WTF жизнь?

Антитела — Stand up!       Так хорошо, когда на душе легко и спокойно. Когда чувствуешь, себя счастливым, невесомым. Когда остаётся только свет. Когда тьма поджав хвост убегает. Когда чувствуешь себя живым. Мы так часто сами лезем в болото своих сомнений, страхов и мрачных мыслей, погружаясь с головой, что забываем, как это чувствовать лёгкость, как это жить.       Мы попадаем в мир грёз, надеясь на лучшее, надеясь на счастливый финал, но сами для этого ничего не делаем. Мы выбираем боль, а не счастье. Часто это из-за того, что мы думаем, что не заслуживаем этого, а часто просто забываем, что всё в наших руках.       Чимин решил вылезти с этого болота. Решил уйти с мира грёз и вернуться в реальность, решил напомнить себе, кем он был до этой жизни.       До пыток, до убийств, преступных группировок, до всех этих разбирательств. Он был улыбчивым парнем, который любил жить, чувствуя в сердце как трепещет счастье от простых вещей: ездить на мотоцикле, плавать в океане, греться на солнышке, простые радости жизни. Но что осталось от него прежнего? Улыбка поблекла, огонек радости в глазах сменился на адское пламя, которое требует власти и убийств.       Теперь он командует собственной маленькой армией, убивая, припугивая. Теперь он жених одного из самых главных мафиози страны. Теперь у него руки в крови.       Пак Чимин медленно исчезал, если вообще ещё был. Взамен ему появился Ангел Смерти. Хладнокровный, жестокий человек, который отнимает жизни.       Как же он далеко ушел от самого себя. Даже если сейчас остановиться и оглянуться, он уже даже не увидит спину Пак Чимина, потому что он уже далеко, потому что тьма, которая идёт с сердца Ангела Смерти, накрыла всё. Он не может сказать, что чувствует себя заложником или несчастным. Нет, ему это нравится. Нравится любовь Мин Юнги, нравится уважение его людей, нравится страх, который он нагоняет на людей.       И от этого становится только ещё больше гадко на душе. Пак Чимин ушел и он не жалеет. И это грустно, это больно, до слёз на глазах, и боли в сердце. Чувство, как будто он предал себя. Как будто закопал заживо. А то, что вылезло с могилы…будет оно лучше Пак Чимина, который улыбался солнцу с счастливой улыбкой на лице?       Блондин ещё долго мог рефлексировать… Занимаясь самобичеванием, но он решил вылезти с болота, в которое сам себя заманил, как демон из легенд. Хотя, может быть он и есть тот самый демон… Но Пак устал об этом думать. Он решил отпустить того Пак Чимина и принять себя настоящего.       Блондин никогда не жалел о содеянных поступках, потому что не видел в этом смысла. В тот момент он так хотел, в тот момент он решил, что так правильно. И сидеть здесь и сожалеть, это как будто снова предать себя. А он этого не хотел. Поэтому оставалось только принять и идти дальше.       Да, он изменился: в лучшую сторону или же в плохую, не имеет значения, изменения произошли и просто нужно принять этот факт. Принять и отпустить прошлое, чтобы как кандалы не тянули тебя назад и не останавливали.       Он сидел на том самом месте, смотря на обрыв, на море внизу, как тогда, когда Мин его спас от падения. И, наконец-то разобрался в себе.       Он смотрел, как волны бьются об скалы и прощался с собой. Тем собой, что был До Юнги. Он, наверное, упал бы снова, напугавшись громкого детского голоса позади, но вовремя схватился. «Пронесло. А то там бы покоились уже оба». — Микки, ты чего так пугаешь? Смерти моей хочешь? — улыбаясь спрашивает Чимин, а сердце всё еще бешено колотится.       Пак медленно слез с места, где он сидел и присел на корточки перед мальчиком одиннадцати лет, сыном Роберти. После того случая с похищением, он даже с ним еще не разговаривал. А следовало. Пак погладил мальчика по пшеничного цвета волосам, нежно улыбаясь. — Не хочу. Извини, — тихо сказал мальчик. — Всё хорошо. Ты же не специально? Или специально? — Чимин ухмыльнулся и начал щекотать Микки. — Ахаха, не специально. — Как настроение? — Не очень, — надул губки мальчик. — Почему? Тебя кто-то обидел? — блондин хотел спросить это спокойно, но не вышло.       Он до сих пор жутко боялся за безопасность мальчика. И до сих пор винил себя. Микки видя состояние блондина, помотал головой и резко обнял Пака. — Ей, ты чего маленький? — улыбнулся Чимин и ещё крепче обнял это маленькое и хрупкое тельце.       Мальчик лишь помотал головой, отказываясь говорить, и всё так же обнимал Чимина, крепче прижимаясь. — У меня есть идея, не хочешь погулять? — Хочу, — Микки отстранился и с огоньком озорства в глазах, улыбнулся. — Ахаха, тогда пошли, — Чимин встал и взял мальчика за маленькую ручку. — Но… Пак остановился и внимательно посмотрел на Микки. Тот отводил взгляд. — Что? Скажи и я сделаю всё, что скажешь. — Правда? — по-детски невинно спросил Микки. — Правда, — Чимин взъерошил волосы паренька. — Можно…можно пойдем только мы?       Пак на пару секунд об этом задумался. Было плохой идеей выходить одним, Чимин может себя защитить, да, а в случае чего, умрет так умрет, но вот Микки, он не хотел рисковать его жизнью. Пак внимательно посмотрел на этот невинный и умоляющий взгляд. Он ещё сомневался, но был близко к тому, чтобы удовлетворить просьбу мальца. Но его добила реплика Микки. — Ты меня защитишь, если это понадобится, я тебе верю. «Ах, вот же, а знает куда давить». — Ах, хорошо. Но нас никто не должен заметить. — Мы типа как шпионы? — с блеском в глазах, улыбнулся Микки.       «Главное, чтобы нас не поймали и не кастрировали. Сначала Робби, потом Мин и в конце концов, Чонгук. И его я почему-то боюсь больше всего».       Потому что, если перед Робби он будет защищаться Микком, то Мина можно успокоить поцелуем и не только, а вот Чон.. Можно было бы приказать, но Чимин не последний свинтус. Поэтому именно от него он бы и получил на орехи. — Да, как шпионы.       Им удалось незамеченными покинуть территорию и если честно, Пак Чимин снова был в комнатке под названием «ахуй». Он уверен, что как только заметят их отсутствие, поднимется такой кипишь, что, кажется, кто-то будет жалеть. Возможно, впервые в жизни. Но смотря на эти глазки, которые светятся восхищением и возбуждением, Пак показал всем средний палец, своей жизни, кстати, тоже, и повел мальчика дальше.       Они гуляли по пляжу, держась за руки, ногами погружаясь в горячий песок, обувь они оставили ещё в начале, счастливо улыбаясь и чувствуя себя свободными. Пак не был уверен, кому это приносило большое удовольствие, ему или Микки. Мальчик выглядел счастливым и от этого Пак только ярче улыбался. — Так что случилось?       Спросил Пак, когда они сидели на горячем песке, а ноги окунули в холодную воду. Контраст был просто превосходным. — Я боюсь. — Чего ты боишься?       Пак весь сжался. Он знал, что скажет Микки и от этого только становилось больнее. — Что меня снова похитят и будут…- Микки начал тихо всхлипывать.       Чимин левой рукой его обнял, а правую сжимал за спиной. Потому что это он во всем виноват. Если бы не он, у этого мальчишки была бы сейчас счастливая улыбка, а не слезы, не боль на сердце, не страх, который он будет чувствовать до конца своих дней. Ему только одиннадцать, а он уже не чувствует себя в безопасности. — Я этого не допущу. Никогда. — Знаю, — Микки сквозь слезы улыбнулся. И так искренне, что у Пака сердце защемило. — Знаешь? Откуда? — Я слышал тебя тогда. И видел твой взгляд. Ты не виноват. Пожалуйста, не обвиняй себя. Ты нас спас. Спасибо тебе за это. И да, я знаю, что ты не допустишь, но я все равно… — Боишься. Знаю. Я тоже боюсь.       Ему только одиннадцать, а он уже был вынужден повзрослеть, был вынужден чувствовать себя беззащитным и беспомощным. Видя, как его мама страдала рядом. Чимин физически чувствовал, как боль разъедает органы изнутри. — Но теперь всё будет хорошо? — с надеждой в голосе спросил Микки. — Сомневаюсь. Чимин резко встал, беря Микки за руку и дёргая вверх, заступая его собой. — Кто Вы? — с угрозой в голосе спросил Чимин.       Сжимая руку мальчика в руке. Блондин давно не чувствовал такой всепоглощающей паники и страха, страха за милого мальчика за его спиной. — Смертушка твоя, — ухмыльнулся высокий шкаф, доставая оружие и нацеливая на Пака. «Блять. Ну WTF? Сука…».