Источник

– Постарайся не напрягаться так сильно, – попросил невозможного Ван Цзи и голос его звучал не так ровно и спокойно, как обычно, он дышал несколько учащенно. У Сянь облизнул губы и напоминал себе о девизе Ордена Юнь Мэн Цзян – сделай это, даже если это невыполнимо. Ему приходилось переносить боль куда более сильную, чем эта, в том числе совершенно напрасно. Неужели он не мог потерпеть немного ради Лань Чжаня? Если не для этого человека, который никогда не помнил зла и всегда оказывался рядом, в нужную минуту, тогда для кого? «Если это и правда то, чего хочет Лань Чжань…» – У Сянь не успел додумать эту несомненно достойную мысль, вскрикнув от неожиданности. – Ай, Лань Чжань, только не так! Пощади, я не могу еще больше! – у него язык не поворачивался называть вещи своими именами, но дело обстояло так, что его изнутри распирали уже три пальца. Он прогнулся в спине, надеясь хоть немного избежать дискомфорта, но добился лишь того, что Ван Цзи смог продвинуться еще глубже в его тело. – Ты совсем с ума сошел? – Мгм, – подтвердил тот, ненадолго остановившись, чтобы У Сянь мог немного перевести дух. Вэй Ин вспомнил, что недавно всеми силами пытался расслабиться, и постарался вдохнуть полной грудью. Сбился на середине, потому что Ван Цзи пошевелил рукой. Чуть назад и снова вперед, отвоевывая еще немного свободного пространства. Вэй У Сянь едва не заскулил. Боль вроде унялась, но он чувствовал себя странно. Он застонал, надеясь разжалобить другого заклинателя и сначала даже подумал, что ему это удалось. Ван Цзи освободил его, довольно резко вытащив пальцы. Такая бесцеремонность была обусловлена нетерпением. Вэй Ину почудилось, что у заклинателя от напряжения дрожат руки. – А-Ин, – он не узнал севший голос. – Я тоже больше не могу. У Сянь развернулся, чтобы взглянуть на друга, да так и застыл. Он никогда не видел Нефрита таким. В призрачном свете луны, с рассыпавшимися по плечам темными волосами, тот казался существом, не принадлежащим этому миру. Вэй Ин был настолько заворожен, что позабыл разом все слова, лишь встретившись с Ван Цзи взглядом. Глаза заклинателя казались черными из-за расширившихся зрачков, оставивших лишь тонкие прозрачно-янтарные ободки. – Прости, – Лань Ван Цзи толкнул Вэй Ина, заставляя лечь на спину, и отвел его колено в сторону. Не успел тот отреагировать, как тело пронзило острой болью. У Сянь сжался, только усугубляя неприятные ощущения. Дыхание перехватило. Его рвали на части, а он не мог даже закричать. – Потерпи… – низким хриплым голосом выдохнул Ван Цзи. – Немного… Тот с трудом кивнул, смаргивая слезы. Если бы Лань Чжань не держал его, У Сянь вывернулся бы, а сама мысль о том, чтобы сейчас остановиться и попробовать снова, вызывала ужас. Ван Цзи очень осторожно положил прохладную руку на живот, склонился ниже, целуя дрожащие губы. Как ни странно, это помогло чуть расслабить сведённые судорогой мышцы. – Лань Чжань! – он обрел голос, когда Ван Цзи продвинулся глубже. – Пощади, Лань Чжань! Лань Чжань… Вэй Ин повторял его имя, отчаянно цепляясь за плечи, оставляя царапины. И снова крепко обнимал, притягивая ближе, чтобы между ними совсем не осталось места. Не потому, что это мешало Ван Цзи двигаться свободно, а потому, что Старейшину переполняли чувства, с которыми слишком трудно было справиться в одиночку. Хотелось полнее почувствовать чужое тепло, исходящую от другого заклинателя силу, плавно перетекающую между ними. Лань Чжань первым почувствовал, что он притерпелся, и плавно качнулся, проверяя, не зажмется ли, едва ощутив движение внутри. Этого не произошло. У Сянь удивленно раскрыл глаза, а в следующий миг принялся выговаривать явно путающиеся мысли. – А-Чжань, сделай так… Сделай так еще… Только не торопись, не так… – он вскрикнул, прогибаясь до хруста в спине, сжимая любовника ногами. – Я, кажется, начал понимать… прошу, Ван Цзи… Мы… мы ведь занимаемся любовью… – Очень больно? – Нефрит мотнул головой. Этот бессвязный шепот бил по нервам, лишая остатков разума и выдержки. – Да, – ответил У Сянь и тут же, противореча себе, добавил: – Нет. Это хорошая боль, потому что это ты. Я хочу этого. Я приму все, что ты хочешь мне дать. Ты только… не отпускай меня, хорошо? Лань Чжань резко перевернулся, оказавшись снизу, заставляя Вэй Ина сесть. Тот вскрикнул, сжал зубы до скрежета. В этом положении распирающая его изнутри плоть проникла еще глубже, снова причиняя боль. Он инстинктивно приподнялся, сжимая коленями бока Ван Цзи. Он не успел привыкнуть, не успел даже подумать о том, какая непристойная картина предстала глазам Хань Гуан Цзюня. Тот не сводил с него взгляда и не отпускал. – Я не смогу, не смогу, – затараторил У Сянь, когда, не дав ему опомниться, Ван Цзи надавил на его бедра, наверняка оставляя синяки, побуждая опуститься. Ноги уже дрожали от напряжения и непривычного положения, и все, что оставалось Вэй У Сяню – поддаваться напору Нефрита, принимая его в себя полностью. – Я не отпущу тебя… никогда… – разделяя слова короткими рваными вдохами, выговорил тот. У Сянь положил руки ему на живот и потому ясно почувствовал напряжение мышц, когда мужчина сел, чтобы в следующий миг привлечь его к себе, сжимая до хруста ребер, до перехваченного дыхания. Словно хотел показать таким образом, что никому и ничему на свете не разделить их теперь. – Я знаю, это много, А-Ин, но я хочу, чтобы ты двигался, – он чувствительно прикусил кожу, в том месте, где на ней красовалось клеймо. Рана давно затянулась, но все еще беспокоила Ван Цзи больше, чем самого Вэй У Сяня, вынужденного носить метку в форме солнца. – Двигаться? Двигаться, хорошо… Тогда не мог бы ты лечь? – он почувствовал угрозу, как будто Ван Цзи мог накинуться на него и тогда… Вместо того, чтобы думать о том, что хочет сделать с ним Лань Чжань, он подтолкнул того, показывая, что надо откинуться на спину. – Нет, – неожиданно воспротивился Нефрит и лишь крепче обнял его. – Я не отпущу тебя. Старейшина положил руки ему на плечи, решаясь осторожно приподняться. Ожидая от обратного движения ещё большей боли, он сделал глубокий вдох, чтобы отвлечься от нее, и длинно простонал, когда пришло наслаждение – белой вспышкой перед глазами. Задыхаясь, он вцепился в удерживающие его руки. Нефрит отозвался на его движение низким горловым звуком, и по-настоящему зарычал, когда У Сянь снова впустил его в себя. – А говорят, в окрестностях Облачных Глубин не водится больших хищных зверей, – ляпнул Вэй Ин, боясь и надеясь, что следующее движение отзовется такими же непередаваемым, почти нестерпимым удовольствием. – Может, и про фазанов наврали? Ты, наверное, думаешь: «У него в голове помутилось от боли!» Это слишком хорошо на самом деле. Жаль, ты не можешь почувствовать это прямо сейчас. Он слегка двинул бедрами и снова задрожал, потому что, забывая об отголосках боли и жжения, от этого и правда было возможно получать удовольствие. У Сянь застыл, услышав привычное: «Мгм». – Ты хочешь этого?.. – он начал покачиваться, понемногу привыкая к этому чувству наполненности, приносящему блаженство. Член, зажатый между их телами, снова стал твердым, несмотря на то, что совсем недавно Ван Цзи заставил его кончить. – Тоже попробовать? Со мной? Он засмеялся было, но тут же прикусил губу до крови, потому что Лань Чжань двинул бедрами вверх. И больно, и хорошо, все сразу. Теплая капля сбежала по подбородку, задыхающийся заклинатель снова был вынужден хватать ртом воздух. Он охнул, когда Ван Цзи слизнул кровь и втянул его в голодный поцелуй, не прекращая сильных толчков, вынуждающих Вэй Ина подстраиваться, двигаться в такт. Наслаждение становилось ярче, пуская мурашки по коже, заставляя дрожать в предвкушении. У Сянь забыл обо всем на свете и мог думать только о том, чтобы это не кончалось. Лань Ван Цзи с его выдержкой мог бы, наверное, продолжать всю ночь напролет, как и говорил в самом начале, но Вэй У Сянь не продержался в Гу Су и нескольких месяцев из положенного года, он не мог больше терпеть это выворачивающее душу удовольствие. Глухо замычав в губы Лань Чжаня, он содрогнулся всем телом, сам не замечая того, как сжался вокруг горячей подрагивающей внутри него плоти. Сквозь туман и звон в голове он услышал, что Ван Цзи вторил ему. Это было до того неожиданно, что даже заставило отвлечься от истомы, разливающейся по всему телу. Заклинатель, который не издал ни звука, когда Черепаха-Губительница вонзила клыки в его ногу, позволил себе застонать на пике удовольствия. – Не двигайся, – Вэй Ин осторожно распрямил затекшую ногу, потом другую, сомкнув их за спиной Ван Цзи, как будто было недостаточно обнимать его руками. – Давай посидим так еще немного. – Мгм. Сколько захочешь, А-Ин, – привычно отозвался Ван Цзи, ласково поглаживая его по волосам. – Я рядом.