His actions - a mistake or love?

            После случившегося Санс пошёл на кухню, выпить. Спустившись на первый этаж, скелет вошёл в кухоньку и достав из одного из шкафчиков алкоголь, тот открыл бутылку и сделал два-три глотка и поставил её на место. Он сел за стол и задумался. В глазах вдруг потемнело. Санс в конце-концов решил написать стих брату… И даже неожиданно вспомнил, о отсчёте королю, который он должен «преподнести» словами и рано утром, что приходили ли волки или нет, или про другие опасные «штуки», которые там происходили. Вот и настоящий повод написать стихотворение и спокойно уйти от вопросов, хотя брат итак возможно задаст пару… И минус тому, что Санс был пьян, а в нетрезвом состоянии можно было сделать нечто непростительное, да такое написать, что подумают «-О БОЖЕ ИИСУСЕ, ЧТО ЗА ЧЁРТ В НЕГО ВСЕЛИЛСЯ?!». А может и нет. Но это лишь догадки насчёт него. Только него. Санс телепортировался в комнату брата, сел за его стол и взял листочек с ручкой. Он начал писать стих, долго думая что написать там. Он максимум где-то сорок минут выдумывал стих, потратил два листка, первый неудавшийся выкинул, дабы написать с каким-то чувством вины, в плюс написал на третьем листочке записку, что он пошёл на отсчёт к Асгору. Что насчёт стиха, то, он, кажется получился «на славу». Но с другой стороны может и нет. Ну, а что Сансу-то понимать, нормальный ли стих или нет? Он пьяный в стельку.       Скелет встал и тихонько пошёл к двери, благополучно выйдя из комнаты, вдруг опять использовал телепорт, чтобы долго не идти, и появился в Ватерфолле недалеко от, как раз таки, Хотленда.        Через некоторое время очнулся и Папайрус, озадаченный случившимся ранее. Он осмотрелся и заметил два листочка, первый — записка, второй, возле, — стих. Его, это, естественно, заинтересовало, и он встал и подошёл к столу. Папса скорее привлёк стих, ибо там было написано «Для моего солнышка». Скелетик перевернул бумажку на другую сторону и увидел маленький, но милый стих…тут-то пугал только почерк и зачёркнутые строчки. Он прочёл стих глазами.

Братец, братец, Не боись меня, за то, Какую боль я причиняю, Но я тебя лишь заставляю. Будь правдив со мной, Не ври, И прошу, меня прости… Последнее четверостишие было перечёркнуто так, что к несчастью для Папайруса, невозможно было прочесть. Потом он обратил внимание на записку с надписью «Важно!» и прочёл. Теперь нечего беспокоиться о Сансе, всё равно он скоро придёт с отсчёта, так? А ведь тем более он наверняка будет там не долго.        Вскоре у скелета заболели конечности и он повалился на кровать. Потом уснул. Через некоторое время пришёл и сам Санс. Его вроде бы долго не было, но в записке говорилось что он скоро вернётся, значит незначительная задержка… — Хе-ей, бро, ты проснулся?       Но никого в в гостиной не было, к тому же ему даже не ответили, а значит, предположительно Папс ещё спал, что для него как-то необычно. Однако сам старший практически не спит, много кофе пьёт… Санс улыбнулся и телепортировался к комнате брата и тихонько пробрался в комнатку и залез на его кровать, тем самым садясь возле него, скрещивая ноги. — Ку-ку-уу, — сказал он, пытаясь разбудить Папайруса, — «Принцесса-Соня», вставай! — Ну дай поспать хоть ещё немного… — Ты уже так-сяк по три часа спишь. Бывает меньше, но это всё равно странно. — ответил Санс. — Что… Правда три часа? — Спросил младший, поменяв позу на сидячую. — Да, — усмехнулся старший, скрестив руки на груди. Он посмотрел на часы. — Даже чуть больше. На тебя это совсем не похоже.       После слов Санса нависла гробовая тишина, но это недолго, ибо Папс всё-таки решил задать вопрос, о том что «терзало» его насчёт стиха. — Слушай, Санс, а… что было в конце стиха зачёркнуто? — Это… Оу, Папс, это не так важно, просто я подумал что это лишнее, — попытался «увильнуть» от вопроса скелет. — Хотя бы скажи что там написано… — настаивал младший. — Неа… — Ладно, — Опустив голову грустно ответил Папайрус, тем самым закончив разговор.       Он вряд ли узнает что там написано, и долго ему просить у старшего ответа бессмысленно. В любом случае Санс придумает другой логичный ответ о написанном тексте, вместо правды, ведь у него такая фантазия, что не о том можно подумать. Санс внезапно повалил брата, и сказал, чтоб тот не сопротивлялся, мол, чтобы проверить, целы ли тазовые кости у того, ибо могли… как-то потрескаться, что ли, от того что он сделал с ним, а то забыл. — Э, но что случилось? — Ты упал с лестницы, вот и всё, — соврал Санс, стянув с него штаны, — но кости у тебя хрупковаты для такого. Скелет осматривал тазовые кости брата, иногда оглаживая лобковый симфиз, подвздошные кости, крестец и так далее, в плюс использовал целительную магию. Он немного посматривал на брата, видел как тот мило смущается, как у того румянец сильнее загорается и слабо улыбнулся. Скоро стал действовать наглее, вылизывая симфиз того. — А-ах, ммх… А не обнаглел ли ты? — Спросил Папайрус — ты говорил что просто проверишь на трещины. — Хех, а значит я, типа, блефовал. — Серьёзно? — Типа, сожалею, братец, — сказал Санс, «играясь» с его тазовыми костями. Он опять начал нежно, осторожно гладить его косточки. Через 10 минут скелет приподнял таз того и лизнул копчик, тем самым, немного задев крестец. — Ааах… Хватит, прошу, Са-анс!.. — Ладно… Старший опустил таз младшего, садясь возле. Он отвёл взгляд в сторону. Тишина стала неловкой для Санса. — Я… лучше пойду. — Сказал он, встал и пошёл в свою комнату.       Может… Санс порядком поспешил с такой близостью. К тому же они братья. Это не правильно, но вроде бы уже и Сансу плевать на это «ограничение» походу. А Папайруса действия брата не так уж и волнуют, он даже не понимает что и как, в смысле, не понимает, что старший его действительно любит, не как родственника. И старший это использует как, что-то, вроде приоритета.