Финя, нам везёт...

      — Идёмте, мой Лорд, иначе всё закончится плохо! — прокричал Скандалист.       — Конечно, Старскрим. Только… я не уйду просто так. — сказал он и, направив на меня пистолет, выстрелил…

POV Автор POV

Наверное, вы сейчас сидите и не понимаете, что, собственно, происходит. Так вот, отмотаем на пару дней назад…

End POV Автор end POV

A few days ago.

      Я спокойно сидела дома, готовилась к предстоящему ОГЭ по химии. Вдруг мне пишет Ксюша: «Какие планы?»

«Пока — только сидеть в обнимочку с химией и готовиться. Я поняла, к чему ты клонишь, поэтому «Да», я согласна погулять. Только дай мне так посидеть ещё часа два».

«Хорошо. Тогда в 18:00 у твоей парадной».

«Окей»

      Я выключила телефон и продолжила заниматься химией. Честно, я уже начала жалеть, что выбрала именно её, потому что сейчас я её только начала понимать, а в следующем году начнётся органика… И прикол в том, что ЕГЭ по химии с каждым годом усложняют, а мой друг, Кирилл, который учится в 11 классе, точнее уже его закончил, но сдаёт ЕГЭ, сказал, что на экзамене очень жёстко валили. А он отличник… В моей голове начали появляться мысли, на подобии: «Так сколько там дворники зарабатывают?»       Проделала один вариант, отдохнула, проделала второй, отдохнула. Тут уже и шесть часов вечера, поэтому надо собираться.       Собралась, вышла. Меня встретила Ксюха:       — Ровно на пять минут позже. — с задором сказала она, — Мать, по тебе можно часы сверять!       — Я и не сомневаюсь. — гордо откинула волосы назад, типо «Царица, ёпт».       Мы спокойно пошли гулять по району, параллельно обмениваясь подробностями своей личной жизни. И кто у кого ещё психолог?       У нас с Фиником есть традиция: всегда останавливаться на одной местной площадке, садиться на карусельку и сидеть там примерно полчаса, обсуждая всё, что можно и что нельзя. Вокруг площадки было множество деревьев и кустов. С одной стороны стоял дом, тем самым огораживая это «волшебное» место от солнечных лучей, что было очень комфортно, а с другой — дорога, на другой стороне которой находились «палатки-магазинчики-автомастерские», где сидели таджики и чинили машины. В общем, было очень уютно. Сама же площадка находится около тропинки, проходимость по которой не очень высокая, поэтому и детей тут почти нет. Стоит только отметить, что площадка относительно новая. В общем, сели мы с Ксюхой на карусельку, начали говорить о своём и, иногда, крутиться.       — Слушай, а Смоукскрин всё ещё не знает о НЕЙ? — спросила меня Ксюха, напоминая о случае в аэропорту Бишкека.       Да, я ей рассказала об этом, ибо мне надо было выговориться… (Автор: Ксюха — психолог и советник. 2 в 1. Успейте купить подружиться только сейчас. Писать мне в ЛС).       — Нет. Пока нет, однако мне кажется, что скоро всё вскроется — предчувствие полной жопы меня не покидает… — задумчиво сказала я.       — Как там говорят в простонародье? Тайна всегда становится явью? — задала она риторический вопрос.       — Этого-то я и боюсь. Думаю, может рассказать ему об этом… Ведь ему будет лучше услышать всю историю сначала из моих уст, а не из твоих или, тем более, Жениных, при условии, если она найдёт меня… — сказала я, «грызя ногти».       — Так почему не расскажешь?       — Когда случай удобный подвернётся, тогда и расскажу, а пока… Чёрт, Ксюша, мне страшно! — я закрыла лицо руками, — Я не знаю, как он на это отреагирует, потому я трушу… Однако мне, чтобы было спокойней, нужно «почву прощупать». Так сказать, подготовить его. Я боюсь его реакции! Смоукскрин в этой части может быть совершенно непредсказуем… — я посмотрела на подругу, — С недавнего времени я вообще начала сомневаться в том, что я его хорошо знаю! Такое ощущение, что он стал мне чужим… Вот как избавиться от этого чувства? Как преодолеть это, и вернуть всё? Как? — я уже чуть ли биться в истерике не начала.       — У-у-у, мать… Всё очень плохо…       — Не то слово!       — Держись, ты же знаешь, что я всегда с тобой!       — Спасибо хоть на этом…       Мы спокойно покатались на этой карусельке около двадцати минут, после чего продолжили наш путь.       Пожалуй, именно этим мне и запомнилась надолго та наша прогулка…

The next day

      Я встала в восемь утра, собралась и поплелась к школе, ибо ХИМИЯ…       Около здания уже стояли мои друзья из параллелей и Рэтчет в том числе, разговаривая о чём-то своём. Я незаметно вливаюсь в их разговор, как вдруг у меня в голове возникает вопрос:       — Слушайте, а Fe(OH)3 — это серо-зелёный осадок, верно?       Все призадумались.       — Ну да… — ответили Рэтчет и Артём хором.       — А разве не бурый? — усомнилась Даша.       — Нет. Fe(OH)3 — серо-зелёный, а Fe(OH)2 — бурый. — начал доказывать Артём.       Короче, стояли мы так и спорили насчёт того, какого цвета осадок у гидроксида железа с валентностью 2 и 3. (Автор: *пошла смотреть в тетрадку* Не, ну у тройки — серо-зелёный). Тут вдруг сзади раздаётся знакомый голос:       — Привет, Коршик! — я оборачиваюсь и вижу Ксюху, Смоукскрина и Оптимуса.       Я глянула на дока. Тот лишь тоже в непонятке посмотрел на меня и пожал плечами, мол «Хз».       — Привет… — немного в изумлении стояла я, — А что вы тут делаете? — Смоук обнял меня, а я — его.       — Проводить решили. Удачи пожелать. — с улыбкой сказала Ксю.       — Рэтчет, — я перевела взгляд на него, — вот ты посмотри: сегодня люди делятся на два типа: первый — нормальный — те, кто высыпаются, второй — учащиеся — те, кто не высыпается и сдаёт долбанные экзамены. К какому мы этих троих отнесём?       — Нас сразу же в Красную Книгу. — сказала Ксюша, вместо Рыжика.       — Ну… что могу сказать… было бы смешно, если бы не было так грустно. — сказала я, горько усмехнувшись.       Все остальные собрались, и мы двинулись в сторону школы, где и должны сдавать ОГЭ. Так сказать, туда, где ППЭ (Пункт Приёма Экзамена). Ксюха, Смоукскрин и Оптимус увязались за нами.       Снова стоим, только теперь около здания той школы, разговариваем по поводу заданий, и тут я у друга спрашиваю:       — Артём, — он посмотрел на меня, — Слушай, ты на что пробник написал по химии?       — На пять.       — Везёт… То есть ты любишь химию?       — Ага.       — А какое задание у тебя САМОЕ любимое? — пристала я к пацану… С кем не бывает?       — Обожаю задачи. — твёрдо ответил он.       — Ой… и за что их можно обожать? — я тяжело вздохнула и взялась за сердце, мол «Задачи — боль всей жизни…».       — Просто я в них шарю. — с улыбкой ответил он. «Весомый аргумент», — А у тебя?       — Последнее: там, где даны реагенты, а ты должен составить реакции, описать их, и получить заданное вещество в конце. Наверное, именно поэтому я и сдаю химию. — ответила я.       — Хм… ну да. Оно тоже интересное…       Мы немного помолчали, а потом эту затянувшуюся паузу прервал подошедший к нам Рэтчет:       — Готовы к семнадцатому заданию?       Мы с Артёмом в непонятках переглянулись.       — А что в семнадцатом? — осторожно спросила я.       — Органика. — ответил Рыжик.       После недолгого молчания со стороны Артёма послышался *шмяк* по лбу и:       — Блять… Органика… — ну тут всё и без лишних слов понятно.       Я похлопала того по плечу:       — Я тоже забыла про это… — и тяжело вздохнула.       Со стороны Ксюхи послышался смешок, а когда я увидела ревнивый взгляд Смоукскрина, то сразу же убрала руку с плеча друга и отошла.       — Ревнуешь? — с хитрой улыбкой спросила я.       — Есть такое. — ответил он и обнял меня.       Я уткнулась носом в его грудь и обняла его в ответ, а он, в свою очередь, положил голову мне на макушку. Я прикрыла глаза и просто начала наслаждаться его присутствием и каким-то непонятным для меня спокойствием, которое он «излучал». Я слышала, как громко и спокойно бьётся его сердце. Стало ещё прекраснее на душе. На секунду показалось, что я превратилась в шоколадку или мороженку, которая вот-вот растает… и нет, не от жары, а от душевного, а также физического спокойствия, вперемешку с нежностью и любовью…       Из всей этой идиллии меня выдернул голос учительницы, которая орала нам, мол «83 школа! Заходите!»       Я нехотя отстранилась и поцеловала Смоукскрина в щёчку.       — Будто на фронт уходишь… — с улыбкой сказал он.       — Поверь мне, так оно и есть… — с такой же улыбкой и ноткой иронии сказала я, после чего направилась ко входу.       Все нам пожелали удачи, и мы прошли в школу. Оставили вещи, прошли «контроль», прошли к нашим аудиториям…и тут, на подходе к своей аудитории, я увидела… Шоквейва. Вся ирония состояла в том, что он стоял на вход в мою аудиторию. «О Господи, помоги мне поскорее сдать эту грёбаную химию…» — тихо сказала я и прошла ко входу в кабинет. Организаторы встретили меня с распростёртыми объятиями:       — Ой, Саша! Какая встреча! Вновь! — сказала женщина с ярко накрашенными глазами. Почему «Вновь»? Потому что я с ними русский сдавала.       Она была блондинкой. На вид лет 30-40. На голове была причёска, а-ля «Взрыв на макаронной фабрике», сами же волосы были до плеч. Мы с ней поздоровались, она сверила меня по списку и сказала пройти в аудиторию, к другому организатору, дабы она поставила галочку, мол «Присутствует», и сказала мне, где я сижу.       Мы с ней поздоровались. На вид она выглядела чуть моложе той женщины. Волосы были ещё короче, только она была шатенкой. Носила очки. Немного полновата, но очень добра и улыбчива. В общем, идеальный учитель русского языка сидела передо мной.       Мы разговорились. Уловила себя на мысли, что я не знаю их имён, однако продолжила также мило с ними беседовать. Вы наверное скажете, мол «НО У НИХ НА ГРУДИ ЕСТЬ БЕЙДЖИКИ! ПОЧЕМУ НЕ ПРОЧИТАТЬ?», а я вам отвечу, что зрением я похвастаться не могу, тем более так называемые «объекты» двигались. Однако, это не единственное, на чём я себя уловила: когда зашла в аудиторию, то непонятно из-за чего я покрылась мурашками, будто озноб пробрал. Через пару секунд, когда я направилась в сторону своей парты, то поняла причину: Шоквейв. Десептиконский учёный, пока мы находились в ППЭ одни, сверлил меня холодным взглядом… Вся ирония состояла в том, что он сидел со мной рядом, только на другой колонке… Поэтому ещё криповее. И да, по поводу взгляда: во-первых, мне показалось, что его я где-то уже видела, однако не могла припомнить где, а во-вторых, у Шоквейва было два глаза, правда один был белым. В общем, очень было похоже на то, что он на один глаз был ослеплён, как какой-нибудь дедушка или морской котик из океанариума (Автор: см третью главу «Финя, нам везёт…»).       Через минут пять мне это надоело, к тому же никто не заходил, поэтому я вышла из ППЭ, так как ещё можно было (до экзамена оставалось ещё двадцать минут), после чего направилась в другое крыло, где должны быть все остальные мои друзья. «Как всегда нас распределили в разные аудитории… ОБОЖАЮ».       Я прошла к ним и сразу же отвела дока в сторону:       — Что такое? — осторожно и тихо спросил он меня.       Я же огляделась, дабы не зацепить нежелательных ушей, и ответила:       — У меня в аудитории Шоквейв… — тихо сказала я.       — ЧТО? — чуть ли не орал он, но, Хвала Праймусу, было очень шумно, поэтому никто и не услышал.       — Да… и у меня возникает такой вопрос: а Нокаут здесь?       — Не знаю, — ответил Рэтчет, — Но мне кажется, что он придёт. — он серьёзно посмотрел на меня.       — Мне тоже так кажется.       — Ладно… — он вздохнул, — Тебе потерпеть всего два часа. — и положил мне на плечо руку, мол «Будь мужиком, держись».       — Меньше. Где-то час и пятнадцать минут.       — Тем более. А где он сидит?       — Рядом. — Рэтчет посмотрел на меня глазами, полными шока, — Ага. Вот я и говорю: ещё лучше… Щас бы ещё Нокаута туда…       — Не каркай! — шикнул док.       — Ладно. — я виновато улыбнулась и подняла руки вверх, мол «Сдаюсь».       Мы ещё немного поразговаривали с ребятами, после чего начали возвращаться в свои аудитории, так как должен уже был начаться инструктаж. Я, спокойно зайдя в аудиторию, прохожу к своему месту. Вроде всё должно было быть отлично, однако не тут-то было. Я решила не показывать свой шок, поэтому попыталась сдержаться и спокойно сесть на своё место, что, в принципе, я и сделала. Почему в шоке? Потому что сзади меня… сидит… НОКАУТ! «Блять, накаркала…» — подумала я, а на деле уткнулась лицом в руки.       Я попыталась сосредоточиться на инструктаже, однако пошёл он весь «коту под хвост», так как я не могла себя комфортно чувствовать в близком присутствии десептиконов…

***

      Я переписала все задания в бланки ответов, после чего подняла руку. Организатор подошла ко мне, проверила все бланки, черновики и КИМы, после чего вторая организатор забрала их, а я поставила подпись, мол «Всё собрано. Всё проверено. Всё отлично», после чего попрощалась с ними и пулей вылетела из аудитории, с такой же скоростью направившись на первый этаж, чтобы забрать куртку. Я распрощалась с учителями и быстро выбежала из здания школы. Как только пересекла порог, я облегчённо выдохнула, так как поняла, что я СВОБОДНА! (По крайней мере до четырёх часов дня, ибо ещё электив по матану) (Автор: Я СВОБОДЕ-Е-Е-ЕН, СЛОВНО ПТИЦА В НЕБЕСАХ…).       Тут мой взгляд опускается, и я вижу довольно-смотрящего на меня Смоукскрина.       — Ты всё это время был здесь? — я выгнула бровь.       — Да. Решил, что раз торопиться мне некуда, то имею право тебя подождать… Тем более экзамен твой длится два часа, а с его начала прошло всего-лишь около часа. — он подошёл ко мне и обнял.       — На это были свои причины… — тяжело вздохнула я.       — И какие же? — он посмотрел мне в глаза.       — Ну… — я отвела взгляд, после чего уткнулась носом в грудь парня, — Со мной в аудитории были десептиконы… и ОЧЕНЬ близко… ПРЯМ НА СОСЕДНИХ ПАРТАХ.       — Они тебя не обижали, надеюсь?       — Нет… просто было некомфортно. Тем более, они бы меня не обидели: там камеры стоят.       — Действительно. — усмехнулся он и, подняв мою голову, коснулся своими губами моих губ.       Я немного не ожидала такого быстрого поворота событий, поэтому сначала стояла с широко открытыми от удивления глазами, после чего, успокоившись, закрыла их и, подаваясь вперёд, начала наслаждаться. Теперь я ТОЧНО чувствовала СВОБОДУ от химии… по крайней мере, на ближайшие два месяца. А вот про экзамены такого не скажешь: осталась биология и… математика… «ГОСПОДИ, ПОМОГИ МНЕ ЕЁ НЕ ЗАВАЛИТЬ!»       Смоукскрин прервал поцелуй, однако далеко не отстранился: не выпускал меня из своих объятий, соприкоснулся своим лбом с моим и нежно-нежно заглянул мне в глаза. Взгляд говорил красноречивее слов, поэтому никто никому ничего не сказал: мы просто молча наслаждались присутствием друг друга, не отрывая наши взгляды от глаз партнёра.       Внезапно мне стало ужасно жарко.       — Смоук, — тихо и спокойно окликнула его я.       — Что такое? — нежно и также тихо спросил он.       — Какой сегодня прогноз погоды?       — Жарко. Где-то под тридцать градусов тепла… — выдохнул он.       — Так вот почему мне так жарко… — усмехнулась я.       — Нет, это просто я такой горячий. — с хитрой улыбкой сказал он.       Я отстранилась и скептически посмотрела на него, после чего также спросила:       — Ты откуда таких слов набрался?       — Нинаю. — с невинной улыбкой ответил он.       Я тяжело вздохнула, закатила глаза, и мы пошли домой. Смоукскрин, как всегда, проводил меня, за что я его поблагодарила. Договорились, что после электива по математике просто погуляем. Придя домой, сразу же посмотрела на кота, который был на столько мякишем, что даже не встретил меня. Его милый взгляд и бедная мордочка прям так и говорили орали: «ЖА-А-АРКО-О-О…».       За пять часов я проделала несколько вариантов по математике в РЕШУ ОГЭ, и заглянула в ФИПИ, чтобы удостовериться, что по геометрии меня ждёт полная ж… *Тяжело вздохнула* Давайте опустим эту тему?       Я вышла из дома. Конечно же, меня встретил Смоукскрин.       — Привет. Прости, обнимать не буду. Очень жарко… — я начала обмахиваться… — Паспорт? Откуда у меня паспорт? Ай, пофиг. Хоть где-то понадобился…       — Хах, действительно. — усмехнулся Смоук.       — Идём?       — Конечно, но сначала… — он резко одной рукой взял меня за запястье той руки, в которой я держала паспорт, а другой — за талию, после чего притянул к себе и впился в мои губы.       В этом поцелуе было столько страсти, что хотелось упасть и вновь превратиться в лужицу счастья. Очень сильно хотелось ему ответить и продолжать, не останавливаться, однако… нет, не сегодня. Сегодня я маленький садист: отстранившись от него, я приложила к его губам палец свободной руки. Он непонимающе и недовольно посмотрел на меня. Я же приблизилась к нему так, что я почти касалась своими губами того пальца, после чего посмотрела в его глаза, которые, в свою очередь очень страстно и нежно смотрели на меня.       — Я тоже люблю тебя. — постаралась как можно нежнее и тише сказать я, чтобы ещё больше его подразнить.       Вопреки его страстному взгляду, в котором можно было прочитать маленькое, еле заметное желание, он ослаб, поэтому я смогла полностью отстраниться от него.       — Ты играешь нечестно. — обиженно сказал Смоукскрин, и мы двинулись в сторону школы.       — Кто бы говорил… — с довольной улыбкой ответила я.       Мы пришли к зданию школы и зашли в него. Там было очень свежо, поэтому было просто прекрасно…       — Можно я останусь здесь?.. — кое-как спросила я, так как было очень хорошо в свежести.       — И я… — также сказал Смоукскрин.       Мы поплелись на четвёртый этаж, в кабинет математики.       — Знаешь, — начала я, продолжая покорять Эверест подниматься на четвёртый этаж, — Впервые благодарю судьбу за то, что кабинет математики расположен на четвёртом этаже…       — Почему это? — спросил Смоук.       — Потому что хочу побольше находиться в этом прекрасном помещении… — я тяжело вздохнула, — Честно, никогда не думала, что назову так школу.       Со стороны парня послышался смешок, а я лишь улыбнулась своим мыслям вслух.       Мы дошли до кабинета, рядом с которым уже сидели все остальные автоботы, Ксюша и некоторые другие персоны нашего класса. Пока было время, я с ребятами завела разговор об экзамене. У всех реакция была разная: одни — закатили глаза и тяжело вздохнули, другие — начали нервно хихикать, а третьи — чуть ли не плакать. «ВОТ! ВОТ, УВАЖАЕМЫЕ МИНИСТРЫ ОБРАЗОВАНИЯ, ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ С ИНОПЛАНЕТЯНАМИ, КОТОРЫЕ ЗНАЮТ ВСЁ ВО СТО РАЗ ЛУЧШЕ НАС, К ТОМУ ЖЕ И ЖИВУТ ДОЛЬШЕ!» — бился в истерике мой внутренний голос.       Вдруг дверь в кабинет открывается, и Виктория Валерьевна говорит:       — Заходите.       Зайдя в кабинет, я встала около доски в полном шоке и начала рассматривать маленькие, детские парты, предназначавшиеся для первоклассников…       — Не, ну я конечно знала, что нас могут понизить, но не до такой-то степени… — высказалась я, не отрывая взгляда от парт.       — Не то слово… — поддержала меня Ксюха.       — Во блин… — выразились автоботы.       Ну да, ну да. Они-то длинными высокими вымахали, поэтому им ещё сложнее… В общем, они решили почувствовать себя японцами: убрали со своих мест стульчики и сели на ноги. Мы же с Ксюхой остались преданными Родине: весь час просидели на стульях, параллельно смеясь над нашим нелепым и весёлым положением.       Как оказалось, причиной всего этого был переезд маленького филиала нашей школы (Автор: моя школа имеет два здания: маленькое и большое. Я учусь в большом.), ибо хотят ПОЛНОСТЬЮ отремонтировать маленькое здание. В общем, хана всем, и мы «переезжаем» в другой кабинет.       После электива, я вышла из кабинета, параллельно продумывая план того, как бы мне не завалить матан. Подходя ко второму этажу, вспомнила, что забыла расписаться за оценку ОГЭ по русскому. Пришлось делать крюк через кабинет зама. Расписавшись за оценку, я вышла и направилась по административному коридору к лестнице, ведущей на первый этаж, прям к выходу из здания. В коридоре стояли учителя начальных классов, в том числе и Елена Викторовна, и обсуждали что-то своё. Я спокойно с ними поздоровалась и только хотела повернуть на лестницу, как меня сзади хватают одной рукой за запястье, а другой — за талию, тем самым притягивая к себе.       — Думала отвертеться от меня? — прошептал мне до боли знакомый голос.       — Смоукскрин, во-первых: НЕ ПУГАЙ МЕНЯ ТАК, а во-вторых: ты мне скажи, куда я от тебя денусь? — он развернул меня к себе лицом, после чего, без лишних слов, очень нежно поцеловал.       Поцелуй был коротким, но даже этого было достаточно, чтобы вновь понять всю силу чувств парнёра по отношению ко мне. Смоук вновь нежно заглянул мне в глаза. Вновь захотелось растаять, но меня что-то смущало. Причём это доставляло очень сильный дискомфорт, что я прям не могу… Я начала бегать глазами по помещению, как вдруг, за спиной Смоукскрина, я увидела, что всё учительницы, стоявшие в административном коридоре… смотрят на нас и мило улыбаются. И Елена Викторовна. Я увидела, как она томно вздохнула, мол «Эх, молодые…», из-за чего я дико покраснела. Смоукскрин увидел это и повернулся в ту сторону, куда я смотрю. Увидев Елену Викторовну, парень улыбнулся, после чего сказал:       — Извините. До свидания. — после чего резко подхватил меня и понёс прочь от нежелательных глаз.       Также он пронёс меня мимо охранника, который, Хвала Праймусу, находился в своей комнатке, поэтому ничего не видел. А хотя видел… Он выглянул в тот момент, когда мы полностью исчезли, однако я уловила на себе его непонимающий взгляд.       — Смоук! Пусти! — я попыталась выбраться, но меня только прижали сильнее.       В конце концов мы он дошёл так до какой-то старой перекладины на старом школьном поле, на которой обычно ходят, пытаясь удержать равновесие. Он усадил меня на неё, а сам встал между моих ног. Руками же он облокотился по обе стороны от моих бёдер, следовательно все пути к моему отступлению или побегу были закрыты.       — Смоукскрин, что с тобой сегодня происходит? — в непонятках спросила я.       — Ты со мной происходишь… — тихо ответил он, после чего резко впился в мои губы.       Я решила не останавливаться на этом и уже сама, взяв обеими руками его голову, притянула к себе, тем самым углубляя и без того страстный и желанный поцелуй. Ему это явно понравилось, так как он переложил одну свою руку мне на голову и запустил пальцы в волосы, а другую — на мою талию. Он очень сильно прижал меня к себе. Я попыталась пошевельнуться, но… он в этот момент начал орудовать языком. Мне это не очень понравилось, поэтому я разорвала поцелуй, однако сразу же меня заткнули новым. Я начала отталкиваться, но всё бестолку. Он только сильнее прижимал меня к себе. Я открыла глаза и вдруг закричала, что заставило Смоукскрина прекратить издеваться надо мной отстраниться от меня.       Я смотрела своему партнёру за спину, параллельно пытаясь отдышаться от страха. Смоукскрин тоже повернулся и теперь тоже видел его… Передо мной и за спиной Смоука стоял тот самый мужчина… та самая шляпа, тот самый плащ, те самые туфли… Тот самый оскал и тот самый взгляд.       Он махнул нам рукой в знак приветствия, после чего вырубил нас… Но нет, скорее всего он был не один, ибо он вырубил меня, но перед этим упал и Смоукскрин. «Как такое возможно?» — пронеслась мысль в голове, однако дальше последовала темнота…

***

      Я с треском встала с земли… Голова болела ПРОСТО УЖАСНО, однако, вроде, обошлись без повреждений…       Моё зрение начало возвращаться и, в конце концов, я увидела, что передо мной еле сидит Смоукскрин.       — Ты как? — я подбежала к нему.       — Офигенно… — он попытался улыбнуться, но вышло так себе.       — Нет, не офигенно.       — А с тобой всё хорошо? — он уже начал возвращаться в реальность, так как начал потихоньку осматриваться и, параллельно, осматривать меня.       — Да, всё отлич… Что это? — мой взгляд упал на конверт, который лежал рядом с сидящим Смоукскрином.       Мы переглянулись, после чего он взял этот конверт и подержал его перед солнцем, чтобы хоть чуть-чуть удостовериться в безопасности. Я села за левым плечом напарника, чтобы тоже увидеть содержимое.       — Там какие-то фотографии… — сказала я и начала думать, что же это может такое быть.       — Угу. — поддержал Смоук и, осторожно распечатав конверт, достал фотографии.       Увидев эти фотографии, в голове сразу же начали всплывать воспоминания тех дней и осознание того, что этот момент наступил…       — Нет… — тихо вырвалось у меня.       Смоукскрин, немного пребывавший в шоке, молчал. Я тоже не решалась начать, так как знала, что сейчас начнётся ещё одна чёрная полоса в моей жизни… Эта пауза продолжалась от силы секунд пять, но было такое ощущение, что она продолжалась целую вечность. Однако, спустя пару секунд ужасно давящего на мозг и душу молчания спросил:       — Что это?