Финя, нам везёт...

      Понедельник.       «Как же я ненавижу это слово. Почему вообще на свете есть понедельник? Зачем он нужен? А вообще, зачем люди начали нумеровать дни… ЗАЧЕМ? Откуда они взяли это отвратительное слово «понедельник»? Откуда в неделе семь дней?» — примерно такие мысли посещали мою голову, пока я шла в школу. Хоть мы сегодня и ко второму уроку, но всё-равно не катит. Всё портит это слово «Понедельник»…       Подходя к школе, я вновь увидела вдалеке знакомую фигуру. Ксюха. Она мне — помощь во всей этой тяжёлой жизненной рутине. Она подошла ко мне.       — Доброе утро!       — Такое утро добрым не бывает… — ответила я, и мы вместе направились в школу.       — Даже если отменили первый урок в виде обществознания? — она улыбнулась.       — Без «даже»… — ответила я холодно, — А где ребята?       — Они сказали, что уже всё знают, поэтому хотят пойти сами.       — Понятно. Значит, наши птенчики выпорхнули из гнёздышка? — решила я подколоть их.       — Они так быстро растут. — подкол засчитан.       Мы вошли в здание школы попутно открывая друг другу двери. Пройдя в раздевалку я увидела куртки наших. «Значит, уже тута. Окей». Мы спокойно сняли куртки, переобулись и пошли на четвёртый этаж. Кое-как дойдя до нужного места, мы встретили автоботов:       — Доброе утро. — хором сказали Оптимус и Рэтчет. Мы с Ксюхой весело переглянулись, что вызвало у парней недоумение.       — Что-то не так? — переспросил Оптимус.       — Нет, всё нормально. Просто мы уже поговорили с ней на тему «Доброе утро». — ответила я. (Автор: И ТУТ Я ВСПОМНИЛА СТАТУЮ ИЗ МУЗЕЯ СОВРЕМЕННОГО ИСКУССТВА С ТАКИМ НАЗВАНИЕМ. *снова лежит под столом от смеха*)       — Привет. — ко мне подошла Катя.       — Привет. — ответили мы с Ксюхой хором.       — Кстати, Виктория Валерьевна мне вчера отписалась, мол «Спасибо, Сашенька». Так что нам не попадёт, как в тот раз. — сказала я Катюхе.       — Отлично! — сказала она и, увидев Алину, побежала к ней.       — Что-то вчера случилось? — спросил меня, только что подошедший сзади Смоук, — Доброе утро.       — Доброе. Нет, просто…помните я вам рассказывала, что для всех, кто хочет сдать вторую часть на ОГЭ по математике, есть электив в понедельник перед уроками? Так вот, так как у нас сегодня нет первого урока, то я ей отписалась, мол «Мы не придём на нулевой» и объяснила причину. Ну…она мне и отписалась. — ответила я.       — Теперь понятно. — сказал Рэтчет.       Мы простояли так ещё минут десять, разговаривая ни о чём, и прозвенел звонок с урока. Ко мне подошли Настя и Саша из 9-2.       — Привет, Сашечка. — сказала Настя и обняла меня.       — Привет. Как математика? — спросила я девочек.       — Всё нормально. Ничего не писали. — ответила за Настю Саша.       — Отлично. Ой, да. Девчат, напишите мне сегодня, если вдруг что-то по физике писать будете. — попросила я их.       — Окей. — ответила Настя, — Ну, ладно. Мы пойдём. Надо к английскому готовиться. Удачи.       — Спасибо. И вам удачи. — ответила я.       Повернулась к нашим. Ксюха смотрела на меня как обычно, а вот автоботы были в недоумении.       — Что? Я что-то сделала не так? — спросила я, на что автоботы кивнули.       — Им, походу, твоя просьба к девочкам не понятна. — предположила Финик.       — А-а. Ну, тогда, скажу, что они просто впереди нас по программе идут. Поэтому, мы немного хитрим. — сказала я и ехидно улыбнулась, — В правилах школы об этом не сказано. Раз не сказано — значит можно.       — Почему ты так думаешь? — выгнув одну бровь, спросила меня Арси.       — Ну… в правилах школы же ничего не сказано по поводу того, что нельзя носить чёрные шорты. — ответила я.       — А причём тут шорты? — спросил Балк.       Мы с Ксюхой переглянулись и засмеялись. Автоботы снова непонимающе посмотрели на нас.       — Всё хорошо, просто моя юбка — не юбка, а шорты… — сказала я и немного раздвинула складки, чтобы было видно сами шорты.       Удивлению ребят не было предела. Их лица надо было видеть.       — Как так? Мы около трёх недель тут, а узнаём об этом только сейчас… — сокрушался Смоук.       — О да! Тайна сея мира раскрыта! — подыграла я ему, — В этом-то и есть смысл этой юбки-обманки.       Вдруг прозвенел звонок. «Эх… ну вот почему у нас звонок на урок такой бодрый и весёлый? Почему нельзя включить марш Дарта Вейдера из «Звёздных воин»? Было бы очень кстати…».       — Идёмте? — они кивнули.       И только сейчас я заметила, что Ксюха стоит с Ваней с параллели и о чём-то с ним разговаривает. Решила, что мешать им не буду, но вот взгляд Оптимуса… кхем… я промолчу.       Через пару секунд ко мне подбегает Ксюха.       — О чём говорили? — спросила я её.       — Он спрашивает, почему я не могу стать его женой. — я подавилась воздухом.       — Ам… Эм…а…э… — не могла я ничего сказать.       — Ага. — сказала Ксюха.       Мы пришли к кабинету, а потом из этого кабинета выбегает Виктория Валерьевна, глазами нашла меня, подошла, взяла меня за руку и с улыбкой пожала её мне. Я в шоке, Ксюха в шоке, автоботы в шоке, все в шоке. До меня дошло, и через пару секунд я тоже улыбнулась. Потом, ещё через пару секунд она говорит:       — Можете заходить. — мы кивнули и зашли в кабинет.

***

      Алгебра.       «Какой же неоднозначный предмет… сначала одни циферки, а потом ХОПА, и одни буковки. И хоть сдохни, но буковки ты должен убрать и с какого-то хрена взять циферки… ВОТ КАК?» — посещали меня такие мысли на алгебре.       Иногда переговаривались с Эвой по-поводу работы. На одном задании я прям ЖЁСТКО затупила, а потом до конца урока не могла решить его.       Прозвенел звонок. Всё остальное время ничего ТАКОГО ЧТОБ ПРЯМ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОГО не произошло. (Автор: шо естессно — то не сверхъестессно.) На всех уроках меня посещали мысли, подобные тем мыслям, что были на алгебре и в начале дня. Но это только из скуки.       Перед геометрией ко мне подбежали Настя и Саша. Это те, кто подходили ко мне в начале дня. Глаза у них бешеные… Они меня чуть с ног не сбили.       — САНЯ, САНЯ, САНЯ… ВАМ КАПЕЦ! — заорала Сашка.       — Что случилось? — спросила я спокойно.       — КОНТРОЛЬНАЯ ПО ФИЗИКЕ, А ФИЗИЧКА У ВСЕХ ТЕЛЕФОНЫ СОБИРАЕТ. ВАМ ТРЫНДЕЦ. РОВНО ТАКЖЕ КАК И НАМ… — сказала Настя.       Мои глаза с завидной скоростью стали по пять рублей. Хвала Праймусу, что автоботов рядом не было… а то бы зашла речь о правильном и неправильном…опять…       — Л…ладно. С…спасибо… — сказала я и направилась к стульчикам.       Пришли наши. Разговорились мы с ними о всякой фигне. Рядом стояли наши пацаны и во всю доставали Катю.       — Что это они с ней делают? — скептически спросил Джеки.       — Просто у нас Катя пользуется популярностью у мальчиков. Видите ли, земные пацаны ТАКИМ образом проявляют свою любовь к женской особе. Странно? Не то слово. Просто они так пытаются обратить её внимание на себя… О! Полетела! — сказала я, когда увидела, что кто-то поднял Катю, — Так вот, привлекая к себе внимание, в дальнейшем девочка уже не сможет жить без этого внимания, но так работает не у всех… В общем, иногда именно так любовь до конца жизни и зарождается. Не удивлюсь, если увижу её свадьбу с кем-то из наших. — сказала я.       — Какие-то вы, люди, странные в этом плане… — сказал Магнус.       — Да…мне бы самой логику понять, почему нельзя спокойно подойти к девочке и признаться, а надо именно таким, садистским, способом… — поддержала я.       Пришла Ксюха. Не успела она сказать и «Привет», как я уже, за шкирку, утащила её в женский туалет.       — Короче, сегодня контрольная по физике, а физичка у всех телефоны отбирает. НАМ ПОЛНЫЙ ПИЗ… — Ксюха заткнула мне рот.       — Тише. Дальше не надо. Я поняла. — ответила она, еле сдерживая смех, после чего убрала руку с моего лица, — Откуда инфа?       — Девочки с параллели: Бугреева и Демакова.       — Понятно. Ну ничего. Прорвёмся.       — Угу.       Мы вышли из туалета и увидели такую картину: наши мальчики пытаются затолкнуть Катю в мужской туалет. У них это выходит, и они начинают держать дверь, чтобы она не выбралась.       — Интересно, когда свадьба? — тихо спросила я.       — Точно. — подтвердила Финя.       Мы подошли к нашим. Ещё о чём-то поразговаривали и пошли на японский. В общем, снова ничего сверхъестественного не произошло.       По дороге на наш самый лучший, самый интересный урок — физику — меня остановил паренёк с красными волосами. Прижал к стене и начал:       — Ну, привет. Давно же мы с тобой не виделись. — этот голос я узнаю где угодно… НОКАУТ…       — И я рада тебя видеть. — сказала я, мило улыбнулась и попыталась проскользнуть под его рукой, но не вышло. Он среагировал быстрее.       — Нет, никуда ты не уйдёшь. — его рука проскользнула по моей талии.       — Что тебе надо? — громко и холодно спросила я.       — Ну… не знаю. Может быть ты мне нужна? — сказал он, ехидно улыбнувшись.       Вдруг, его кто-то схватил сзади за плечо.       — Не твоё. Отпусти. — прошипел Смоук сквозь зубы.       — А то что? — спросил Нокаут, отвернувшись от меня и повернувшись к нему.       Я же воспользовалась этим, быстро встала между ними:       — Парни, пожалуйста, давайте всё решим мирно… — но они меня будто не слышали.       — Зачем она тебе? — проигнорировал меня Смоукскрин.       — Личное дело. — последовал его примеру Нокаут.       Они уже чуть ли шипеть друг на друга не начали. Вдруг, невзначай, я краем глаза зацепила женщину, стоящую в этом же крыле и пристально смотрящую на нас. До меня дошло, что есть ненужные глаза и уши, поэтому повернулась к ней, чтобы чуть-чуть договориться, однако… НЕТ! Это директриса… Естественно, нас вызвали к ней.       В итоге, минус урок физики. Она пацанам всё это время рассказывала правила поведения в школе, на что они говорили только, что этого больше не повториться. Спустя полу часа лекций, она отпустила их. Начала беседовать со мной по поводу личной жизни, а конкретнее о том, что можно и что нельзя. В итоге, из кабинета я вышла красная, как помидор, и сразу же направилась в раздевалку.       За мной шёл Смоукскрин, но ему я сильного значения старалась не придавать. Идёт и идёт. Пускай идёт. Главное — чтобы ко мне не приставал, иначе я не выдержу. Всё это время он был очень сильно хмур, а когда смотрел на моё красное (то ли от смущения, то ли от ярости) лицо, так вообще чуть ли не отворачивался.       «Понедельник.       Чёрт! Как же я его ненавижу! Как всегда неделя начата как нельзя хреновее!»       Выйдя из школы, он меня остановил и также хмуро сказал:       — Зайди ко мне сегодня. — на что я лишь кивнула и пошла в сторону дома.       Придя домой, я сразу же откинула рюкзак в угол и плюхнулась на диван, крича в подушку. Просто откровенно орала. «О Праймус, КАК МНЕ СТЫДНО!»       Я села делать уроки, чтобы отвлечься от этой темы, но это не помогало… Кое-как сделав все уроки, я сразу же направилась к Смоуку. Он, видимо, меня ждал.       — Привет. — сказала я хмуро.       — Привет. — сказал он мне и грустно улыбнулся, — Заходи.       Я зашла в квартиру. За мной закрыли дверь. Вдруг, из кухни выглянула прекрасная дама лет 30-40. Белокурая, каких ещё поискать надо. На лице её можно было видеть жизнь. Она широко мне улыбнулась и сказала:       — Здравствуй. Ты, наверное, Саша. Смоукскрин много о тебе рассказывал. — я залилась краской. Смоук тоже. Дама засмеялась, — Меня зовут Елена Владимировна. Я — мама этого прекрасного молодого человека. — она показала на Смоукскрина, на что мы с ним ещё гуще покраснели.       — Очень приятно познакомится. — сказала я и неловко улыбнулась. «Да…ничего такая маман…»       — Пойдём. — сказал он мне и повёл в свою комнату.       Сзади же я услышала томный вздох, который можно было перевести по-разному, однако смысл был бы один и тот же: «Эх, влюблённые».       Войдя в комнату, он закрыл дверь и сел на кровать. Я же села на стул и уткнулась взглядом в пол.       — Так… прости. — сказал он мне.       — Ничего страшного. Со всеми бывает… — ответила я.       — Я не про недодраку, а про то, в какое положение поставил тебя перед директрисой.       — Пустяки. — ответила я, всё так же не отрывая взгляда от пола.       — Я же вижу, что это не так. — ответил он и подошёл ко мне.       Он сел передо мной на корточки, чтобы встретиться с моим взглядом. Я посмотрела на него.       — Чёрт… — тихо сказала я, когда поняла, что он делает со мной, — Опять… опять ты начинаешь свою шарманку включать.       Он лишь улыбнулся, потом резко взял меня за шею, притянул к себе и поцеловал. «Угх…чёрт…гад какой…». Я начала легонько бить его по плечам, а он, в отместку, притягивал меня к себе сильнее. Через пару секунд к нам зашла его мама…       — Дети, я бы хотела спро… Поняла. Ухожу. — она закрыла дверь.       Я снова стала красная, как помидор. Он отстранился, после чего я закрыла лицо руками, подняла ноги на стул и уткнулась лицом в коленки.       — П…прости. Я не ожидал, что… — начал оправдываться он.       По его голосу можно было понять, что он смущён.       — Н…ничего. П…просто в с…следующий раз закрывай дверь… — сказала я.       Вдруг, я услышала щелчок и посмотрела в сторону двери. «Чёрт…вот кто меня за язык тянул…?».       — Так. Я поняла. Надо было промолчать… — сказала я, встала со стула и начала потихоньку отходить спиной к стене.       Он начал так же потихоньку идти на меня. Когда я уже максимум вжалась в стенку, он подошёл, наклонился и тихо сказал:       — Чего ты меня боишься?       Вдруг я почувствовала, как он начал гладить меня по шее.       — Ну…вы парни…такие непредсказуемые… — пыталась сказать я ровно, но ничего не получалось. Мой голос предательски дрожал.       Он довольно хмыкнул и поцеловал меня в висок, потом в щёку, а потом вцепился в губы. Я сначала не реагировала, пыталась совладать с собой, а потом подумала «А ну к чёрту эти принципы», и начала отвечать на поцелуй, притягивая его голову к себе. Через пару секунд он отстранился, после чего подхватил меня на руки.       — СМОУКСКРИН! Я ТЯЖЁЛАЯ! ОТПУСТИ! — заорала я.       — Нисколечки. — ответил он мне, донёс до кровати, положил и лёг рядом.       — И что это сейчас такое было? — спросила я.       — Просто хочу побыть с тобой. Почему нельзя? — весомо.       — Можно…почему бы и нет… — ответила я.       Наступило молчание. Я обняла его и уткнулась носом в грудь. Он обнял меня в ответ. «Ну что? Мстя?»       Я начала руками бегать по его спине. Иногда чесала. Он сначала выгнулся, а потом уткнулся носом в мои волосы.       — Где ты так научилась? — еле-еле спросил он.       — Мама мой сенсей. — ответила я, — А что? Очень хорошо?       — Очень… особенно под лопатками… — намекнул он мне, но я решила побыть маленьким садистом: я резко встала и направилась в сторону двери, отперла её и выбежала из комнаты, но, увы, меня быстро схватили и втащили обратно в комнату, — Куда собралась? — раздалось над головой.       — Да так… спортом решила начать заниматься… побегать… — короче, детство у меня в пятой точке заиграло.       — Хах, а кое-кто говорит, что это я ещё бета.       — Н-Да. Есть такой грешок… — ответила я и улыбнулась.       Он посмеялся, а потом резко взял на руки, потащил в сторону кровати, снова положил и снова лёг рядом, но только теперь я отвернулась. Его же это не остановило: Смоук прижался ко мне, обнял за талию и зарылся носом в волосах.       — Никуда ты не сбежишь. — сказал он.       — Да я уже поняла, что никуда с подводной лодки-то не денусь…       — Это правильно… — сказал он, усмехнувшись, — А с Нокаутом мы разберёмся. Как-нибудь.       — Хах, ты мне сейчас одного Великого русского полководца напомнил — Суворова, который как-то сказал: «Главное — ввязаться в бой, а там — посмотрим».       — Знаешь, он отчасти прав.       — Наверное. — снова наступило молчание.       Через пару минут я услышала сопение. Он уснул. Ещё спустя пару минут, убедившись, что он спит крепко, я осторожно встала, вышла из комнаты и начала собираться.       — Ты уже уходишь? — спросила меня только что из ниоткуда появившаяся Елена Владимировна.       — Да… только…он уснул. — сказала я шёпотом.       Она кивнула и сказала, что я могу прийти в любое время.       Я спокойно пришла домой, где меня встретил кот, и также спокойно бухнулась на кровать и сразу же вырубилась.