Жених на полставки

Прошло три дня с тех пор, как я оказался в этом странном доме в этой странной семейке. Наше совместное сосуществование с Сакамаки протекало весьма мирно, если можно было так сказать, ни одного укуса на моем теле не наблюдалось, да и вообще жизнь играла своими своеобразными красками, иногда более яркими, как просмотр аниме в ранние часы дня, иногда омраченными походами в школу, общим недосыпом, да и в принципе упадком сил. Сопровождали эти прелести жизни едкие комментарии братьев, но даже с ними можно было бы свыкнуться, если б не одно но… Сегодня по плану чертово полнолуние. Знаете, я ведь уже не в первый раз говорю о том, что мое отношение к мистике можно описать как «весьма атеистическое», однако все факты указывали на то, что эти чокнутые парни являлись теми, кем они себя позиционировали, то бишь, вампирами. А что происходит с вампирами в полнолуние? Бинго! Они хотят пить кровь. Много крови. Ну, в рамках человечества это мизер, конечно, но для меня, как для не самого выносливого человека, этот мизер стоил всего объема красной жидкости, содержащейся во мне и поддерживающей во мне жизнь. Жизнь и так страшная штука, а сегодня она особенно страшна. Эх, ладно, в таком случае надо будет всего лишь быть готовым к любым последствиям! Наруто учил меня идти до конца и не сдаваться, а советы тетушки Аой — самому идти на проблемы с гордо поднятой головой! О, а ведь это идея. Если я заведомо до назначенного времени договорюсь с этими психами, может, смогу минимизировать потери хотя бы до 40%? Так даже жить можно будет. Ай какой я молодец, ай да Юи! Только вот как это сделать? Сегодня четверг, полная луна застигнет меня в школе, я даже никуда убежать не успею. И сейчас не с кем договориться — сейчас час дня, для вампиров сонное время. Это я, гикнутый, могу сутками не спать, а этим ребяткам без сна, как я понимаю, не обойтись. Надо же как-то помимо крови восполнять свою конченную натуру. И еще вопрос: какова вероятность, что сегодня они приедут в школу? Что, если они останутся дома и оставят меня с ними? Так дела будут обстоять еще хуже. Я, правда, еще не понял, почему хуже, но что-то мне подсказывает, что при таком раскладе я точно не выживу. Может, в школу отправят только меня? Это самый удачный вариант. Но маловероятный. Никто в здравом уме не отпустит контейнер с едой на ножках в свободное плаванье по жестокому миру, когда этот самый контейнер попробует сбежать. Я бы, конечно, так не сделал — некуда пойти, но в больной ум этих парней что угодно может прийти. Ладно, отставить грустные мысли. Если чему-то суждено сегодня произойти — оно произойдет, незачем мне еще себе раздрая нагонять. Я ж нежный творожок. И в таких размышлениях я решил прогуляться по особняку. Запрета на это не поступало, а чем-то занять себя было крайне необходимо, тем более, что знание расположение комнат может помочь мне в какой-нибудь невероятно опасной ситуации, когда придется знать, куда бежать, чтобы сохранить собственную тушку в целости и сохранности. Да и шансы встретиться с кем-то из Сакамаки сейчас почти равны нулю, так как все обитатели спят. Одни плюсы! Свое путешествие я решил начать с главного входа возле большой лестницы с бардовым ковром (цвета моей кровушки, которая сегодня прольется, ыыы). С моего первого визита здесь ничего не изменилось: те же столики, те же диваны, колонны, только по ощущениям стало еще чище, небось, Рейджи работающий персонал запугал, дабы они лучше с работой справлялись. Вот молодец мужик, иногда аж завидую его умению людей строить как по ниточке. Также на первом этаже располагались кухня, столовая, в противоположной конце — гостиная и еще пара комнат, которые не показались мне интересны. На некоторых из них висел громоздкий замок, но заострять особого внимания я не стал: мало ли, вдруг, у них там склад крови или пыточная? Ну нафиг такое собственными глазами лицезреть, мне еще нужно сохранить здоровую психику для будущей жены и детей! Если они будут, конечно. — Так, на втором этаже у нас спальни, — я завернул в коридор, ведущий в пристроенные башни, которые смело назвал третьим этажом. — А сюда я еще не ходил. Хм, пойти или не пойти? Я сощурился, всматриваясь в глубь старинного коридора, не спеша ступить дальше. — Голосовые команды помогают сосредоточиться, — я потер переносицу, взвешивая все за и против. — Юи Комори, иди… обратно и не трать свое время на то, что вселяет в тебя страх. Не успел я развернуться, как в паре метрах от меня с грохотом открылась дверь, и я испуганно отшатнулся. По громкому звуку было слышно, как на пол упал стальной замок, и, приглядевшись, мои умозаключения касательно источника звука подтвердились. Как странно. Просто так такая тяжелая и мощная на вид штука не могла сломаться. И почему это произошло, когда я оказался в коридоре? Хм, вдруг, ловушка? Тогда я правильно сделал, решив никуда более не соваться. Однако стоит, наверное, сказать об этом Рейджи, все равно от этого типчика ничего не утаишь; может, даже убивать за сломанную вещь не будут, а пока пойду я восвояси, пока чего плохого не случилось. Ну, ладно, плохое всегда может произойти, а вот смертельно-плохое — дело крайне исключительное, а потому его и избегать надо по возможности. Бесцельно скитаясь как Кентервильское привидение, я случайно уперся в старинный стол с выдвижными ящиками. Внимание мое привлекла небольшая небесного цвета коробочка с надписью «Mevius Sky Blue» в левом верхнем углу. Взяв ее в руки и поднеся ближе к лицу, я различил более мелкий шрифт, который тут же прочитал: — 0,6 мг никотина, 7 мг смол и 9 мг СО… Это что, пачка сигарет? — я невольно ухмыльнулся: все больше и больше эти парни напоминали мне пубертатных мальчишек с бедой в башке. — Хех, а они не настолько аристократы, как мне казалось. Не успел я отложить пачку куда подальше, как чья-то холодная рука до боли сжала мое запястье, и сигареты с гулким хлопком полетели на пол. — Что. Ты. Тут. Делаешь?! — меня резко встряхнули и пригвоздили к стене, словно тряпичную куклу, заставив выпустить из легких весь имеющийся в них воздух. — Ты, мелкая сволочь! — И тебе привет, — я судорожно схватился побелевшими пальцами за свой воротник, за который меня и держали мертвой хваткой. — Субару, сорян, что разбудил, не знал, что твоя комната рядом. — Она не рядом, — альбинос зарычал, оскаливая ряд острых зубов. — Что ты прятал в руке? Покажи! Я пару секунд тупо хлопал глазами. Потом понимающе улыбнулся и указал взглядом на пол, где валялась раскрытая пачка. Спустя напряженную минуту раздумий я полетел камнем на пол, пока Субару судорожно собирал выпавшие сигареты, с какой-то паникой оглядываясь по сторонам. Ох уж эта молодежь — всегда так беспокоится, когда их поймали на чем-то запрещенном, ху-ху. Да, это верно. Стоп. Что это за голос только что был в моей голове?! — Ты, — Субару с тихой ненавистью зыркнул в мою сторону, пока я пытался установить баланс мыслей, — ничего не видел. Понял, человек? Я растерянно кивнул. С моей стороны было странно не согласиться с ним, а еще более не к месту тут пришлись бы расспросы по поводу и без; сам виноват, что случайно залез в чужие секреты. Что не менее важно, так это происхождение каких-то не моих мыслей в моей же голове. Это странно. И немного пугает. Ох, что-то в висках застучало, чертова мигрень. Белобрысый еще немного посмотрел в мою сторону, потом снисходительно хмыкнул и пошел прочь, оставляя меня в растрепанных чувствах сидящим на полу. Ощущаю себя кинутым, что ли? — Если хочешь выжить сегодня — молись, — раздалось уже где-то вдалеке от меня. Это типа помощь? Этот чел мне хочет помочь? Если бы не боль, я б даже обрадовался, что потихоньку у меня получается растопить ледник в лице Субару своим огнем любви. Хо-хо, вот это я покоритель цундер, конечно, мне памятника не хватает, определенно. Я медленно направился к себе обратно, не в силах держать свой корпус ровно ввиду непрекращающейся мигрени, и не успел я и шагу вступить за порог своей обители, как меня в очередной раз ждал весьма неприятный сюрприз. Райто, он же конченный шляпник. Эх, день еще не успел в полную силу начаться, а я уже измотан! Под сканирующий взгляд похотливых изумрудных глаз я не без труда добрался до кушетки и приземлился рядом с ней на полу, подпирая голову кулаком. Устало вздохнул. Райто тем временем вальяжно устроился на кровати, как-то нервно постукивая пальцами по коленке, и с нетерпением ждал, когда я обращу на него внимание. Естественно, торопиться с этим я не собирался и оттягивал момент приветствия до последнего: то позу на полу меняя, то ноги перекрещивая, то максимально долго вздыхая, но, увы, долго тянуть я не мог. — А тебе что надо? — в моем осипшем голосе удачно смешалась смесь из усталости, безысходности и общей незаинтересованности. — Выглядишь как-то встревоженно. Не скажу, что мне интересно, просто ты типа на моей кровати сидишь, на которую я бы с удовольствием лег, вот и спрашиваю, чем я могу помочь, чтобы ты съе… ушел. У Райто нехорошо сверкнули глаза, но в общем и целом он смог сохранить свою игривую натуру и даже улыбнулся, пускай и натянутой улыбкой. — Мальчишка, в первую очередь, это дом моей семьи, то есть фактически я могу находиться где захочу. Но твоя наглость определенно достойна внимания, это даже немного веселит, ху-ху. Не всякий раз попадаются людишки с характером не овцы. Я решил пропустить ответную наглость, направленную в мою сторону, и не парировать. Все ж таки никто из нас двоих не выглядел достаточно настроенным для подобных выкидов. Очень любопытно, что Райто немного скороговорил, в последний раз я не замечал у него этой привычки. — Ты сказал: «Во-первых». Что во-вторых? — В следующий раз обязательно награжу тебя за внимательность очень и очень небрежным укусом в твою нежную шейку, — от его подмигивания меня передернуло. — Оя, расслабься, я без настроения, но твое отвращение на лице… нмх, весьма забавляет. — По тебе видно, — я сел в более удобную позу, но мигрень так и не планировала отступать. Ааа, уйди в туман, тупой шляпник, и без тебя плохо. — А что насчет во-вторых… Райто сиюминутно оказался возле моего носа, поставив руки по бокам от меня, и маниакально заглядывая мне в глаза. Речь его стала еще более сбивчивее, но менее понятной от того не становилась. Интересно, он на скороговорках так натренировался или природный талант взял свое? — Как ты уже понял, отношения с родной в нашей дружной семейке весьма натянутые, я бы даже сказал убийственно натянутые. И некоторые так и смеют засунуть нос не в свои дела и забрать то, что мне принадлежит, и это даже не ты, мальчишка. Конечно же, для меня не секрет, кто это сделал, а оттого мое желание впиться кому-нибудь в глотку только сильнее, ведь в ином случае эта паршивая сука растреплет кому не попадя то, что не надо. Имидж семьи и все такое, смекаешь сученыш? — он перевел дух, восстанавливая сбившееся дыхание (он дышал!), и чуть отслонился от меня. — Ты про сига…? — мой рот заткнули жесткой рукой, другой же захватив руки, чтобы я не предпринял бесполезных попыток освободить себя. Я попытался шевельнуться, но запястья сжали с такой силой, что от боли я и вздохнуть не мог. Блять. — Ан нет, видимо, ты очень жаждешь получить наслаждение от моего укуса, — Райто мерзко хихикнул, приближая к своему лицу мои сжатые руки. Ох черт. — Сегодня еще и полнолуние, однако ждать ты уже не можешь, верно? Хочешь получить мои клыки как можно скорее… Я хотел отложить это на более долгий срок: видишь ли, не люблю кусать незрелых мальчишек и пьяниц, но твоя настойчивость восхищает, действительно восхищает. Прохладное дыхание коснулось правой руки. Желудок упал с орбиты на Землю, а сердце зашуганно затрепетало где-то в районе почек и кишечника, которые скрутились спазмом. — Скажи спасибо Субару, — Райто облизнулся, в последний раз бросив на меня голодный взгляд. — Я не буду нежен. Да блин, я будто в мужском порно, еще и в роли слабого уке! Что за несправедливаАААА… а? А почему это не так больно, как мне казалось? Еще и мигрень куда-то делась. Так стоп. Либо у меня онемели руки, либо укусы вампиров — не такая страшная штука, как описывалась в мангах и новеллах. Ой, и почему я так смирился с существованием вампиров? Что-то мне нехорошо. Очень нехорошо. — С этого ракурса ты даже похож на очаровательную сучку, — как-то слишком тихо раздался голос Райто, будто и вовсе он был засунут в колодец. — А ты не похож, ты и есть очаровательная сучка! Через пару мгновений я понял, что сказать что-то не то. — То есть нет, ты совсем не очарователен. — Ху~, все равно сочту за комплимент, так что позволь отблагодарить тебя укусом. Мне казалось, что я буквально оглох от пронизывающей меня боли. Этот… чертов вампир! Он специально укусил так больно, совсем не так, как в первый раз! Я почувствовал вкус соленых слез, стекающих по моему лицу, когда осознание происходящего коснулось моего мозга. Мучительный вскрик вырвался из моего рта, и тьма сгустилась в уголках моего расфокусированного зрения. — Так нехорошо… очень нехорошо, что ты хочешь вырубиться прямо сейчас, — боль, затмившая боль от укуса, прострелила мою руку от того, насколько сильно ее сжали. Кажется, я пришел в себя и заметил, что Райто уже давно отстранился от меня и с какой-то злой ухмылкой посмотрел на меня. Кипящий гнев загорелся в моих глазах, когда я с вызовом откинул голову, уставившись на Райто. Он внимательно изучал меня, его ухмылка поползла вниз, а взгляд опасно сузился. — Пошел нахуй, извращенец патлатый! — знаете, я не люблю оскорбления, даже шутки про матерей, но на данный момент мне показалось это уместным: — Ты сукин сын! По застывшей мимике Райто, ранее выражавшей хотя бы каплю игривости, я запоздало понял, что подписал себе смертный приговор, и не успел я извиниться, как по всей комнате разнесся хруст и мой пронзительный вой. — Да, я сукин сын, — Райто рывком вывернул мое запястье, — А ты мелкий ублюдок. А еще ты меня бесишь. Когда вспоминаю, какие ты позволяешь себе вольности, мне хочется тебя сломать, да так, чтобы ты от боли кричать уже не мог. Вывернуть каждую конечность, каждый сустав. Но это так долго, так долго… Тс, даже не знаю, что делать с моим желанием лишить тебя жизни… Я вздрогнул, когда кривая улыбка появилась на его губах, сделав выражение лица смертельным. — Ху-ху, а ведь мне ничего не мешает сделать это сейчас, верно? Воздух резко покинул мои легкие, принудив тело непроизвольно сжаться. На глазах выступили слезы боли, и я уже ничего не видел перед собой, кроме зловещей дымки и всепоглощающего страха. Запястье было изогнуто под неправильным углом, точно не так, как должно сгибаться запястье, мое запястье, боже, оно было переломано, это больно, это так больно, я не могу терпеть почему это так больно я же ненавижу боль блять почему опять вся эта хуйня происходит верните мое запястье верните мать его! Мальчик, на этот раз я помогу тебе~ Какой-то резкий щелчок внутри вернул способность мозга исполнять свои бытовые функции из сумбурного бреда и непрерывной боли. Пальцы на изломанном запястье загинались с хрустом фаланг. Крови было много. Очень много. Казалось, кроме крови я ничего больше не видел вместо руки, которую смутно можно было назвать человеческой. Какого черта это со мной происходит? КАКОГО ЧЕРТА?! Повинуясь внезапному порыву, я со всего маху врезался лбом о лоб вампира, заставив его отпрянуть. На удивление, жалкая попытка спастись сработала и вампир схватился за рассеченный лоб, злостно зыркая из-под опущенных бровей. — Хочешь поиграть, сука? — от прилива адреналина я, не теряя ни секунды, вскочил на ноги и рванул к двери. — Если за две минуты окажешься в столовой — ты победил! В противном случае… Дальше слушать я не стал, хотя истеричный смех догонял меня не хуже выпущенной пули, обжигая одним лишь присутствием. За отведенное время добежать было невозможно. Невозможность достигала именно на самом опасном участке дороги — парадной лестнице, где потеря драгоценных секунд была неминуема. Справиться с этим препятствием можно было одним способом: кубарем вниз. И времени рассуждать уже не оставалось, так что выдуманный план действий считался единственным возможным на данный момент. Поворот за угол. Болезненный прыжок на лестничную площадку. Хруст. Уверен, рука окончательно доломана. Однако я тут же оказался на ногах, не собираясь сдаваться. Не сейчас, учитывая то, через что я прохожу. Сверху доносилось стремительно приближение конченного вампира. Блять. Я действительно могу умереть! Больно ты мне нравишься. Не рассчитывай, что я часто буду благосклонна. Абсолютно пустая столовая. Я испуганно сел с колотящимся сердцем, прижимая ноги к груди и с ужасом смотря на кровавый фарш заместо правой руки, пока вальяжные шаги вампира не остановились напротив. Меня потянуло блевать. — 1:58! Не знаю, как тебе удалось, но ты определенно смог меня удивить! — мучитель присел на корточки, не без интереса разглядывая тот ущерб, который он успел нанести. — На этот раз я закрою глаза на твои вульгарные слова. Ты доста~аточно меня развлек, да и по пути, на твое счастье, мне попался белобрысый бастард, который был весьма сговорчив и без протеста отдал то, что принадлежит мне. Ха-ха, и это даже не ты, представляешь? — я рвано вздрогнул на его подмигивание. — Оу, не ревнуй, мы с тобой еще как-нибудь развлечемся. А пока иди к Рейджи, пока ты еще в состоянии это сделать. Только не забудь постучаться~. С тихим хихиканьем он испарился, оставив меня, полностью разбитого, тихонько отходить от шока. От обиды и боли я прикусил губу. Как бы то ни было, этот сучий ублюдок был прав: если через пару минут пострадавшей руке не окажут помощь, то мое существование в этом мире можно считать официально законченным. С плохо скрываемой болью на лице, я по стенке пополз на второй этаж, гадая, как сильно запах крови мог привлечь к себе непрошенное внимание, однако, что не менее удивительно, добрался я до комнаты очкарика без проблем, оставив позади себя кровавый след. Пожалуй, на ногах я держался исключительно из-за силы воли, которая также помогала держать рот на замке и не услаждать острый слух обитателей особняка моими жалкими стонами. Как бы ни было больно, в этот раз я смогу это перетерпеть. Мой слабый стук было сложно услышать обычному человеку, однако ни Рейджи, ни кто бы еще из Сакамаки оными не были, а потому буквально тут же за дверь раздалось сдержанное «войдите». Я перевалился за порог с сумбурными извинениями. С языка слетали различного рода обрывки фраз, описывающие картину происходящего, пока затуманенный взгляд не поднялся выше паркета: Рейджи прислонился к кабинетному столу, мышцы на его челюсти заметно напряглись после моего появления. Не говоря ни слова, он молча усадил меня на кресло, пока я тупо следил за его отточенными, пускай и напряженными движениями. Конечно, я бы не хотел беспокоить его сейчас, когда запах крови явно нервировал и без того голодного вампира, но без его помощи шансы к моему выживанию стремительно летели вниз. Как долго вампиры могут прожить без крови? Он, конечно, пытался контролировать свою жажду (типа прокачивает самоконтроль?), но всяко лучше иметь под рукой сытого вампира, нежели голодного. От первого типа хотя бы что-то можно ожидать, а вот второй представлял собой действительную угрозу жизни и здоровью. Прошло три дня, а кусал меня только Райто, и то это произошло сегодня, да и недолго совсем. Как держаться все остальные — не знаю, но по очкастому товарищу все было видно невооруженным глазом. Не знаю, смогу ли справиться с тем, если он решит укусить меня. Я едва держался после Райто, после всего, а новый укус может стать добивающим ударом за сегодняшний день. Было бы неплохо, если он решил бы меня отпустить в комнату, где я мог переварить все случившиеся события и расслабить свой мозг за чтением Берсерка, но с каждой проведенной минутой с ним я понимал маловероятность этого события. Я обреченно посмотрел на медицинские принадлежности Рейджи. Банки, склянки, пинцеты, стремно выглядящая жидкость в чашке, бинты… а ведь чел реально профи во многих отраслях, если так задуматься. Мой желудок скрутило при мысли о том, как Рейджи будет восстанавливать поврежденную руку. Одно я мог сказать наверняка: я был готов на что угодно, лишь бы обжигающая боль наконец прекратилась, даже на чертов укус. Тем временем вампир переместился ко мне, держа ряд режущих инструментов в руках. На просьбу дать обезбол он лишь преувеличенно вздохнул и притянул мою руку, чтобы немедленно заняться работой. От вспышек боли я мало что понимал, но держаться старался прямо, упрямо сжимая губы в тонкую линию, чем позабавил садистскую натуру вампира. Кажется, он намерено причинял мне больше боли чем положено, вводя мое тело в агонию как минимум пять раз, вызывая тем самым отчаянные вскрики с моей стороны. Не помню, как долго длилась болезненная процедура, однако закончив с ней, Рейджи не торопился меня отпускать. Он остановился передо мной, нависая так близко, что я мог чувствовать смертельный холод, исходящий от его тела. Вампир не сводил с меня напряженного взгляда за стеклами очков, пока я не осмелился пощелкать пальцами уже восстановленной руки прямо перед его носом. Сделал я это зря, поскольку былая тяжесть в малиновых глазах усилилась вспыхнувшей яростью в них, вводя меня в состояние пожирающего страха, когда ладонь Рейджи с нескрываемым гневом откинула мою руку. Как кролик перед хищником. Да, я в этом проклятом особняке чертов кролик. — Р-Рейджи? — я вжался в кресло, в испуге отшатнувшись от руки Рейджи. — Ты явно не хочешь делать то, что планируешь. Давай остановимся, подумаем… — Не смей открывать свой рот без моего позволения! — Рейджи набросился на меня, вдавив меня своим телом в обивку. Я вздрогнул, когда он внезапно схватил мое лицо, и его пальцы сжали мой подбородок до боли и жалкого писка. — Есть что сказать напоследок? Удиви меня, тогда я, может быть, позволю тебе покинуть комнату. А что сказать? Я скорее всего умру. Что говорят умирающие? Наверное, говорят что-то слезливое, мол, как они любили всех и как любили их. Или как мир был с ними несправедлив, но несмотря ни на что желание жить было вечным спутником по бренному скитанию среди таких же несправедливо обиженных людей. После таких признаний в аниме многие плачут. Я часто бывал на похоронах, часто присутствовал на отпеваниях, а потому слышал лишь то, что говорят живые, нежели мертвые. Живые… такие странные. Говорят только хорошее, когда человека уже нет с ними, будто стараются слепить из ушедшего лучшую версию его, но получаются на выходе лишь жалкие ошметки, которые даже чем-то живым назвать нельзя, что уж человеком. Я всегда считал это лицемерным. Пройдет время и все дифирамбы потускнеют, превратятся в чуть саркастичные шутки за столом, когда никто уже не вспомнит покойника добрым словом, а если вспомнит, то только чтобы соблюсти законы морали или отчитаться на проповеди о чистоте помыслов. Но все же знают, что это наглая ложь, так зачем строить замок из песка, когда он рухнет при любых обстоятельствах? На месте всех несказанных слов я лучше оставлю часть себя, свои слова, а не копипасту интернетную. Я, кстати, подумал, что действительно печально, когда человек умирает с яркой солнечной фразой, с улыбкой на устах, будто в момент смерти он чувствует себя живее, чем обычно. Я бы хотел быть таким человеком. — Если мне с-суждено умереть напольным покрытием, я бы предпочел стать… — из последних сил я постарался повысить свой охрипший от паники голос, — … ламинааааатом. Все. Теперь можно на покой. Пара секунд стояла звенящая тишина. Впервые слышу настолько громкую тишину; она была везде: в поджилках, в мясе вместо руки, в голове, даже в ротовой полости — ничего не издавало звука. Показалось, что весь мир замер, ожидая разрядки от бесконечного напряжения. Наконец, Рейджи заговорил: — Это одна из ужаснейших фраз, которые я только слышал. Никогда бы не подумал, что такой ущербный человек как ты может быть еще ущербнее. Но ты определенно умеешь удивлять. Я с мольбой в глаза посмотрел в малиновые глаза Рейджи. — Значит, я могу быть свободен? К моему огорчению, рука Рейджи переместилась со спинки кресла на мою шею. Холод его пальцев усилился, когда его взгляд опустился, блуждая по моей шее и ключицам и медленно возвращаясь к моему лицу. Моя пульс бешено заколотился. Почему у него такой взгляд? — Я говорил, что ты можешь покинуть комнату, но я точно не говорил, когда ты сможешь это сделать. Рейджи с тихим смешком уткнулся лицом в изгиб моей шеи, со сладостным стоном вдыхая аромат моего пульса глубоко в легкие. Вдоль позвоночника пробежала нервная дрожь и я попытался пошевелиться, однако этот чертов гад надежно зафиксировал мое положение, не давая и шанса предпринять что-то против него. Через пару мгновений я сдался, расслабившись в сильных руках, мысленно считая секунды, когда эта пытка закончится. — Правильно, что расслабился. Так и надо. Не успел я слово сказать, как острая боль пронзила шею, и я захлебнулся в собственном возмущении. Уже второй раз убеждаюсь, что вампиры могут, но не хотят кусать безболезненно, хотя клыки Рейджи не с таким остервенением рвали мою плоть, как делал это Райто. Я закусил щеку, дабы не польстить кровопийцу своим стоном, но не казалось, чтобы он нуждался в сторонних звуках от меня. Я устало уставился в потолок, пока Рейджи с причмокиванием высасывал из меня кровь. Спустя минуту его хватка заметно ослабла, однако я не спешил вырываться и скидываться вампира с себя; шанс того, что его настроение резко изменит свой благосклонный характер, а клыки рассекут мне шею всяко был выше при моих попытках борьбы, а такого счастья мне не хотелось. Все. Устал я. Пусть что хочет, то и делает, я умываю руки. Через какое-то время Рейджи отстранился, с его губ медленно стекала алая полоска. К тому моменту я уже испытывал головокружение, а потому растекся по креслу, когда он молча отошел от меня. Через секунд 10 он вернулся и потряс перед моим лицом колбочкой с таблетками, привлекая мое рассеянное внимание к собственной персоне. Его настроение было заметно лучше, чем когда я зашел в его обитель, но мой скепсис касательно отсутствия яда в таблетках не могло победить ни что в мире, даже пробирающая до костей миролюбивая улыбка Рейджи. — В рамках исключительности твоей крови предлагаю тебе этот пробник. Поможет от головокружений и внезапных обмороков от потери крови. Три раза в день во время еды, никогда натощак. Советую не пренебрегать моими словами, я уже насмотрелся, что бывает с теми, кто не следует выданной инструкции. — А… спасибо. И за руку спасибо, — рассеянно пробубнил я, принимая колбу. — Я это делаю не ради тебя. Не люблю возиться с бесполезными телами, которые не способны довести себя до комнаты. Можешь быть свободен. Ужин в семь. — Справедливо. Но все равно спасибо. На ватных ногах я побрел к двери, но, остановившись, медленно повернул голову в сторону наводящего порядок Рейджи. Моя гнилистая сущность требовала возмездия за травмы, полученные в ходе рандеву с патлатым извращенцем, а потому я с ядовитой усмешкой обратился будто бы в пустоту. — Кстати, не знал, что вампиры курят, — по напряженной спине вампира я понял, что нажал на нужный рычажок. — Ох, или нет? Хм… В таком случае пойду спрошу у Райто, а то он вроде как потерял свои сигареты в начале дня. Доброго времяпрепровождения, Рейджи. Надеюсь, этот индюк знатно получит.