А ведь ты обещал

За окном падали одинокие снежинки, растворяющиеся в воздухе. Выходить на улицу казалось Пятому безумием: ветер, обволакивающий и вездесущий, колол щеки своими мелкими, непровторимыми и до чего его раздражающими кристалликами воды, цепляющимися за длинные густые ресницы. Мороз отдавался легким покалывание в щеках. Обычно такие противные дни романтизируют и описывают в глупых мелодрамах. Клаус относится нейтрально к любой погоде. Ветер тревожит его курчавые каштановые волосы, когда он открывает окно, чтобы втихую покурить, пока никто не застал его за таким мелким девиантным поступком. Реджинальд заставил бы его заниматься борьбой часов 10 за этот проступок, но слава Богу здесь его нет. «Не пойман — не вор» — тихо усмехнулся, выдыхая дым, Четвёртый. Он наблюдал за падающими снежинками и разглядывал узоры на стекле, похожими на кружева в каком-нибудь красивом свадебном платье. Клаус любил наблюдать за подобными вещами, сравнивать их с чем-то ему близким. Таков меланхоличный беспризорник семьи Харгривзов. И все же, дети были дружны, несмотря на все запреты ворчливого отца, собирались ночами. Их сборы были каждый раз индивидуальны- кто-то мог просто спать на коленках у Бэна, пока остальные разговаривают о великом будущем, иногда играли в настолки. В тот раз все было более интересно Вдруг раздался столь ненавистный Клаусу звон для созыва супердетей Академии Амбрелла на собрания «мировой важности», на которые, кажется, всем плевать, кроме (конечно же) Диего и папы. Ваня в них вроде, и не участвует, хотя все время торчит где-то рядом с Реджи. Эллисон и Лютеру все равно, хотя Первый как образец для подражания делает вид, что вся эта дичь ему действительно интересна. Или же нет, но кто там уже разберёт? Бен либо тусуется один, и из-за этого приходит на отцовские заседания, либо ошивается с Лютером, и все равно приходит на них. «Он такой милый» — кажется Клаусу. Его не ценят, а стоило бы. Четвёртый давно про себя отметил, что Шестому нужно сделать какой-нибудь особенный подарок на Рождество. Этот парнишка, освещающий мир лишь своей улыбкой, заслуживает лучшего. Идеи о различных презентах являются извечными планами, ввиду отсутствия собственных денег. «Выходит, я один такой, обаяшка-прогульщик.» — грустно думает мальчишка, выпавший из реальности. Вынырнув из бешенного потока мыслей, он затянулся обратно. И он снова возвращается к фанатикам этих скучных обсуждений нынешних позиций в обществе и бла-бла-бла. Он считает, что Диего выглядит словно мамин миленький супергеройчик в этих идиотских гольфах и коротких шортах. Он безутешно верит, что отец живёт с идеей фикс о спасении людей 24/7 просто так, и в этом нет особого смысла. Хотя с бóльшей уверенностью можно сказать, что тот тип только существует, постоянно сидя за излюбленным столом и перебирая бумажки. Четвёртому здорово досталось, когда его форму увидели в ближайшей мусорке, после чего он сделал один единственный важный вывод: нужно было пройти хотя бы квартал и отдать этот стремный недодоресскод бездомным. Обычно Пятый запирается в своей комнате и пишет там какие-то уравнения. «Нет, блять, я понимаю, если б дрочил, но он ведь действительно пишет какую-то хуйню, уравнения, которые для меня словно слова, написанные на неизвестном мне языке.» –На языке математики, придурок. — слышится звонкий голосок Пятого. «Я сказал это вслух? Воистину придурок.» -И с каких пор ты начал путать свою комнату с моей? –Примерно с тех, когда прозвенел звонок. Он вообще-то для всех, если не вдупляешь.- оперевшись на дверной косяк, ответил братишка. Пятый все-таки не дал в этот раз мне проебать конференцию. Тот факт, что их устраивает отец, а его дома сегодня не было, почему-то меня не поставил в ступор. Я бы начал задаваться излишними вопросами, если бы не палил на впереди идущего Пятого. Не суть важно, собственно. Однако я чуть не споткнулся, но «чуть» не считается. Звонок снова зазвенел, а рядом с ним я, подняв глаза, увидел хохочущую Ваню. -И зачем ты собрала нас, сестричка? — блондинистая макушка Лютера еле виднелась из-под его радужного пледа. Он недавно заболел, видать из-за игры в снежки на той неделе. Нет ничего лучше, чем вмазать бесячим тебя людям, прикрываясь игрой с этими леденящими кожу при запуске в лицо припасами. Эллисон шла вслед за ним с таким же недопонимающим ситуацию видом.