Скайримские Хроники: Герой Из Легенд.

Едва Ирулан вошла, как её тут же окружили. - Что так долго? - Где ты была? - Что сказал генерал? Девушку буквально засыпали вопросами. А Колдер, окинув её офицерскую форму взглядом, поражённо цыкнул и выдал: - С ума сойти! Имперка отбросила в сторону шлем, который по-прежнему таскала в руках, и закатила глаза. - Да всё в порядке. Появились кое-какие распоряжения, которые генерал пожелал передать лично. Завтра вновь отправляемся в Маркарт. А пока отдыхаем. Она посмотрела на взволнованные лица своих друзей, увидела Ворстага и шагнула к нему. - Как ты? - с тревогой спросила она. - Я в полном порядке! - улыбнулся норд. - Изнывал здесь от безделья и одиночества. - Да-а? А до меня тут кое-какие новости дошли, - с хитрой улыбкой проговорила девушка. Парень беззаботно пожал плечами: - Не знаю даже о чем ты. Ирулан склонила голову и взяла его за руку. - Пойдём-ка, расскажешь мне, как вы тут без меня. Заодно поможешь мне переодеться... Она направилась к лестнице на второй этаж, наемник последовал за ней. Проходя мимо Рэйвина, он не удержался и подмигнул ему. Данмер в ответ скорчил презрительную мину. - Ну, давай, рассказывай, что ты тут устроил, пока меня не было, - проговорила имперка, едва они оказались за закрытой дверью спальни, - говорят, Марона убили. Она встала посреди комнаты, расставив руки, предоставляя Ворстагу расстёгивать ремни офицерской брони легиона. Тот шагнул вперёд и принялся за дело. - Да что такого я мог сделать, моя малышка? - спросил он, снимая тяжёлые офицерские доспехи, при этом его руки так и норовили скользнуть под броню, - Этот мерзавец явился сюда и спросил, куда ты отправилась, тряся передо мной грамотой командира. Я ответил, что понятия не имею, ибо всего лишь телохранитель, не вдаюсь в подробности. Тогда сука Марон пожелал тут все осмотреть, - скрипнул зубами наемник, - Но был послан мной. Йордис присоединилась, заявив, что его люди и он сам пройдут в поместье лишь через её труп, а потом будут иметь дело с тобой, Элисиф и генералом. И таким образом он был послан ещё раз. - Та-ак, - заинтересованно произнесла Ирулан, подаваясь навстречу рукам норда, который уже справился со своей задачей и принялся массировать ей плечи, - и что же дальше? - Малышка, я не забыл, что этот гад пытался тебя убить. А потом просто встретил его… случайно! Абсолютно случайно, в порту, и как-то не совладал с собой… и вот... Ирулан повернулась к Ворстагу и проговорила: - И ты? Тот выдержал ее взгляд, но тут же воскликнул: - Да, я его сожрал! И что? Он был сволочь! Он тебя чуть не угробил! - Тише, тише! - коснулась его руки Ирулан, - Да всё хорошо! Ты избавил нас от большой проблемы… Я, конечно, не думала, что ТАК это надо сделать, но по сути … у меня нет претензий. Норд резко выдохнул. - Ты не сердишься? - встревоженно спросил он, - У тебя не будет проблем из-за этого? - Нет, не будет, - улыбнулась девушка, - О Мароне разве что его сослуживцы погорюют, да и то сомневаюсь. Некому за него мстить. Забудь о нем. Иди ко мне, милый. Я соскучилась. *** - Кто все эти люди? - спросил Колдер, слегка раскачиваясь над столом, но при этом крепко ухватившись за кружку с медом, - Я так понял, что ты — её парень, тот полуэльф не то друг, не то побратим, шут… ну этот, хер знает, кто вообще. А теперь ещё появилась девица, что смотрит на меня недобрым взглядом и громила, который, между прочим, отправился с ней в спальню. Судя по всему они там уже давно сняли и форму, и то, что было под формой, и то, что на нём было… Что у вас тут вообще за дела? Рэйвин кисло усмехнулся, опустошил свой стакан и, посмотрев на норда, ехидно произнёс: - Тебе оно надо? Какая тебе разница? Данмер взял лютню и, браво наигрывая, пропел: - Какая тебе разница, какая тебе разница, какая тебе разница, чего здесь за дела? Хускарл пожал плечами: - Так ведь я вроде как теперь с вами… мне надо понимать что у вас … у нас… что за расклад вообще! - Эх, человек с заросшими щеками! - весело воскликнул Цицерон, - Ты слишком много думаешь. Вот что, темнокожий остроух, остроухий серокож! Сыграй-ка романс, а я подпою! Рэйвин вновь усмехнулся, плеснул себе ещё мёда из кувшина, сделал большой глоток и взялся за лютню. Цицерон уселся прямо на стол, закинул ногу на ногу и, сложив руки на груди, проникновенно запел: - Ах, как все на свете сложно! Правды нет ни на септим: Я копал могилу ложкой, Не хотел там быть один. Взглядом страстно истомленным Упивался безмятежно, По волосьям, по роскошным Проводил рукою нежно. Я дивился, что природа Ей дала красу такую,- И пронзая её сердце, Понял, что уже тоскую. Как эссенцией паслёна Дева та благоухала, Как подломленная ветка Шейка хрупкая свисала! Я её рукою мощной Сжал в восторге упоенья, Вдруг...глаза её сверкнули,- Я отпрянул в изумленьи! И шептал я, растерявшись: «Ах, умертвия, вампирша!..» А она, потупив очи, Улыбалась мне так нежно... Ах, как трудно людям верить! Ах, как все на свете ложно! Обескровленный, воскреснув, Я копал могилу ложкой. Шут подскочил и театрально раскланялся. Затем схватил кувшин и присосался к нему, не удосужившись налить в стакан. - Н-да, - пробормотал Колдер, - никогда не слыхал подобного. Он же псих конченный, - обратился он к Рэйвину, - вы ведь в курсе? Зачем он тут? Не проще ли его отправить куда-то… в лечебницу? Цицерон отбросил в сторону кувшин, из которого вылились остатки мёда, бросился к ногам данмера и разрыдался. - Всяк норовит обидеть бедного Цицерона! - заголосил он, размазывая слёзы и сопли по коленям эльфа, - А что кому плохого бедный Цицерон сделал? Ну подумаешь, убил пару… тройку… пару троек десяточков! Так ведь не со зла, а пользы ради! И только Слышащая меня слышит! Только Слышащая меня жалеет! Только она меня любит! А этот… - он обиженно взглянул на обалдевшего норда, - Он хочет разлучить меня со Слышащей! Рэйвин слегка опешил от рыданий шута. - Эй, ну ты чего? Никто тебя не тронет, - заверил он его, с укоризной глядя на норда, - Колдер пошутил. Ты же наш товарищ… Цицерон вскочил на ноги, вытер слёзы и победно взглянул на хускарла. - Слыхал? Я товарищ! А ты всего лишь заросший норд из Виндхельма! Это тебя как бы не отправили восвояси! И он устремился прочь, прихватив с собой со стола не откупоренную бутылку вина и весело насвистывая. Колдер потёр лоб в замешательстве. - Не бери в голову, - улыбнулся данмер, - Ирулан вечно подбирает странных питомцев, такая уж она у нас. Взгляни хоть на меня, - грустно добавил он. - В смысле? - тряхнул головой Колдер, пытаясь хоть немного прогнать хмель. - Говорю же, не бери в голову. Он прав, ты слишком много думаешь. И принялся вновь перебирать струны лютни. На утро следующего дня Ирулан отправилась таки в Маркарт во главе небольшого отряда, включающего в себя Ворстага, сияющего аки золотой септим, Рэйвина, излучающего самодовольство, Эйлорина, хмурого, но воодушевлённого, Йордис, серьёзной и решительной, Цицерона, счастливого и незамутнённого, Мико да Барбаса в одном теле, и, конечно, Колдера, мучающегося похмельем и глубокими раздумьями. Покинув Солитьюд, Ирулан воспряла духом и устремилась в Предел. А Предел в это время года был прекрасен! Несмотря на скудную растительность, все, что умудрилось укорениться на скалистых просторах этого владения, сейчас цвело и зеленело. Ирулан полной грудью вдыхала горный воздух, слушала шум воды, срывающейся со скал водопадами, и любовалась суровыми пейзажами. На подступах к городу Ирулан встретили походные шатры и костры. Девушка поначалу напряглась, едва завидев дым от этих самых костров, опасаясь очередного нападения недобитых мятежников или ещё чего похуже. Но вскоре стало ясно, что шатры на самом деле и не шатры вовсе, а походные шалаши ричменов. Среди них, что удивительно, тут и там виднелись легионеры. - Что происходит? - нервно спросил Ворстаг. - Кажется, Маданах уже прибыл для переговоров, - отозвалась Ирулан, направляясь вперёд, - Поглядим, что тут у них. Легат Эммануэль Адман встретил Ирулан в своём временном шатре. - Наконец-то генерал прислал сюда переговорщика! - с искренней радостью воскликнул он, пожимая руку Ирулан, - Вы не представляете, легат, как мы вас ждали! - Неужели? - проговорила имперка, - Что ж, вот она я. На каком этапе сейчас переговоры? - На нулевом. Маданах отказывается говорить с ярлом, а ярл не желает говорить с Маданахом. А я между ними, как почтовый гонец, но толку от меня никакого, - честно признался легат. - Понимаю, - вздохнула Ирулан, - что ж, с этими двумя дела вести не просто, и это отнюдь не ваша вина. - Благодарю вас легат, - выдохнул Адман, - Если честно, я выбился из сил. Все эти переговоры - не моя стезя. Я солдат, а не политик. Ирулан с сочувствием и глубоким пониманием посмотрела на него. - Что ж, попробуем выяснить, как нам уладить их разногласия, чтобы всё сдвинулось с мёртвой точки, - сказала она, - где сейчас Маданах? - Здесь, в лагере. В своём «королевском» шалаше, - ехидно произнёс Адман, - А ярл Игмунд в Подкаменной Крепости, разумеется. Найти «королевский» шатёр не составило труда, он был самый большой. Возле него находилось несколько ричменских воинов. Один из них преградил дорогу Ирулан. - Стой! Кто ты и что тебе нужно, имперка? Ирулан улыбнулась. - Одван, друг мой, неужели я так постарела, что ты меня не признал? Ричмен присмотрелся и расплылся в улыбке: - Ирулан! Привет, сестрёнка! Вовсе ты не постарела, наоборот, сейчас ты прекрасно выглядишь! В шахте Сидна и тогда в заснеженном лесу, вот там да, тебя было хоть в саркофаг укладывай! Какими судьбами? - Прислали вести переговоры с королём Маданахом. Его величество у себя ли? Парень прищурился и усмехнулся. - Неужели? Что ж, если у кого и есть шанс всё тут исправить, то только у тебя. Скажу по секрету, Маданах теряет терпение. - Сие крайне нежелательно, - сокрушённо произнесла Ирулан, при этом задорно подмигнув Одвану. Тот весело рассмеялся и хлопнул её по плечу. В то же мгновение за ее спиной вырос строй ее сотоварищей. - Оу, оу, оу, спокойно, бойцы, я вообще-то по-дружески. - Он по-дружески, - подтвердила его слова девушка, обернувшись на своих парней и хускарлов и одернув ещё за рукав строящего Одвану страшные рожи Цицерона. - Ты целую армию за собой теперь водишь? - насмешливо поинтересовался ричмен, - Допустим, этих двоих я помню, - кивнул он на Рэйвина и Ворстага, - а эти все кто? - Друзья… так уж вышло, что их много, - неопределённо пожала плечами девушка, - Я весьма популярна. - Ну, да, это уж как водится, - кивнул Одван всё с той же насмешкой, - Не удивлён, так то. Ну, что, проводить тебя к королю? - Сделай одолжение. А вы лучше уж подождите тут, - сказала она своим не в меру ретивым спутникам. Маданах встретил ее так, словно ждал со дня на день. - Ба, кого я вижу! - воскликнул он, улыбаясь во весь рот и разливая по стаканам крепкую ричменскую настойку, - Неужели ты, имперочка, вспомнила о старике Маданахе? Ирулан улыбнулась в ответ: - Маданах, ваше же величество! Нашёл перед кем жалобиться. Или я глаз не имею? Какой же из тебя старик? Ричмен слегка прищурился и приосанился перед ней. - Никак польстить мне хочешь? Ирулан усмехнулась: - Зачем? Сам знаешь, ни годы, ни заточение тебя не сломили. Ещё и согрешить можно! Маданах вдруг зарделся, словно девица. - Ну, с тобой я бы не отказался согрешить, - заявил он, протягивая девушке стакан. Ирулан взяла напиток и пригубила, глядя на него. - Честь велика, владыка ричменов. Однако тогда я не смогу участвовать в переговорах, ибо стану лицом заинтересованным. Найдутся те, кто скажет: «Изгойская подстилка подфартила своему любовнику», - девушка сделала ещё глоток, - А другие скажут: «Они с самого начала были в сговоре». Люди, они ведь такие, не верят в чистое и доброе, - Ирулан подошла к Маданаху, и сказала, глядя ему в глаза: - Ну, так как, король Маданах, рискнём всем ради незабываемой ночи любви? Или начнём обсуждать переговоры? Имперка допила настойку и протянула пустой стакан. Мужчина взял его и насмешливо произнёс: - Мне нет дела до чужих сплетен. По большому счёту это все не моя забота. Но я ценю твоё рвение. И то, как ты печёшься о нашей репутации. Так что тебе велено нам предложить? Ирулан возрадовалась в душе, что Маданах перешёл к обсуждению насущных дел. - Договор между ричменами в твоём лице и нордами в лице ярла Игмунда. Да, да, Маданах, - воскликнула девушка, видя недовольную гримасу ричмена, - именно с ним. Он нынешний законный правитель Предела. Как бы там ни было. - И зачем тогда мне ты? - мрачно поинтересовался Маданах. - Я — представитель Империи, Игмунд — вассал Империи. Я — гарант мира и ваших прав, - заявила имперка. Маданах отвернулся, слегка покачав головой, словно раздумывая. - Ну, допустим, - сказал он, вновь повернувшись к Ирулан, - что в таком случае Империя предлагает ричменам, исконным жителям Предела? Ирулан вздохнула, разговор , наконец-то, повернул в практическое русло. - Мы предлагаем вам стать вассалами Империи. Тогда ваши интересы будут под нашей защитой. Вы получите право жить на территории Предела в своих Оплотах по своим законам, почитать своих богов. Но если ваши люди захотят поселиться в нордских городах, придётся следовать нашим законам. - Справедливо, - произнёс Маданах. - Да, и ещё. Дикие ричмены, что промышляют разбоем… истинные изгои. Их матриархи и вересковые сердца. Все они вне закона. - Согласен, они мне самому уже поперёк горла. Только смущают мой народ и в Обливион его тянут, - заявил ричмен и сплюнул. - Ну так как, король Маданах, начнём уже переговоры? Тот взглянул на Ирулан и усмехнулся: - Начнём, пожалуй. Но есть одно условие. «Как же без этого?» - саркастично подумала девушка, а вслух поинтересовалась: - Какое условие? - Я не войду в этот город. Я слишком долго сидел в нём, как зверь на цепи. По большому счёту, мне следует войти в него как завоевателю, учитывая все то, что я пережил. Но мы же ищем мира, не так ли? - он вновь наполнил стаканы, поставил перед Ирулан ее, а свой поднял, отсалютовав, - Игмунд же не желает выходить в наш лагерь. Как ни странно, я его понимаю, ведь это фактически поставит его в подчинённое положение… Сказав это, он лихо разом опустошил свой стакан. - Что делать будем, переговорщица? - спросил он с усмешкой. Ирулан взяла свой стакан и последовала примеру короля. - Пойду поговорю с ярлом, - слегка заплетающимся языком произнесла она, - а там поглядим. Жди меня. - Куда ж я денусь? - проворчал ричмен. Имперка вышла из шатра Маданаха, слегка покачиваясь. Рэйвин тут же оказался рядом, подхватывая ее за локоть. - Дэйдрот, детка, да что ж такое? - вспылил он, - Помнится в Сиродиле ты не имела привычки нажираться везде и всегда! - Что-то мне не хорошо, - пробормотала имперка, выскальзывая из его рук и ринувшись в ближайшие кусты, где ее знатно вывернуло. Тут же рядом оказался Ворстаг, который придержал и саму Ирулан и ее волосы. Рэйвин рядом продолжил поминать всех даэдра, призывая их на голову тех, кто испортил его детку, а пуще всех именно Маданаха. - На вот, выпей, - Эйлорин протянул склянку позеленевшей Ирулан. Девушка взглянула на неё мутным взором. - Противоядие? Думаешь, поможет? Тот пожал плечами: - Ну, ричмены обычно ведь делают свои настойки на ядовитых травах. Так что попробовать стоит. Девушка икнула и схватила склянку. - Да уж, - промямлила она, - хуже не будет. Зелье было отменного качества, подействовало быстро. - Чтоб я ещё раз хлебнула ричменского пойла… - зареклась Ирулан, когда ее немного отпустило, - Пошли в Маркарт.