Нарцисс в цепях

Ох, как же тяжко мне было утром. Просто ад какой-то. Я допоздна делала домашнюю работу по истории, и легла только в три часа. Лучше бы уже совсем не ложилась, хоть голова бы не гудела. Подняв свою свинцом налитую голову с подушки, я смиренно направилась в душ, чтобы смыть с себя хоть немного сонливости. Если утро выдалось плохим, то это значит, что весь день тоже насмарку. Так и произошло. Я опоздала в школу, выслушала небольшую речь от учителя, стараясь молчать и мирно извиняться тогда, когда она делала паузы, чтобы не гробить себя еще больше. Голова все еще болела, что неимоверно придавало мне сил учиться, конечно. Кстати говоря, на Акаши я старалась не смотреть совсем, чтобы не встречаться с ним взглядами, ибо в таком состоянии черт меня знает, что я могу выкинуть. И он, слава всем кому только можно, свалил на какие-то сборы после первого занятия. Это немного скрасило мой день в школе, так как мне не приходилось думать об этом кошаке от слова совсем. Чтобы хоть как-то уравновесить этот галимый день, я решила заглянуть в кофейню и взять себе свой любимый напиток. И, конечно же, по счастливой случайности, я встретила Хаяму. Но, как оказалось, он устал за сегодня, и поэтому энергии у него было на уровне среднестатистического человека. Ну, если бы он был таким же активным, как обычно, прямо сейчас, я бы просто его убила. Он пожаловался на физику, что никак не может понять новую тему, а ему еще и домашнюю выполнять, которая сдается на проверку. Я хоть и не великий физик, но что-то знаю. Он прямо загорелся, когда я попросила посмотреть его задание, а когда я сказала, что могу помочь, он почти выпрыгнул из штанов. — Так и быть, пойдем ко мне. — Я решила, что это неплохой вариант, так как у меня все равно никого дома быть не может априори, а тянуться к его родственникам такое себе удовольствие. Однако Котаро такое предложение поставило в слегка неловкое положение. — Точно все нормально будет, если я приду? — А, точно, у них это не считается чем-то обыденным. — Все хорошо, я живу одна. — Я немного про другое говорю… — Котаро замялся, и мне это переставало нравиться. — Ну… Акаши не закапает меня за школой? — Он-то тут причем? — Хотя я и говорила спокойно, но внутри у меня все напряглось. Причем нехило так. — Он, вроде, говорил что-то по поводу тебя… — Конкретнее, Хаяма. — Я начинала злиться, и парень сдался, даже не думая держать оборону. — Он сказал нам не приближаться к тебе по личным вопросам. — Что, блять, простите. — Так, ничего не знаю, пошли и даже не думай об этом засранце. — Я подхватила его по локоть и повела в сторону выхода из заведения. Хаяма сразу как-то расслабился и, усмехнувшись, поддался на мой порыв и просто следовал за мой вплоть до моего дома. — О, ты живешь в квартире, к тому же одна. Тебе не бывает одиноко? — Бывает, Котаро, бывает. Думаешь, чего я тебя-то тащу. Будешь теперь жить со мной, и готовить мне завтраки по утрам. — О, только если ты дашь мне что-то взамен. — Хаяма наглым образом наклонился ко мне и положил голову на плечо, когда я уже открывала двери. — Можешь и себе готовить тоже. — Я была невозмутима, и Котаро показательно расстроился. — Ты жестокая, Риан-чан. — Фу, зови меня уже тогда прозвищем каким-нибудь, эти суффиксы иногда очень противные. — И вновь я вызвала у него приступ смеха. Мы сразу сели заниматься, так что больше посторонние темы не заводили. Только физика. И, к моему удивлению, он схватывал на ходу, так что повторять дважды не приходилось. Позже, я сделала нам покушать, чему Котаро обрадовался как маленький. И, конечно, он увидел оружие, что висит на стене. — Вау, Риан, я не думал, что у тебя есть такое. Прости меня за все глупые фразы в твою сторону, только не убивай меня, пожалуйста. — Он сыграл прекрасно, так что я нахмурилась, и вскинула голову вверх, как бы задумываясь. — Я подумаю над вашим поведением, молодой человек. Хаяма просидел у меня до темноты, но когда время стало говорить о том, что еще немного и он опоздает домой, как назло ударил мощный ливень. — Ты вполне можешь остаться у меня, я положу тебя на диване. Что скажешь? — Котаро еще раз глянул в окно, и обреченно кивнул. — Только своим позвоню. Воспользовавшись моментом, я объяснила ему еще и последующую тему, за что парень был безмерно благодарен. Дождь все никак не хотел утихать, поэтому Котаро окончательно принял решение остаться. Мы приняли душ по очереди и разошлись по комнатам. Утро наступило слишком быстро. Я бы очень хотела поваляться еще пару минут, но кто-то — бессмертный, судя по всему — рывком стянул с меня одеяло. И, конечно, сонная я переборщила со своей защитой. Как только перестала чувствовать одеяло ниже пояса, я быстро скатилась с кровати и, присев на корточки около стола, в мгновение выхватила из полки один из пистолетов, и направила его на свою предполагаемую цель. Сказать, что Котаро был в шоке — ничего не сказать. Он тут же поднял руки вверх и застыл на месте. Его глаза так и блистали нехилым страхом. — Боже… — Тяжело вздохнув, я опустила пистолет. Вторая рука легла на мой лоб в знак моей глупости. — Прости, я не специально. Профессиональные привычки. — Я попыталась отшутиться, но парень явно был напряжен. Я невинно пожала плечами и состроила брови домиком. — Напомни мне никогда тебя не злить и не обижать. — Хаяма немного расслабился, и уже сам пытался успокоиться с помощью шуток. — А разве ты не должен этого делать и без этого? — Я показательно повертела пистолетом дулом вверх. — Ты права. — Наконец Котаро усмехнулся, и с него окончательно спало напряжение. — Есть мне чем зубы почистить? — А пальцы тебе на что? — Я даже не успела подумать, перед тем как ляпнуть такую хрень. У парня поползли вверх брови, и он рассмеялся. — А, я все еще сплю. Пойдем, у меня есть еще пара щеток. У меня они и правда есть, я всегда покупаю сразу несколько, чтобы менять их после определенного срока, и не таскаться за ними всякий раз. Мы почистили зубы, умылись, оделись и потопали, чтобы взять кофе перед школой. Решили, что оба не очень-то и хотим кушать, поэтому сошлись на дозе кофеина без сахара и сливок. Уже по дороге в учебное заведение, я поняла, что Котаро поднимает мне настроение за каким-то хреном. — Ты нервничаешь рядом со мной? — Я решила, что спросить на прямую будет лучшей идеей, поэтому увиливать не стала. — Если честно, то немного. Просто я не привык, что на меня наводят пистолеты с утра пораньше. На меня вообще никогда не наводили пистолет. — Парень чуть запнулся, но продолжил более уверенно, чем начинал. — Извини, я не должен так вести себя с тобой. — Ничего, Котаро, я понимаю. Дай мне знать, если тебе надо немного времени, чтобы успокоиться. — Я была спокойна, так как понимала его. Это и правда не очень приятно, когда на тебя наводят дуло пистолета. Мне неприятно, а остальные-то испытывают более сильную эмоцию — страх. — Все в порядке. Ты ни в чем не виновата, это я туплю. — Я лишь поблагодарила его взглядом, и тот сразу расцвел от того, что я осознаю ситуацию. Он провел меня до моего класса, а затем пошел дальше, на этаж выше, уже в свой кабинет. Надеюсь, у него все будет нормально с физикой. В классе я подмигнула Аканэ в знак приветствия, не посмотрела на Акаши — плюс десять очков мне — и села на свое место. На этом уроке английского я была на высоте. Отчего-то мне захотелось активно поучаствовать в проведении урока, я то и дело отвечала, помогала учителю по его просьбе, получила хорошую оценку, а после удалилась с Аканэ на перемене, чтобы поговорить. Хотя кого я обманываю, что значит от чего-то? Тут и так все понятно, я делала это, чтобы не смотреть на Акаши и даже не думать о нем. Последнее, конечно, получалось не совсем хорошо, но первое превосходно! Кстати говоря, он тоже не смотрел на меня, ни разу я не почувствовала его взгляда на себе. Мне даже не надо смотреть на него, чтобы знать, что он не смотрит. Давление его взгляда я ощущаю всей кожей, даже мурашки по телу пробегают. Как бы ни было стыдно это признавать, но он меня пугает, как никто другой. Только один человек превосходит его в этом, но с ним сравнивать не имеет никакого смысла. Ситуация там была абсолютно иная. После рассказа Аканэ про Котаро и наше веселое утро, девушка еще долго смеялась и даже слезы вытирала от смеха. Я дала ей слабого подзатыльника играючи, а она тут же стала успокаиваться, ибо это было милым предупреждением. Эта маленькая лиса знает, как со мной обращаться, что сказать или сделать, чтобы не выводить меня из себя. Быстро учиться, засранка. Прозвенел звонок, и Аканэ уже собиралась уходить, но мне приспичило в туалет, поэтому я отправила девушку одну и сказала, чтобы она предупредила учителя. Та кивнула и побежала на урок. Ну и что же мне так везет-то? Только я вышла из кабинки, как тут же наткнулась на мою любимую девочку-дешевые-понты, только вот она была не одна. За ее спиной стояло еще три девочки, уже не те трусишки. Эти были более высокие и по телосложению больше меня. На моем лице появилась тень ухмылки, и я с интересом стала рассматривать девушек. Каждую и по отдельности, их полюбому это бесило, на их лицах прямо так и горело это. — Тебе не стоило так со мной поступать. — Тихо и шипя, проговорила девица, что я уже хотела убить. Причем нихрена не в шутку, это даже меня пугает. — А тебе не стоит лезть после моих угроз. — Отрезала я. — Тебе было мало? Может, в этот раз мне придушить тебя окончательно, маленькая шавка. — Я чуть склонила голову набок и вопросительно вскинула бровь, чем еще больше разозлила девушку. Она кивнула и сзади стоящие девицы кинулись на меня, как цепные собачки. От прямого удара я легко увернулась, но меня тут же схватили за волосы, и это было очень больно, я признаю. Но не так больно, как удар с локтя под чашку колена. Вот это действительно больно. Девица упала и схватилась за горящее болью место. Мои волосы снова оказались на свободе, что не могло не радовать. Но в этом была моя ошибка, вместо того, чтобы встать на ноги с колен, я замешкалась и получила в живот с ноги. Эта идиотка попала по ребрам, и я прочувствовала на себе всю силу этого удара. Кровь хлынула у меня изо рта, и я сплюнула на пол, хватаясь за больное место. Конченая что-ли? Так и убить можно. Похоже, что она действительно идиотка, потому что сразу же отпрянула от меня, как только увидела кровь. Последней было вообще все равно, она замахнулась, чтобы ударить меня ногой по лицу. Но злость сделала свое дело. Я вовремя перехватила ее ногу и дернула так, что девица упала на пол, с нехилой силой приложившись спиной. Во мне уже хлестал адреналин, так что я рывком встала на ноги и нашла глазами ту, кто ударила меня по ребрам. Она, хоть и была испугана, но давать себя бить не собиралась, поэтому первая пошла в атаку. И эта глупышка просто побежала на меня, замахиваясь кулаком. Понятно, только неожиданно бить и умеет, и то — хреново. Рассчитав примерную силу, я схватила ее за запястье и остановила кулак перед своим носом. Вывернув ей руку, я приложила ее лицом к полу и приказала лежать, иначе сломаю обе руки. Аргумент был подтвержден тем, что я приложила еще немного силы и кость уже была под угрозой перелома. Девушка расслабилась и сдалась. Осталась последняя. Я подняла глаза и увидела ее злое и одновременно испуганное выражение лица и, конечно, палку — откуда, блять, откуда у нее палка — что уже, как бита, летела в мою голову. И она прилетела, да так, что в глазах тут же потемнело и я отключилась. «Боже, кто так громко разговаривает? Заткните ей рот, пожалуйста, иначе я умру.» — Это первое, что пришло мне на ум, после этого в моей памяти всплыло то, что произошло, и я подорвалась на месте, переходя из лежачего в сидячее положение. Дура! Я же знаю, что так делать нельзя, так почему каждый раз это делаю? — Господи, Риан, что с тобой случилось? Как ты? — И еще сотня вопросов пока я не сказала ей прекратить. — Аканэ, говори тише, голова болит. — Боже, господи, это что, мой голос? Больше похоже на умирающего. — Риан, ты меня видишь? — О, точно, надо же зрение проверить. И как только я открыла глаза, тут же их закрыла. — Аканэ, дверь. — Я зажмурилась потому, что увидела лишь яркую вспышку света. Просто ужасно. Я услышала, что девушка выполнила мою просьбу, и мне пришлось снова предпринять такую попытку. На этот раз все прошло более менее гладко. Был полный расфокус, видно было только очертания предметов, но я сосредоточилась и сфокусировала внимание на Аканэ. Через минуту таких упражнений, я вернула себе адекватное зрение и вновь обратилась к подруге. — Что ты здесь делаешь? — Как это что? Тебя не было весь урок, я сказала учителю, что ты написала о плохом самочувствии и пошла в медпункт, а потом отправилась тебя искать на перемене. — Я немного посчитала своим сейчас слабым мозгом, и вычислила, что провалялась тут более получаса. — Спасибо, Аканэ. — Я вновь посмотрела на нее, но ее уже почти спокойное лицо исказилось ужасом. — Боже, у тебя кровь. — Она прикрыла рот рукой, и застыла. Я, в свою очередь, только сейчас почувствовала, что в одном месте на голове мне неимоверно печет и болит. Струйка крови медленно стала стекать по левой части моего лица. Пальцами я притронулась к тому самому участку и поняла, что там крови больше, чем во мне самой. — Я вырву этой суке глотку. — Ооо, я никогда не была так зла как сейчас. Однако — слава всем кому можно — я понимала, что сейчас не в состоянии, поэтому осталась сидеть на месте и успокаивать свой гнев. — Риан, как ты выйдешь из туалета, на твоих белых волосах кровь очень заметна. — Фукуи поняла, что меня это не особо волнует, поэтому решила действовать по ситуации. И хорошо, меньше меня волновать будет. — Помоги встать. — Аканэ тут же подорвалась и подала мне руку. Я же одной рукой оперлась о ее руку, а второй держалась за все, что мне попадалось под руку. Кровь уже залила левый глаз, мне пришлось закрыть его, чтобы она не попала туда. Красные глаза — это то, чего мне как раз не хватало. Я отпустила подругу и оперлась о раковину обеими руками. Подняв голову, я посмотрела на себя в зеркало. Боже, похоже, мне пора в гроб. Я и так бледная, а сейчас вообще, как бумага. Теперь я понимаю Аканэ. — Ты молодец, держи себя в руках, я справлюсь. — Мне в отражении было видно, как Фукуи уверенно кивнула и сосредоточилась на моих словах. Я про себя ее похвалила больше, но это все, на что я сейчас способна. Я старалась дышать размеренно, неглубоко и небыстро, чтобы не потерять сознание. Мне понадобилась пара минут, чтобы хоть немного стабилизировать свое очень шаткое состояние. — Мне надо уйти со школы, желательно, чтобы этого никто не видел. — Услышав мой более уверенный голос, девушка немного расслабилась, и тут же нахмурилась, обдумывая, что можно сделать. — Я придумаю что-нибудь, скажу учителю, что тебя срочно вызвал отец, к примеру. Она точно не будет звонить ему, слишком боится родителей таких, как ты. Тебе надо незаметно пробраться к выходу и уйти, ты сможешь? — Аканэ говорила серьезно и спокойно, она определенно мне нравится. — Да, вполне. — Я старалась сделать свой голос как можно тверже, чтобы показать девушке, что я смогу. Однако сама сомневалась в этом. Фукуи решила поверить в меня, и первая вышла из туалета, направляясь к нашей классной руководительнице. Я же сняла с руки резинку, и завязала хвост так, чтобы на время пока не пропитаются кровью скрывающие волосы, не было видно, что у меня с головой. Было пиздецки больно, но я старалась терпеть, как только могла. Кровь с лица я не решилась стирать, это было бы долго и не факт, что я бы справилась. Поэтому я очень аккуратно вышла из туалета, убедившись в том, что уже урок. Скользнула на лестницу, и на пролете привалилась к стене. У меня закружилась голова, и тошнота подкатила к горлу. Этот неприятный ком встал в горле, не давая дышать от слова совсем. Я постаралась успокоиться, начала дышать, старалась не закрывать глаза, даже пыталась сделать так, чтобы этот сраный звон ушел из моих ушей. Гудело так, будто бы меня оглушило гранатой. Нет, этот звон определенно хуже взрыва гранаты. И именно из-за него я не услышала чужих шагов. Я уже чувствовала, что теряю контроль над телом. Оно слабеет, и ноги предательски подкашиваются. Я сажусь на корточки и приваливаюсь к стене, и глаза сами закрываются. Мое тяжелое дыхание становится прерывистым и очень слабым. Я начинаю задыхаться. Паника. Меня начинает трясти, а уже через пару мгновений я снова отключаюсь. От третьего лица. Парень неспешно шел в туалет, размышляя о том, что через неделю у них дружеский матч с Йосен. В школе тихо, лишь слышно тихий говор учителей за закрытыми дверьми. Хотя парня это не особо заботит, тишина намного лучше, чем лишний шум и суета. Но вот в этой тишине проноситься то, что совсем не похоже на учителя или вообще на что-либо нормальное. Тяжелое, прерывистое дыхание незаметно подкрадывается сзади и дает по ушам. За счет того, что в коридоре тихо — его слышно довольно отчетливо. Ученик хмурится и идет на заинтересовавший его звук. Он уже понял, что это на лестнице, но этот беспокойный звук прерывается и все затихает вновь. Вот это уже не смешно. Парень переходит на быстрый шаг и достигает лестницы, спускаясь, он остановился как вкопанный, смотря на бледную, как смерть девушку, что лежит на полу без сознания. На пару мгновений он застыл, не понимая, что происходит, а когда до него дошло — парень кинулся к Риан, становясь на колени и пытаясь осмотреть ее. Он хотел повернуть девушку лицом к себе, но как только коснулся части лица, которой не видел, тут же отдёрнул руку и глянул на нее. Он потерял дар речи. Голову парень все-таки повернул и увидел, что левая стороны вся в крови. На пол ещё не попало, поэтому моментальное решение пришло само собой. Молодой человек кому-то позвонил, потом аккуратно взял девушку на руки, и бесследно вышел из школы. Около черного входа его уже ждал фургон. Он занес светловолосую в него и опустил на стол. Тут же к девушке подошел мужчина и, попросив парня отойти, принялся осматривать пострадавшую. Мужчина работал молча, и был крайне напряжен, судя по его плечам. Это волновало и так встревоженного парня, который сидел в кресле позади. Доктор возился около часа, может больше, никто не считал. Один работал, второй ждал, не отрывая глаз от безжизненного лица девушки. В итоге мужчина обработал рану на голове, перевязал ее и убрал кровь с лица. Повернувшись к молодому человеку, он кивнул и удалился. Риан. Твою же, блять, мать. Как же больно, просто убейте меня. Я очнулась с минуту назад, но не спешила открывать глаза. Во рту все пересохло, голова гудит так, что кажется, расколется на множество кусочков. Сердце, что до этого почти не билось, заработало с новой силой, от этого поврежденные ребра отозвались такой сжигающей болью, что из глаз невольно полились слезы. Но даже через этот ад, я почувствовала, что лежу далеко не на холодном бетоне. Я в мягкой кровати, кто-то находится рядом со мной. Я бы даже мертвая ощутила чье-то присутствие и этот взгляд. Так стоп. Я от дикого интереса быстро открыла глаза, но увидела лишь ослепляющий свет повсюду. На этот раз, я не стала закрывать глаза, а подождала пока придут очертания, затем расфокус, а потом и зрение восстановится. Человек рядом, явно не спешил что-либо говорить или делать. Наверно, со стороны я выгляжу, как мертвая. Стеклянные глаза, сто процентов прозрачная кожа и угнетенный вид. Класс, просто прелестно. Наконец зрение ко мне вернулось, и я смогла, с большим трудом и преодолением боли, повернуть голову вправо. — Что… — «ты здесь делаешь?» хотела спросить я, но хера с два. Мое пересохшее горло дало о себе знать, и я закашлялась. А вот это очень плохо. Мои ребра дали о себе знать тут как тут. Новая порция слез просто лилась ручьем. Я приподнялась на одном локте и повернулась лицом к постели, пытаясь угомонить кашель. Тут меня взяли за подбородок и приподняли голову. Рот я открыла сама, подозревая, что сейчас будет. Вода обожгла мне горло, но после пришло такое наслаждение, будто я заново родилась. Аккуратно вдохнув, я старалась не тревожить свою грудную клетку. Мне стало немного легче, и я вновь подняла глаза. — Еще? — Да, теперь я точно уверена. Этот голос единственный, что я узнаю из сотен других. — Нет. Акаши, какого хрена? — Ой, лучше бы я не говорила вообще ничего. По моему голосу, вполне можно сказать, что я умру через две минуты. — Я тебя о том же хочу спросить. — О, он смягчил свой тон. Из-за моего голоса? Ну, мне срать, главное, чтобы не тревожил мое и так шаткое здоровье. Я подняла глаза еще немного выше, и поняла, что не знаю где я. — Где я? — В моей комнате. В школе тебе оставаться нельзя было, в больницу, я так понимаю тоже. К тебе домой не вариант. Мой дом оказался самым оптимальным вариантом. — Он говорил спокойно и тихо, а главное довольно медленно. За вот это я была благодарна, как никогда, я и так нихрена не понимаю. Я оперлась руками в мягкое одеяло, и попыталась сесть. И, конечно, ребра прожгло заново. Но мне эта боль показалась уже не такой сильной. Мне пиздец, я начинаю привыкать к боли. Благо, Акаши поднялся и, взяв меня подмышки, аккуратно посадил, поставив подушку сзади. — Рассказывай. — Хоть он и был спокоен, но его интонация были настолько строгой, что мне стало не по себе. — И не заливай, что упала. Тебя били, кто? — Дай мне телефон, пожалуйста. — Я решилась сказать «пожалуйста», чтобы разжалобить его. И у меня получилось, между прочим. Я позвонила Аканэ. Та ответила сразу же. — Я так волновалась, Риан, почему ты не отвечала? Ты дома? Как ты? Тебе нужна помощь? — Тише, Аканэ, тише. Я в норме. Ты видела ее? — Сразу к делу, мне надо знать это как жить. — Да, она ходит и оглядывается. Тихая и настороженная. — Присмотри за ее действиями, как только встану на ноги — я приду за ней.— Последние слова прозвучали настолько угрожающе, что даже Акаши нахмурился. Аканэ согласилась, и я скинула. Чувствуя на себе давящий взгляд разноцветных глаз, я со вздохом произнесла. — Можно мне принять душ? После него я расскажу. — Парень кивнул и подал мне руку. Я, чуть поколебавшись, приняла ее и, с его помощью, поднялась. Акаши завел меня в ванную комнату, указал, где что лежит, и удалился. Сняв рубашку, я, наконец, лицезрела свою огромную багровую, уже с оттенками синего, гематому на ребрах. Благо они не сломаны, иначе была бы мертва, с вероятностью в девяносто девять процентов. Я уже сняла юбку, и положила ее на тумбочку к блузке, как вернулся Акаши и застыл на месте. Его проницательный взгляд был направлен в конкретное место. На мой ушиб. Его разноцветные глаза медленно нашли мои платиновые, и мы оба застыли как статуи, смотря друг другу в глаза и думая об одном и том же.