Плевать на любовь

* * *

«Не умирай!.. Прошу, продержись ещё немного!..» «Где-то в глуши, вдалеке своего сознания, я слышала женские крики. Я слышала, как она плакала… Умоляла не умирать… Помню тепло на своей руке, как кто-то крепко её держал и не отпускал. Почему-то, на душе становилось спокойно, появилось незримое чувство, что я не одна, что кому-то нужна в этом мире… Чувство, о котором я давно забыла…»

* * *

«POV Лалиса» «Что? Где я?» — медленно разлепив глаза, я сразу же их прикрыла, ведь глаза ещё не привыкли к свету. Тело настолько слабое, что трудно пошевелить даже пальцем. Лежа с закрытыми глазами, я прислушивалась к окружающему миру, звукам, действиям, чтобы понять где я нахожусь и, что со мной произошло. Я слышу птиц за окном, шум от ходьбы и разговоров, и снова чувствую, как мою руку, кто-то очень крепко держит. Я открываю глаза, щурюсь, но краем глаза, всё-таки замечаю копну каштановых волос, таких, как у моей новой знакомой. — Д-дже… — жмурюсь, глотаю вязкую слюну. Как я и думала, даже говорить пока трудно, горло болит, привкус отвратный, такое ощущение, что меня непрерывно рвало несколько часов.  — А? — девушка поднимает голову, и на меня теперь смотрит пара шоколадных, заплаканных глаз. — О господи! Ты очнулась! Слава богу, я так переживала за тебя! — её глаза снова наполняются слезами, которые текут по щекам, её руки дрожат, но она не отпускает мою ладонь. Она улыбается и плачет, я знаю, она очень хочет сейчас обнять меня, это видно в её взгляде, но сдерживает себя. «Она переживала за меня? Это мило.» — невольно, от этих мыслей уголки губ тянутся вверх, чувствуется небольшая боль, но это не критично. Поборов слабость в мышцах, я наконец могу поднять руку и коснуться её щеки, стерев большим пальцем горячие слёзы. — Улыбка тебе идёт больше, чем когда ты плачешь. — тихо, хриплым голосом говорю я и смотрю на неё, мягко улыбаясь, нежно поглаживая пальцами её щёку. А она в ответ смотрит на меня так же, с нежностью и добротой, с такой приятной и расслабленной улыбкой. Это греет душу. — Почему ты так беспокоишься обо мне?  — Спрашиваешь тоже, — фыркает она и тихо смеётся. — Ты ведь спасла меня, я тоже хочу отплатить тебе тем же. «Она так беспокоится, только из-за того, что хочет отплатить мне? Только и всего? Неужели, эту искру внутри, чувствую лишь я одна?»  — С-спасибо, что ли. — с неловкостью в голосе, сказала я.  — Да пустяки, только в следующий раз, постарайся обойтись без успокоительных. — последние слова она особенно подчеркнула и мило улыбнулась, но это улыбка фальшь, она не такая искореняя, как была минуту назад. Кажется, она злится на меня, но старается не показывать этого.  — Прости… — я не успела договорить как ей позвонили на телефон и она быстро ответила на звонок. Пару раз кивнув и сказав «да, хорошо.» она выключила телефон. — Прости, меня родители ждут у входа, — виновато сказала она. — Я пойду, а ты лежи и не вставай, завтра я тебя, обязательно навещу! Так, что отдыхай как следует. До встречи! — она поднялась на ноги, отряхнулась, взяла рюкзак в руки и поклонившись, ушла, закрыв за собой дверь. — До встречи… — тихо попрощалась я. — Добрый день, я смотрю вы уже пришли в себя, это очень хорошо. — зайдя в палату сказала медсестра. — Скажите, как вы себя чувствуете? — Чувствую слабость, боль в горле и странный привкус… Скажите, как я сюда попала и почему? Помню только, как кажется в глазах потемнело, появилась сильная слабость и стало трудно дышать, а желудок сводило сильной болью. — Так и есть, вас привезли на скорой в полубессознательном состоянии. Вы задыхались, тяжело дышали и вас постоянно рвало. Оценив ваше состояние, врач решил привести вас в чувство хоть как-то, чтобы сделать вам промывание желудка. После этого вы потеряли сознание, это естественно, ведь вы и ваше тело испытали сильных стресс. Мы поставили вам капельницу и одели кислородную маску, чтобы кислород быстрей и легче поступал в лёгкие.   — А кто вызвал скорую? — Та девушка, что недавно была тут. — ответила медсестра доливая в капельницу физраствора. — Она так переживала за вас, плакала и просила нас помочь вам. — сказала она и улыбнулась. — Вы проспали целые сутки, всю ночь она была с вами в палате, крепко держала за руку, ругалась и приговаривала «Всё будет хорошо, ты поправишься и больше не будешь меня так пугать.» — нужной интонацией сказала она и повернулась к Лалисе. — А потом её забрали родители, по всей видимости, ей надо было спешить в школу. Ну вот, это всё.  — Спасибо большое, что рассказали мне, как всё было.  — Да не за что, если вам что-нибудь понадобится, нажмите на кнопку внизу пульта и к вам, обязательно подойдёт кто-нибудь из медперсонала.  — Хорошо, поняла, ещё раз спасибо вам за заботу. — сказала я и медсестра ушла, напоследок поклонившись. «Ох… Потрясающее теперь, наверное у неё впечатление обо мне… Надеюсь, я ничего такого не сказала ей в том состоянии… А вдруг я её ударила?.. Буду очень надеяться, что это не так и ничего такого я не сделала. В крайнем случае, завтра у неё всё и спрошу…»

* * *

Спустя ночь.  — Привет, как себя чувствуешь? — непринужденно спросила Дженни, входя в мою палату и кладя на тумбочку мешочек с яблоками.  — Я в порядке, — немного замялась я. — А, ты как? — я старалась скрыть волнение, но кажется, она уже всё поняла.  — Я т-тоже. — ответила она и отвела взгляд в сторону. Она очень странно себя вела. Всё время краснеет и не смотрит мне в глаза. Приобнимает себя за плечи, будто закрываясь и прячась от меня. Потела и что-то бубнила себе под нос. Язык тела её явно выдовал.  — Слушай, я хотела спросить, — начала я «допрос» разрывая тишину. — В ту ночь, когда я привела тебя к себе, что-нибудь случилось? — медленно спросила я, внимательно следя за её реакцией. — А то я, почти ничего не помню, лишь короткие отрывки. Дженни же начала смущаться ещё сильней, отводить взгляд и сокращать фразы до минимума. Видимо, всё-таки что-то произошло и она не хочет мне это рассказывать. Могу предположить, что я как-то накосячила, может ударила, оскорбила, послала, наговорила гадостей… Страшно даже думать, что я, возможно так и поступила… Я только почувствовала интерес, почувствовала себя живой, что умею проявлять эмоции и быть благородной… Не хочу терять её, едва обретя…  — Ну так, что произошло? — снова спросила я. — Ты же явно не хочешь мне рассказывать о чём-то, верно? — та лишь поджала губы и сщюрилась. — Лучше скажи мне сразу, а то знаешь ли, сложно жить в недоумении и ругать себя за всё подряд.  — Ладно, хорошо! Я скажу… — прикрикнула она, будто бы взрываясь. — Ты лапала меня за грудь!.. — сказала она уже не так громко, скрестив руки на груди, надув щёки и губы, как маленький, обиженный ребёнок.  — Что? Это всё? — немного взволновано спросила я, внимательно слушая «пострадавшую».  — Д-да, — буркнула она. — И грозилась со мной помыться и всё…  — Ах, ну слава богу. — глубоко выдохнула я, облегченно распластавшись на больничной койке и слегка улыбнулась.  — Между прочим, это было очень смущающие, даже, если ты не помнишь, это всё равно стыдно вспоминать! — закрыв глаза руками и отвернувшись сказала девушка.  — Ахахах, прости меня, пожалуйста, я не контролировала свои действия в тот момент. — Да ничего, я всё понимаю.  — Так, ладно, я пойду, у меня скоро начнутся занятия в кружке. — сказала она, собираясь уйти. — А ты! — пригрозила она, указывая на меня пальцем. — Чтобы уже завтра была полна сил и энергией, как дикий мустанг!  — Ладно-ладно, — рассмеялась я и помахала ей рукой на прощанье. Она ушла и стало невыносимо тихо, я почувствовала жалкий вой исходящий из моего живота, и посмотрела на яблоки. Они выглядели такими свежими и аппетитными, красными и наливными, отчего слюна начала активно выделятся. Я взяла одно и протёрла. Я вкусила сладкий, сочный плод, блаженно улыбаясь. Краем глаза я заметила в мешочке бумажку с какой-то надписью. Я достала её и прочитала. «Яблоки мытые, так что ешь и не беспокойся. Надеюсь, мы всё же сможем поддерживать общение и сблизится.» — вот, что было в записке. — Милашка, даже не испугалась того, что её полапала незнакомая девица, с которой она знакома всего ничего. Ещё и заботиться обо мне… — с теплотой прошептала я и улыбнулась. — Интересно, во что перерастёт наше с ней общение?..