Плевать на любовь

      Хотелось выслушать её, но уши, как будто отказывались воспринимать информацию вокруг. Я не могла услышать ничего, кроме своего дыхания. Я понимала, что что-то со мной не так. У меня не было слабости или недомогания, наоборот… Я хотела взять эту беззащитную и одинокую девушку… Стоп?! Взять?! Я не могла что-либо сказать, я чувствовала лёгкое возбуждение, чувствовала бабочек внизу живота. Напряжение становилось всё больше и больше. Терпеть я уже больше не могла, но и отступать было уже поздно.  — С тобой всё в порядке? — тревожно спросила она.  — Да… — прохрипела я.  — Ты уверенна? Может быть, мне слезть? Я, наверняка, тяжелая… — сказала она пытаясь слезть, но я пресекла её попытки. — Все прекрасно! — с лёгкой злобой выкрикнула я, убеждая, что ей не стоит волноваться. Напряжение росло в двое, теперь обстановку нельзя было сгладить непринуждённым разговором. Но вот, мы пришли в квартиру, которую я снимала, она была на 18 этаже Рenthouse. Надеюсь, нет вопросов откуда у меня деньги?! Зайдя на порог, я позволила ей спуститься с моей спины. Мы разулись и я сразу же пошла выпить успокоительных, так как без этого, всё могло бы закончиться лишением её девственности…  — Стой, что ты делаешь? Зачем тебе успокоительные? — схватив мою руку с таблеткой в правой руке, начала расспрашивать она.  — Отстань, иди прими душ, а я ужин приготовлю. — оттолкнув её, сказала я. — Вот сменная одежда и чистые полотенца, как примешь ванну приходи на кухню. — Э, х-хорошо, а ты? Ты в душ не пойдёшь? — спросила она.  — А?! Что такое?! Хочешь чтобы я с тобой приняла ванну?! Это можно устроить, — с улыбкой маньяка-извращенца ответила я.  — А? Нет! Я пойду первая!. — Хаха, ну иди. — улыбаясь, сказала я. Пока Дженни принимала ванну, я готовила то, что обычно готовила мне мама. Её фирменное блюдо — омлет с рисом. В детстве, мама часто его готовила для меня. Жаль, но детство тоже закончилось… — Аааа… — пронзительный крик донося с ванной комнаты. Я быстрее пули залетела в ванную, испугавшись, что она упала и расшибла голову, или ещё что-нибудь по-страшное, что случалось со мной в жизни.  — Что случилось? — резко открыв дверь, крикнула я.  — Вода холодная, — со слёзками на внешних уголках глаз прохрипела она, дрожа и обнимая себя руками.  — Ах, ну чего ты меня так пугаешь, это же всего лишь…  — Ч-чего ты так на меня уставилась?! — заметив мой внимательный, изучающий взгляд, она покраснела, смутилась и стала пытаться прикрыть наготу.  — Прости, продолжай, а я пойду. Поспешно вышла и закрыла за собой дверь, оседая на пол. Её белоснежная кожа, выразительные, острые ключицы, плоский, худой животик и худые, длинные ноги… Я увидела что-то запретное, от чего сердце забилось сильней. Боже, она точно не богиня?! Почему я так растерялась при виде её тела? Что же со мной такое?..  — Твою ж!.. — отвлеклась на секунду, а омлет уже подгорает, чёрт, что же такое происходит. Больше я не отходила от плиты ни на шаг. Спустя 20 минут. Я давно уже сидела за столом и ждала, пока она закончит и придёт, а пока ждала начала засыпать и клевать носом.  — Л-Лиса, я всё, — аккуратно, почти бесшумно притопав босыми ногами на кухню, не громко воскликнула Дженни. Услышав её голосок, я тут же взбодрилась.  — О, как знала, что тебе она пойдёт. — с теплотой в глазах, я смотрела на неё и мягко улыбалась. — Садись, ужин готов.  — Хорошо, но… что это? — смущаясь спросила она указывая пальчиком на одежду  — Это моя школьная форма, нравится? — гордо ответила я.  — Разве, она не слишком откровенная, как по мне, юбка слишком короткая…  — Да, я её подшила, мой бывший любил лишь мои ноги, а не меня…  — Слушай, сколько тебе лет? Прости, наверно, невежливо спрашивать столько личных вопросов…  — Хахахах, ты и вправду милая, когда смущаешься, — рассмеявшись, сказала я. — Мне 19, но через месяц стукнет 20.  — Ого ты такая молодая, но уже живёшь одна, от куда у тебя столько денег?  — А это, уже не твоё дело… — прогнувшись в спине и опустив голову в тарелку с едой, сказала я.  — Ох, прости, я не хотела тебя обидеть, — забеспокоившись за моё эмоциональное состояние, она начала рассказывать о себе, больше ничего не спрашивая. — Эм, а мне вот 17, и я живу с родителями, недалеко от места, где ты меня спасла. В момент пока она пыталась сгладить разговор, у меня резко начала кружиться голова, я начала слышать все обидные слова, что мне наговорили за всю жизнь. Резко в голове пролетел момент, когда меня бросили, как кошку на улицу… — Эй-эй, что с тобой?.. — веки тяжелеют, тело слабеет. Последним, что я вижу была Дженни, что соскочила со стула и пыталась привести меня в чувство, но ничего не помогло. Я закрываю глаза и погружаюсь во тьму, где-то вдалеке своего сознания, слыша крик и мольбы не умирать…