Я проснулся женщиной

      Спустя пару недель Вэй Ин почти оставила попытки разозлить своего бесстрастного компаньона. Она несколько раз пыталась сбежать ночью, предусмотрительно выбирая комнату с двумя кроватями, однако Лань Ван Цзи всегда возвращал её обратно. Таким образом они добрались до границ ордена Цин Хэ Не. — Лань Чжань, давай тут переночуем? — Вэй Ин указала на небольшую гостиницу около пруда.       Второй нефрит клана Лань молча пошёл к деревянному домику, и через несколько минут путникам выделили уютную комнатку с видом на воду. — Я ужасно устала, давай побыстрее сыграем нашему дражайшему другу «Покой» и ляжем спать? — Вэй Ин мило улыбнулась.       Лань Чжань достал из мешочка руку и, немного подумав, тихо произнёс: — Сон отменяется.       Вэй Ин перевела уставший взгляд с окна на Лань Чжаня и уже хотела высказать свои мысли по поводу того, что её сон не отменяется, однако, увидев руку, передумала. Мёртвая плоть с силой сжалась в кулак, убрав указательный палец. Это могло значить только одно: их цель находится где-то рядом. — Что ж, ты прав, — вздохнула Вэй Ин и направилась к выходу. — Предлагаю расспросить народ. Покажу тебе мастер-класс по общению.       День только начинал клониться к вечеру, поэтому людей на улицах было предостаточно. Вэй Ин повела Лань Чжаня к рынку: самыми свежими новостями и сплетнями обычно обменивались именно там. Девушка обошла несколько палаток, расспрашивая о необычных явлениях в округе, однако всё, о чём она слышала, никак не тянуло на их добычу. Вэй У Сянь устало зевнула, вдыхая свежий воздух полной грудью, и тут же закашлялась от тяжёлого запаха косметики. — Что же это так пахнет?! — воскликнула девушка, обращаясь к продавцу под вывеской «Преображающие товары». Небольшая передвижная конструкция была густо завалена различными коробочками и пузырьками. — О, это первоклассная косметика, — обрадовался продавец. Он был одет в клановые одежды и явно изображал заклинателя, однако на его лице отчётливо читалось «мошенник». — Юная леди, должно быть, учуяла тончайший аромат новой линейки!       С этими словами шарлатан вытащил из недр своих сумок с десяток различных склянок. — У меня всё есть, — продолжил он. — Духи, румяна, пудра, помада… Новое, только вчера доставили! Желаете взглянуть? — Конечно желаю! — Девушка впервые видела такое разнообразие неизвестных разноцветных штучек, так что любопытство взяло верх. — Для вас подбирать будем? — мужчина, уверенный в положительном ответе, уже начал подыскивать подходящие тона. — Нет, для моей девушки.       Торговец перестал рыться в своих товарах и неуверенно глянул на потенциального покупателя, решив, что ему послышалось или над ним подшутили. Однако лицо девушки было серьёзным и честным. Значит, послышалось. — Для вашей м… подруги? — Девушки. —…       Кажется, этот торговец был настроен против однополых отношений. Неловкую тишину прервал спокойный голос: — Если не собираешься ничего покупать, не беспокой зря людей.       В подошедшем человеке продавец сразу же узнал адепта именитого ордена и, решив не связываться, спешно ретировался, прихватив свои вещи. — Эй, я же правда хотела кое-что прикупить, — крикнула ему вслед девушка, однако догонять не стала. Потеряв торговца из виду, Вэй Ин решила снова искать полезную информацию. Однако люди здесь почему-то не особо горели желанием что-либо рассказывать о подозрительных явлениях. Побродив ещё немного между рядами рынка, девушка почти потеряла надежду.       «Если так пойдёт и дальше, придётся ловить и запугивать детей, чтобы хоть те что-то рассказали…» — размышляла Вэй Ин, глядя себе под ноги и неспешно шагая в сторону гостиницы. — Старейшина И Лин! Три по цене двух! Подходи, покупай! — звонкий голос вихрем ворвался в сознание девушки, заставив её вздрогнуть.       «Кто?..» — пронеслось в голове. Вэй Ин быстро отыскала глазами человека, продававшего её саму. Им оказался всё тот же торговец «Преображающими товарами». Он попрятал всю косметику, и теперь его лавка пестрела простенькими заклинательскими амулетами, а посередине лежала внушительная стопка бумаги с изображением жутковатого вида юноши. Фальшивый заклинатель не смолкал ни на секунду: — Таких цен вы ещё не видели! Три за пять монет! Одного повесите у входа, второго — в гостиной, третьего — над кроватью! Зло вышибают злом! «Господи, «одного», «второго» — так о людях говорят, а не о картинках», — поёжилась девушка, подходя к знакомому прилавку. — Ну и бессовестный врун же ты! Если бы твои портреты работали, стал бы ты их продавать так дёшево?! — Вэй Ин глянула на своё изображение, и от увиденного ей поплохело: с бумаги на неё смотрел явно страшный молодой человек, в котором совсем не угадывался Вэй У Сянь.  — Опять ты? Хочешь купить — покупай, не хочешь — иди прочь! — возмутился торговец. — Впрочем, если ты дашь 50 монет за одного, я совсем не буду возражать.       Вэй Ин бегло пролистала стопку «Портретов Старейшины И Лин, прогоняющих зло». Она отказывалась мириться с тем, что свирепый здоровяк изображал её в прошлой жизни, и решила отстоять свою честь: — Вэй У Сянь был известен своей красотой, а ты что нарисовал? Если не видел его своими глазами, нечего и бумагу марать, только вводишь в заблуждение подрастающее поколение.       Шарлатан хотел было возразить, однако Вэй Ин спиной почувствовала порыв холодного воздуха и тут же отскочила в сторону. Девушке удалось избежать атаки, а вот шарлатана отбросило на приличное расстояние. Лавка была перевёрнута, и теперь товары валялись на дороге. Некоторые прохожие принялись помогать торговцу подняться, а другие подбирали рассыпавшиеся безделушки. «Заклинатель» хотел было выругаться, однако, заметив, кто его пнул, вовремя остановился. Перед ним стоял одетый во всё золотое молодой адепт явно богатого клана. Его грудь украшала вышивка Сияния средь снегов, прогоняя последнюю каплю смелости. Однако торговец не смог принять незаслуженного пинка и робко спросил: — Зачем вы пнули меня?..       Молодым господином оказался Цзинь Лин. Он скрестил руки на груди и холодно сказал: — Пнул? Любой, кто произнесёт в моём присутствии имя «Вэй У Сянь», должен упасть на колени и благодарить за то, что вообще остался жив, а ты выкрикиваешь его имя на всю улицу. Смерти ищешь?!       Вэй Ин никак не предполагала встретить здесь Цзинь Лина, к тому же она не ожидала от него столь высокомерного поведения. Девушка подумала: «Как же так вышло, что этот юноша вырос настолько заносчивым и жестоким? Он унаследовал все пороки своего отца и дяди и ни одного достоинства своей матери. Если я не подлатаю прорехи в его воспитании, ему придётся очень трудно по жизни». Заметив, что мальчишка ничуть не растерял ярости и направляется к торговцу, Вэй Ин вмешалась: — Цзинь Лин!       Фальшивый заклинатель не осмелился произнести ни звука, но глаза его выражали глубокую признательность. Цзинь Лин повернулся к Вэй У Сянь: — Ты всё ещё здесь? Ждёшь своей очереди на смерть? — Напомни-ка мне, кто совсем недавно валялся на животе не в силах подняться? — усмехнулась девушка.       Цзинь Лин зло сверкнул глазами и коротко свистнул. Вэй Ин сначала не поняла причины этого свиста, однако вскоре послышалось тяжёлое и прерывистое дыхание приближающегося зверя. Вэй У Сянь обернулась и увидела несущуюся на них огромную собаку. Лицо сразу обдало холодом, а сердце застучало быстро-быстро. Девушка тут же сорвалась с места и мгновенно скрылась в толпе.       Вэй Ин не любила собак. В прошлой жизни маленькому Вэй У Сяню часто приходилось воевать с дворнягами за еду. Со временем страх перед этими животными укоренился так прочно, что избавиться от него не представлялось возможным. Даже будучи взрослым, при виде пса любого размера Вэй Ин сразу мысленно оказывался в далёком детстве. Всё его сознание охватывал панический страх: вспоминались желтоватые клыки, безжалостно и грубо рвущие плоть, пока какой-нибудь добрый прохожий не отгонял собак. Цзян Чэн в своё время часто подшучивал над другом из-за этого. Однако если бы Вэй У Сянь решился кому-нибудь ещё рассказать о своём страхе, то не только бы осрамился, но и прослыл бы лжецом, так как никто бы не поверил, что Старейшина И Лин может чего-то бояться, особенно собак. Поэтому о его страхе знали очень немногие.       Сейчас же девушка была охвачена паникой и, едва увидев высокую непоколебимую фигуру в белом, закричала что есть мочи: — Лань Чжань, спаси меня!!!       Цзинь Лин очень удивился, когда, загоняя свою «добычу», наткнулся на Лань Ван Цзи. «С чего вдруг Хань Гуан Цзюнь опять оказался рядом с этой сумасшедшей?..» — пронеслось в голове. Лань Ван Цзи всегда был серьёзен и холоден, поэтому в его присутствии робели многие сверстники, не говоря уже об учениках. Степень его устрашения превышала даже степень устрашения Лань Ци Жэня в лучшие годы. Пёс Цзинь Лина подвергся серьёзной дрессировке, да и от природы был весьма умён, поэтому тоже понял, что лучше не бесчинствовать в присутствии этого человека, и, поджав хвост, спрятался за своего хозяина.       Обычно люди боялись связываться с этой собакой, так как знали, что её своему племяннику подарил сам Цзинь Гуан Яо. Однако Лань Чжаню было абсолютно всё равно, с кем связываться — он всех усмирял одинаково: строго и беспощадно. И вот сейчас Лань Ван Цзи поймал Цзинь Лина за травлей человека собакой, поэтому сердце юноши сжалось: «Вот и всё. Теперь он наверняка убьёт Фею, которую я с таким трудом натаскал, а потом и меня жестоко накажет!       Тем временем Вэй Ин скрылась за спиной Лань Чжаня и будто бы собралась на него залезть, словно на фонарный столб. Почувствовав, как его талию обвили дрожащие руки, Лань Ван Цзи на мгновение застыл. Цзинь Лин воспользовался заминкой — свистнул два раза и бросился вместе со своей собакой наутёк.       Ошеломлённый шарлатан отряхивал дорожную пыль с одежды: — Падение нравов в нашем обществе всё продолжается и продолжается. Какое же несносное поколение воспитывают нынче в именитых кланах. Стыд и позор!       Вэй Ин, слыша, как лай собаки постепенно стихает вдали, выбралась из своего укрытия и как ни в чём ни бывало поддержала светскую беседу: — Что верно, то верно. Люди теперь не такие, как в былые времена, — девушка припомнила, что Цзян Чэн, хоть и дразнился в детстве, никогда всерьёз не угрожал собаками.       Торговец благодарно взглянул на неё и протянул стопку «Портретов Старейшины И Лин, прогоняющих зло»: — Сестрица, премного благодарен за спасение. Прошу, прими это в подарок. Даже если ты серьёзно скинешь цену, то всё равно получишь сотни три чистой прибыли.       Лань Ван Цзи взглянул на свирепого здоровяка на листках бумаги и деликатно промолчал. —Если и правда хочешь меня отблагодарить, нарисуй его красивее! — упрямилась Вэй Ин. Торговец сделал недовольное лицо и принялся собираться. — Постой-постой, я хочу кое-что у тебя спросить. Скажи, ты не слышал ни о каких странностях в округе? — О, тогда вы обратились по адресу: я в курсе всего происходящего в этих местах, — обернулся он. — Какие именно странности вас интересуют? — Не бесчинствует ли тут тёмная энергия? Возможно, кого-то расчленили недавно? Или истребили целый клан? — невинно похлопала глазками девушка.       Торговец глянул по сторонам и, подойдя ближе, негромко произнёс: — Не принято у нас тут о таком рассказывать, но так уж и быть... Примерно в трёх километрах отсюда находится горный хребет Синлу. Но я бы на вашем месте туда не совался. — Почему? — Другое его название — Хребет-Людоед. Как думаешь почему? — Наверное, потому что там поселилось что-то, что сжирает людей? — Вэй Ин слышала несколько тысяч историй о таких тварях, а в прошлой жизни сама убила не меньше сотни, поэтому слегка разочаровалась. Тем временем торговец продолжал: — Именно! Ходят слухи, что там стоит крепость-людоед, сжирающая любого, кто зайдёт внутрь, не оставляя и крошки. Ни один труп ни разу так не был найден!.. Жуть, правда?       Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и теперь он прибыл сюда, услышав о хребте Синлу. — Не то слово, жуть! — воскликнула девушка. — Но если, как ты говоришь, ни одного трупа не было найдено, то откуда известно, что тех несчастных именно сожрали? — Значит, кто-то всё видел. — Но ты же сам только что говорил, что сжирали любого, кто оказывался в крепости. Кто же тогда тот могучий человек, который всё видел собственными глазами, при этом выжил и вернулся, чтобы обо всём рассказать? — Так говорят люди. Откуда мне знать? — Чуть стушевался шарлатан. — Тогда, может быть, ты знаешь, сколько именно человек сожрали? Их имена? Возраст? Пол? — Я не знаю, — признался мужчина. — Но… — Вэй Ин увидела, что торговец снова собирается уйти. — Подожди, осталось всего пара вопросов. Хребет Синлу — это же территория Цин Хэ Не?       Получив утвердительный кивок, девушка продолжила: — Тогда почему орден никак не реагирует на такое? — Орден Цин Хэ Не? Был бы это прежний великий орден, его адепты быстро бы разобрались, однако сейчас во главе бывшего, — он выделил это слово, — великого ордена стоит... кхм... Незнайка.       Вэй Ин знала, что следующим главой после своего брата должен был стать Не Хуай Сан. Такое прозвище её удивило: — Почему ты назвал его Незнайкой? — Ты разве не знакома с этой историей? — горько усмехнулся фальшивый заклинатель. — О чём бы ни спросили главу ордена, он не знает ответа. Если же знает ответ, то побоится его озвучить. Если всё-таки прижать его и начать допрашивать жёстко и твёрдо, он будет рыдать в голос, повторяя: «Не знаю. Я не знаю. Я ничего не знаю». Теперь понимаешь, почему все его называют Незнайка?       Вэй Ин печально вздохнула. Закончив расспрос о хребте Синлу, девушка всё же посодействовала торговле и прикупила румяна.