Сладкий лорд

      Авада Кедавра — всего два слова, но столько влияния. Тысячи смертей, сотни поломанных жизней и всего десятки осчастливленных.

***

      — Научи меня охотиться на мышей.       — Они быстрые.       — Ты тоже.       — Ты медленный и шумный.       Смех Гарри, кажется, слышали уже не только все Дурсли в доме, и но миссис Фигг перед своим телевизором.       — Я большой и опасный.       — Медленный и шумный.       — Что вкуснее: мыши или лягушки?       — Кровь мыши — теплее.

***

      Гарри нравилась его жизнь: странная и смешная семья, верные друзья. Что ещё нужно? Оказывается, огромного замка в Шотландии.       Он был в полном восторге от происходящего: бородатый великан пришёл к нему в гости, рассказал про волшебный мир и повёз на целый день на улицу полную чудес. А поездки на тележках и гоблины были приятным дополнением.       Первая лавка, в которую он зашёл принадлежала Мадам Малкин и её мантиям на все случаи жизни. Приземистая улыбающаяся волшебница быстро узнала его и провела в глубь магазина.       — Солнышко, что на тебе за одежда? Сейчас так модно у маглов?       Он рассмеялся, словно услышал лучшую на свете шутку, и ответил:       — Нет, это моего глупого кузена, он слегка в теле.       — Ох, негоже Гарри Поттеру в таком ходить, сейчас подберём тебе что-нибудь.       Гарри так задорно смеялся и заражающее улыбался, что мадам Малкин была готова отдать ему свои лучшие мантии задаром. Что, впрочем, и сделала.       — А мне нравятся ваши одежды. Они такие таинственные и волшебные. — Восхитился он, комкая кулачками ткань на себе.       — И животик скрывают.       Он снова засмеялся, а женщина подхватила его смех.       Зазвенел колокольчик и в магазин зашёл бледный мальчик, его выражение лица никак не вписывалось в царившую здесь атмосферу.       — Тоже в Хогвартс? — Спросила его мадам Малкин.       — Да. — Он ответит так, словно его заставили зайти сюда силой.       Гарри покрутился на месте, радуясь тому, как мантия повторяет его движения.       — Я как будто в платье!       — Типичный хаффл. — Сказал незнакомый мальчик, вставая на скамейку.       — Чего? — глупо спросил Гарри.       Бледный мальчик был красив, но красота эта была отталкивающая, неестественная и какая-то хищная.       — Ещё и магл. — Блондинчик скучающе понаблюдал за суетой мадам Малкин, а затем кинул изучающий взгляд на Поттера и его лицо приобрело брезгливый вид. — Что у тебя на лице?       Гарри засмеялся и откинул непослушную чёлку, хозяйка засмеялась вместе с ним. Шрам Гарри был нисколько не аккуратным и ни красивым, он начинался где-то в волосах, проходил неровной сеточкой по лбу, через веко и заканчивался одинокой полоской под глазом. Он был похож на ветку кривого дерева, на трещину в стекле, на молнию.       — Ты Гарри Поттер! — Мальчик даже забыл про свою манерную речь, а когда сходил, или точнее сбегал, со скамеечки, запнулся и на секунду потерял равновесие.       Если бы Гарри не был собой, он бы испугался стремительно идущего к нему мальчика, но его это только позабавило.       — Я Драко Малфой. Извини, не хотел тебя обидеть. Очень рад с тобой познакомиться. — Затараторил Драко, протягивая руку.       — Ты забавный. — Ответил Поттер, пожимая руку.       Забавный блондинчик чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда в витрину постучал лесничий.       — Хагрид! Мороженое! Мадам Малкин, я вынужден откланяться по неожиданным обстоятельствам, — Поклонился он. — меня ждёт прохладный, сладкий и наверняка ванильный рожок мороженного. — Мальчик рассмеялся своей глупой шутке, что даже Малфой слегка улыбнулся.       — Конечно, милый, это очень серьёзная причина. Напиши мне как обустроишься в Хогвартсе.       — С удовольствием! Увидимся в школе, Драко! — Гарри махнул столбом стоящему мальчику и выбежал из магазина.       — Ванильно-шоколадное с орешками!       Единственное, что могло хоть ненадолго заткнуть Гарри, — это сладкое. Иногда, очень редко, этой слабостью пользовались Дурсли, покупая пакетик самых дешёвых кукурузных палочек.       — Вот приедешь в Хогвартс там такой... э-э-э ужин будет, все столы сладостями завалены будут.       Только благодаря мороженному Поттер сдержал радостный возглас.       — Кто такой хаффл? — спросил Гарри, когда рожок был уничтожен.       — О, это ученик с этого... Хаффлпаффа.       Мальчик выжидающе посмотрел на Хагрида, но тот молчал.       — С чего? Это ещё одна волшебная школа?       — А? Да нет. Это ж один из факультетов. Ну Хаффлпафф этот, потом Слизерин, Рейвенкло и Гриффиндор, — Последнее слово он сказал гордо, чуть ли не выпячивая грудь. — там я и твои родители обучались.       — Какая разница на каком учиться?       — Это ну там по голове твоей смотрят. Ты скорее в Гриффиндор попадёшь, точно тебе говорю.       После этого они зашли в “Флориш и Блоттс”, где Гарри позволил купить себе не только учебники, но и немного дополнительной литературы.       — Так, ещё не всё... — Проверял список Хагрид. — Ещё одна вещь осталась… и я это. Я тебе подарок не купил, а у тебя день рождения сегодня.       — Подарок? А какой? — Глаза Гарри сразу же загорелись.       — Ну, я думал о животном каком-нить.       — А можно мне змейку? Можно? Можно? — Он уже чуть не прыгал на месте.       — Змею? На кой она тебе? — Растерялся лесничий.       В магазинчике выбор Гарри пал на огромного симпатичного удава, но Хагрид купил ему полярную сову.       Отвратительное животное, по мнению мальчика. Совы едят в ничём не повинных змеек, что делает их резко неприятными.       Потом они зашли в лавку Олливандера. Пыль и тишина здесь были полны волшебных секретов.       Мистер Олливандер понравился Гарри. Он был такой странный и загадочный. В его затуманенных глазах, почти таких же серых как у Драко Малфоя, можно было чётко увидеть своё отражение. Его голос был гипнотизирующе мягким, такой голос невозможно было не слушать. А его слова навсегда остались в голове мальчика:       — …Думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер.       — И я не подведу вас в ваших ожиданиях, сэр. — Ответил он без своей обыденной улыбки.

***

      Когда Гарри вернулся домой, тётя Петунья воскликнула высоким голосом:       — Что на тебе надето!?       И эта мантия того стоила.

***

      На вокзале “Кингс Кросс” они были ровно в десять тридцать. Дядя Вернон перетащил чемодан на тележку и сел обратно в машину, пока тётя Петунья с Гарри повезла её на перрон.       Когда они остановились Поттер непонимающе на неё посмотрел.       — Всё, что тебе надо сделать, — Заговорила он после минутного молчания, смотря в стену перед собой. — это пройти прямо через разделительный барьер между платформой девять и десять.       Гарри не колеблясь уже сделал шаг вперёд, как тётя остановила его взяв за плечо.       — Гарри, будь осторожен. — Сказала она, сжимая руку.       Мальчик улыбнулся ей, как улыбался всегда и всем, и пробежал через барьер. Гарри стоял перед вагоном и пытался решить очень сложную задачу: как маленькому слабому мальчику с недостатком в весе перенести свой тяжеленный чемодан в вагон? Он оглянулся: другим детям помогали родители.       Он простоял так несколько минут, пока к нему не подошёл какой-то парень.       — Помощь нужна? — Спросил тот.       Гарри повернулся к нему и улыбнулся:       — Да, пожалуйста.       Тёмные глаза парня метнулись к пересекающему правый глаз шраму, но он вежливо промолчал.       — Готово, приятель. Первый раз едешь в Хог? — Спросил он, когда чемодан и клетка были размещены.       — Да. А ты? — Гарри шире улыбнулся своему глупому вопросу.       — Пятый. — Парень улыбнулся в ответ. — Я Оливер, кстати. — Он протянул руку.       — А я Гарри, Гарри Поттер. — Сказал мальчик наконец то, что от него хотели услышать, пожимая протянутую руку.       — Ну что ж, надеюсь, тебе понравится в Хоге, Гарри.       — Понравится. — Заверил его Поттер.       Когда Оливер ушёл, Гарри сел к окну и стал наблюдать за ходившими туда-сюда волшебниками, среди который изредка появлялись люди в совершенно обычной одежде. Ближе к одиннадцати прошла семья, где совершенно все были рыжие, наверное, шотландцы.       Вскоре, прозвучал громкий свисток и поезд двинулся с места, платформа уступила место мелькающим домам.       — Нет, Рон, тебе с нами нельзя. — Послышался голос в коридорчике.       — Ли взял с собой огромного тарантула. — Продолжил второй.       — Куда мне тогда сесть? — Спросил третий, видимо Рон.       Гарри с интересом повернул голову на дверь, вслушиваясь в разговор.       — Да хоть сюда вот! — С этими словами дверь купе отъехала и две пары рук втолкнули одного из рыжих мальчиков из той большой семьи, которую Гарри недавно видел на платформе, и закрыли её.       Рон испуганно оглядел Поттера и дрожащим голосом произнёс:       — Извини, можно я тут?..       — Да, конечно. — Его улыбка, кажется немного успокоила Рона.       — Я Рон, кстати. — Сев представился мальчик.       — Да, я слышал.       Рыжий мальчик мигом скис.       — А я Гарри.       Они немного помолчали, смотря в окно.       — У тебя в семье все волшебники? — С нескрываемым интересом спросил Гарри.       — Э-э-э… да. Думаю, да. — После некоторого раздумья выдал он. — Кажется, у мамы есть двоюродный брат, он из маглов, бухгалтер, но мы о нём никогда не говорим.       — Я недавно в волшебном мире, не мог бы ты меня просветить в кое-каких вещах?       — Ну да, наверное.       Гарри подался вперёд:       — Почему волшебный мир не открывается миру маглов? Почему нельзя творить чудеса вне школы? И что за система чистоты крови? — С горящими глазами спрашивал он. Рон округлил глаза, наверняка он ожидал услышать какую-нибудь глупость, вроде пукают ли единороги радугой, но это тоже, кстати, было интересно Поттеру.       — Я ну… у маглов же оружие разное. А чудеса… мы ведь дети и можем не справиться. Какой был третий вопрос? — Он слегка покраснел.       — Никакой. Забудь. — Слегка разочарованно махнул рукой Гарри.       В этот раз молчание нарушил Рон:       — Ай. Укусила, зараза. — Он засунул руку в карман и вытащил крысу.       — Она волшебная? — Гарри даже придвинулся, чтобы рассмотреть её.       — Нет, Короста совершенно обычная и бесполезная, спит целыми днями. — На этих словах Поттер отодвинулся. — Отец подарил Перси сову, когда узнал, что тот будет старостой, и я тоже хотел, но у них нет де… я хотел сказать, что вместо этого получил крысу.       — Твой брат староста? Наверное, это очень удобно.       — Нет, он та ещё праведная заноза в…       — Ой. А у меня тоже есть питомец. — Перебил его Гарри.       Рон кинул тоскливый взгляд на сову, но Поттер вытащил маленькую спящую абсолютно чёрную гадюку.       — Это змейка. — Торжественно представил он её.       Рыжий мальчик с ужасом на ней взглянул:       — Разве можно брать змей в школу?       — В письме сказано: сову, кошку или жабу, но у Ли — тарантул, а у тебя крыса, значит, и змейку можно.       — А она не кусается? — Не меняясь в лице спросил Рон.       — Нет.       Гарри убрал змею и Рон облегчённо вздохнул.       — Ты сказал, что недавно в волшебном мире?       — Да, так и сказал. — Кивнул Гарри.       — И как твои родители отнеслись ко всему этому? — Он повёл рукой, стараясь обвести этим жестом каждое волшебное создание и место.       — У меня нет родителей. — Просто сказал Гарри.       — Значит, ты э-э-э приёмный? — Неловко спросил занервничавший Рон.       — В каком-то смысле. Я живу с тётей и дядей. Они всегда знали, что я маг, только я узнал об этом недавно. — Гарри рассмеялся так, что даже Рон улыбнулся.       — Как это? — Слегка расслабившись спросил он.       — Не знаю. — Продолжая смеяться сказал мальчик.       Пока они болтали поезд выехал из Лондона и уже нёсся мимо полей и лугов, на которых паслись коровы и овцы. Разговор больше не утихал, когда тема зашла о квиддиче.       — А что у тебя за шрам такой? В драке получил, наверное? — Немного восхищённо спросил Рон позже.       — Можно и так сказать. — Приподнимая чёлку ответил Поттер.       Мальчик какое-то время разглядывал его, потом в его глазах мелькнула догадка.       — Гарри, ты случайно не тот Гарри, который Поттер? — Быстро зашептал он.       — Тот самый. — Отпуская руку ответил Гарри.       — Ох, я это… да… Рон. Рон Уизли, в общем. — Рон не знал куда себя деть, то принимался говорить заикаясь, то взмахивал руками.       Гарри легко рассмеялся, вгоняя мальчика в ещё большее смущение.       Примерно в половине первого из тамбура донёсся стук, а затем в купе заглянула улыбающаяся женщина с ямочкой на подбородке.       — Хотите чем-нибудь перекусить, ребята?       — Сладкое! — Воскликнул Поттер и поспешно вскочил.       У Рона покраснели уши, и он пробормотал что-то насчёт того, что прихватил сэндвичи.       Гарри был в восторге на лотке лежала целая куча сладкого из мира волшебников, которую он никогда не видел. Он набрал всего понемногу.       — Ты такой голодный? — Спросил Рон, когда Поттер свалил всё на свободное сиденье.       — Для сладостей у меня всегда есть место.       Уизли вытащил откуда-то бумажный пакет и вынул из него четыре сэндвича:       — Она всегда забывает, что я не люблю копчёную говядину. — Грустно произнёс он.       — Присоединяйся ко мне, тут много всего.       Гарри хотел скормить шоколадных лягушек змее, но они оказались просто шоколадными и ни капельки не живыми. Берти Боттс были просто ужасными расточительством — ананас и мята в одной пачечке с требухой и почками.       Пока они поглощали купленное, к ним заглянул круглолицый мальчик, а через пару минут снова он же, но уже с девочкой с густыми каштановыми волосами. Когда дверь купе отъехала в третий раз, зашли уже трое: Драко Малфой и два крупных мальчика.       — Привет, Гарри. — Поздоровался Драко.       Гарри кивнул и продолжил поедать шоколадную лягушку.       — Это Крэбб, а это Гойл, — Он небрежно представил своих спутников. — А меня ты уже знаешь. — Последние слова он самодовольно выделил.       Поттер грустно посмотрел на безголовую лягушку в своей руке и отложил её.       — Привет. — Он махнул двум стоящим в стороне мальчикам. — Это Рон. — Представил он Уизли.       Рон неуверенно кивнул.       — Мой отец рассказывал мне, что если видишь рыжего, веснушчатого мальчишку в обносках своих братьев, значит он из семьи Уизли. Семьи, в которой больше детей, чем могут себе позволить их родители.       Рон встал и угрожающе выпрямился во весь свой немалый рост. Крэбб и Гойл как по команде вышли вперёд. Гарри восторженно посмотрел на Малфоя, тот определил фамилию незнакомого мальчишки за считанные секунды, опираясь на сухие факты.       — Да как ты смеешь!? — Грубо спросил Уизли.       — Но твоя семья и вправду бедная. — Непонимающе сказал Гарри.       Рон злобно взглянул на него и вышел из купе.       — Он обиделся? Что я такого сказал? — Спросил Поттер, приуныв.       — Ты всё правильно сказал, — Драко сел рядом. — В нашем мире есть несколько династий волшебников, которые гораздо круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всём разобраться.       Наконец-то. Гарри слегка улыбнулся в ответ и вернулся к шоколаду.       Всю дорогу он вдумчиво всматривался в пейзаж за окном, несмотря на все попытки Малфоя и его друзей начать разговор.       — Первокурсники! Первокурсники, все сюда! — Загремел мощный голос лесничего. — Эй, Гарри, у тебя всё в порядке?       — Привет, Хагрид. — Вяло поздоровался он.       — Ты чегой-то? Обидел кто? Все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!       Хагрид повёз их по чёрному озеру и это было чудесно, гигантский замок на вершине высокой скалы — ещё лучше.       — Как думаешь на какой факультет попадёшь? — Спросил уже в замке из ниоткуда взявшийся Малфой, когда их оставили перед дверьми в Большой зал, заметя что Поттер оживился.       — Меня любой устроит. Кроме Гриффиндора, наверное. — Немного подумав сказал Гарри.       — И почему же? — Что-то предвидя поинтересовался Драко.       — Он скучный. И, кажется, там обучаются одни идиоты.       — С чего ты взял!? На Гриффиндоре обучалась вся моя семья. — Огрызнулся Рон откуда-то справа.       — Оно и видно. Подслушиваешь, Уизли? — Манерно протянул Малфой.       — Пошёл ты!       Друзья Драко встали рядом с ним.       — Хагрид. — Словно не замечая перепалки объяснил Поттер. — Он далеко не умный, я сужу по нему. Но я могу и ошибаться.       — Твои родители были гриффиндорцами. — Всплеснул руками Рон.       — Я их не знал.       Уизли молча смотрел на него, как будто не понимаю, как можно не разделять взглядов и ценностей умерших родителей.       — А почему тебя устраивают другие факультеты? — Неожиданно спросил Гойл ужасно низким голосом.       — Мне было польстило распределение в Рейвенкло, это бы значило, что я остроумный, — Не без удивления Гарри заметил, что его слушают все дети, это было приятно осознавать. — Хаффлпафф: Драко ещё в нашу первую встречу сказал, что я типичный хаффл, может так оно и есть, а со Слизерином всё проще: зелёный — мой любимый цвет и на его гербе змейка.       — Не оценивай толпу по одному человеку, Гарри. — Совершенно серьёзно сказал Рон и отошёл.       — Ну выдал наконец. — Усмехнулся Малфой.       Мощные двери высотой в два Хагрида открылись, и профессор МакГонагалл велела им идти за ней. Первокурсники выстроились в шеренгу и нестройным гуськом пошли за ней. Зал встретил их сотнями взглядами, кто-то смотрел с интересом, а кто-то уныло, видимо старшекурсникам уже осточертело это всё, и они просто хотели есть.       Гарри даже не подозревал, что это место окажется таким красивым. Парящие свечи, не способные уронить каплю обжигающего воска, волшебный потолок, показывающий ночное чистое небо с тысячью искрящихся звезд, словно здесь и нет крыши. По случаю начала учебного года везде красовались развешанные полотнища с гербом Хогвартса.       Поттеру определённо нравился Хог.       Их подвели к учительскому столу, рядом с которым их ожидала маленькая табуретка и ветхая шляпа, которая вскоре запела. Излишне впечатлительные дети отскочили на пару шагов назад.       После песни профессор МакГонагалл начала вызывать их по одному по своему длинному списку. Группа из тридцати девяти человек постепенно редела, дети усаживались уже за свои столы под усталые и не очень хлопки.       — Поттер, Гарри! — Наконец позвали его.       Гарри сделал уверенный шаг к стульчику, все сразу оживились и зашептались.       — Она сказала Поттер?       — Тот самый Гарри Поттер?       Шляпа упала ему на глаза, ограждая от любопытных глаз. Весь зал умолк, как будто сговорившись. В это мгновение вершилась история.