А ты со мной?

Первое время Саске опасался, что от Кии будут проблемы. В принципе, его ожидания оправдались, только не совсем так, как он думал — она не пыталась его убить, не пыталась убежать, честно следуя их договоренности. Но она отставала, тормозила и задерживала парня, потому что ей безумно хотелось исследовать окружающий мир. Пару раз Учиха порывался бросить ее по дороге и двигаться дальше одному, но что-то останавливало. Когда они дошли до другого логова Орочимару, она категорически отказалась заходить внутрь, обернувшись своей оболочкой словно коконом, так что пришлось оставить девушку снаружи. Тем лучше, переговоры о взаимной выгоде с Суйгетсу, Карин и Дзюго лучше было вести одному, без оружия массового уничтожения за плечом. Собрав команду, Саске мог приступить к выполнению своего плана, который в общей концепции звучал предельно просто: найти Итачи и убить его. А вот с детализацией возникали проблемы, ведь брат состоял в Акацки, и поэтому «найти» было в разы легче сказать, чем, собственно, сделать. Первой логичной мыслью было разделиться, что они и сделали. Не уверенный, стоит ли отпускать Кию одну, Саске также не мог взять ее с собой, поэтому он отправил девушку вместе с Карин. Не то, чтобы Карин была в восторге от этого, она даже попыталась высказать мысль, что поиск будет гораздо эффективнее в команде с Учихой, но одного холодного пронзительного взгляда хватило, чтобы оборвать этот бессмысленный разговор. Они должны слушаться его, они согласились на это, когда пошли за ним. После смерти Итачи могут прекословить и возражать сколько угодно, после смерти Итачи они вообще не будут ему нужны, но сейчас — ни слова против! Пойдя разными дорогами, Саске оставалось надеяться, что кому-то из них повезет наткнуться на след Акацки и выследить братца. Но он и предположить не мог, что его самого скоро найдут двое из организации. Тратить на них время и силы, которые могут пригодиться потом? Учихе этого не хотелось, но отделаться от назойливого блондина было проблематично. Впрочем, опасность представлял только он, его же напарник — странный шиноби в спиральной маске — никак не вмешивался в их бой, лишь раздражая подрывника своим присутствием и комментариями. И скажи Учихе парой часов ранее, что он может недооценить противника и оказаться на волосок от гибели — парень бы лишь усмехнулся. Возможно, это даже бы рассмешило его на пару секунд, только вот наблюдая как чакра концентрируется в груди Дейдары, превращаясь в чистый сгусток энергии, жаждущей уничтожить все в радиусе нескольких километров, Саске было вовсе не смешно. Убежать он явно не успеет. Взрыв, прогремевший средь бела дня и озаривший небо яркой вспышкой, привлек внимание команды Хеби. Первым Саске обнаружил Суйгетсу, но остальным потребовалось не слишком много времени, чтобы добраться туда. Без сил, еле стоящий на ногах после изнуряющего боя и забравшего последнюю чакру призыва, Саске почти рухнул на землю. Оказавшаяся за секунду рядом Карин поставила ему руку и Учиха с готовностью впился в ее кожу зубами. Киа же, наблюдавшая за ними со стороны, склонила голову. По земле вокруг нее стала расползаться фиолетовая жижа, пузырясь и бурля, словно кипяток, чавкая и шипя, когда пузыри лопались. Она хотела убить Саске, пока тот ослаб? А может ей хотелось вцепиться в глотку Карин?.. Учихе необходимо было восстановиться, прежде чем продолжать путь. С помощью Джуго, команда донесла брюнета до ближайшей деревеньки, в гостинице которой они взяли пару номеров. Суйгетсу и Джуго проверяли окрестности, тогда как Карин оставалась рядом с Саске, залечивая его раны. Кию выгнать из комнаты, где находился Учиха, и вовсе не могли. С шипением она терпела присутствие Карин, почти окутывая ее своими силами, когда та прикасалась к парню. Однако одного взгляда Саске, его темных глаз, хватало, чтобы К-1а на время успокоилась. Карин лишь бросала на нее презрительные взгляды, но в глубине ее глаз затаился страх, потому что Кие явно не нравилось присутствие красноволосой. И Карин понятия не имела, как скоро и как именно Киа захочет устранить эту проблему. Если за тем же Джуго куноичи могла следить по состоянию его чакры, то с девушкой это не срабатывало — чары у нее не было и лишь ее оболочка, обволакивающая ее тело, позволяла понять, что настроение у К-1а было не самым лучшим. Поэтому Карин проводила рядом с Саске не так много времени, как ей хотелось бы. И пусть Саске в основном спал, Киа никуда не уходила, сидя на коленях около его кровати. Девушка ничего не ела, не спала, только следила за тем, как плавно вздымается его грудь от каждого вздоха. Уже на второй день, наблюдая за Карин, она отобрала у нее бинты, сама убирая старую повязку с ран Учихи и накладывая новую. Неловкими движениями, дрожащими руками, причиняя боль своей неосторожностью, но это был первый раз, когда Саске не стал возражать и не приказал Кие сидеть тихо и не мешаться. С этого момента, помощь Карин сводилась лишь к лечению с помощью чакры, все остальное делала сама Киа. Стоило куноичи хотя бы заикнуться о том, что это неразумно и со стороны Саске является глупой блажью, как ее шею тут же опутывала тугая лента. — Ты не должна калечить других, — сказал Саске Кие, когда они в очередной раз остались одни. — Они нужны мне. — Саске… — она подсела ближе, заглядывая парню в глаза, словно так могла лучше понять смысл его слов. «Но ты и так понимаешь! Ты можешь говорить. Сколько понадобится времени, чтобы ты снова сказала хоть слово?» — Карин, Суйгетсу и Джуго тебе не навредят, поэтому и ты не будешь вредить им. Поняла? — Саске заметил, как девушка кивнула головой. Значит, еще помнит его давнюю просьбу не повторять без конца только его имя. — Через пару дней мы отправимся в путь. Я могу рассчитывать на тебя? До этого, после того как Саске выпустил ее из камеры, Киа ни разу не дала усомниться в том, что будет соблюдать их устный договор. Тогда к чему же был этот вопрос? Кажется, Учихе просто хотелось разговорить ее, заставить девушку сказать хотя бы короткое «да». Вместо этого, Киа взяла его руку в свои ладони и сжала пальцы. Не кивнула головой, не прошептала его имя, не наклонила голову, словно хотела сломать свою шею — нет. Она взяла его руку, крепко сжимая ее и смотря парню в глаза своими, кроваво-красными, в которых так тяжело иногда было прочитать эмоции. Но одно Учиха мог с уверенностью сказать — сейчас ее глаза горели жизнью и это его завораживало.