Ты - моя любовь. Ты - моя боль.

Алек и Изабель *** Алек не мог найти себе место, готовый крушить всё что только возможно. Сейчас, он ненавидел весь мир. Сумеречный и примитивный. Он ненавидел всё. Ведь из-за ошибки, Изабель решили казнить. Казнить охотницу, которая на протяжении нескольких лет служила Конклаву, соблюдая все законы. Это было несправедливо.   Алек ненавидел свою мать, что смерилась с этим, смерилась с тем, что её дочь казнят, как самого злейшего врага. Алек ненавидел Клэри, которая лила слезы, но не пыталась ничего сделать или исправить, он ненавидел Джейса за то, что тот как и все, лишь мог грустить и чувствовать себя разбитым, но ничего не делал. Алек ненавидел себя, что допустил это. И он ненавидел Изабель, что относилась к этому спокойно и легко, что на её губах была легкая улыбка, а в глазах — смирение. Он ненавидел это. Ему хотелось кричать от отчаянья. Ведь они хотели лишить жизни его девочку, его маленькую сестренку, которая значила для него так много. Которая стала ему целым миром. Изабель была не просто сестрой или подругой, она была для Алека всем, он любил её так, как не должен был. Он готов был жить с этим, но теперь это перестало иметь значение. Это было несправедливо, Иззи не заслужила этого. Она всегда служила Конклаву, она была хорошей охотницей. Она была умна и красива, она была смелая и сильная, ответственная, хотя порой взбалмошная и этим изрядно потрепав Алеку нервы. Но Иззи делала это, потому что это Алек, её брат, она любила его и ей нравилось, когда он недовольно пыхтел, но всегда помогал и поддерживал, потому что не мог иначе. Иззи была веселой и улыбчивой, на неё можно было положиться чтобы не случилось. Она могла выслушать и поддержать. И сейчас, Алек терял её, терял девушку, которая занимала место в сердце и в голове. С ней он мог не скрываться и показывать свои чувства, с ней, он не боялся что его осудят. Иззи была на его стороне всегда и готова была за него убить. Но ошибка, которую она совершила, не удалось скрыть или исправить. А Конклав не сумел простить. Сейчас, Алек просто смотрел на свою семью, что окружала Изабель, и хотел чтобы этот кошмар закончился, чтобы он проснулся. Мама держала Иззи за руку, стараясь не показывать свои эмоции, Кларисса же молча лила слезы, уже не пытаясь скрывать свою боль, Джейс же выглядел так, словно наступил конец света. Хотя это он и был. Все они теряют важную часть себя, ведь Изабель была частью каждого. Была. Мерзкое слово и только сейчас Алек понимает настоящий ужас происходящего. Он не мог сидеть на месте и находиться рядом с Изабель, ведь это бы значило что они прощаются. Он просто не мог найти места, хотя по комнате. На себе он ловил лишь грустный взгляд Изабель, которая прекрасно знала его чувства. Иззи слишком хорошо знала Алека, знала так, как никто другой. Она видела, когда ему грустно, знала, когда весело. И сейчас она знала что ему больно, так больно, что внутри всё переворачивается. Лучше бы это был он, Алек был готов отдать свою жизнь за неё, он пытался прикрыть Изабель, но ничего не вышло. Он не смог защитить её. Алек даже не заметил как в комнате появились служители Конклава. Иззи молча встала, лишь кидая взгляд на брата. Она не просила помощи, она лишь хотела посмотреть на него ещё раз. Она слишком сильно любила его, лишь поэтому ей было так страшно умирать. Когда охотники взяли Изабель под руки, Алек сорвался. Это было похоже на ядерную бомбу, когда он использовал свою силу против них, отшвырнув их от Иззи. — Не прикасайтесь к ней, — прорычал Алек, не сдерживая ярость и закрывая сестру своим телом, готовый бороться за неё до последнего. Маленькая ладонь легла ему на плечо и он оглянулся, встречаясь с теплым взглядом карих глаз, которые он так знал и любил всю свою жизнь. Алек всегда восхищался своей маленькой сестренкой, всегда отмечая какая она умная, рассудительная, но так же не любящая правила и иногда нарушая их. — Алек, не надо, — покачала головой Иззи, чуть сжимая его плечо. — Ты же знаешь, так будет только хуже. Не вреди себя… хотя бы ради меня, — последние слова Иззи прошептала, ведь они были только для него. Как её взгляд и легкая сочувствующая улыбка. Сейчас, Алеку хотелось выть, громить всё и рвать на себе волосы. Как же больно. Его сердце разбилось, а душа истекала кровью. Он бы хотел умереть вместе с ней, лишь бы эта мука закончилась. Когда Иззи убедилась, что брат не сотворит ошибки, она сама вышла к охотникам, которые пришли за ней, лишь оглянувшись на друзей, который были так же и её семьей. Ей было жаль, что она стала проблемой, что она доставила столько боли. Изабель не хотела этого, но так случилось и её смерть — будет расплатой за все ошибки. Девушке не было страшно, уже нет. Она приняла то, что виновата. Она убила охотницу которая была из Конклава и являлась дочерью главы. Охотница была такой же как и все они, которая пыталась выполнять свою работу. Но так же она не заботилась о том, что под прицелом был и Алек, такой же охотник как и она, а не только демон. Изабель не могла позволить убить своего брата, поэтому, она отпихнула девушку прямо к демону, который одним ударом сломал ей шею и бросил к ногам Изабель, словно куклу к ногам Королевы. Лайтвуд даже опомниться не успела, как охотница из Конклава была мертва. Когда к ним прибыла подмога, они сочли что именно Изабель убила её, но Иззи и не оправдывалась, она понимала, что смерть этой девушки — её вина. Но выбор стоял между ней и братом, в такой момент не приходится выбирать. Изабель всегда будет выбирать Алека, и неважно какие последствия будут после. Алек пытался оправдать сестру, объяснить ситуацию, но никто не стал слушать. Изабель сочли виновной, а за убийство охотницы, её ждала казнь. Изабель больше не страшилась смерти, она лишь надеялась, что Алек сможет справиться с этим и перестанет винить себя, надеялась, что мама будет к нему снисходительна, надеялась, что Клэри и Джейс помогут ему пережить это. Они вместе, они справятся. *** День казни наступил неожиданно. Все, кто любил Изабель были там. Клэри рвалась нарушить все правила и выкрасть Иззи, но было слишком поздно, даже Магнус не мог пойти против Конклава, не имея плана. Всем было больно смотреть на Алека. Он больше не спал, не ел, не тренировался. Он сидел в комнате Иззи и смотрел перед собой, словно и вовсе не живой. Наверное, так и было, Алек считал, что он умер. Сегодня, чертов Конклав забирает у него любовь всей жизни, забирает его сестру. Он пришел чтобы попрощаться. Это звучало ужасно и приносило много боли, но Алек не мог иначе, он не мог бросить её. Девушка находилась в камере, когда Алека впустили к ней. Не раздумывая, брюнетка сразу же бросила к нему в объятия. Она была рада что он пришел проститься, что не побоялся. Она была рада видеть его, пусть и в последний раз. Глаза девушки были грустными, она больше не пыталась скрыть свою грусть и боль, а Алек сходил с ума от понимания того, что он не может спасти её. У них не было даже шанса попытаться, не было времени все продумать. Смотря в глаза девушке, которую ты любишь и которой скоро не станет, Алек мечтал вернуть всё назад, когда ещё можно было исправить ошибку Изабель. Алек детально запоминал каждую мелочь в ней, хотя всё и так знал идеально. Её руки с тонкими запястьями, тонкие пальчики, руны, украшавшие её тело, которое было ему так же знакомо до каждой родинки и шрама. Пухлые губы, которые часто дарили улыбку, которая заставляла верить, что Ангел может быть среди них. Им была она, именно Изабель являлась светом в жизни Александра. Она была его Ангелом. Сейчас же губы девушки были искусанными в кровь, глаза потухли, но всё так же смотрели с любовью. — Иззи, — прошептал парень, целуя девушку, чувствуя на её губах привкус крови и слез. Она плакала, она плакала так много, что скорее всего слез больше не осталось. — Прости меня, — произнесла девушка, отстраняясь и смотря ему глаза с нежностью, с преданностью. — Прости, что делаю так больно. Алек молчал, ведь он не мог простить ей того, что она покинет его, пусть и не по своей воле. Девушка сама отказалась чтобы её спасали, ведь она понимала, что если Алек кинется спасать её, его жизнь будет разрушена так же, как и её. Она не хочет для него такого исхода, поэтому взяла обещание, что он будет жить дальше. — Ты же знаешь, я не смогу без тебя, — поджав губы, покачал головой парень, смотря на неё серьезно, из-за чего сердце девушки болезненно сжалось. Она не хочет чтобы он страдал, не хочет, чтобы его лишили рун или казнили. Слезы снова застелили глаза брюнетки и она прижалась к любимому телу, обнимая последний раз и беспрерывно шепча «Я люблю тебя» Они нечасто говорили друг другу слова любви, они и так всё знали, но сейчас Изабель жалела что она не говорила этого чаще. Алек зарывался руками в волосы девушки, целуя в лоб и крепко обнимая её хрупкое тело, полностью закрывая собой, словно это могло всё изменить, словно он мог спрятать её. Сердце девушки разрывалось, когда его пришли проводить. Он уходил и она больше никогда не увидит его. Алек пытался бороться, впервые в жизни он плакал и кричал. Это заставляло девушку тихо плакать, обнимая себя руками и смотреть на закрытую дверь, за которой раздавались крики Алека. На казни Алека не было, он не мог видеть этого, так же как и не мог видеть того, как сорвалась их мать, крича и пытавшаяся спасти свою дочь, для которой уже было слишком поздно, он не мог видеть как рыдала Клэри, прижавшись к Джейсу, он не мог видеть как зажмурился его парабатай, сжимая челюсти, терпя боль, словно ему переломали все кости. Он не мог видеть миг, когда не стало Изабель Лайтвуд. Алек разгромил свою комнату, он больше не сдерживался, он кричал и разрушал всё к чему прикасался. Он и сам был разрушен. Его сердце умерло вместе с ней. Больше от Алека ничего не осталось, лишь оболочка, мертвая пустота. Алек ненавидел Сумеречный мир, ненавидел всех и больше всего на свете ненавидел Конклав. Ему жаль, что он не сдержит обещание данное Изабель, но всё что сейчас имеет значение — это месть. Алек больше не охотник и руны на его теле, были ему противны. Он отомстит Конклаву за то, чего они его лишили. За то, что они забрали у него его маленькую девочку. А после, они с Иззи обязательно встретятся. — Я отомщу за тебя, Иззи, — проговорил парень, навсегда покидая Институт и место, в котором всё напоминало о ней.