Как все было на самом деле

— Взять его — сказал Азог и несколько десятков орков на варгах ринулись за мной. Привычная серая накидка совсем не мешала бежать, а посох в руке придавал силы телу, не подвергавшемуся таким упражнениям уже сотню с лишним лет. Энергии в кристалле было мало и я использовал последнюю, чтобы ускорится. «Придётся работать со своей», подумал я, отскакивая от очередного препятствия и направляя силу в посох. Но размышлять о сущем было уже некогда и высвобожденный пучок вязкой силы врезался прямо в кусок скалы над мостом. Кажется, он упал на парочку орков, но я и по сей день не знаю так ли это. Тогда мои мысли были заполнены другим, а именно первозданной пустотой, насколько глубокой и затягивающей, что я забыл обо всем и захотел погрузиться в это чарующее марево. Чуть было не сделав шаг в бездну, я смог снять наваждение и восстановить ментальный щит, который это нечто снесло в мгновение ока. Вокруг были развалины древнего замка, настолько величественные и ужасные, что просто дух захватывало. Даже спустя столько лет, сидя в кресле и рассказывая это тебе, меня пробирает дрожь и душа моя содрогается от ужасной мощи и всепоглощающей Тьмы этого древнего сооружения. Но не это было самое страшное… Неет… самый древний враг всех народов Средиземья — Саурон, во что и теперь заставляет моё сердце биться быстрее, а холодный пот застилать лицо! За свою долгую жизнь я видел много чего отвратительного, впрочем, и сделал я тоже не мало, однако его лицо… даже не лицо, а всего лишь эфемерная иллюзия — это ни с чем не идёт в сравнение. Тогда я направил все свои магические, физические и моральные силы против десятой доли его мощи. Он играл со мной, словно сытый варг с кроликом. И главное я ничего не мог ему противопоставить! Поэтому я начал… молиться. Да, дорогой мой, молиться! И мой призыв был услышан. Не по мановению волшебства, но по просьбе того, кто всего себя отдавал служению миру, откликнулись эльфийские Владыки и Саруман, бывший тогда со мной в дружбе. Злейший наш враг решил отступить в тень и позволил своим верным слугам попытаться закончить его дело. Как я позже узнал, леди Галадриель потратила силы не только магические, которые ей в достатке давало кольцо, но и энергию, которая и сейчас присуща всем эльфам, что позволяет им жить жизнь, несомненно, более долгую, чем у простых людей или гномов. Саурон, испугавшись той мощи, был изгнан (или отошёл, до сих пор не ясно) в тень Мордора, а Радагаст оказал мне большую услугу, вывезя на своих санях леди, которой, как тебе известно, я дорожил и дорожу. Битва с Девятью была столь стремительной, что у меня в памяти отложились лишь несколько взмахов меча и посоха, хотя на запоминал я всегда изрядно… да… Вот помню я как-то поспорил… А? Ах да… Ну так вот. Одолеть назгулов оказалось не просто. Но все же сила слуги всегда зависит от силы хозяина, а Саурона мы потрепали изрядно. Поэтому мастерство Элронда, мудрость Сарумана и мой немалый опыт таких похождения сделали свое дело: мы заставили их отступить к своему господину, а это, согласись, немалое достижения для трех старцев, которым перевалило тогда за пару десятков тысяч лет, пусть один из них и выглядел молодо. Где-то за нами все ещё стояла армия орков, но нам было все равно. Всё Его слуги опасны не своей магией или силой тела, а тем, что высасывают из тебя все, что может быть хорошего в душе и сердце, отбирают желание сопротивляться. Ты хочешь покариться судьбе и отдаться в руки Властелину Тьмы. Но запомни, друг мой, плыть по течению — самое ужасное и мерзкое, что ты можешь сделать в жизни. Но я говорил о другом. Сразу после битвы, которая не продолжилась и пять минут, мне на плечо сел мотылёк, не раз сослуживший мне хорошую службу. Но тогда он принёс мне добрую весть… Да… Конечно, то что случилось с Озерным городом нельзя назвать счастьем, но смерть Смауга…это принесло мне огромное облегчение! Волнение за судьбу гномов, а в особенности за Бильбао немного поутихло. За отсутствием дракона им ничего не грозит, думал я… Каким же я бы дураком! Мне нужно было нестись на крыльях ветра к Эребору, а я, ты не поверишь, решил… Отдохнуть! Я вместе с Элрондом вернулся в Ривендейл и провел там неделю. Когда до меня дошли вести об армиях, разбивших лагерь вокруг горы и об орках, идущих к королевству гномов стройными рядами через Изгарот, которые совсем не свойственны этим глупым создания я попал в полную прострацию и не сразу ринулся к месту сражения. Я искренне считал, что у меня было три дня форы… Как же я ошибся тогда! Спасли меня только те самые орлы… Да, милый мой, те самые, что спасли меня через много лет… Но это совсем другая история, а сейчас мы ведём с тобой разговор о тех далёких временах, когда кольцо Бильбао казалось мне всего лишь забавной безделушкой. Уже подлетая к Эребору, я увидел армии, сходившиеся в жестокой сече. Попросив старого друга спуститься, я спрыгнул с могучих крыльев орла и широким шагом подошёл к палатке Трандуила, где, к своему большому удивлению, обнаружил Бильбо, самого Владыку и человека, по одежде которого я понял, что он из Озерного города. Решив наплевать на все этику и почтение к собоседникам я назвал их балванами, которые из-за своей муравьиной возни не видят, что их скоро растопчут. И тут я познал ещё одну грань толантов своего друга Бильбо — неожиданность. Он из-за пазухи достал… Аркинсторн! Сердце Эребора лежано в кармане у хоббита. Мальчик мой, ты бы видел глаза Трандуила… Такой жадности я не мог представить, но я могу понять его. А вот свои чувства я до сих пор не могу осознать и понять. Во мне проснулась не жадность, как можно подумать, а отвращение. Я почувствовал «душу» камня и то что я увидел… Было мерзко. Камень не был разумен, но стремился свести с ума своего владельца. Чистая ненависть ко всему живому — вот что было в его «душе». Но все это заняло не более мгновения и я постарался тогда перевести мысли эльфа и человека на армию орков. С Бильбо я решил поговорить потом, но этого «потом» не случилось. Мы услышали шум, который перекрыл звуки армии, готовящейся к битве — это были гномы железных холмов, которые пришли на помощь Торину. По словам хоббита Дубощит тогда совсем сошёл с ума и только и думал о Камне. Дошёл даже до обвинения своих родственников. Подумать только, дорогой мой, гном обвинял гнома в предательстве! Даже звучит нелепо. Но не это главное. Будто по расписанию, вслед за железнобокими, показалась армия орков! Ооо…то что я видел в Гундабаде — песочница для хоббитят! Шеренги орков, закованных в броню, шли по всему горизонту, а перед всей этой ордой стоял назгул, на вороном коне с красными глазами, огонь которых доходил своим жаром до нас! Ну или это было общее впечатление от воинства Мордора (я и сейчас не разберусь). Я закурю трубочку? Ты не против? Спасибо… Эх… «старый Тобби»… Лучший тобак во всем Средиземье…мы его частенько курили с Бильбо, а потом и с Фродо… Но я отвлёкся. Армия Гундабада неотвратимо на двигалась на нас, словно лавина с гор. И то что я дальше увидел, случилось первый раз за пару тысяч лет! Гномы, эльфы и люди без приказа встали в один строй. Даже такие непремеримые противники обьеденились против той ужасающей силы, что шла на нас. Давно я не видал, что бы войска так быстро заходили в крепость. Через десять минут, мы в четвером остались одни перед целой армией и мне пришлось слегка помочь этим дурням. Через мгновение мы стояли на стене Эребора, Бильбо обнимался с гномами, а Трандуил, поджав губы, стоял в ряду эльфийских лучников. Я тогда не совсем понял, что произошло и действовал на инстинктах и интуиции, которая хорошо развита у любого уважающего себя мага. Только услышав команду к стрельбе по готовности, я скинул с себя пелену событий и разум мой прояснился. И тут полетели первые стрелы и защвучали отрывистые, но в тоже время тягучие команды на эльфийском. Я тоже не остался в стороне и обрушил на тёмных тварей все мощь, которую смог выжать из энергии, скопленной в Ривендейле. На головы врагов обрушились столбы света, а воздушные лезвия проходили сквозь броню как нож сквозь масло. Появился запах гари. Стрелы из луков и мечтательные топоры неслись, словно варги по полю, сея смерть. Но и орки оказались не такими уж простыми, нееет. Из осадных орудий в нас полетели камни и горшки с горючей смесью. Однако, я и до этого ни раз убеждался в надёжности и крепости посторек гномов. Из стены не вывалился ни один камень, ни один зубец не отвалился. А на отродий Саурона все летела лавина стрел, которая и не думала убывать в масштабах. Тёмные твари рядами ложились на землю перед главными вратами в Эребор, но орда казалась не менее огромной. Складывалось ощущение, что спасения не было. Но тут… орки отступили! Назгул понял: эту гору штурмом не взять и решил заморить нас голодом. Осада для нас тогда равнялась неминуемой смерти и он это понимал. Надо было что-то делать и мы снова организовали совет, на этот раз с участием гномов, к которым я и по сей день питаю глубокое уважение. Подходя к тронному зале (он был наиболее сохранившимся) я услышал крик Трандуила — Это все из-за тебя, гном! Твоя безмерная жадность сгубила нас всех! — Моя жадность??! Да это вы решили разграбить сокровищницу моего народа! То что мои предки собирали многие столетия, вы вынесете за несколько дней! Когда мы пришли к вам за помощью, что вы ответили? А, эльф? Вы сделали вид, что договора между нами не существовало! Вы выкинули нас с порога вашего проклятого леса, как попрошаек! — А что ты ожидал? Что я навлеку на моё царство гнев Смауга? Что ради вас я подвергну опасности эльфов? Если так, то ты глупец, а не король! — Это для вас дружба не значит ничего! Вы в своём чванстве забываете любые узы! Ради камней, что белее света ваших любимых звёзд, вы готовы на любое предательство! — Да как ты смеешь… Я зашёл, успев заметить кинжал, выхваченный Трандуилом и короткий молот в руках Торина. Барт стоял посередине и сдерживаю обоих. — Хватит позориться! Двух королей двух величайших народов сдерживает простой рыбак! Он в отличии от вас доказал свое право присутствовать в этом зале величайшим подвигом. А вы как малые дети! Под нашими стенами стоит враг, а вы нашли время вспомнить! — Молчи, Митрандир. Ты помог моему народу и я никогда не забуду этого, но сейчас я обрежу уши этому слащавому сыну звезд! Торин взмахнул молотом, но его рука застыла в воздухе, как в расплавленном металле. Тогда я спас короля эльфов, ведь гном несомненно размозжил бы его голову по стене и гордился бы этим до конца своей жизни. — Вы все ещё не поняли? Под стенами этой крепости стоит орда, готовая разорвать нас при первой возможности! Поэтому успокоились. При желании вы сможете решить этот вопрос давно минувших дней после, если мы выживем. — Хорошо, Митрандир — ответил мне Трандуил и вложил кинжал в ножны. — Эльфы хорошо умеют ждать и подожду. — Ладно, Гендальф. Ты просишь меня и я не могу отказать тебе. — Вот и прекрасно — сказал Барт — если царственные особы решили повременить с отделением отдельных частей тела противника, то давайте решим: что мы будем делать с орками? — У нас есть армия моего брата, а это 30 полных гномьих хирдов! — сказал с гордостью Торин — И пять сотен отборных эльфийских лучников, способных попасть белке в глаз с крепостной стены. — А также сотня людских стрелков, столько же солдат. Ну и двести голодных, замерзших мирных жителей. — гордо, но немного стесняясь добавил Барт. — Это все конечно прекрасно… Но этого явно недостаточно для победы над армией Мордора! И все же я знаю, что нам делать. — с улыбкой сказал я. У меня созрел план… — И что же? — с интересом спросил Трандуил. — Мы попросим лорда Элронда и Гондор прийти нам на помощь. — Нам никто не помог тогда! С чего ты решил, что они придут сейчас? — Им придётся. После Эребора эта орда пойдёт на Гондор, а затем и на Последний Приют. — Митрандир прав. Я также предлагаю просить помощи у Лориэна. Галадриэль не откажет нам. Её сердце не позволит ей не попробовать спасти нас. — добавил Трандуил — Да…так и сделаем. Впервые за несколько тысяч лет люди, эльфы и гномы объединятся против единого врага! После битвы с Сауроном настолько масштабных сражений не случалось!