Я — Воин

      Девушка с золотистыми волосами, заплетенными в оданго, шла по улице. На ней было холщовое серое платье. Что уж поделать, денег в ее семье немного, едва на пропитание хватает, какая уж там одежда! На своих хрупких плечах она тащила тяжеленное коромысло с двумя огромными ведрами по краям, а не ее спине висела корзина, в которую она сложила хворост. Спустя четыре часа тяжеленной работы в поле девушка шла домой, не забыв заглянуть в лес за хворостом и к источнику за чистой водой. Мимо нее пронеслась повозка, и блондинка чудом успела отбежать от середины дороги. Нечасто в ее деревне проезжал какой-нибудь транспорт, будь то повозка или же просто лошадь. Купцы не заезжали в это бедное поселение, ведь денег ни у кого из жителей не было. Интересно, чья повозка чуть ее не придавила только что?       Девушка прищурилась, чтобы увидеть людей, едущих на транспортном средстве, и пришла в ужас. Неужели ей не показалось? Сборщики налогов?! Они ехали в сторону ее дома. А если они едут к ним? У них нет денег, ни единой копеечки! Отец болеет и не может работать, мать готовит, убирает и следит за своим маленьким сыном, который был еще не в состоянии работать в поле, хоть его старшая сестра так не считала. Ему уже девять! Мог бы и по хозяйству хоть немного помогать. Почти вся работа оставалась на хрупких плечах одангоголовой девушки, хоть та ничего практически не умела. Ни убирать, ни готовить она не могла. В поле землю помогали вспахивать деревенские мужчины, хоть и тех было очень-очень мало. Практически всех забрали в армию. Почвы были не такими ух плодородными, и урожай был настоящим везением.       Девушка шла молча целый час. Спина уже ломилась под тяжестью коромысла, хотелось присесть и отдохнуть, но она не могла этого сделать. Дома ждут мама, папа и младший брат. Интересно, дома еще остались продукты? Мама смогла что-нибудь приготовить? Мать девушки делала всю работу по дому, а сама эта девочка, которой, к слову, было четырнадцать лет, тащила на своих хрупких плечах ответственность за пропитание семьи, в общем, делала всю ту работу, которую называют мужской. Ну а что делать еще? Больше этим заниматься некому.       Вот уже и показались окрестности ее дома. Оставалось только спуститься с горы. Тут девушка заметила довольно большое количество дыма, как будто бы что-то горит. Ей овладело нехорошее чувство, она начала молиться богам о том, чтобы налогосборщики не добрались до ее дома. У них нет денег, ни копеечки! Им нечем платить налог! Наконец девушка спустилась с горы и ужаснулась. Полыхали все дома, в том числе, и ее дом. От страха затряслась, но воду аккуратно поставила на край дороги — а вдруг она пригодится? Скинув со своей спины хворост, блондинка ринулась к своему дому. Там и были представители власти, а рядом с ними, плача от горя, стоял ее отец и умолял о чем-то. Обратив свой взгляд на повозку, девушка пришла в ужас еще больше. Там сидели связанные женщины и дети, так много, что она не смогла разглядеть ни маму, ни младшего брата. — Папа, что происходит?! — спросила девушка, подбежав к своему отцу. Но он ей не ответил. Не успел. Налогосборщик достал из-за пазухи меч и отрубил ему голову.       Блондинка закричала от ужаса, из глаз непроизвольно полились слезы. Налогосборщик посмотрел на нее, и все так же с поднятым окровавленным мечом направился в сторону девушки. — Мама! Шинго! — крикнула девушка, посмотрев на повозку. Оттуда раздался крик ее младшего брата: — Беги, сестра!       Девушка посмотрела глазами, наполненными страхом, на налогосборщика. Тот был уже совсем близко. Блондинка, плача, ринулась бежать в лес. Она никому даром не была нужна, как ей казалось. Вдруг дорогу ей перегородил другой представитель власти, а тот, что был с мечом, схватил ее за шиворот. — Куда это мы собрались? — спросил он противным голосом. — Пустите! Пустите меня! — крикнула девушка. — А ну повернись сюда! — приказал тот, кто держал ее за шиворот. Крестьянка повиновалась, и налогосборщик докоснулся грубо до ее лица. — А ты неплоха. За тебя можно выручить довольно-таки много денег. Это покроет долг твоей семьи! — крикнул он и швырнул девушку на землю. — Повязать ее! — приказал он.       Ее продадут? В рабство? Нет... Что же делать? Тело ныло от длительной работы и от удара от землю. Но страх за свою жизнь взял верх. Девушка вскочила на ноги и побежала туда, куда глаза глядят.       Прошло десять минут до того, как блондинка полностью выдохлась. Оглянувшись, она поняла, что находится в лесу. Сев на траву, она спрятала лицо в свои ладони и горько заплакала. Папа мертв, а маму и Шинго продадут в рабство. Никогда еще ей не было так страшно. И что же ей делать теперь. Так и умереть, прямо в лесу?       Неизвестно, сколько часов она так сидела и рыдала. Начало смеркаться, и девушке стало очень холодно. Что делать? Пытаться выжить или умереть от холода и голода? Все-таки, по душе ей пришелся первый вариант. Не зря же она убежала из деревни! Она обязана выжить! Девушка вытерла слезы и поднялась на ноги. Нужно развести костер. Поискав в потемках хворост, девушка порылась в своих карманах в поисках чего нибудь, чем можно зажечь огонь. Ничего нет... Как же тогда действовать?       Вдруг рядом девушка услышала подозрительный шорох и оглянулась. Она увидела какого-то человека, который сидел и растирал что-то своими руками. Через несколько минут около этого человека появилось пламя. Как только стало хоть капельку светлее, беглянка увидела лицо и одежду того человека. Им оказалась красивая черноволосая девушка, примерно ровесница одангоголовой крестьянки. Она была одета в красное недлинное платье и болотно-зеленый плащ. В руках она держала палку с нанизанными на нее грибами.       Первое, что пришло блондинке в голову — это попросить помощи у прекрасной незнакомки. А если она примет крестьянку за врага? Что же тогда делать? Хотя все равно ей нечего терять. Больше у нее нет родных и близких. Если она умрет, то все равно этого никто не заметит. Девушка сделала глубокий вздох и подошла к черновласке.        — Простите... — пролепетала крестьянка застенчиво.— Можно я немного погреюсь у вашего костра? — А я все думала, когда ты выйдешь, — усмехнулась брюнетка, подняв свой взгляд. — Садись и рассказывай, кто ты и что ты забыла в лесу ночью? — Я — обычная крестьянка из деревни неподалеку. Я работала на благо своей семьи, ходила в лес за ягодами и грибами, работала в поле и собирала урожай, носила домой воду и хворост. Все было хорошо. Но сегодня явились налогосборщики... — в глазах девушки заблестели слезы. — У вас не было денег, и они убили всю твою семью? — закончила за нее рассказ брюнетка. Беглянка кивнула и снова залилась горькими слезами. — Обычное дело для нашей загнившей империи, — вздохнула девушка с сожалением в голосе. — Не плачь. Если ты хочешь выжить, то ты не должна реветь. Ты должна быть сильной. Блондинка кивнула и вытерла рукавом свои слезы. — А вы? Что вы делаете в лесу ночью? — спросила она, подавив плач. — Мне нужно было кое-что узнать, — загадочно ответила та, посмотрев на ночное небо. — Вот как... — протянула девушка. — Тебе хоть есть, куда идти? — спросила брюнетка. Крестьянка тихонько помотала головой. — А ты не хочешь случайно побороться против несправедливости и нашего императора? — внезапно спросила она. — Что? Ты борешься против императора? — спросила блондинка изумленно, даже перейдя на "ты" от удивления. — Да, что-то типа того, — кивнула красавица. — Хочешь пойти со мной и моими друзьями? Мне кажется, ты идеально впишешься в нашу компанию! — Я правда могу пойти с тобой? — спросила крестьянка с надеждой в голосе. — Да, — кивнула девушка. — Главное, чтобы наш господин принял тебя. — Здорово! — загорелась блондинка желанием. — Тогда я пойду с тобой! — Хорошо, — улыбнулась брюнетка. — Кстати, мы так и не представились друг другу. Меня зовут Рей. Рей Хино. — А я — Усаги. Усаги Цукино. — Ну что же, будем знакомы, Усаги, — улыбнулась Рей.       Девушки поговорили немного, Рей угостила крестьянку грибами, поджаренными на огне, и они легли спать. Усаги понимала, что завтра, скорее всего, будет очень тяжелый день, и убедившись в том, что ее новая знакомая заснула, вновь залилась слезами страха и скорби по своей семье. Какие же испытания ждут ее в ближайшем будущем и выживет ли она вообще? Никогда этой девушке не было настолько страшно и больно.