Игра с огнём

Чёрные птицы из детских глаз Выклюют чёрным клювом алмаз, Алмаз унесут в чёрных когтях, Оставив в глазах чёрный угольный страх.

© Наутилус Помпилиус "Чёрные птицы"

      1 сентября. Утро. 8:23. Чёртов будильник не прозвонил, поэтому встала я пять минут назад. Звонок прозвенит в 8:30, я не знаю, где мой класс, а винтовка - это праздник*.       Хорошо хоть знаю приблизительное местоположение школы.       Собравшись в рекордно короткое время, я взяла рюкзак и пулей выскочила из дома. На часах было 8:25, а до школы идти около 10-15 минут, если верить моему отцу.       Не имея другого выхода, я помчалась сломя голову по центральной дороге. Отец сказал, что нужно всё время идти прямо, пока не упрусь в белое здание, которое и является школой. Я так и сделала, только не пошла, а побежала.       И вот я стою около входа в это здание. На часах 8:32.       "Бл*ть,"- тихо ругнулась я и взбежала по ступенькам.       Зайдя в двери, я увидела женщину, наверняка являвшуюся техничкой.       - Извините пожалуйста, - обратилась я к ней, - не подскажете, в каком кабинете 11 "А"?       - Эх, дочка, это тебе нужно на четвёртый этаж, кабинет 37, - сказала она, внимательно оглядев меня с ног до головы.       И только сейчас до меня дошло. Второпях я надела вчерашнюю футболку "Король и Шут", и те же рваные джинсы, которые мама постирала и вернула на место. Школьной формой назвать это было весьма трудно. А ещё я не расчесалась и пробежалась по городу, поэтому моя причёска тоже оставляет желать лучшего. Чё-ё-ёрт. Может ну его, пока ещё не поздно?       - Э-э-э, - протянула я, всё ещё раздумывая над мыслью убежать домой, - спасибо.       - Да не за что. Лестница вон там, - указала она на дальнюю стену, где и правда виднелась лестница.       Я улыбнулась ей и решила всё-таки пойти дальше.       Поднимаясь по лестнице, я всё больше и больше дрожала, а мои зубы отбивали чечётку.       Войдя на площадку четвёртого этажа, я пошла вдоль кабинетов, рассматривая их номера.       Так, 32. Не то. 33, 34, 35. Тоже нет. 36. Я уже близко. 38. Неожиданно. Я уже подумала, что у меня начались галлюцинации, но посмотрев на следующую дверь, я увидела номер 37. Этот факт меня озадачил. Но времени на разгадывание тайного смысла расстановки номеров у меня не было. Телефон показывал 8:41. Я опоздала на 11 минут. В первый же день! Собравшись с силами, я сделала вдох, постучала в дверь и открыла её.       - Здравствуйте, можно войти? - проговорила я, чувствуя, что начинаю стремительно краснеть.       На меня смотрело около 30 человек. По-моему, у меня сейчас случится инфаркт.       - Здравствуйте, здравствуйте, - проговорила старая женщина с короткими чёрными волосами. Её взгляд изучил моё лицо, а потом и одежду. Я мысленно прокляла себя и свою рассеянность.       - А у нас в школе имеется школьная форма, вы разве не в курсе?       - Амм, - промычала я, не зная, что сказать, - я опаздывала, поэтому надела то, что попалось под руку.       - Ну понятно. Чтобы завтра школьная форма была.       - Да.       Я всё больше хотела развернуться и уйти, пока ещё была возможность.       - Класс, - обратилась учительница к ученикам, - это ваша новая одноклассница, Изабелла Эванс. Прошу любить и жаловать.       - О, у нас теперь настоящие рыжие есть! Круто! - воскликнул какой-то парень, сидевший за второй партой третьего ряда. Многие из класса улыбнулась на его высказывание.       - Меня зовут миссис Энгельс, - снова обратилась ко мне моя новая классная руководительница, - выбирай себе место.       Я окинула класс изучающим взглядом.       Раньше я сидела за предпоследней партой третьего ряда, но сейчас она была занята какими-то девочками.       - Так это, - вскочил тот самый парень, - она ко мне может сесть. Ну-ка, Валя, сваливай.       Парень, сидевший рядом с ним, окинул его раздражённым взглядом и сказал:       - Ты совсем оборзел? Тебе надо - ты и сваливай.       Я улыбнулась и прошла к последней парте третьего ряда. Потому что третий ряд - моя любовь, я сидела на нём всю жизнь. За этой партой никто не сидел, чему я была очень рада.       Бросив рюкзак на соседний стул, я села и стала слушать миссис Э... Эвердин? Чёрт, забыла. Да плевать. Я стала слушать её.       Она говорила что-то о новых предметах, об учителях и оценках. Просила не портить отношения с учителями в последний год, на так это может повлиять на отметки в аттестате.       Кстати, я типа отличница. Хотя, если по правде, шарю только в русском и математике. Ну ещё немного в информатике и обществознании. Остальное же для меня - дремучий лес. В прошлой школе, благодаря тому, что всех учителей я знала и состояла с ними в хороших отношениях, мои оценки иногда завышались. К примеру, я никогда не любила биологию и не учила её, так что всё, что я могла сказать по этому предмету это то, что клетка - структурная и функциональная единица живого организма. Надеюсь, здесь всё будет не так. Потому что липовые оценки меня никогда не радовали, но моей прежней школе было выгодно большое количество отличников.       Учительница говорила очень монотонно и скучно, поэтому скоро меня стало клонить в сон. Чтобы не уснуть, я стала рассматривать своих одноклассников.       За первой партой, около учительского стола, сидел какой-то мальчик с короткой стрижкой и большим количеством прыщей.       От матери мне досталась чистая кожа, на которой почти никогда не прыщей, поэтому тоналкой я никогда не пользовалась. Да и всей косметикой в целом. Я и так всегда опаздывала, а уж если бы я стала по утрам ещё и краситься, то приходила бы в школу к третьему уроку.       За второй партой сидели девочка и мальчик. Вернее, девушка и парень. Одиннадцатый класс всё-таки. У девушки были ярко-розовые волосы, собранные в конский хвост. Она напомнила мне Нимфадору Тонкс из Гарри Поттера, у которой волосы были такого же цвета. Парень, сидевший рядом с ней, казался худым и маленьким. То ли такое впечатление складывалось из-за его мешковатой одежды, то ли из-за чего другого, но тем не менее этот парень мне понравился. Он будто бы почувствовал мой взгляд и обернулся. Увидев, что я тоже на него смотрю, он улыбнулся и помахал мне рукой. Я тоже улыбнулась и помахала в ответ. Что ж, если тут все такие, то может всё и не так плохо.       За ними сидели ещё одни девушка и парень. Этот парень то и дело бросал на меня взгляды, и, честно говоря, меня это смущало. Я не люблю привлекать внимание, но сейчас было трудно его не привлекать. За следующей партой сидели двое парней. Оба казались высокими. Первый шёпотом переговаривался со впереди сидящей девушкой. Второй же сидел молча и глядел в окно.       За ними никто не сидел, так что парта пустовала.       На первой парте второго ряда сидели два парня, увлечённо споривших друг с другом. За ними сидели две девушки, одетые в черно-белые платья. У обеих волосы были до лопаток, только у одной они были чёрными, а у другой - рыжими. Только этот рыжий был скорее русый, чем рыжий, вероятнее всего, волосы крашеные.       За этими двумя сидели ещё две девушки. Они смеялись и фотографировали друг друга. Одна была маленькой и пухленькой блондинкой со взрослым лицом, другая - худая шатенка, одетая в деловой костюм, который ей очень шёл.       На четвёртой парте в одиночестве сидел парень. Он играл в телефон и происходящее вокруг его не очень интересовало.       На моём ряду впереди сидели две девушки, лица которых я не могла разглядеть из-за парней, сидящих за ними.       Это те парни, что спорили, когда я вошла в класс. Один был длинный и худой, а другой был пониже и пошире.       Следом за ними сидели еще два парня, ничем не отличавшиеся от других парней. Сейчас они все мне кажутся на одно лицо.       И прямо передо мной, за партой, которую я хотела занять сначала, сидят две девушки: одна - пухленькая, не особо высокая шатенка с волосами, закрученными в красивые локоны; вторая - блондинка в очках, выглядевшая очень стильно. У неё была прекрасная фигура: имелась грудь, тонкая талия и длинные ноги. Наверняка она была самой крутой девушкой в классе.       Все постоянно украдкой смотрели на меня, а некоторые вовсе не стыдились и рассматривали меня даже тогда, когда я смотрела на них.       Прозвенел звонок с урока. Все начали вставать с мест. Кстати, с рюкзаком пришла только я. Некоторые девушки были с сумочками, а остальные люди с пустыми руками. Уроков сегодня не было, только торжественная линейка.       - Так, а сейчас дружно и мирно идём за мной! - объявила учительница и открыла дверь.       Все построились в парах, а я просто встала в конец.       Вдруг ко мне подошёл парень, который всё время пялился на меня. Он был невысокий, как я, волосы белые, кудрявые. Глаза были какими-то не то зелёным, не то серыми.       - Привет, - улыбнулся он. - Добро пожаловать в наш класс.       - Ага, привет, - всё, что я могла ответить.       - Мне не досталось пары, можно я встану с тобой?       - Э-э-э-эм, - протянула я, думая о том, что в классе вместе со мной нечётное количество человек, а значит пары должно не хватать только мне, - ладно.       Он ещё раз улыбнулся и встал рядом.       Я видела как тот парень, который сидел за ним и общался с соседкой по парте моей "пары", посмотрел на нас и скорчил рожицу этому парню. Тот в ответ тоже скорчил рожу.       - Меня, кстати, Крис зовут, - вдруг вспомнил он. - А ты - Изабелла.       - Нет.       - Нет? - удивился он.       - Белла. Тот, кто рискнёт назвать меня Изабеллой, будет гореть в аду.       - Оу, ладненько.       Он замолчал, и я не стала ничего у него спрашивать. Мне было крайне некомфортно, и, возможно, он это заметил.       Вот наша колонна двинулась - мы стали спускаться по лестнице.       Выйдя во двор, я увидела кучу людей, больше тысячи. Нас поставили куда-то взад, чтобы мы не загораживали детей.       К микрофону подошёл директор. Это был мужчина средних лет. Его голос был очень тихим и неуверенным. Странно, что он директор. Он начал говорить о том, что рад снова всех видеть. Потом он рассказывал о школе, о том, как трудно будет расставаться выпускникам со школой, как школе тяжело будет расстаться с ними. Потом к микрофону подошли две девушки и начали вести программу. Сперва первоклашки прочитали стихи, потом выступил какой-то детский ансамбль, затем девочка лет 10 спела песню о России. Было много всего, всё не запомнить. Солнце очень пекло. Настолько, что мне было тяжело дышать.       Когда наконец линейка закончилась, всех отпустили домой. Я уже хотела бежать, как вдруг вспомнила об учебниках. Мне же нужно взять их в библиотеке. А где библиотека?       Я хотела спросить у того паренька, что стоял рядом со мной, но он уже ушёл.       Я вошла в здание школы и наткнулась на девушку, которая сидела за одной партой с Крисом. Недалеко от неё стоял он с другими парнями, сидевшими за ним. Также к ним присоединилась ещё одна девушка, которую я не видела. Та увлеченно разглядывала меня, улыбаясь. Когда она поймала мой взгляд, то дружелюбно помахала. Я улыбнулась ей в ответ, но махать не стала. Вместо этого я спросила у той девушки, что стояла ближе, где здесь библиотека.       Та ответила, что библиотека находится на втором этаже, рядом с кабинетом директора. Я поблагодарила её и пошла искать второй этаж.       Когда я наконец нашла библиотеку (я дважды прошлась по кругу), то была ужасно измотана. Я нахожусь в неплохой физической форме, поэтому прогулки по лестницам не могли сказаться на моём состоянии. Возможно, мне напекло голову.       Библиотекарь, мисс Беккерли, оказалась добрейшей женщиной. Она уже заблаговременно собрала мне комплект учебников. Я была рада, что не придётся долго торчать в школе. Убрав все учебники в рюкзак (он заметно потяжелел), я надела его на спину, поблагодарила мисс Беккерли и пошла домой.       Солнце пекло с ужасной силой, адски хотелось пить. Я думала, что умру прямо сейчас не то от обезвоживания, не то от головной боли.       Придя домой, я первым делом выпила несколько стаканов воды. Стало лучше. Родителей дома не было. Папа позаботился заранее о работоустройстве и сейчас работал в какой-то автомойке. Мама же пока не нашла работу и сидела дома, но на данный момент отошла в магазин, если верить записке на холодильнике. Я поднялась к себе в комнату, стянула с себя джинсы и надела шорты. Вместо чёрной футболки, в которой было неимоверно удобно, но и неимоверно жарко, я надела белую майку.       Голова раскалывалась, поэтому я решила прилечь, предварительно закрыв занавески. На кровати мне тоже не было покоя, поэтому я взяла одеяло, расстелила его на полу и уснула.       Проснулась я только ближе к вечеру. Голова болела уже не так сильно, а может я просто привыкла. Мама поинтересовалась, всё ли у меня хорошо, потому что я была бледной, но я заверила её, что всё прекрасно.       На семейном ужине родители расспрашивали меня о первом дне в школе, как меня встретили новые одноклассники. Я ответила, что меня все приняли радушно и вообще всё отлично. Мама не особо поверила мне, но говорить ничего не стала. Несмотря на то, что я проспала весь день, я ужасно хотела спать. Поев, я сразу отправилась в кровать. Вернее, на пол. Жар не отпускал, но я решила, что во всём виновато солнце и завтра всё пройдёт. Именно из-за такого моего мышления у меня болит нога уже три года. Когда-то я больно на неё приземлилась, а потом долгое время хромала. Сейчас при ходьбе она не болит, но если кто-нибудь решит меня по ней ударить, то, думаю, я не переживу этой боли.       Сон постепенно окутывал меня, и я провалилась в забытье. ____________________________ *"Винтовка - это праздник" - фраза из песни Егора Летова, группа Гражданская Оборона.