Don't Talk Just Listen.

Я не помню ни имени, ни судьбы. Лишь громоздкие, тяжёлые шаги, отчего-то породнившиеся до животного ужаса. Уже не страшно так, как было впервые.

***

— Здесь ранена девушка.

***

Тс-с-с. Прикладываю указательный палец к губам. Он всё слышит. Ни спрятаться, ни убежать нельзя — таковы негласные правила, нарушить которые, увы, тоже нельзя. Даже не знаю, какой глупец их устанавливал. Я оказалась в собственном плену, в клетке, соседствуя с чем-то неизведанным. Мы работаем по сценарию и чётко отведённым нам ролям. Полумрак лишь нагнетает атмосферу, пока рука отчего-то вздрагивает, заставляя схватить перила деревянной лестницы, пошатнувшись. Он интересуется, что произошло. — Неудобная обувь. Ох, чёрт… Знала же, не нужно было надевать туфли. Натягиваю улыбку и наблюдаю, как он смеётся, плавно отводя взгляд. Нервничает. Но от себя не скроешься, как ни пытайся. Всё тщетно. Эту часть я выучила почти наизусть. Вовсе кажется, могу пересказать по памяти до самых мелочей, начиная от количества шагов за дверью, заканчивая оборотами ключа в замочной скважине каждой двери. Продолжаем спектакль. Сначала, он виновато опускает взгляд, извиняется так, что мне кажется, точно я слышу в этом голосе искренность. Ему правда жаль. Но не за тот момент, на который он меня решил оставить, отнюдь. Помимо искренности в этом голосе чётко слышится волнительная дрожь. Остаётся насладиться мимолётным одиночеством.

***

— Вы найдёте меня? На этот раз ножом для колки льда… Ох, Боже… Я не могу.

***

От скуки считаю время с точностью до секунды. Пятнадцать секунд потребуется, чтобы спуститься на кухню. Десять — запыхавшись, оказаться у двери. Восемь минут пауза — собирается с мыслями, и мы наконец переходим кульминация этого представления. Дамы и господа, займите свои места. Жаль, что продан лишь один билет. За что мне его вручили? Честь одновременно смотреть и участвовать в спектакле. Три щелчка — три звонка. А глаза… Они открыты вплоть до того момента, как нечто тёплое, яркое и вязкое начинает покидать обречённое тело. Спасибо за внимание. Я ничего не помню. Лишь громоздкие, тяжёлые шаги, отчего-то породнившиеся до животного ужаса. Пульс не прощупывается, как бы он ни старался. И на том спасибо. *** — Вы дозвонились в 911. — Не говорите, просто слушайте… Мне очень жаль, — высокий, плаксивый мужской голос оборвался всхлипом. — Я убил её! Ударил ножом около сорока раз. Я не знаю, что происходит со мной, я убью себя. Просто… Если ещё кто-то умрёт… Найдите меня скорее, прошу. Я не могу остановиться.

Молчание на том конце провода.