Геральта, отчего тот отпускает мою руку и делает шаг назад — Уйди с дороги, Мясник, иначе я могу решить, что решил сделать меня пленником Каэр Морхена.       Старое и давно забытое прозвище ведьмака заставило его отойти в сторону, освобождая мне дорогу. Видит бог, я не хотел его обижать, но это было необходимо. По-другому он бы не отступил.       -Прощай, Геральт из Ривии. Может быть встретимся мы с тобой за кружкой эля.       Ухожу, оставляя ведьмака позади. Так будет лучше и для него и для меня.