Parpadeo

18:17

Парню нужно успеть добежать до перекрестка, перейти дорогу, пройти двадцать метров до остановки и всё-таки не опоздать на маршрутку отправляющуюся в 18:20. На плечах портфель, а в руке сумка с ноутбуком. Не сильно удобно для бега, но ждать следующую минут сорок Чимину не особо хочется. Парень готов поверить в бога, когда зеленый загорается, как только он подбегает к перекрестку. Пак уверен — в маршрутке уже все места заняты и все ждут только его, собственно так и происходит. Чимин быстро выуживает билет из плена чехла на смартфоне и отдает его пожилой женщине. Та, в свою очередь, немного надрывает его, помечая, и просит парня присесть. Свободное место оказывается только в самом конце и парню нужно преодолеть препятствия в виде мужчин, расставивших ноги на полпрохода и женщины, которой даже двух мест будет мало с таким телом. Слава богу, рядом с Паком сидит милая маленькая девушка, и парню не придется вжиматься в кресло, пытаясь избежать лишних контактов с посторонними. Парень не особо любит, когда к нему прикасается совершенно незнакомый человек, будь это случайное касание в общественном транспорте или намеренное. У Пака нету какой-то фобии на этом фоне, просто неприятно. Чимин спокойно ставит сумку с ноутбуком между ног, портфель на колени и вставляет в уши наушники, желая на ближайший час поездки покинуть этот мир. Парень порядком заебался за эти восемь месяцев учебы: постоянно ездить к родителям в другой город, только чтобы выслушать их лекции о том, какой он безответственный, легкомысленный и вообще неблагодарный сын и не задумывается о будущем. У Чимина остался день до шестнадцатилетия и у парня большие планы на будущий год, ведь шестнадцать ему будет лишь триста шестьдесят пять дней, в общем-то, как и семнадцать и восемнадцать. Эти жалкие дни он собирается сделать особенными. Ведь Чимин живет ради моментов: он живет ради езды на велосипеде по безлюдной дороге и ветра волосах; живет ради рассветов в пять утра и ради красочных закатов; ради пробежки от колледжа до общаги под дождем, ради любимых песен и книг, ради смеха до боли, ради его любимого блюда и ради блеска в глазах дорогого человека; ради немного неловкой улыбки простого прохожего в ответ на свою яркую и беззаботную, ради длинных ночных прогулок по, погрузившемуся в сон, городу. Жить ради провожающих тебя поздним вечером домой звезд, жить ради людей, которые помнят, что ты ненавидишь помидоры и пьешь только зеленый чай. Жить ради первой влюбленности, первого поцелуя, первых произнесенных и услышанных «я тебя люблю». Живет ради моментов, благодаря которым чувствуешь себя живым.

***

Чимин только зашел в общагу. Первый курс, особо напрягаться он не собирается, да и особо важных предметов завтра не будет. Только вот вещи разобрать нужно, да и с другом договаривались встретиться. любимый хен№2 Если ты скажешь, что хочешь прогуляться, я буду безумно рад. А если скажешь, что ты и сигарет сегодня купил, я буду рад вдвойне. pizdec707 Апх, забавно, но чуть позже. Я тут с матушкой сижу любимый хен№2 Напишешь pizdec707 Ок, целую любимый хен№2 Фу, блять, Чонгук. Когда-нибудь я все же дам тебе в еблет. pizdec707 Хах, договорились У Чимина есть ещё минимум час, зная мать Чона. Паку вообще нечего делать и почему бы не сходить в магазин, еды всё равно нет. Чимин слишком поздно начал собирать вещи и не успел захватить контейнеры, любезно приготовленные его мамой. Ну хотя бы на маршрутку успел. pizdec707 Выходи любимый хен№2 Бегу, милый pizdec707 А вот такому я уже тебя не учил любимый хен№2 Саморазвитие, Чонгук. саморазвитие. pizdec707 Боже, что это любимый хен№2 Встретимся около метро pizdec707 Хорошо А вот зная Чонгука, Чимин может ещё минут шесть-семь посидеть дома, потому что Чон делает ровно тоже самое. Практически центр города, прекрасная архитектура с современной подсветкой зданий, оживленная дорога. Для кого-то уже вечер, для кого-то начало ночи, а для кого-то начало дня. Чимин не спеша идет по одной из главных улиц столицы. Казалось бы, тут должно быть красиво и аккуратно. Тут и правда красиво, но стоит опустить глаза, как на аккуратно выложенной плитке можно собрать список продаж за весь день из магазина напротив. Люди, даже не задумываясь, кидают чеки, предлагаемые работниками рекламки, пустые пачки от сигарет, окурки прямо около урны, будто и не замечая её. А правильно, кому она нужна? Чимина тошнит от этого. Парень уже практически подходит к метро, замечая макушку Чонгука, но не одного. Рядом с парнем идет ещё кто-то. Чимину не то чтобы не интересно, он просто устал сегодня. Вся жизнерадостность и активность, как водой была смыта с Пака. Чон, конечно, представляет их друг другу, Чимин запоминает только очки на парне и что тот явно выше его. Это и не так важно, ведь Чонгук быстро прощается с тем парнем и сворачивает в ближайшие дворы с Чимином. — Как выходные? — Чон прекрасно знает, что выходные Чимина проходят примерно одинаково. В субботу парень возвращается домой, вечером идет к друзьям из родного города, иногда может выпить с ними. Утро воскресенья парень проводит в кровати, да и начало дня тоже, после собирает вещи и, ближе к вечеру, уезжает. За эти неполные сутки парень даже нормально поговорить с родителями не успевает, да он и не особо желает. — Как обычно, на этот раз в мастерской были, выпили немного, — Чимин никакой, парню сейчас не особо хочется рассказывать другу подробности прошлой ночи, — обещаю, завтра на курилке всё расскажу, но не сейчас. Неловкая пауза? У них такого не бывает. Чонгук и сам много от чего устает и в таком молчании, казалось, получается отдохнуть от всего лучше, чем восьмичасовой сон. Чонгук сильно надеется, что не он один такое ощущает. — Ты довольно быстро освободился, ничего же не случилось? — для Чимина эта пауза, как глоток воды. — Всё в порядке, просто брат приходил, ну ты его видел и матушка сказала пройтись с ним хоть до метро. — Никогда раньше не видел твоего брата. — Да я сам его раз третий за всю жизнь видел. Они заходят во двор, где пожилая женщина выгуливает свою собаку, ещё кто-то просто сидит на лавочке, а кто-то решил скоротать путь через этот двор. Пару секунд поиска глазами и парни находят свободную лавочку. Чимин, сразу же, как какой-то мешок, опускает на неё свой уставший зад. — Жду завтра как никогда, держи, — Чонгук добродушно протягивает сигарету из своей пачки. Тишину двора нарушают только звуки машин, зажигалок и лай собаки той пожилой женщины. — Всё же нормально? — в голосе Чона слышно волнение за друга, как и во взгляде. — Не переживай так, всё хорошо. Я просто устал, — Чимин совсем не спешит рассказывать о проблемах в семье. Всё-таки, большинство их из-за того, что мать хочет развода, а отец не воспринимает её слова всерьез. Чимин никогда не понимал отца, было чувство, что мужчине абсолютно плевать на чье-либо мнение. Отец всегда делал то, что считал нужным и ему было плевать что об этом думают другие. Затянувшуюся минуту молчания всё же нарушает Чонгук: — Я встречался с тем охранником, — Чон опускает голову, принимаясь рассматривать свои кроссовки и пытаясь спрятать глупую улыбку. — О-оу, и как? Надеюсь, он не сказал, что у него кто-то есть, — у Чимина даже настроение немного поднялось от воспоминаний, как Чон клеил молодого парня-охранника в торговом центе. — Не говорил он такого, — Чимину в радость наблюдать за таким Чоном. Хоть парень и не видит, но он уверен, что у младшего покраснели щеки. Зато он отчетливо может увидеть яркую смущенную улыбку, которую как бы Чонгук ни старался спрятать не выходило, — он очень веселый и забавный, мы гуляли больше четырех часов, но я не помню, о чем говорили. Он захотел пойти покормить уточек, мы и пошли в ближайший парк. — И красивый. Ты узнал сколько ему? — до Пака только сейчас дошло, что Чонгуку, как и ему самому, нет даже шестнадцать, а тут охранник в магазине. — Ему двадцать один недавно исполнилось. Можешь расслабиться, он знает сколько мне, — давно Чимин не видел такой улыбки у друга, но именно от этого он сам непроизвольно улыбается в ответ. — Странный он всё же, — Пак прекрасно помнил улыбку маньяка-педофила в форме охранника на выходе из магазина. Они уже выходили из дворов на большую оживленную улицу. Практически центра города, куча людей куда-то идут, кто-то просто гуляет, кто-то задержался на работе и сейчас просто мечтает быстрее оказаться в кровати. — Раз уж я стреляю тебе сигареты, не хочешь ли ты купить мне молока, а то я без ничего к тебе выбежал? — парень достает телефон, проверяя время, после показывая цифры на экране и Паку.

22:04

— Пошли уже, — Чимин хватает парня под локоть, разворачивая, ибо Чонгук явно не сильно ориентируется, где магазин. Молоко куплено, как и еда на пару дней для самого Пака, Чонгук отправлен домой, у Чимина есть ещё минут сорок до закрытия общежития. На улицах не так и много людей. Да Чимину, в прочем, плевать. Он идет по той же улице, по которой шел на встречу с Чонгуком. Какое кому дело до него: один из тысячи, миллионов, миллиардов. Перед парнем идет какая-то странная девушка: она то идет, то останавливается, то делает пару шагов спиной назад. Чимина это явно раздражает. Парень просто быстрым шагом обгоняет её и переходит дорогу на зелёный, уже мигающий, свет. Ему жутко лень идти по главной дороге, потом поворачивать, а потом ещё раз, именно поэтому он решает срезать путь через дворы. Если идти по главной дороге, Пак дошел бы за минут двадцать пять, через дворы он уложится в пятнадцать. Ему нужно пройти мимо гаражей, а потом ещё и офицерское кладбище. Чимин почти прошел все гаражи, не заметив ни одного человека. Жутковато, но ему навстречу, кажется, идут две фигуры. В силу темноты, Чимин не может рассмотреть кто там, да и не особо интересно, просто люди, уже хорошо. Жопа Пака, на самом деле, чувствовала, что что-то не так, а до парня потом и дошло. Именно в момент, когда он понял, что ему навстречу идет патруль. А когда увидел ухмылку одного из парней, Пак понял, что всё плохо. Но с чего бы, он, вроде, без сигареты в зубах и не пьяный. — Здравствуйте, молодой человек, — парень с той самой ухмылкой. Видимо он даже не пытается её убрать, только сейчас улыбнулся менее пугающе, но Чимину как-то легче не стало. Чимину вообще кажется, что второй даже не собирался останавливаться, его просто притормозил напарник. — Здравствуйте, — Чимин пытается вспомнить все свои грехи за жизнь и в итоге рассматривает вариант, что парню нужно подсказать сколько времени. По идее, это должны быть не парни, а уже мужчины, но Пак так сказать не может. Уж больно молодо выглядели, хоть Чимин и не успел рассмотреть их, а точнее, освещение не особо позволяло. Чимин только заметил, как немного раздраженно второй полицейский зашипел. Пак перевел интересующийся взгляд на парня, который с ним заговорил, желая узнать что всё-таки от него хотят. — Меня зовут Мин Юнги, я могу посмотреть на ваш светоотражающий элемент, — Чимин в открытую видел, как ему смешно от своих же слов, так же он видел, как улыбнулся второй, будто понял, что задумал его напарник. Фликер-то у Чимина был, но на портфеле. Да и кто вообще придирается к фликеру? Пак, осознав свою ситуацию, посмотрел уставшим взглядом прямо в глаза патрульному, а тот и без слов его вроде как понял. — Хосок, давай встретимся через полчаса около метро, — Чимина будто там и не было, и тут, Паку стало не по себе. Зачем он выпроваживает своего напарника, им вообще можно так делать? — Будешь должен, давай, — на лице парня засияла яркая улыбка, которую было прекрасно видно даже с таким херовым освещением. Как понял Чимин, Мин Юнги подождал, пока его напарник отойдет на метров двадцать, и опять посмотрел таким же веселым взглядом на бедного Чимина. — Ну что делать будем? Штраф… — Чимину кажется или этот парень явно смеется над ним, — или можем по-другому?.. — Каким способом? Обойдемся предупреждением? Я не против, — всё-таки он открыто веселится с этой ситуации. — Ну смотри, ты можешь дать мне свой номер и пообещать одну встречу, а я сделаю простое предупреждение, — патрульный облокачивается о рядом стоящий столб и, всё с той же улыбкой, смотрит на Чимина, немного наклонив голову. — А мой возраст спросить разве не стоит сначала? — Чимин уже понял, что никакого штрафа у него не будет, но этот полицейский какой-то слишком нахальный. — Я просто надеялся, что тебе не тринадцать, я ведь прав? — Пак надеялся, что это собьет его с толку, но ему похоже совсем плевать на возраст парнишки. Чимин вроде только почувствовал, как усталость немного отступила, но нет, она вернулась. И всё, на что у Пака хватило сил — это вымученно закатить глаза. — Так ты согласен? — патрульный подрывается с места и подходит ближе, — я не такой и старый вроде как. — Ну и сколько же не такому старому, как я думаю? — Чимину уже даже немного интересно, что же будет дальше. Он, конечно, не особо хорошо видит парня, но он немного выше его самого и выглядит серьёзно очень молодо. Пак ему бы даже лет восемнадцать дал, хотя может у него лицо при освещении, как у пятидесятилетнего преподавателя Чимина в колледже. — Всего лишь двадцать два, — Чимин только сейчас вспоминает, что вообще-то опаздывает в общагу, а тут к нему какой-то мент присосался. — О-оу, не-не, тут без вариантов, мне шестнадцать, — завтра будет так и не было озвучено. Пак уже хочет обойти его и пойти дальше, но ему загораживают пусть широкие плечи. А когда парень поднимает глаза и видит уже серьёзное лицо, ему вообще становится не по себе, а от горящих на экране телефона 22:36 ещё хуже, — я опаздываю… — Давай я с тобой пройдусь, заодно провожу, — кажется это был не вопрос. — Ты понимаешь, что я несовершеннолетний? — они уже минуты две шли в тишине и Пак решился все же её нарушить. А уважительное обращение ушло в никуда ещё с самого начала. — Ты думаешь, я просто тебя трахнуть хочу? — парень даже останавливается посреди дороги, на что бабушка идущая за ними не сильно хорошо отреагировала. Ну, а как ещё могла отреагировать бабушка, услышавшая такое между двумя парнями, один из которых в форме посреди улицы? — Ничего подобного, если бы я этого хотел, пошел бы в другое место, — он даже не дал вставить и слова Чимину, да вроде и не улыбался как умалишенный. — Откуда я могу знать, что ты от меня хочешь? Ты мне даже свои документы не показал, о чем мы можем говорить, — Пак возмущенно смотрит на полицейского. Всё же маленькая нотка страха прошла по телу, всякое может быть, вдруг этот парень вообще его сейчас по голове каким-нибудь кирпичом и всё. — Эй, всё хорошо? Чего ты такой нервный, я хочу лишь одну встречу на нейтральной территории, просто прогуляемся, поговорим. Я тебе там могу и паспорт, и удостоверение, и права, и медицинскую карту показать. Чимин ещё пару секунд смотрит на него, а потом медленно поднимает голову к небу, к звездам, и, достаточно громко, почти взвывает: «Господи, за что мне это?!» Ещё немного рассматривает звезды, опускает голову, натыкается на широкую улыбку до самых десен и разворачивается, продолжая идти к общаге. Остальную дорогу они проходят молча, Чимин только иногда смотрит на парня радом, натыкается на глупую улыбку и закатывает глаза уже, наверное, в миллионный раз за сегодня.

***

22:48

Чимин уже стоит на первой ступеньке входа в общежитие и немного мнётся. Парень всё ещё смотрит на него с жуткой улыбкой. И как у него ещё лицо не болит так долго широко улыбаться?! — Господи, скажи мне свой номер, — Пак уже не может выдержать этот взгляд и быстро достает телефон из заднего кармана, — я не помню свой, так что я позвоню тебе, а у тебя выбьется номер. Юнги улыбается только шире, подходя к Паку ещё ближе и радостным голосом диктуя номер. Где-то в штанах блондина вибрирует телефон, а он его даже не собирается доставать, в упор смотря на Чимина. — Ладно, всё, мне пора, или тут всё закроют, — Паку немного неловко, но он всё же быстро вбегает в здание. Уже со своих окон, которые, слава богу, выходят на правильную сторону, он видит, как патрульный ещё немного стоит у входа и после всё же направляется к метро, благо тут недалеко. Чимин уже полностью подготовился ко сну и собирался ложиться в кровать, как его телефон завибрировал в тишине на всю комнату. «Посмотри на небо.» Боже и этому человеку двадцать два года, но на лице Чимина всё же появляется легкая улыбка и он послушно идет к окну, поднимая взгляд на небо. Оно и правда прекрасное. Туч нет, только светлые облака, которые на фоне темного неба выглядят особенно завораживающе. Маленькие звезды виднеются за облаками и в центре большая яркая луна, которая своим светом создает якобы купол над собой. Чимин берет телефон и почти вслепую печатает ответ: «Красиво» Чимин так и стоит у окна. Не проходит и десяти секунд, как телефон снова вибрирует. «Напоминает тебя.»