Обратный виток эволюции

За окном шёл сильный дождь, а ветер зловеще завывал, поднимая в воздух море жёлтых, бледно-янтарных листьев. Флаке поспешно шёл в свою лабораторию, шлепая массивными резиновыми сапогами и таща за собой огромный чемодан, кое-как пытаясь при этом совладать с зонтиком, постоянно выворачивающимся наизнанку от резких порывов ветра. В любое другое время настроение Кристиана было бы безнадёжно испорчено в такую погоду, но сейчас доктор буквально светился от счастья, залетая в родное тёплое помещение, заставленное техникой и различными колбочками. — Рихард! Рихард, это сенсация! — Ради дьявола, не ори, — прошипел Круспе, лениво вставая с миниатюрного жёлтого дивана и плетясь навстречу начальству. Сушняк, сильная головная боль и ватные конечности или, по-простому, похмелье, сильно подломили мужчину, из-за чего он напоминал выжатый лимон. Достав сигарету, Рихард скептически осмотрел воодушевленного доктора. Кристиан редко выглядел таким одержимо-возбужденным. — Рихард, ты не представляешь, это сенсация! — Я тебя уже слышал. Выкладывай, — зажёг сигарету Круспе, выдыхая клубы дыма. — Нашёл лекарство от рака? Доказал гипотезу Римана? Или, безумие, на тебя все-таки клюнула какая-то девушка? Лоренц смерил Рихарда недовольным взглядом. — Я нашёл способ воскрешать людей. — Нет, Крис, тебе все-таки нужно найти девушку и перестать пить. — Цвен, я серьёзно! — Флаке всплеснул руками, открывая свой гигантский чемодан и доставая оттуда широкую колбу с какой-то костью в голубоватом растворе. Из кости выходил газ, из-за чего жидкость колбы была испещрена многочисленными пузырьками. Косточка была совсем маленькая и, очевидно, очень старая. — Это кость фаланги пальца руки человека. — Лоренц! На каком кладбище ты рылся?! — то ли в шутку, то ли с опасением поинтересовался ассистент, зная нрав и бредовые идеи своего начальника. — Круспе, это кость первобытного человека. Мужчины. — И? — И я собираюсь его воскресить. Ненадолго, — спокойно, как ребёнку, разъяснил Кристиан. Правда Рихард ещё сильнее испытал шок, закашлявшись от своего любимого никотинового дыма. — Ненадолго? Допустим мы действительно воскресим какую-то там первобытную макаку, так ты его убить потом собираешься?! А вся эта чушь про вмешательство в ход истории и последующий Армагеддон?! — Именно поэтому я и собираюсь воскресить, как ты выразился, макаку, а не Иосифа Сталина. Во-первых, Рихард, кости первобытного человека легче достать мне, как антропологу, во-вторых, обладатель этой кости умер ещё 37 000 лет назад при схватке с каким-то животным, так что ничего серьёзного мы в истории не натворим. Мы не машину времени создаём, а восстановим ткани, скелет, органы и, возможно, запустим на некоторое время мозг. И то, он активно работать будет от силы минут пять, а дальше недееспособное овощное состояние, не истери, — ухмыльнувшись, поправил очки Лоренц, стремительно уходя в свой кабинет. *** Результаты многочисленных схем, расчёты, цепочки сложных реакций и выпитый наполовину хороший крепкий виски привели Кристиана к окончательному решению совершить задуманное. Круспе был все ещё в лаборатории, время от времени стучась к Лоренцу с требованиями либо поднять ему зарплату, либо не идти против закона Божьего. Флаке ничего не отвечал, уже в сотый раз перепроверяя свои расчёты и возможные погрешности. Этот проект может принести столько же пользы, сколько и вреда, причём в равной степени масштабности: если все пройдёт удачно, то мир узнает лучше о первобытном строении ранних кроманьонцев и эволюции человеческого мозга, в целом о его работе, а если нет — жизнь Кристиана и Круспе может стоять под вопросом, потому что взрослый первобытный мужчина, которого так бесцеремонно вернули к жизни в каком-то непонятном страшном мире, определено не будет рад учёным. — Нет, его сначала нужно вообще смочь воскресить. Не факт, что получится, — допил виски Лоренц, пошатнувшись и уронив пару листов документов. — А если и воскреснет, то будет овощем. Я проведу над ним много экспериментов. Создам лекарства. Изучу мозг. Я сделаю рывок в мире науки. Медицины и антропологии. Флаке заснул, с грохотом уронив пустую бутылку на пол.