Шанс всё изменить

По приходу в гостиную, Поттеры, для начала, решили представиться. — Меня зовут Дорея, — улыбнулась миссис Поттер. — Мой муж — Карлус, и…наши сыновья Джеймс и Гарри, — Дорея сочла разумным пока не говорить о происхождении Гарри, чему тот был безмерно благодарен. — Я Маргарита, — кивнула миссис Эванс, скованно улыбаясь. — Мой муж — Марк и старшая дочь — Петунья. Рады знакомству! — Взаимно, — отозвался Карлус. — Присаживайтесь, чаю? — Да, спасибо, — все также скованно улыбнулась Маргарита. Джеймс, Сириус, Лили и Гарри до этого момента стоящие неподвижно, в стороне, решили тоже присесть на диван, на котором в одиночестве сидела настороженная Петунья. — Лили, — улыбнулась Маргарита. — Как дела? Ты писала, что нам нужно поговорить о чем-то важном. — Писала, — ответила сияющая, словно начищенный галеон Лили. — Туни, ты хочешь колдовать? — обратилась она уже к сестре. — Ты прекрасно знаешь ответ, — проворчала последняя. — У нас есть одна вещь, которая позволит вашей дочери стать волшебницей, — подала голос Дорея, ставя на столик чайник. — Что? — тихо спросила Петунья, не обращая внимания на хмурившихся родителей. — Гарри? — Лили широко улыбнулась ему, призывая к действиям. Тот, не медля, вынул из кармана рубашки замшевый мешочек черного цвета, в котором и лежало кольцо. — Здесь, вещь которая поможет тебе колдовать. Это называется артефакт. Не волнуйся, — добавил он, смотря на Петунью, которая смерила его недоверчивым и подозрительным взглядом. — Я сделал его сам, он не причинит тебе вреда. Петунья, которой не принесли утешения слова Гарри, всё ещё с подозрением во взгляде, но, поблагодарив, взяла мешочек. Достав оттуда кольцо, она молча рассматривала его, не осмеливаясь поверить, что в её руках лежит та вещь, благодаря которой она станет волшебницей. — Ну же, одень его! Оно сразу станет тебе по размеру! — подначивала сестру Лили, чуть ли не подпрыгивая от восторга. Петунья осторожно одела кольцо на средний палец левой руки. Палец осветила маленькая вспышка света, а Эванс почувствовала тепло, которое прошло, словно электрический разряд, по всему телу. — Что ты чувствуешь? — серьезно спросил Гарри, беря ее руку в свою, вглядываясь в кольцо. — Тепло, — ответила непонимающая Петунья. — Хорошо… — Гарри посмотрел на Лили, и та, ни секунды не колебаясь протянула ему свою палочку. — Попробуй наколдовать Люмос. Здесь никто тебя не засечет, — Гарри показал нужные пасы палочкой и отдал ее Петунье. — Люмос, — сосредоточенно, на грани слышимости произнесла Петунья, выполняя пасы в точности так же, как и показал Поттер. Кончик палочки осветил маленький, голубого оттенка шарик. Лили, с боевым, немного истеричным кличем, кинулась обнимать восторженную сестру. — Теперь, ты — волшебница! Мы научим тебя основам и ты пойдешь в Хогвартс вместе с нами, правда на седьмой курс, но все же! Ты рада, Туни? — чуть ли не плача, говорила Лили. — Да, — тихо ответила та. — Очень рада! Боже, спасибо! Остальные люди, находящиеся в комнате, стали свидетелями умильной сцены воссоединения двух сестер. Девушки обнимались, плача у друг-друга на плечах. — Спасибо, — шёпотом, искренне поблагодарили Маргарита и Марк Гарри. — Огромное спасибо! — Не за что, — так же тихо, ответил Гарри, озорно улыбаясь, глядя на счастливую мать. Это стоило того. *** Следующее время пребывания в поместье проходило на диво спокойно. Семейство Эвансов, оставшееся у Поттеров под аргументами «темные времена» и «Туни нужно учить магии» составили неплохую компанию Карлусу и Дорее, которые немного утомились жить в окружении детей и теперь, две четы можно было часто заметить вместе, беседующими о чем-то своем. Окончание лета неумолимо приближалось, Петунья выучила основы магии и ей приобрели собственную палочку у Олливандера, когда ребята закупались к школе. В Косом Переулке Гарри купил сову. Полярную сову, выглядящую точь в точь как его Букля. Тогда, воспоминания больно резанули по душе, и Гарри в порыве чувств так и назвал сову, довольно клюнувшую его в палец. Но Поттер не жалел, он очень скучал по верной подруге. Хоть и навряд ли это та сова. Пришло тридцатое августа, день, когда Сириус был вынужден ненадолго покинуть своих друзей, исполняя без сомнения важную миссию. — Сири, ты помнишь? — серьезно, в который раз спросил Гарри. — Ты найдешь крестраж, спрячешь его, ни за что и ни при каких обстоятельствах не одеваешь, ясно? — Сириус в сотый раз кивнул. — Если его там не будет, придумаем что-то позже. Все равно, не успеваем до сентября. — Хорошо, Сохатик, — устало протянул Бродяга. — Ты повторил мне это сотню тысяч раз, я запомнил. — Прости, — смутился Поттер. — Это действительно важно. — Ничего, я понимаю, — уже бодро, насладившись реакцией крестника (которого он иначе уже не воспринимал, зачастую защищая его на пару с Джеймсом от претензий Лили на тему: «Когда ты собираешься делать летние уроки? Я дала тебе список!» и просто часто проводя с ним очень много времени рассказывая истории). — Ладно, до встречи! — он обнял ребят, и, помахав старшему поколению исчез в изумрудном пламени камина.