Like a hamster on a wheel

УХён вошёл в квартиру, снял обувь и, не снимая куртки, потому что боялся отпустить хомяка, прошёл в гостиную. - Ну, что, дружок... вот здесь я живу. Ты теперь тоже, – сказал Наму и медленно покрутился на месте, вытянув хомячка на руке, показывая ему комнату. – Куда бы тебя посадить? – задумался он. Конечно, он пообещал не сажать его в клетку, но и выпускать просто так на пол казалось ему неосмотрительным. Но тут хомяк в его руках забрыкался, пытаясь выбраться, и стремился он явно в сторону дивана. - Хочешь туда? – догадался УХён и, хотя и сомневаясь в правильности своего решения, подошёл к дивану, опуская на него Гю. Хомяк потоптался по нему лапками, принюхался, прошёл сперва в одну сторону, потом в другую, добежал до мягкой ярко-жёлтой подушки в углу и, потрогав её, помяв своими малюсенькими пальчиками, похоже, нашёл подходящим ложем и неловко вскарабкался на неё, тут же плюхнувшись на серединке и, буквально расплылся милой пушистой толстой лужицей, удовлетворённо прикрыв глаза и громко засопев. - Нашёл себе местечко? – УХён присел рядом и, протянув руку, осторожно погладил хомяка по спине двумя пальцами. Шёрстка зверька была такой мягкой и приятной на ощупь, а сам он выглядел очень мило. Рыжий на спине и по бокам, с белым животиком и мордочкой, и парой коричневых полосок от макушки до конца толстой шейки. Очаровательные крошечные ушки и розовый носик, усики и пальчики на лапках выглядели и вовсе прелестно. - Ты голоден? Я не спросил у этих ребят, чем тебя кормить, – УХён виновато улыбнулся. – И, надо тебе устроить туалет, да? Знаешь, мне нравится эта подушка, так что не смей на неё гадить, – погрозил он пальцем. Хомяк поднял голову и смерил Нама таким презрительным взглядом, что парню стало не по себе. Как вообще у хомячка может быть такое выражение лица? Так, ладно, по крайней мере, он умеет выражать эмоции. Разве это не здорово? Сейчас важнее было выяснить, чем хомяка кормить, и как о нём заботиться, чтобы ненароком не загубить милого зверька. УХён быстро поискал в интернете советы по уходу за хомяками и, произведя ревизию на кухне, обнаружил не так много продуктов, подходящих для здорового питания хомячка, но всё, что нашёл – печенье, яблоко и морковку – притащил в гостиную на тарелке и поставил на столик, который придвинул вплотную к дивану, чтобы Гю смог спокойно на него перебираться. Туда же на край он поставил и маленькую пластиковую баночку из-под соуса, открыв её и сказав хомяку: - Это подойдёт, как туалет? Я не хочу оттирать стол от твоих каках, так что будь любезен, используй это. Наму понимал, как глупо это звучало и выглядело, но у него была большая надежда на то, что Гю и правда его понимает. Тот же фыркнул и, буквально скатившись с подушки, протопал к тарелке с едой. Обнюхав всё, он выбрал яблоко и, обняв его лапками, вгрызся в сочную мякоть маленькими острыми зубками. УХён немного поумилялся тому, как хомячок грызёт фрукт, затем, сообразив, что ему нужна ещё и вода, метнулся на кухню и принёс наполненную до краёв большую широкую чашку. Придирчиво осмотрев результат своих трудов, Наму пришёл к выводу, что обустроил уголок для хомяка вполне прилично на первое время, и решил, что теперь и сам может пойти отдыхать. - Я иду спать, – сказал он Гю. – Ты... ведь будешь тут? Или, будешь спать со мной? – вдруг спросил он. Но тут же получил от хомяка возмущённый писк и шокированный взгляд, будто бы тот восклицал: «Ну ты и извращенец!». - Всё-всё! – УХён выставил перед собой ладони, капитулируя и отступая в сторону спальни. – Я понял, никаких совместных ночёвок. Сладких снов, малыш. *** Проснувшись наутро под пищание будильника, УХён, не желая выбираться из постели, шлёпнул будильник ладонью, выключая, и зарылся с головой в одеяло. Но воспоминания о вчерашнем вечере принялись выползать из уголков сознания и, вспомнив о хомяке, Наму резко подскочил и поспешил, спотыкаясь о тапки, в гостиную, боясь обнаружить погрызенный и изгаженный диван и отсутствие хомячка, застрявшего где-нибудь под этим самым диваном. Но... всё было в порядке – чисто и аккуратно, а Гю мирно сопел всё на той же подушке, расплющившись, как милая шерстяная котлетка. Сердце УХёна кольнуло от этой очаровательной картины, и он, присев перед хомяком на корточки, осторожно погладил его по спинке, улыбаясь. Тот засопел громче, задёргал носиком и разлепил сонные глазки, тут же испуганно дёрнувшись при виде огромного человеческого лица прямо перед собой. - Прости, напугал? – усмехнулся УХён и, привстав, уселся рядом с Гю на диван, перевёл взгляд на столик и опустевшую тарелку и поражённо выдохнул: – Ты заточил яблоко за ночь?! Ты не лопнешь? Гю фыркнул раздражённо, и Наму покачал головой – он-то думал, что хомяка держать не затратно, а выходит, ошибся. А тот, окончательно проснувшись, уселся на задние лапки и, приложив передние к большому беленькому животу, громко пискнул. - Что, пора завтракать? – усмехнулся УХён и протянул хомяку ладонь, приглашая залезть на неё. Гю с воодушевлением забрался на предложенную руку и, вздохнув, Нам поднялся, отправляясь на кухню, готовить завтрак для себя и нового друга. Сытый хомячок лениво щурил глазки, сидя на блюдечке, на котором лежали и его угощения... до тех пор, пока не были съедены. УХён не был уверен, что для хомяка нормально столько есть, поэтому для себя решил выяснить этот вопрос чуть позже, не желая закормить Гю до смерти. Отправив посуду в посудомоечную машину, Наму снова взял хомяка, обнимавшего недоеденный крекер, на руки и пошёл обратно в гостиную, на ходу говоря: - Мне пора на работу. Остаёшься за хозяина, так что веди себя хорошо. Хомячок, казалось, проигнорировал эти слова и лишь задёргался, потянувшись в сторону окна. Он упрямо пытался вылезти из ладони Наму, и тот догадался, чего зверьку нужно: - Хочешь на подоконник? – спросил он и опустил Гю на низкий широкий подоконник панорамного окна. – Красивый вид, правда? Хомяк, отложив печеньку в сторону, подбежал к самому стеклу, но потом отпрянул на пару шажков, и УХён прыснул от смеха – до того забавно тот выглядел, явно боясь высоты. Парень вспомнил, что и в магазине Гю нравилось сидеть на подоконнике и смотреть в окно, и он решил, что можно его тут и оставить. Но... - А как ты спустишься отсюда, если захочешь слезть? Хомяк обернулся к Наму и посмотрел на него едва ли не требовательно, мол – ты и разберись с этим. - Окееей, – протянул УХён. – Ты случайно не был каким-нибудь принцем в прошлой жизни? Умеешь же ты командовать! Гю гордо вздёрнул мордочку и, снова взяв в лапки печенье, обняв его, уставился в окно. Наму улыбнулся и поспешил собираться на работу, зная, что менеджер подъедет за ним уже через десять минут. Пока он одевался, придумал, как соорудить для хомяка лестницу и, взяв с полки стопку книг, которых в его доме было не очень-то много, построил из них ступеньки – довольно высокие, но достаточные для того, чтобы Гю смог по ним взобраться. С дивана же спустил плед, надеясь, что по складкам хомяк сможет залезть наверх и улечься на своей любимой подушке. Принеся зверьку побольше еды, УХён сказал: - Я ухожу. Не съедай всё сразу – вернусь я не скоро. Гю обернулся к нему и, приоткрыв рот, уставился на парня широко распахнутыми глазками, в которых читался упрёк: «Ты бросаешь меня?!» - Не переживай, – Наму легонько почесал хомячка между ушками. – Я не задержусь сегодня. Вернусь к обеду, принесу тебе вкусняшки, – пообещал он. Ещё бы выяснить, что для хомяка является лакомством. Вспомнив кое-что, УХён запустил руку в карман куртки, в которую был одет вчера, и достал оттуда визитку ДонУ. Но, нет, пожалуй, он зайдёт за кормом для Гю в другой, нормальный, магазин. Наму бросил визитку на подоконник и, попрощавшись с хомяком, помахал ему рукой и направился к выходу из квартиры, надеясь, что с Гю ничего не случится за полдня в одиночестве. *** УХён возвращался домой с гораздо большим воодушевлением, чем раньше – ведь там его ждало милейшее создание, для которого парень тащил целый пакет фруктов, орешков и специальной хомячьей еды. Но у самого подъезда Наму притормозил, заметив сидящего на ступеньках чёрного кота, подозрительно похожего на того, что жил в зоомагазине. Впрочем, встретить его здесь не было странно – магазинчик ведь находился совсем близко. Странным было другое – то, как пытливо он смотрел на УХёна, недобро прищурив свои большие глаза. - Привет, – как и в прошлый раз, парень решил поздороваться с котом, а затем ещё и добавил, вдруг заподозрив, для чего тот мог тут оказаться: – С Гю всё в порядке. Вот, – он приподнял пакет, обходя кота на безопасном расстоянии, – это всё для него. Медленно моргнув, кот мяукнул, видимо, удовлетворённый ответом и, грациозно потянувшись, соскочил со ступенек и потрусил прочь. УХён покачал головой, но предпочёл не забивать себе голову странным поведением животного – у него дома и своё было не менее удивительное. И он поспешил скорее туда. - Я дома! – громко оповестил Наму, входя в квартиру. И на секунду ему показалось, что из гостиной доносятся звуки работающего телевизора, но они пропали так быстро, что парень решил, что ему почудилось. Разувшись, он прошёл в комнату и тут же чуть не растаял от умиления: хомячок, перебравшийся на подушку, при появлении УХёна даже соизволил встать на лапки и сделать пару шагов парню навстречу, а затем уселся, сложив передние лапы на животе. Было так приятно, что этот зверёк ждал его возвращения и радовался ему. У Нама тут же потеплело на душе. К тому же, оглядевшись, он увидел, что в комнате всё было так же, как он и оставил – ничего не сгрызено и не разрушено, только вот тарелочка с едой полностью опустела. - Ну ты и обжора, – улыбнулся УХён и, подойдя к хомяку, погладил его и взял на руки. Тот не сопротивлялся, уютно устроившись в ладонях парня, но взгляд его был выжидающим – похоже, Гю не терпелось узнать, что же для него принесли в большом шуршащем пакете. - Хах, похоже, ты не меня ждал, а угощение, – усмехнулся Наму. – Что ж, пойдём на кухню. И, держа хомяка на ладони, парень подхватил пакет во вторую руку и пошёл на кухню. Спустив Гю на стол, УХён принялся доставать вкусности, которые прикупил для этого малыша. И, судя по его реакции на те или иные продукты, Нам понял, что хомяк был очень неравнодушен к фруктам, и особый восторг вызвала клубника. - О, тебе нравится, да? – Наму повертел коробочкой с ягодами перед Гю. – Хорошо, сейчас помою тебе её. Хомяк суетливо бегал по столу от одного угощения к другому, принюхиваясь, присматриваясь, но как только УХён поставил перед ним полную мисочку спелой клубники, тот, забыв обо всём остальном, тут же ухватил большую сочную ягоду и попытался запихнуть её в рот целиком. - Не подавись, – засмеялся Наму. Хомяк словно устыдился своего поведения и, прекратив попытки запихнуть клубнику за свою большую щёчку, опустил её и в следующий миг принялся откусывать по маленьким кусочкам, усевшись на край тарелки. - Я... не хотел тебя смущать, – УХёну вдруг стало неловко за то, что он перебил Гю аппетит. – Ешь, как нравится. В конце концов, ты же всего лишь хомячок. И тут хомяк и вовсе замер, отложил клубнику и весь понурился, нахохлившись. Наму удивлённо смотрел на него, а тот тяжело вздохнул, как вчера, когда парень увидел его за стеклом магазина. Гю только что был жизнерадостным любопытным хомячком, и в одну секунду превратился в удручённое жизнью создание! Из-за... чего? - Эй, малыш, что случилось? – обеспокоенно заглядывая хомяку в мордашку, спросил УХён. – Не понравилась клубника? Не вкусно? Что-то не так? Гю отвернулся и снова вздохнул, и так грустно-грустно это всё выглядело, что у Наму сердце сжалось. Кажется, хомяк на него обижался. И по большому счёту причина у него была – он наверняка скучал дома один целый день. И УХёну стало стыдно за это. Но он честно собирался исправить положение. - Не грусти, – попросил он, погладив мягкое ушко Гю, который тут же им дёрнул очаровательно. – Тебе было одиноко сегодня? Прости меня. Но я правда вернулся, как только смог. Тц, я дурак – надо же было оставить тебе журнал, да? Как сказали те парни... Чем же ты себя развлекал? Ничего, дружок, завтра я отдыхаю, и мы с тобой займёмся обустройством. И игрушек тебе прикупим. Идёт? Только не вздыхай так больше. Ты теперь не одинок, – заверил хомячка Нам. – Мы станем хорошими друзьями, обещаю. И он погладил Гю ладонью по спинке. Тот засопел, но всё же посмотрел на УХёна, подняв голову и, похоже, поверив ему, снова развернулся к клубничке, и опять взялся за неё. Наму улыбнулся с облегчением – ему правда хотелось избавить этого хомяка от одиночества, как и самого себя. К тому же он был таким хорошеньким, что УХён уже успел полюбить его и был твёрдо намерен устроить для него всё наилучшим образом в их теперь уже общем доме.