Янтарный Аметист

***

      Янтарные и алые листочки падают с древес, плавно летят, приземляясь то на земле, то в какой-нибудь лужице. На одну из таких наступила маленькая ножка ребёнка. Платинового цвета волосы развиваются на ветру, глаза горят жизнью и детской наивностью. Улыбка выражает радость, а сзади мальчика неспешно идёт опекун. — Ну-же, папа, идём скорее, мы можем опоздать! — крикнул мальчик, обернувшись в сторону отца. Это его первый день в школе. Первое сентября. Первая школа и начало новой жизни. Шанс найти новых друзей. — Да-да, иду, Ацуши, — улыбнулся парнишке темноволосый мужчина, идущий позади.       Осаму Дазай — владелец крупной компании брендовой одежды «Детективное Бюро». Специализация, в основном, на одежде подростковой и взрослой, но иногда бывают варианты с детской. Не так давно, всего пару месяцев назад, стал опекуном Накаджимы Ацуши. Увидев его как-то на мосту, в глаза сразу бросились необычного цвета волосы и глаза, что неплохо бы контрастировали и помогали в его бизнесе. Подписав приютские документы, они стали жить вместе, как отец и сын, а после Ацуши получил работу модели. Да, он ещё мал для работы, но не пропадать же такому чуду, верно?       Ребёнок был неимоверно рад такому счастью, свалившемуся на голову так неожиданно, точно первый снег. Очень хотелось разделить эту радость со своим единственным и лучшим другом. Вот только, когда Ацуши с его новым опекуном вернулись в приют за документами, Рюноске там уже не было. Быть может, он был в том самом «карцере»? Неужели Акутагаве всё же попало за такой проступок?..       «И всё это из-за меня… Да, Накаджима, видимо, ты действительно доставляешь всем одни лишь неприятности…» — с такими мыслями мальчишка, раннее так взволнованно и оживлённо бежавший вдоль тротуара к высокому зданию за воротами, внезапно остановился. Лицо его боле не выражало той радости. А осенняя золотая картина, будто посерела в его глазах.       А ведь он столько сделал для него. А Ацуши вот так взял и бросил… Можно, конечно, списать всё на то, что он просто его не нашёл, но нет. Это не отговорка. Рюноске оказал ему помощь, подарил лучшую жизнь, а сам вынужден страдать…       Чужая ладонь легла мальчишке на плечо и краем глаза можно было заметить чужое лицо. Хотя оно уже и не чужое вовсе. — Что случилось, Ацуши-кун? — спросил Осаму, волнуясь за состояние своего, теперь уже, сына. Официально с приюта он был отпущен совсем недавно, потому мало ли что, вдруг прошлое ещё даёт о себе знать? — Почему ты так резко изменился в настроении? — Аку, — кротко ответил Накаджима, а на глаза выступили слезинки. Дазай слышал это «Аку» уже далеко не в первый и не во второй разы, да и вряд ли слышит в последний. Это имя или даже, как казалось самому Осаму, прозвище — одна из самых частых приютских воспоминаний мальчишки. Видимо, у него был друг. Друг среди всей этой детской жестокости и невыносимых страданий. И имя его было этим «Аку».       Старший уже как-то пытался объяснить Ацуши, что он встретит ещё много друзей, тем более в школе, но тот наотрез говорил «Нет! Аку — мой единственный настоящий и лучший друг!»       Забавно, однако, что всего, казалось бы, один человек, а как сильно он повлиял и засел в голову Накаджиме. Если так пойдёт и дальше, то Ацу, возможно, будет трудно, что не есть хорошо…       «Что ж, Аку, кто бы ты ни был, но, если ты так дорог моему сыну, пусть и не родному, я обыщу все приюты и найду тебя, если Ацуши после этого станет счастливее и сможет двигаться дальше, то я постараюсь сделать всё возможное».       Тяжело вздохнув, Дазай неспешно потрепал волосы сына, заставляя того слегка улыбнуться и, улыбнувшись в ответ так мягко и искренне, вытер с лица слёзки, взял в свою руку маленькую детскую ладошку и, поднявшись с колен, повёл Накаджиму к зданию школы, отвлекая сына от плохих мыслей разговорами и смехом.

***

      Большой дом, в котором почти не слышимо ни единого звука, а в коридорах еле слышно отдаётся звон вилки о тарелку из кухни. Огромный стол, казалось бы, но едят тут от силы человека два. Один из них — владелец модельной компании одежды «Секретная Мафия», известный как, Накахара Чуя.       В Йокогаме одежда данного бренда на лету расхватывается. Если б ещё не было «Детективного Бюро», что стоит местом выше, то не было бы компании Накахары равных. Но, с недавних пор, у него появилось некое «секретное оружие».       Этим самым «оружием» был маленький мальчик десяти-одиннадцати лет. Поправив свой галстук и ещё раз осмотрев себя в зеркале, ребёнок неспешно вышел из комнаты, выходя к длинному коридору. В этом доме он оказался совсем недавно, а он такой большой… В приютах, где ему пришлось побывать, такого не было. И не было такой мёртвой тишины. Можно подумать, что он тут совсем один и никого боле нет рядом в радиусе метров двухсот. Но ничего не поделаешь, привыкать всё же придётся, теперь это твой новый дом, Акутагава Рюноске.

***

      Столовую удалось найти лишь спустя минут десять, да и то, без помощи Хироцу-сана тут не обошлось, повезло, что он оказался рядом, а то бродил бы Аку по зданию часами. Увидев своего опекуна с раскрытыми руками, Рюноске подбежал к нему, крепко обнимая. Если бы не Чуя, неизвестно, что было бы с бедным Аку-чаном, ребёнком больше или меньше — воспитателям абсолютно всё равно, а тем более за такой проступок… — Доброе утро, Рю-кун, садись завтракать, а после мы едем в школу. Сегодня твой первый день, — нежная рука в чёрной перчатке ласково погладила мальчишку по голове, а на лице рыжеволосого мужчины появилась мягкая улыбка.       Ребёнок ничего не ответил, тихо кивнув и садясь за своё место. Стол был щедро накрыт разного рода вкусностями и не только. И фрукты тут, и овощи, и супы, и гарниры, ешь — не хочу! Вот только две вещи всё же выделялись среди всего этого натюрморта… Карамель и инжир…       «А знаешь, Ацуши, ты никогда не сравнишься со сладким вкусом карамели и инжира. А хочешь знать, почему? Потому что ты намного-намного слаще… Надеюсь, что я не напрасно помог тебе сбежать и у тебя всё хорошо, я очень за тебя волнуюсь, Тигр…»