Сладкий лорд

      В это мгновение вершилась история.       — Гм-м-м, — Задумчиво произнёс ему прямо в ухо тихий голос. — Всё предельно просто. Даже слишком. Умён, талантлив, амбициозен. Ох, вот в чём дело. Интересно, очень интересно. СЛИЗЕРИН! — Последнее слово излишне громко сотрясло воздух.       Гарри снял шляпу и радостно улыбаясь пошёл к слизеринскому столу. Ошарашенные и удивлённые взгляды следовали за ним, пока профессор МакГонагалл не прокашлялась и не произнесла следующее имя. Запоздалые хлопки нестройно прошлись по залу.       Поттер сел между чересчур оживлённым Малфоем и маленькой девочкой, которая застенчиво ему улыбнулась. Он кивнул девочке, пожал парочку чьих-то рук и продолжил следить за распределением.       — Гриффиндор — одиннадцать, Хаффлпафф — восемь, Рейвенкло — девять, Слизерин — одиннадцать. — Сказал он, когда церемония распределения закончилась, не обращаясь ни к кому конкретному.       — Ты считал? — Спросила его та девочка, кажется, её что-то пугало. — Я-я Трейси Дэвис.       — Гарри Поттер. — Ободряюще улыбнулся ей он.       — Д-да, я уже знаю. Хорошо, что ты поступил на Слизерин, ну точнее для меня. Я… эм, полукровная и, в общем, будет легче, зная, что на своём курсе я не одна такая.       — Рад помочь, Трейси.       Все ученики затихли, когда Альбус Дамблдор поднялся со своего кресла и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка.       — Добро пожаловать! — Торжественно произнёс он. — Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо!       Гарри рассмеялся:       — А мне он нравится.       Драко повернулся в его сторону и видимо хотел сказать что-то резкое, но передумал и промолчал.       Поттер обвёл стол взглядом. Стоявшие мгновение назад пустые тарелки были доверху набиты едой. Мальчик гневно посмотрел на Хагрида, здесь не было ни пирогов, ни пирожных, как тот говорил.       Гарри положил себе в тарелку пару ложек мятных леденцов, которые чудом здесь оказались, и начал ими уныло хрустеть, слушая разговоры соседей.       Малфой был занят тем, что расписывал всем желающим своё умение держаться на метле. Крэбб и Гойл уминали всё, что можно умять, как, впрочем, и Миллисента Булстроуд. Одна девочка, кажется, Дафна вела себя чрезвычайно манерно, перекидываясь словами со смуглым мальчиком.       Скучно.       Поттер посмотрел на свою соседку.       — Трейси!       Девочка вздрогнула и пюре с её вилки упало.       — Д-да? — Она подняла на него свои тёмные лошадиные глаза.       А она довольно красивая, хотя судить в таком возрасте ещё рано, но всё же отрицать это было глупо.       — Расскажи о себе. — Попросил Гарри.       — Я, ну, полукровная, но ты это уже знаешь. Живу в маленьком городке, о котором ты скорее всего не слышал. Родители предпочитают уединение шумному городу. Папа работает в Министерстве, а мама выращивает разные полезные растения прямо на заднем дворе. В общем, ничего интересного. — Она потянулась слегка дрожавшей рукой к своему кубку.       — Я бы так не сказал.       Трейси закашляла, подавившись тыквенным соком.       Гарри повернулся к Малфою, решив больше не тревожить девочку, не хватало, чтобы она задохнулась из-за него или ещё чего-нибудь.       — Драко. — Позвал он.       Тот сразу умолк на полуслове.       — Что ты знаешь о наших учителях? — Спросил Поттер кивнул на учительский стол.       — Хагрида ты уже знаешь, — Сказал Драко с почти не скрываемым отвращением. — Северус Снейп преподаёт зельеварение с тысяча девятьсот восемьдесят первого и по совместительству является нашим деканом. — А это он выдал с чем-то похожим на благоговенье.       Неожиданно профессор Снейп посмотрел на него и голову Гарри пронзила острая боль, весь зал закружился и поплыл, а звуки смешались в одну кучу. Пока Поттер пытался отдышаться, Малфой продолжал свой рассказ. Когда из стены начали вылетать призраки, он подумал, что у него начались галлюцинации от боли, но тут мальчик наконец смог разобрать то, о чём говорит Драко.       — … призраки факультетов: Толстый Монах, Серая Дама, Почти Безголовый Ник и Кровавый Барон. Последний наш. Говорят, что на его руках какое-то не прощаемое преступление, поэтому он и кровавый.       Когда все кроме Гарри наелись, тарелки опустели снова став идеально чистыми и спустя секунду на них появилось сладкое. Мороженное всех мыслимых видов, яблочные пироги, фруктовые торты, шоколадные эклеры и многое другое — всё, что маленький Поттер так любит.       — Хм-м-м! — Чуть позже громко прокашлялся Дамблдор, когда животы всех уже вздулись от неконтролируемого поедания.       Директор предупредил учеников о некоторых правилах, которые соблюдать было довольно несложно и отпустил всех по гостиным.       Староста — необычайно высокая девушка, повела их петлящими коридорами и двигающимися лестницами.       Малфой быстро пробился к Поттеру и шёл рядом с ним, ужасно этим гордый.       Вскоре они зашли в тупик. Драко ухмыльнулся и уже хотел что-то сказать, как девушка произнесла:       — Водяная гладь.       Стена тут же отъехала, позволяя ученикам пройти.       — Как-то не по-слизерински. — Вставил своё Малфой.       — Когда станешь старостой, тогда и будешь придумывать пароли. — Небрежно бросила ему староста.       — Вот и стану. — Пробурчал тот в ответ.       — Меня зовут Джемма Фарли, как зовут вас мне плевать. — Начала она, когда все зашли. После её слов Драко заметно напрягся, видимо у него был пунктик на тему имени. — Это, как вы поняли, — Она скучающе обвела помещение рукой. — наша гостиная.       Гарри огляделся и ему стало некомфортно. Потолок низок настолько, что Джемма почти касалась его головой. Немногочисленные, но большие окна открывали вид на бесконечную и глубокую черноту. Свечи и факелы отбрасывали вместо обычного живого желтого пламени, болотный свет. И вишенкой на торте был холод.       — Спальня для мальчиков с левой стороны, для девочек с правой. Ваши вещи уже доставлены. Следите за доской объявлений, там будут вывешиваться расписание занятий, новые пароли и другие важные вещи.       Все обернулись на названную доску. Кроме Поттера. В гостиной всё-таки было кое-что интересное — картины. Их весело великое множество и все они изображали подвиги давно почивших слизеринцев. Одна из них привлекала к себе внимание своей незатейливостью.       — А теперь достаньте свои палочки, вы должны разучить одно заклинание, которое облегчит вашу жизнь в этих катакомбах. — Говорила староста, которую Гарри слушал в пол уха.       Он подошёл ближе к выделяющемуся гобелену. На нём был изображён молодой мужчина, облечённый в лёгкую серебристую мантию с волшебной палочкой наготове, у его ног лежал поверженный единорог, ртутная кровь которого растеклась большой лужей. Маг не двигался как остальные люди на других картинах.       Мальчик протянул руку и дотронулся до картины, легонько поглаживая разбросанную по сырой земле гриву.       — Малец, палочку в руки и пшёл разучивать заклинание как все, — Его грубо развернул какой-то парень и высказал это ему в лицо, обдав несвежим дыханием.       Дети оставили попытки создать что-то похожее на так нужные им согревающие чары и посмотрели на развернувшуюся сцену.       Гарри наморщил носик, ловким движением достал волшебное древко и взмахнув обдал себя незаметным взгляду тёплым куполом. Он поднял брови в немом вопросе и повернулся обратно.       — Показушник. — Кинул ему в спину парень и отошёл к Джемме, что-то нашёптывая ей на ухо.       Убийца единорога не двинулся с места, всё так же хитро ухмыляясь. Поттер подавил в себе детское желание поиграть с ним гляделки.       Через несколько минут к нему подошёл Драко и дотронулся до его плеча:       — Поттер, нам сказали идти по спальням. Не то чтобы я обожаю следовать правилам. Но…       — Пошли.       Все мальчики уже выбрали и заняли кровати, кроме Крэбба и Гойла, которые внушительно стояли у стенки и словно чего-то ожидали.       Гарри осмотрелся. Выбор у него был не велик: кровать у окна, в центре, рядом с входной дверью или же той, что ведёт, по всей видимости, в туалет.       Он выбрал ту, что у окна, а Малфой поселился на соседней, центральной. Только после этого Крэбб и Гойл двинулись с места.       — Знакомится завтра будем? — Полушутливо спросил смуглый мальчик.       — На ужине не назнакомился? — Протянул манерно Драко, улыбаясь уголками губ.       — Как-то не до этого было. Я Блейз Забини. — Он сел по-турецки в своей кровати, оглядывая комнату и мальчиков.       Гарри начал перекладывать сложенные вещи так, как было привычно ему.       — Малфой, Драко.       — Тео Нотт. — Подал голос сухопарый слизеринец с синяками под глазами.       — Просто Пайк. — Откликнулся безразлично тонкий мальчик, даже не повернувшись к остальным.       — Грегори Гойл. — Забасил знакомый голос.       — Винсент Крэбб. — Ответил спокойный и приятный.       На Гарри уставились несколько пар взглядов.       — Что? — Просто спросил он, замирая с футболкой в руках. — Я думал, вы меня знаете.       — Да. Но это формальная вежливость. — С ложным заискиванием протянул Блейз.       — Ах, ну тогда я Гарри Поттер. — Он лучезарно улыбнулся и вернулся к складыванию.       Малфой кинул предупреждающий взгляд Забини, на который тот только отмахнулся.       Больше им было не до разговоров, все были слишком утомлены, а плотный ужин разморил их ещё больше, поэтому они сухо пожелали друг другу доброй ночи и забрались в кровати.       Гарри плотно задёрнул изумрудный бархатный балдахин, отрезая себя от других, и теперь он словно снова оказался у себя в чулане, только здесь было куда мягче. Он аккуратно опустил змею на кровать, и та шустро скользнула под подушку. В первый раз, когда она это сделала Поттер подумал, что раздавит её весом своей головы, и даже сказал ей об этом, но ничего плохого не произошло, и теперь это стало совершенно обычным делом.       — Пусть твой сон никто не потревожит. — Тихо шепнул он ей.       — Пусть твой сон никто не потревожит, говорящий. — Приглушённо ответила она ему.

***

      Пожелания змеи не сбылись — Гарри проснулся из-за того, что его кто-то легонько трясёт за плечо. Очень странно, тётя Петунья всегда будит его словами, а иногда, когда дядя Вернон поблизости, криком. Он неохотно открыл глаза и увидел перед собой Драко.       — Вставай, Поттер, а то завтрак проспишь.       — Я не хочу сегодня готовить. — Глухим ото сна голосом сказал он и перевернулся на другой бок.       — Готовить? Ты в Хогвартсе, тут домовики готовят. — Не совсем понимая объяснил Малфоя.       — Домовики? — Гарри перекатился обратно.       — Домашние эльфы. — Разъяснил Драко.       Взгляд Поттера упёрся в факультетскую нашивку на мантии Малфоя. Он не дома.       — Ах, домашние эльфы. Теперь всё понятно. — С этими словами он сел в постели и потянулся.       Драко с полнейшим непониманием подошёл к зеркалу, продолжив свои сборы.       В комнате кроме них уже никого не было.       Из окна, за которым вчера вечером была кромешная тьма, струились болотно-зелёные лучи, медленно перемещаясь по комнате.       Гарри быстро принял душ и оделся, а Малфой всё ещё зачёсывал свои волосы назад. Наверное, это утомительно, тратить столько времени каждое утро на причёску.       Поттер сел на свою кровать и стал наблюдать, ему было интересно: сколько минут это займёт, но вскоре ему стало скучно, и он приподнял свою подушку. Змея лежала клубком и не двигалась. Обычно в такое время она бодрствует.       — Ты жива? — Спросил он.       Змея не ответила, тогда он аккуратно взял её в руки и погладил. Она медленно открыла глаза и тихо прошипела:       — Холодно.       — Змеи любят тепло?       — Да.       Он наложил согревающее на свой карман и положил её в него.       Драко повертелся перед зеркалом ещё немного и объявил, что он готов. На диванах в гостиной их ждали Крэбб и Гойл.       При слабом свете солнца, пробивающимся сквозь толщь воды, гостиная выглядела не так уж и плохо. Портреты бодрствовали и занимались своими делами. Старая лакированная мебель блестела как новая. А слизеринские знамёна живо покачивались от сквозняка. В этом что-то было, только нужно это хорошенько разглядеть.       — Разве на завтрак нас не должна проводить староста? — Спросил Гарри, когда они вышли в коридор.       — Она, наверное, думает, что мы должны были запомнить путь, когда шли вчера. — С неприязнью ответил Малфой.       — А ты запомнил? — С лёгким интересом произнёс он, как будто увидел бабочку.       — Безусловно, иначе я бы не позволил себе так долго собираться. — Самодовольно произнёс в ответ Драко.       Манерность и самодовольство совершенно не шли ему, что говорить о иногда искажающем его черты отвращении. Гарри не нравилось это. Было бы здорово исправить его.       — Разве у волшебников нет такого заклинание, которое зачёсывает волосы назад само? — Задал вопрос Поттер, когда они уже подходили к Большому залу.       — Есть. Существую даже специальные расчёски. Почему я не пользуюсь ими? — Хитро он блеснул глазами, предугадывая вопрос. — Если пользоваться ими ежедневно, то волосы начнут портится. А чары я ещё не освоил, колдовать же вне Хогвартса запрещено.       Они сели за слизеринский стол напротив друг друга. Еда на этот раз была скуднее: овсянка с щедрым кусочком масла, кубок тыквенного сока и парочка второстепенных блюд. Да и людей было поменьше: старшекурсников не было видно, может быть, они уже поели, хотя вероятнее они в постелях.       — Почему? — Излишне громко с какими-то страдальческими нотками произнёс Гарри. — Я хотел попрактиковать некоторые заклятья дома, но Хагрид сказал, что это запрещено. Почему? Мне никто не может дать вразумительного ответа.       Драко отпил из своего кубка и только после этого начал говорить:       — До пятнадцати наша магия нестабильна и в любой момент мы можем заполучить магическое истощение, а это очень опасное и гадкое состояние. В Хогвартсе другое дело, здесь мы находимся под ежедневным наблюдением и учителя чуть что сразу отправят нас в больничное крыло. Почему министерство после пятнадцати не отменяет запрет на колдовство, а продлевает до семнадцати? Я не знаю. Наверное, министерские думают, что до совершеннолетия у нас голова помётом докси забита.       — Кто? Стой, совершеннолетие в семнадцать лет? Это получается я стану взрослым раньше Дадли? — Засыпал вопросами Поттер.       — Докси — это летающие ядовитые паразиты, их постоянно грязнокровки путают с феями. — Терпеливо объяснял Малфой. — Волшебники достигают совершеннолетия в семнадцать так, что, да, ты станешь взрослым раньше, чем Дадли, кем бы он ни был.       Гарри хотел было открыть рот, чтобы сказать ещё что-то, но Драко прервал его поднятой ладонью и сказал:       — Потом. Всё потом. Ешь.       Поттер съел две ложки каши и принялся за смазанный джемом хлеб.       Через несколько минут на стол плавно приземлился чёрный филин и протянул письмо, запечатанное сургучом с витиеватой «М», Малфою. Драко быстро пробежался глазами по письму и ухмыльнулся:       — Мама спрашивает: как я обустроился. На самом деле хочет узнать на каком я факультете. Надо будет сегодня написать ей ответ. Завтра будем завтракать первоклассными сладостями.       — Правда? — По-детски обрадовался Гарри. — Почему?       — Ну как же. Очередной Малфой на Слизерине.

***

      — Какой у нас сейчас урок? — Чуть погодя спросил Гарри после завтрака.       — Ты не изучил расписание? — Почти остановившись сказал Драко.       — Нет. Забыл. — Буднично ответил Поттер.       — Трансфигурация. Учебник тоже оставил? — Малфой слегка нахмурился.       — Да, но я могу быстро сбегать за ним. — Он уже было развернулся, но Драко схватил его за руку, удерживая на месте.       — Ты что издеваешься? Ты эти коридоры впервые видишь. Заблудиться хочешь? А сейчас, если ты не заметил, первый наш урок, нужно произвести хорошее впечатление, а у этой училки характер, как я знаю, далеко не сладкий. Чистый пергамент и перья хотя бы есть? — Малфой дождался кивка и продолжил. — Отлично. Одного пособия на двоих хватит.       Он двинулся дальше за ушедшей вперёд толпой однокурсников, а Гарри засеменил следом.

***

      Слизеринцы облепили правую стену коридора у запертой двери, оставляя левую для только что подошедших гриффиндорцев. Рыжий парень в очках, что привёл их, сказал что-то наставительное Рону и ушёл.       — Рон, привет! — Почти прокричал Гарри.       Уизли посмотрел на него как-то странно и отвернулся.

***

      — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе. — Начала профессор МакГонагалл — немного суховатая, по мнению Гарри, женщина, когда все расселись по местам. — Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше не вернётся. Я вас предупредила.       Да, суховатая. Видимо она забыла, что все здесь ещё дети и им свойственно вести себя по-детски. Или она сама никогда не была ребёнком, сразу родилась строгой женщиной в зелёной мантии.       Профессор взмахнула палочкой и её стол превратился в свинью и обратно. А вот это уже было интригующе. И если такова цена этой науки стать бездушным механизмом, не знающим радости, но уметь такое… Нет, Гарри бы не согласился на такое.       Чуть позже профессор МакГонагалл сказала, что для этого нужно усердно трудиться, и не каждый волшебник на такое способен. Это как показать ребёнку сладость и сказать, что она достанется ему лет через пять, если кто-то другой не заберёт её первым. Но Гарри не боялся труда.       Остаток урока они пытались превратить спички в иголки.       Профессор слегка нахмурилась, проходя мимо их с Драко парты, что не укрылось от Малфоя.

***

      — Ты видел? — Быстро защебетал Гарри, когда они вышли из кабинета. — Видел? Она улыбнулась той девочке. Никогда бы не подумал. Она умеет улыбаться!       — Да-да, я понял. — Огрызнулся Драко.       — Что с тобой? — Мальчик непонимающе остановился.       — Ничего. — Отмахнулся Малфой и пошёл дальше.       На Поттера сзади налетел Блейз, обнимая его одной рукой за шею, словно они старые друзья:       — Не обращай внимания, Гарри, — Громким шёпотом начал слизеринец. — Он отойдёт. Просто наш блондинчик не любит невежд. Так что не забудь захватить на Зельеваренье учебник.       Забини отпустил его, излишне сильно хлопнув по спине, и быстрым шагом догнал Драко.       — Трейси, не составишь мне компанию? — Обратился Гарри к проходящей мимо Дэвис.

***

      Трейси, не считая того сбивчивого согласия, молчала и не пыталась завести разговор, только странно выламывала пальцы и одёргивала рукава на мантии, пока они спускались в подземелья.       У кабинета уже столпились рейвенкловцы и несколько девочек со Слизерина, к которым Поттер с Дэвис подошёл.       — … всегда и во всём на нашей стороне. — Говорила Панси Дафне. — Выгораживает перед другими преподавателями и ставит лучшие отметки. С таким деканом мы не пропадём. — Она ухмыльнулась и стрельнула глазками в сторону другого факультета.       Гарри нахмурился, если Паркинсон говорила о профессоре Снейпе, а другого декана у них нет, так что это было про него, то ему не нравился такой расклад. Он хочет конструктивно хорошие оценки.       До начала урока оставалось минут десять, поэтому Гарри оставил однокурсниц и отправился в гостиную, благо класс находился не далеко.

***

      Вернулся Поттер как раз, когда профессор начал запускать учеников. Гарри зашёл последним и, сев рядом с маленькой Дэвис, почувствовал обжигающий взгляд Снейпа. Он с недоумением посмотрел в ответ.       Профессор, не мигая, следил за ним, как какой-то хищник, способный кинуться на свою жертву в любой момент, а потом словно одумавшись опустил взгляд в журнал, изучая список студентов.       Закончив знакомство с классом, Снейп осмотрел кабинет, изучая каждого человека в нём. На ком-то он не задерживался, а кого-то он откровенно разглядывал, таким людям было не по себе. На Гарри в этот раз он не посмотрел.       — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку. — Завораживающе зашептал он.       Его было хорошо слышно за любой партой. Никто не смел произнести ни слова.       — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и поэтому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки. Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       Гарри слушал профессора затаив дыхание и широко открыв свои зелёные глаза. Снейп умел производить впечатление. Поттера так и подмывало сказать, что он отличается от других, что он вне стада, но это ни сыграло бы ему на руку.       Профессор оглядел класс ещё раз и дал задание приготовить зелье для исцеления от фурункулов. Он кружил по всему кабинету, заглядывал в каждый котёл, следил за приготовлениями, поправлял, критиковал и указывал всем, кроме Малфоя.

***

      На обеде еда была более разнообразной. Гарри сел на пустое место рядом с Драко и положил себе пару ложек пюре, уже приглядываясь к пирогу с патокой.       — Как тебе зелья, Поттер? — Протянул Малфой, обращаясь к нему. Мальчик просиял:       — Чудесно. Теперь я понимаю, почему ты так восхищаешься профессором Снейпом. Наверное, зельеваренье станет моим любимым предметом.       — Но ты же ещё на других занятиях не был. — Он нахмурился.       — Ага. — Согласился Гарри, протягивая руку к куску пирога

***

      ЗОТи не произвело должного впечатления на него. А не должное отдавало глухим разочарованием. Он даже не хотел думать об этом пронизывающим класс мёртвом холодке и запахе чеснока.       После неоправдавшегося надежды урока делать было нечего, кроме как нагонять заикающийся материал самостоятельно и делать домашнее задание.       День пролетел очень быстро, к сожалению Гарри, но он уступил следующему дню, не менее интересному, а тот другому и так пока потенциал Поттера не исчерпается.