Счастье как диагноз

Утро у принцессы Жаклин выдалось совсем недобрым. Какое ж оно доброе, если напротив сидел расфуфыренный посол с каким-то срочным делом, а разбираться с этим самым делом кроме неё опять некому? А ведь она единственная девушка в этом королевстве. В смысле, кроме неё, в королевском семействе ещё значились: дедушка, аж два отца и два брата. Старших, между прочим. Вот где, спрашивается, справедливость на белом свете? Ну, допустим, с отцами всё ясно. Они у неё того - темпераментные. Очень. Сначала разругались так, что стены дрожали, потом два дня друг с другом не разговаривали – папа Леонард, как всегда, пропадал в конюшне, папа Бенедикт активно разводил бурную деятельность, а по вечерам самозабвенно колол дрова – вчера начали мириться. Сегодня продолжили. Так что в ближайшие дня три про них вообще можно забыть, потому как нельзя показываться в таком виде в приличном обществе. Это ещё хорошо, что фея Лукреция после рождения Жаклин над ними сжалилась и зельицем противозачаточным снабдила, а то ведь второй дворец уже строить бы пришлось под наследников. Любимый дедушка – король нынешний - благополучно отбыл налаживать какие-то связи. Это по официальной версии, по неофициальной, но достоверной, отдыхать от дел государственных. Собственно, он, как сына женил, так от них и отдыхает. Особенно, когда яблочек молодильных отведал. Это Джеймс у кого-то саженец спёр и самолично в королевском саду высадил. Вот тоже младший из королевичей. Болтается где-то вечно со своим волчарой. Огромным таким, аж с человеческий рост. Джеймс без своего мохнатого друга вообще никуда не ходит, если так дело дальше пойдёт, так на нём и женится. Это ж какие приличной девушке нервы надо иметь, чтобы на свидание с таким сопровождающим отважиться? Хотя, может, до свиданий и дело не дойдёт, пусть Джеймс и вышел красавцем редкостным. Он ведь коллекционер страстный всяких невиданных волшебных редкостей. Так и мотается за ними по всему свету. Его трофеев уже целое хранилище насобиралось. Жаклин точно знала, ей же в своё время пришлось подсчёты производить. Редкости-то ценные. Порядок нужен, а она, вроде как, самая ответственная. На старшего братца, и вовсе надежда слабая. Мэтью, будто почувствовав, что о нём думают, поднял от какого-то древнего необъятного фолианта свою мохнатую головушку, зябко поёжился своим тщедушным тельцем, по-совиному мигнул и от души глотнул из тоненькой фарфоровой чашечки крепкий чёрный кофе. Интересно, сколько он уже не спал? Сутки? Двое? Учёный, юный гений, что с него возьмёшь? А ещё недавно напасть с ним приключилась – былин начитался и на подвиги потянуло. Пра-пра-пра-какой-то там – внучек Соловья-разбойника на границе, видите ли, проживает. И надо его непременно победить и деятельность его преступную прекратить. Вот и готовится. Да, жаль мужика, тем более, что тот вполне себе мирно живёт, беспорядков не учиняет и границу охраняет. Но тут лучше не вмешиваться и не переубеждать, пусть братец съездит. А пока ездит, если повезёт, башню южную отстроят, которую он в ходе эксперимента случайно взорвал. В общем, деваться юной принцессе было некуда и тяжкое бремя переложить не на кого, поэтому она тихонечко вздохнула, мило улыбнулась послу и продолжила завтракать. Силы ей ещё явно понадобятся.