Бежать не оглядываться.

Я хотел обернуться. Но меня вжали в камень, прижимая всем телом. Торд откинул рюкзак подальше. Наклоняясь к шее, вдыхая запах. Я почувствовал дрожь. — Я знал, что ты сюда придёшь, — он наклонился, я мог почувствовать жар, исходящий от альфы. Течка дала о себе знать. Внизу живота заныло, от голода и дикого природного желания. В моих глазах, появились бусины слёз, которые быстро переросли в реки. Было больно, сердце разрывалось от воспоминаний. Я, заливаясь слезами, пытался вырваться из рук коммуниста. Проклинал его, всем, что только знал. — Ублюдок! Ненавижу тебя! — Я хотел развернуться и ударить его. Но руки были в замке за спиной, а лицо жгло от холода камня. –Я верил тебе! — Через истерику говорил я, — А ты вот так со мной поступил! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! Я плакал, было больно. На удивление руки, перестали быть грубыми. И отпустили. Ноги совсем не держали, и они немного дрожали. Я хотел опустится на пол. Но мне не дали. Снова грубо взяли. И развернули. Я увидел, наконец-то его лицо… Много лет назад Том ждал в парке. Он был одет, не как обычно. Вместо худи была синяя футболка с красным сердцем сбоку и шорты. Был жаркий летний денёк. Он наконец-то смог погулять. Он ждал. Терпение постепенно кончалось. Как и время. Эдд сказал им вернуться до 12:00. Сейчас 9:54. Они могут не успеть погулять. Почему они. — Том, прости, что пришлось ждать. Были дела. –Прозвучал знакомый голос. Том поднялся. — Опоздал, паровоз. Рейс должен был отправлен ещё час назад. — Усмехнулся он. Торд потушил сигару, и выбросил в урну. — Хах, кто бы говорил, — Кивнул он на недопитую бутылку. — Это сок, дурак! Я бросил, — объяснил он. — Вот это новость! А что же мы так? — Торд ещё больше насмехался. — Не спрашивай… Торд смеялся. Они шли их любимой дорогой. Было странно, что они так ладят с друг другом. Ведь они постоянно ссорились. Даже Эдд удивлялся этому. И всегда спрашивал, как это им удаётся. Они знали тут кучу мест. Кормили уток хлебом. Лазали через забор и получали от охранника. Им было не скучно вместе. Так считал Том. Вообще они на кануне, сильно поссорились. И это было типо, прогулка в честь извинения. Они были напряжённые. Каждый из них помнил эту ссору. Они пришли к их любимой поляне, возле скалы. Торд был как сам не свой. Собственно как и Том. — Том? — Да, что такое? Торду не было сложно продолжать. И он продолжил. — Помнишь я говорил, что хочу прогуляться с тобой и поговорить? — начал он. — Да. Правда ведь? — Да. Я говорил но… Тому стало не по себе. Он начинал раздражаться. — Я уезжаю. Я согласился, и завтра меня тут не будет. Вещи собраны. Эдд и Мэтт в курсе, — Сказал он. Сердце Тома, пропустило удар, а потом начало бешено стучать по ребрам от бешенства. — Ты…– Шепел Том, — Почему не сказал мне раньше?! — Я не должен отчитываться тебе, о своих действиях. Эдд сдаёт комнату, он должен знать, Мэтт подслушал, — равнодушно сказал он. Том в ярости. — Значит я тебе никто?! Поигрался и бросил? ДОВОЛЕН?! — Том! — Он попытался остановить его. Но омега его оттолкнул. — Не трогай меня, ублюдок! — Слёзы уже мешали дышать, голос хрипел, а сердце разбивалось и ломалось, — ЧТОБ ТЫ СДОХ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! ЛУЧШЕ Б Я ВООБЩЕ ТЕБЯ НЕ ЗНАЛ! — заливался он слезами. И пошёл прочь. Торд смотрел в пол, в глазах было пусто. Ничего. Только на дне кипела лава. Том был возле скалы, продолжал плакать как девчонка. Но ему сейчас было плохо и наплевать. Вдруг, из лёгких как будто выбили воздух. Том выпал из мира. Не ощущая ничего. Видя перед глазами бешеные глаза альфы. И слыша звук собственной разорванной одежды. Он наконец вернулся в реальность. И смог закричать. — Нет! Что ты делаешь?! Не надо! — Умолял Том, пытаясь оттолкнуть Торда. Но альфа его не слушал. Одной рукой раздевая омегу, а второй оглаживая маленькое тело. Сжимая мягкую задницу. Чем вызывал дрож по телу. Торд хотел его полностью. Сломать его, забрать и оттрахать так, чтобы тот сидеть не мог. Штаны стали узкими. А выпуклость между ног все увеличивалась. Но им помешали. Так как на дворе был уже вечер и было темно. Охранник проверяет парк. И вот он услышал стоны и крики Тома, и решил проверить. — Эй! Кто здесь?! — Спросил он, светя фонариком. — Ни звука, — Шепнул Торд Тому и вышел к охраннику. Том опустился вниз, все ещё не веря в происходящие. Он ведь доверял ему и чувствовал что-то к Торду. А он вот так поступил с ним. Пока Торд беседовал. Том кое-как ушёл от туда. Почти голым добрался до дома. И напился. Стараясь забыть тот день. На следующий день, Торд уехал. Том больше ничему не радовался. И всей душой ненавидел его. Эдду он так и не сказал об этом… Сейчас Я взглянул в глаза Торда. И ужаснулся. Это были те самые глаза. Как в тот день. Они были раньше такими родными… А сейчас, такие чужие… — Торд… –Прошептал я, еле связывая слова, — Прошу… Не надо… Но тот не слушал. Он надавил на затылок Тома и поцеловал его. От испуга я приоткрыл рот, давая языку курильщика пройти внутрь. Торд ждал этого. Он ХОТЕЛ этого! Я чувствую как он проводит своим языком по моим зубам и деснам. Очень горячо, и очень страшно и отвратительно одновременно. В груди ком. Ком боли. Я любил Торда и люблю до сих пор. Но я не могу… Он почувствовал вкус железа во рту. Торд отдернул его от себя. И зло посмотрел ему в лицо. Я и не заметил как прокусил ему язык. — Любишь по жёстче? — Усмехнулся он. Я не успел что-либо ответить, как меня насильно развернули, и стянули штаны с трусами. Я упёрся руками об холодный камень. Он резал руки. В ногах было холодно. Мне сжимали пятую точку одной рукой. Вторая рука Торда расстегнула его ширинку. Руки бродили по телу, вызывая приятные чувства, которых я раньше не испытывал. Он провёл рукой по моей груди и сжал мой сосок. От чего я не смог сдержать крик со стоном. Смазка текла по ногам и пачкала брюки. Запах выносил мозги, превращая их в кашу с перемешанными чувствами вместо приправ. Одна часть меня была безумно рада этим ласковым, но в тоже время грубым прикосновениям Торда, от чего я просто таял, а омежья сущность просто сходила с ума, желая поскорее ощутить заполненность. А другая часть ненавидела все это, каждое действие коммуниста сопровождалось порцией рвотных позывов и отвращением, хотелось разорвать его и не видеть, убежать и спрятаться, забыть и не вспоминать, эта сторона ненавидела его всей душой. От этих смешанных чувств, хотелось сбежать. Но от этой железной схватки не убежишь. Торд раздвинул мне ноги по шире. И резко вошёл. Я не мог не закричать от боли. Его орган, охуитительно здоровый. — Мммм~ Девственник, да Томми? ~– Чуть ли не стонал он, дыша мне в шею, и покусывая кожу. Мой зад болел, он даже не растягивал меня. Хотя, течка немного смягчила эту пытку, но легче не становилось. Он сделал ещё один толчок внутрь, во всю длину. Я снова заорал, из-за чего он шлепнул меня по заднице. — Ты же не хочешь, чтобы нас снова прервали? Да, прелесть моя? ~ — Торд укусил меня за ухо, и снова вошёл, продолжая движение. Моё тело, выгибалось ему на встречу. Но я, заметив это, снова отодвигался от него, на секунду уходя от входа в свою дырочку. Из-за этого он снова шлепал меня. Смазка с моей кровью, увлажняли вход. — Как же сладко ты пахнешь… — Потянул он. От его бархатного хриплого голоса, мой орган дернулся, — Ты — только моя сладость, — Пошло облизнулся он и вышел из меня. Я немного разочарованно взглянул на него, от чего он усмехнулся. — Сейчас, радость моя, я только… — Он присел и ещё больше нагнул меня. — Что ты. А-ах! — Я рвано выдохнул. Торд слизывал языком всю мою смазку, вылизывая мою дырочку, иногда кусая ягодицы. Я стонал и выгибался, когда поворотливый язык пробирался глубже. Рука, потянулась к своему члену. Он стоял как камень. Я не разу в жизни не дрочил, даже не пытался. Почему? Я не знаю. Торд увидел как я судорожно пытался удовлетворить себя, и перехватил мою руку, накрывая своей широкой ладонью моё достоинство, проводя пальцами по стволу. Он вновь повернул меня к себе лицом, и я смог рассмотреть его, только уже более подробно. Он закинул мои ноги себе на бёдра и полностью раздел меня. Странно, что его робо-руку я почти не ощущал на теле. Но когда она там оказывалась, давала свой неповторимый эффект удовольствия. Хотя я все ещё пытался оттолкнуть Торда, хоть и для поддержания своей гордости. Было видно, что коммунисту плевать на мои чувства и попытки сопротивляться. И это давало не хилый толчок для меня. Он снова накрыл мои губы своими, сжимая их и кусая нижнюю. Я отстранился, пытался укусить его снова. Но тело, как магнитом, влекло к нему, и я не отстранился, а ответил на поцелуи. На что тот удивился и вошёл в меня вновь. Грубо. И не черта не нежно. Разрывая меня изнутри. От самого себя стало отвратительно. Пелена обволакивает мой мозг, не давая до конца понять, что это все реально. Может, я сам не хочу это воспринимать. Я совсем запутался в противоречиях. Толчки внутрь во всю длину не давали на долго отвлечься, возвращая в центр событий. Тело и конечности, окончательно не слушались. Я выгибался на встречу минимальным ласкам, тянулся к толчкам раскаленной плоти, до безумия горячей и привлекающий внутреннюю омегу. Я обхватил руками шею альфы, прижимаясь ещё ближе. Торду плевать на мои чувства. Он лишь усмехался каждый раз, когда я тянулся за новым поцелуем. Мой хер, уже стоял на столько, что казалось, что он сейчас разорвется от перевозбуждения. Тогда Торд просто его погладил, чтобы я наконец-то перестал сопротивляться. Что ж сработало. Сейчас хороший момент, чтобы сбежать, ведь он меня почти не держит. Но не хочется. Хоть это и сложно признавать, но я хочу этого. Потом подумаю над тем, что я за придурок. Желания сопротивляться не осталось. Похоже, что курильщик увидел как я мечусь. И приостановил бешеный ритм. Я снова умоляюще посмотрел на него. — Прош-шу… — шепотом и ужасно рвано умолял я. — Что такое, сладкий? — от таких прозвищ, я заливался краской. Хотя куда больше, я и так красный, как жопа бабуина. — П-пожалуйста, Т-торд… Я…– Я посмотрел вниз, потом на Торда и отвёл взгляд. Если бы было куда. Я бы пуще прежнего покраснел. — Ты хочешь, чтобы я тебе подрочил? — спросил он. Я быстро кивнул, все ещё не смотря на него. Стыдно пиздец.– Как пожелаешь, сладкий. — он обхватил моё достоинство и начал дрочить. Так же грубо как и входил. Я ещё больше вжался в чужое тело. Он подстроил темп под толчки в нутро. Как же хорошо. Он попал на точку внутри меня. Из-за чего я выгнулся и громко застонал. Он понял в каком направлении нужно двигаться и втолкнулся туда снова. Стон из моих губ, направлял его туда, куда нужно. Я чувствовал, что скоро конец. — Т-торд!.. Я… Сейчас… — Выкрикнул я его имя. — Я тоже, — ответил тот. Оргазм сшиб бы меня с ног, если бы я стоял. Потрясающее чувство раздалось внутри меня. Как будто расцвёл бутон красивого цветка. Чувство, что могло отнести меня в рай. Хоть всего лишь на несколько секунд. Торд кончил сразу за мной. Прямо внутрь меня. В самую глубь. Моё тело обмякло. Не было желания двигаться. Он вышел из меня и укрыл своей мантией, прижимая к себе. — Устал, да? — обнял он меня. Я не ответил. Не было сил. Было очень хорошо. Веки были тяжёлыми. Очень хотелось спать. Я обнял Торда, и прижался к нему, засыпая. Последнее, что я помню. Это очень нежный поцелуй, от которого, летают бабочки в животе.