Покажи мне любовь

      Пространство наполнилось молчанием. Казалось, весь мир замер в ожидании её ответа. Павлова знала, что рано или поздно это должно было произойти и много раз прокручивала в голове этот момент. Конечно, она давно простила его, несмотря на те ужасные вещи, которые он совершил. -Но он будет последним. -твёрдо произнесла женщина. Кривицкий засиял. Казалось, все вокруг озарилось светом, исходящим от него в эту минуту. Он ощущал счастье, которое было таким долгожданным. Теперь он знал, что ему есть для кого жить на этом свете. Мог ли он подумать, возвращаясь на родину, что все повернётся именно так? Что вернувшись он встретит любовь всей своей жизни и снова будет с ней?

Я в глазах твоих утону, можно? Ведь в глазах твоих утонуть - счастье. Подойду и скажу: "Здравствуй, Я люблю тебя." Это сложно... ... Ну а ели уеду, напишешь? Только мне без тебя плохо.. Я хочу быть с тобой, долго Я хочу быть с тобою, слышишь? Очень долго.. Ни неделю, ни месяц, а долго.. Очень долго - всю жизнь..понимаешь? Значит..вместе, всегда... Хочешь? Я ответа боюсь... знаешь...ты ответь мне Но только молча. Ты глазами ответь..Любишь?

Их взгляды встретились. Они смотрели друг другу в глаза и не могли вымолвить ни слова. В этот момент ничего не имело значения. Было важно только то, что происходило между ними. Между ними снова зажглась искра, которая поблескивала в их сердцах все эти 30 лет. Но сейчас, разгоревшись, она превратилась в пожар, который уже нельзя было потушить. Приблизившись друг к другу, они слились в страстном поцелуе. Манящая близость, соблазн. Все грани были стерты. Пьянеющий разум ослабевал, волны страсти одолевали влюблённых. Они не могли и, прежде всего, не хотели противостоять им.

***

-Я так тебя люблю, девочка моя.- шепотом говорил он Павловой, лежащей у него на груди. -Я тебя тоже...-улыбаясь, отвечала она. Каждый лежал и думал о своём. Конечно, о вновь случившемся счастье, о том, как им хорошо сейчас вместе, вдвоём. «Неужели это все происходит со мной? Не верится... наконец я обрела счастье, любимого человека. Павлов, Аскеров... они сломали меня, растоптали мою душу... я уже и не надеялась... а Гена... несмотря на то, что он сделал 30 лет назад, я все равно люблю его. И любила всю жизнь. Как я жила все это время?» Но мысли Кривицкого были омрачены проблемой, не дававшей ему спокойно жить. «Как же ей сказать? Да и надо ли?.. разрушать идиллию? Ну уж нет...Все только начало налаживаться. Лучше ей не знать об этом. Будет нервничать, переживать. У неё и без того проблем куча. Все образуется.» -Давай спать, ведь нам завтра рано на работу. -Нам?-удивлённо спросила Павлова. -Да, нам. Ты же предлагала мне выйти на работу, я согласен. -Спасибо, Ген. Спокойной ночи.-прижавшись к нему покрепче сказала она. -Спокойной ночи, Ириш.

***

      Утро вступало в свои права. Солнце постепенно выкатывалось из-за горизонта, его солнечные лучи проникали в окна домов. Кривицкий, проснувшийся от громкого звука будильника, поскорее отключил его, чтобы дать Ире возможность ещё немного поспать. Он лежал и любовался ею: её лицо, по которому скользили солнечные лучи, было прекрасно, равно как и её волосы, разбросанные по подушке. Он запустил в них свою руку и тихо произнёс: -Красавица, пора вставать. Доброе утро.- с этими словами он приблизился к ней и поцеловал. -Доброе утро, -улыбаясь, ответила она. Как спалось? -Прекрасно, ведь ты рядом. Что может быть лучше? -Так не хочется никуда идти... -Начальство может прогулять.-с ухмылкой сказал Гена -В том то и дело, что не может. Поэтому надо собираться. Я в душ. Пока Ира приводила себя в порядок, Гена приготовил завтрак. Позавтракав, они собрались и поехали на работу.

***

-Доброе утро, Нина. Знакомьтесь: это наш новый хирург - Кривицкий Геннадий Ильич. -Очень приятно, Нина. -Взаимно.-ответил Кривицкий и поцеловал ей руку. Рабочий день начался и влюблённые разошлись, кто куда: Ирина Алексеевна доделывала отчеты перед очередной проверкой, а Геннадий Ильич в это время находился в операционной, борясь за жизнь своего пациента. -Осколки извлекли, шьём. После этих слов Кривицкий тяжело задышал и пошатнулся. -Геннадий Ильич, с вами все в порядке? -обеспокоено спросил Хромов. -Иван Николаевич, сами сможете? -Да, да, конечно. -Спасибо. Мужчина быстро вышел из операционной и начал ощупывать халат в поисках таблеток, как вдруг вспомнил, что оставил их в кармане своего плаща, который находился в кабинете Павловой. Очередной приступ буквально душил его. В глазах темнело, казалось, он вот-вот упадёт. Из последних сил он открыл дверь кабинета заведующей и упал. Ирина Алексеевна не понимала, что происходит, она быстро подорвалась с места и подбежала к нему: -Гена! Что? Что случилось? -Таблетки... в плаще... -заикаясь еле выговаривал он. Она лихорадочно ощупывала карманы его плаща и, найдя заветную ампулу, достала из неё таблетку и положила ему в рот. Кривицкий начал приходить в себя. -Что это было? С тобой такое уже случалось? Сейчас же мы идём на обследование! - поднимая его с пола и усаживая на диван, говорила Ирина. -Ира! Не надо никакого обследования, я прекрасно знаю, что со мной. Он понимал, что умолчать и дальше скрывать эту страшную тайну уже не получится, поэтому выхода не было: нужно было все рассказать. -Почему ты молчал? Почему не сказал раньше? -испепеляя его взглядом спрашивала блондинка. -Я не хотел тебя беспокоить... у тебя итак куча проблем, а тут я со своим сердцем! -Мы будем бороться с этим вместе. И я обещаю тебе, все будет хорошо. - сказала она и взяла его за руку. -У кого наблюдаешься? -У Петрова. -Хороший. Пообещай, что сходишь к нему на консультацию в ближайшее время. -Обещаю. -ответил он, смотря ей в глаза. В этот же день Кривицкий позвонил своему кардиологу и договорился об обследовании.

***

-Ну что, Лев Борисович, плохи мои дела? -Ген, по всем показателям ситуация серьезная,операция тебе нужна немедленно. Фракция выбросов ниже 30%, правый клапан не справляется. Серьезное ухудшение. -Ну, давайте тогда конструктивно: какие ограничения, что я могу делать. -Работать ты можешь. Работай, как работал, только без перегрузок и лишних волнений. -Без волнений это здорово. Если бы ещё не думать каждую секунду, что вот-вот умрешь. -Ген. Перед тобой в очереди ещё несколько человек с четвёртой группой. Шанс получить сердце минимальный, и ты это знаешь. -У меня отложена кое-какая сумма на дополнительные расходы. -Взятка что ли? -Взятка. -Когда нет донора, никакая взятка не поможет.

***

-Ген,-окликнула Павлова идущего по коридору Кривицкого,-как дела? Пойдём ко мне. -Вот и приплыли, Ир. Мне конец. -Что значит «конец» и что значит «приплыли»? Дай посмотреть. -она взяла папку из его рук и начала читать.-Ну, это мнение только одного специалиста. Надо проконсультироваться у другого. -Ир, тут двух мнений быть не может. К тому же у меня нет причин сомневаться в компетентности Петрова. Вдруг в кабинет ворвалась Фаина. -Геннадий Ильич, Ирина Алексеевна! Геннадий Ильич, у вас телефон не отзывается, вы срочно нужны! -Спасибо. Ты сиди. Я найду другого специалиста. -Ир, у тебя нет другого челюстно-лицевого хирурга. И мне лучше работать. -Точно? Ты уверен? -У-ве-рен.-с этими словами он вышел из кабинета. Павлова погрузилась в свои мысли: «Так вот, почему он приехал. В России по-прежнему все возможно. «Любой каприз за ваши деньги», как говорится. Можно дать взятку и продвинуться в очереди. Нужно поднять связи из министерства. Кажется, там есть один чиновник, который может мне помочь. Сейчас же позвоню ему и договорюсь о встрече. Я сделаю все, лишь бы его сердце билось.» Она быстро нашла нужный номер и созвонилась с чиновником. Он пообещал сделать все возможное и назначил встречу в ближайшем кафе через полчаса.

***

-Ген, у нас появился шанс. Я обратилась к чиновнику. Знала, что он берет. Он продвинет тебя в очереди. Сумма, конечно, немаленькая, но это всего лишь деньги. Вот,-она протянула ему салфетку,-это он сам писал. -Господи.-увидев написанные на салфетке цифры, он опешил. -Ир, ну зачем ты так подставляешься? Зачем ты сама пошла на эту встречу? -Что?-на её глазах выступили слезы. Она ожидала чего угодно, но только не такой реакции. -Спасибо тебе, конечно, Егорова. Большое тебе спасибо. Ну, чего ты, не плачь. Справимся как нибудь.-он взял её за руку, смотря ей в глаза.

***

Шли дни. Состояние Гены ухудшалось, а чиновник все ещё не мог договориться о его продвижении в очереди. Приступы стали одолевать мужчину чаще, заведующей сообщали об этом коллеги. Она не могла ничего сделать и лишь слушала их со слезами на глазах. «Человек умирает... я ничем не могу помочь, и вы не сможете.» Павлова и Кривицкий, как обычно, сидели у неё в кабинете и пили кофе. Вдруг у неё зазвонил телефон. -Да, здравствуйте. Конечно. Хорошо, ждём. Она положила трубку и посмотрела на Гену. -Ты будешь жить.