Последний класс. (название временное)

      Я проснулся от этого кошмара. Все моё тело было покрыто холодным потом, а руки дрожали. В голове всё еще крутились мысли о собственном холодном теле, и мне потребовалось пара минут, чтобы вспомнить кто я на самом деле.       Я не мёртвая душа, каким-то образом оставшаяся в этом мире, это лишь сон.       Это сон, и только сон – я пытался убедить себя, что со мной никогда такого не произойдёт, но в глубине души я понимал, что этот сценарий слишком вероятный, если учесть то, как я живу.       То есть конечно я сейчас лишь школьник, и мои лучшие годы впереди, у меня есть друзья, у меня есть семья. Что может пойти не так?       — Хех – я вслух издал сдержанный смешок, сам не поверив в то, что подумал.       — Лучшие годы впереди – передразнил мои мысли внутренний голос. – Думаешь, просто сбежав в другое место, ты решишь свои внутренние проблемы? Поступи сегодня в институт, и совершенно бесплатно! Получи бесплатный купон на избавление от всех твоих переживаний и психических расстройств! Ты думаешь это сработает?       Друзья? Это твои друзья, для которых ты всегда был лишним и запасным звеном, когда кто-то из них занят. «Ой, извини, тот наш друг с тобой не хочет играть, иди домой» и всё в этом духе. Дальше будешь это проглатывать? Каждый раз, когда ты пытался с кем-то играть в дружбу, они отталкивали тебя, чтобы просто в нужный для них момент ты не мешал им даже своим видом. Только эти двое тебя кое-как принимают, хотя сам понимаешь, что ты не особо вхож в их компанию, ведь ты не играешься с их фигурками, не играешь с ними в их идиотские карточные игры, и не играешь в те же компьютерные игры, что и они.       Семья? Здесь всем друг на друга плевать, отца не было дома с момента смерти твоего старшего брата, мать полностью сосредоточена на работе, открыто всегда говорила, что хотела только твою сестру, а оба из её сыновьёв получились просто случайно. Она считала, что тебе будет лучше знать правду? Ну так знай, поздравляю. Сестра? Она к тебе утром подошла только потому, что ей не с кем было разделить свою радость, ведь мать даже для своей любимой дочери не выкраивает больше 5 минут в день. А обычно она даже не знает, как с тобой общаться, ведь она такая яркая, а ты такой мрачный. Думаю, к концу школы твои одноклассники наконец поймут, что вы брат и сестра, и то только, если заглянут к вам в паспорта.       Ты ничтожен. Действительно, прямо как во сне, и ждёт тебя такой же печальный конец.       — Заткнись, мне надоел твой максимализм – наконец я закончил монолог своего внутреннего голоса. В чём-то он конечно прав, но всё-таки сильно перегибает палку.       — С кем ты там разговариваешь? – вдруг откуда-то донесся голос моей сестры. – Я как раз сюда подошла чтобы спросить, что ты здесь забыл, пока остальные выполняют свою работу?       — Дошёл до выброшенного пакетика с соком и уснул в тени, пока пытался поднять его – мой голос был слишком подавленным, сестра это заметила.       — Ну… В общем найди себе работу, а я пока другим помогу – она не стала допытываться лишний раз, за что я ей был даже благодарен.       — Так, а что тут вообще можно ещё сделать-то?       — Ой, сам посмотри и увидишь, ещё куча работы – после этих слов моя сестра торопливо ушла.       Серьёзно? Да тут можно матч по любому вида спорта проводить, настолько здесь нечего убирать и мыть. Все вокруг делают вид, что работают, кто-то тыкает граблями землю, причём не той стороной, а кто-то постоянно наклоняется, дескать поднимает несуществующий мусор. Да, делать здесь определённо нечего, а в клоунаде мне участвовать не хочется.       — Надо найти другое место для отлынивания, здесь всё же меня заметили – я поднялся с травы, на которой лежал всё это время и отряхнул школьную форму.       Взгляд мой упал на большой дуб на школьной территории.

***

      Я подошёл к дереву и осмотрел его. На вид – довольно крепкое дерево с густой листвой, в которой спокойно можно спрятаться даже от взгляда партии, а ветки были расположены довольно удобным образом, таким, чтобы на дуб мог залезть любой, мало-мальски умеющий сжимать руки человек, в число которых я, несомненно входил. На этом весь мой дендрологический интерес к дереву закончился, и я принялся на него лезть. Забравшись в достаточной для моих целей мере, я заметил, что стал не единственным человеком, которому пришла в голову мысль об уединении. На меня смотрела девушка, которую я видел сегодня второй раз.       Рыжая с урока математики. Теперь у меня была возможность разглядеть её получше.       На первый взгляд, она выглядела одной из тех девушек, что постоянно находятся в центре сливок общества. В целом её можно было описать как «даже не надейся, что такая особа когда-либо обратит на тебя внимание». Тонкие черты лица прямиком со страниц популярных молодежных журналов, бледная кожа, так нелюбимая ими же, ведь на ней нет ни толики автозагара, по непонятной причине всегда восхваляемого современной модой. Волосы настолько оранжево-красные, что у меня возникли сомнения в естественной природе возникновения такого оттенка. В данный момент они были заплетены в одну косу, конец которой аккуратно лежал на её левом плече. Выдавала её принадлежность к школе лишь типичная девичья форма, тем не менее, как мне показалось, сидящая на ней иначе, чем на остальных девушках. Возможно виной этому была её идеальная фигура, со всеми выпирающими достоинствами.       Кажется, её родители слишком увлеклись с евгеникой в своё время…       Заметив её полный удивления взгляд широких голубых глаз, мне пришла в голову злая идея…       — А чего от работы отлыниваем? Спускайся отсюда и выполняй свою общественную роль пионерки, работы ещё до вечера хватит – мне не очень нравился подход притвориться блюстителем порядка, эдаким вигилантом уборки мусора, но это был один из способов, которые мой мозг признал одним из эффективных, чтобы остаться здесь в одиночестве, ведь милой мордашкой мою подростковую мизантропию так просто не взять. Чаша весов притворства опустилась вниз, и вылилась в дерзкий ход.       — Оставь меня в покое. Сдалась кому-то ваша уборка, лишь бы время свободное отнять. Хочешь заставить, иди и пожалуйся кому-нибудь на меня. – бунтарский тон в её голосе и очевидная провокация вызвали внутри меня улыбку одобрения, но я не спешил дать ей отразиться на моём лице.       Впрочем, план полностью провалился, и мне ничего не оставалось, как сделать вид, будто этого диалога не было. Я просто молча забрался и сел на ветку по другую от девушки сторону, и затылком облокотился на ствол дуба, попутно опустив веки. Она сидела у меня за спиной, но была надежда, что бить меня не станут. Хотя бы не по голове.       Само собой, я понимал, стоит даже просто сделать вид, что иду жаловаться, и она сама отсюда слезет, ведь именно на это был её расчёт - просто, если что, выиграть время. Но так поступать было перебором даже для такого антисоциального элемента, как я.       — Тогда просто посижу рядом, и не стану тебе мешать – мною был предложен компромисс, впрочем, я бы и не стал надоедать своим обществом, стоит ей только об этом заявить. В конце концов, она первая заняла такое козырное место.       — Ясно, это был блеф – она спокойно выдохнула. – Сиди уже, раз пришёл.       — Как тебя зовут? – получив разрешение на дислокацию, сразу поинтересовался я.       — Решил сменить тактику и написать теперь уже целый донос? – она обратила мою первую попытку против меня, на что мне лишь оставалось молчать, не зная, как на это ответить.       — Мог бы и знать тех, с кем в одном классе предстоит учиться. Настя я. – рыжая все-таки решила меня не мучать с ролью доносчика.       — А ты всех знаешь? – теперь настала моя очередь удивляться.       — Нет, но тех, кто в первый же день злит Марию Викторовну узнать несложно. Не завидую тебе – даже сидя к ней спиной, я почувствовал, как на её лице появилась полная ехидства улыбка – Хотя если честно, хотела бы я знать математику на таком же уровне, чтобы просто отмахиваться от неё, как это сделал сегодня ты. Есть в этом что-то…       — Этому я могу научить, если хочешь – часть рыцаря внутри меня видать увидело в собеседнице леди, и поспешило протянуть руку помощи, пока внутренний голос кричал «Уймись, дурак, ты же сам на неприятности подписываешься!»       После моих слов она медленно перелезла на мою ветку и села напротив меня, и глядя прямо мне в глаза, даже не пытаясь выглядеть серьёзной, заявила:       — Нет, не думаю, что мы знакомы настолько близко, чтобы ты мог помочь мне решать уравнения. Это слишком интимный момент для меня – она перебарщивала с театральностью произнесения этих слов, но всё равно заставила почувствовать меня идиотом – Ха-ха-ха-ха-ха!       Кажется, я ещё и немного покраснел, чем и вызвал её смех. Тем не менее, чувствовал я себя на удивление хорошо в её обществе, и уже начал подавлять в себе попытки сразу же в неё влюбиться, подогреваемые юным возрастом, и потушаемые здравым смыслом.       — Ну, если у тебя патологическое желание помогать первому встречному, знаю я одну особу, которой ты бы пригодился с её душевными страданиями – она отодвинулась от меня и начала смотреть в сторону – а, впрочем, ладно. Вон наш класс уже собирается снизу, пора уходить.

***

      Так или иначе, день уже подходил к концу, и после того, как уборка была закончена, мне нужно было подойти к сестре, и вместе с ней пойти домой. Это была причина, почему я не ушёл сегодня раньше, солнце уже готовилось исчезнуть за горизонтом, как и моё намерение ждать сестру каждый раз в последующие дни. Сегодня уже было поздно что-то менять, и потому я покорно стоял возле учительской.       Она суетливо вышла из кабинета, и жестом пригласила меня на пару слов.       — Слушай, мне ещё нужно дозаполнить пару бумаг, и ещё пару дел, поэтому подожди меня в 37 кабинете, там сейчас открыто, не будешь хотя бы стоять на ногах, а я как освобожусь подойду, и мы пойдём домой.       — Ладно – мне оставалось лишь немногословно принять её предложение.       Дотопав до этого класса, символизировавшего для меня ожидание, и открыв дверь, мною было замечено, что в помещении уже кто-то присутствует. Там сидела черноволосая девушка, которую я видел утром, и молча читала книгу.       Какая-то беллетристика. Судя по внешним признакам, по названию и обложке, это что-то непримечательное, что-то такое, что читают именно такие девушки как она, и именно в этом возрасте. В любом случае мне не слишком было интересно, и уж тем более я не собирался задавать ей вопросов в духе «Что читаешь? Интересно?». Читает книгу. Было бы неинтересно – не читала бы.       Устало вздохнув от своих мыслей, я привлек её внимание ко мне, она обернулась и взглянула с удивлением, во взгляде читался чуть ли не ужас, от того, что какой-то незнакомый ей человек просто так взял и нарушил её покой, переступив порог её уединения. И вправду, в классе помимо неё никого не было, и судя по всему, она привыкла к такому раскладу.       Разглядев её получше и в увиденном мною образе, я подумал, что её типаж – «серая мышка». Причём внешний вид этого не выдавал, стандартная школьная форма плюс миловидное лицо сами по себе не давали на это даже намёка. Но этот взгляд, эта осанка, даже положение рук, которыми она поспешила закрыть книгу от меня – она выглядела слишком забитой, будто её окружили какие-то голодные крокодилы, которые вот-вот её съедят. Да, людей она точно боится.       Мне стало её жалко, хотя всё что я видел, это сцена утром, и её реакция на меня сейчас. Рыцарь снова стал сражаться с циником, а лицо в этот момент выражало именно ту эмоцию, что я испытывал внутри.       Нужно ли с ней здороваться? А может лучше оставить в покое? Уйти? Или она не будет против, чтобы я остался? Почему она не идёт домой? Что она думает о моём коте?       Все эти вопросы, и даже последний, но как попытка разрядить собственные мысли, крутились внутри моей головы, пока девушка сама не нарушила тишину.       Кстати да, пожалуй, в воздухе, действительно, молчание слишком застоялось.       — Пп-п-ривет – она буквально выдавливала из себя слова, но Троцкий тебя подери, не настолько же я ужасен, чтобы так трепетать, уймись.       — Да… Привет – мой голос был сухим, но на фоне её прерывающихся слов выглядел под стать диктору новостных передач. В мыслях теперь стояла пустота, и что делать дальше, я совершеннейшим образом не ведал. А время тем временем шло своим чередом.       К счастью, всю эту эксгумацию социальных навыков спустя пару минут молчания прервала Света, подошедшая ко мне со спины.       — А чего вы стоите? – вообще-то, стоял здесь только я – Тань, так что, тебя гнать домой, или ты ещё хочешь остаться здесь? Но только ненадолго.       Очевидно, они были знакомы.       — Остаться хочу – теперь голос, как я только что выяснил, Тани, слышался более бодрым. Наша Таня громко плачет...       — Ну хорошо, я тебе оставлю ключ, но не вздумай здесь ночевать, иди домой, а с остальным потом разберёмся – сестра, аки заботливая мать, уступила моей ровеснице. Она же моя ровесница, да? Выглядит на такой же возраст – А мы с тобой идём домой – это уже было обращено ко мне, даже жест рукой, предлагающий покинуть кабинет.

***

      — Это Таня, тоже в 11 классе, но с параллели – сестра подтвердила мои догадки, о том, что черноволосая девушка является моей одногодкой – У неё, кхм… Сложная жизненная ситуация, и потому вот так всё получается.       Я молча плёлся рядом, всё ещё размышляя о том, что видел только что. Потому сестра взяла на себя инициативу в разговоре.       — Родители у неё… Сложные люди – Так и скажи, хреновые у неё родители, подумал я – У неё и друзей вроде как нету, ну то есть ты же видел её, да? Мне вот сегодня как раз рассказали про неё, я вызвалась помочь, у нас же был курс психологии в педагогическом, вот и проявляю себя. Обижают её, наверное, ещё, она ж такая пугливая и скромная. Вот и думаю, что с ней делать.       Слушай, давай ты с ней подружишься и поможешь ей если что?       — Ээээ, чего? Чем я ей помочь-то смогу? Я ж не из тех, кто постоянно новые знакомства заводит – я чуть не потерял дар речи, когда разговор вдруг свернул в эту сторону.       — Ну вот как раз и самому полезно будет. Заодно плюсик в карму. И не вздыхай так, не умрёшь, мученик нашёлся – сестра буквально втаптывала всё святое в землю. Полезно, карма, вздыхать нельзя – что за демон её приучил так говорить? Ах да, мама.       Ну вот что с ней делать, а? Придумала проблем на мою голову, лучше б вообще дома остался сегодня. Иди, знакомься, про что несёт вообще. Эх, спокойной жизни мне не видать с ней…       — Посмотрим в общем, ничего обещать не буду – наконец сказал я, после чего мы вошли в дом. Возможно, я просто отвязался от неё, но вполне вероятно, что сейчас я только что дал карт-бланш самому себе на какую-то очень дикую авантюру.       Ну и хрен с ним, действительно, умереть не должен. Но с чего начинать-то?

***

      Бывает ли у вас такое, что в один день вашей жизни происходит больше событий, чем за пару недель после, если даже не больше?       Так случилось и со мной, и после первого дня в школе прошло как раз 14 дней, но при этом спроси меня, что за это время случилось, и я отвечу: ничего особенного. Ходил в школу, возвращался домой с сестрой, после чего оставшийся вечер сидел за компьютером – пожалуй и всё, что можно сказать.       Немудрено, что в один из таких дней сестра напомнила мне о своей просьбе, после чего я ещё какое-то время потратил на раздумья о реализации.       Мне всегда сложно не только знакомиться с новыми людьми, но и общаться в принципе. Не в моём характере быть в центре внимания, не в моём характере постоянно тратить время на глупые подростковые гулянки, и потому я всегда оставался в кругу тех людей, что могут меня принять с моими заморочками. Само собой, таких мало, а мой немного склочный характер влиял не в лучшую сторону. Я легко мог пройтись ножом по чьим-то чувствам и даже не заметить этого, если мне не скажут, а так как обычно о таком и не говорят, это превращалось в тенденцию обрывания со мной контакта.       Поэтому неудивительно, что дума о том, как познакомиться с человеком ближе заняла меня на несколько дней. Кто знает, на сколько ещё бы это затянулось, если бы в одну из перемен, которую я обычно проводил в уединении, стоя около окна недалеко от класса, чтобы не замечтаться и вовремя заметить появление учителя, ко мне не подошла рыжеволосая Настя.       — Эй, профессор математики, тебе ещё голову не напекло? А то стоишь, будто тепловой удар хватил – она легонько толкнула меня в плечо, призывая отвлечься от своих мыслей, и показывая, насколько глупо выгляжу со стороны, особенно если сравнить с ней.       Я почувствовал себя персонажем картины: задумчивый подросток с потрепанной формой и потрепанными же волосами, которые не брали никакие гели для укладки, облокотился на подоконник, смотря на природу за окном; и прильнувшая спиной к стене девушка, которой обычно посвящают стихи нециничные копии меня, с поднятой головой и взглядом, прикованным к потолку, то и дело переводящимся в мою сторону. В такие моменты чувствовать на себе её взгляд было довольно непривычно.       Отключить меланхолию. Придумать, что ответить, чтобы не прослыть странным.       — Да не настолько здесь жарко – пожалуй, мой мозг за эти пару секунд сгенерировал не лучший ответ, но по крайней мере, он выглядел довольно естественным.       — А выглядишь, будто жарко. Знаешь, что ещё выглядит довольно жарким? То, как вы со Светланой Петровной ходите каждый вечер чуть ли не за ручку после школы – смотря на эту преисполненную ехидства улыбку, я не мог понять, шутит она, или всерьёз думает, о чём говорит?       Зато меня захватил небольшой азарт.       — Мне кажется, многие школьники иногда мечтают об отношениях с молодой учительницей – ответил я со скопированной у моей собеседницы гримасой.       — Да, но вы только когда детей будете заводить, поаккуратнее будьте, а то говорят, могут быть генетические проблемы – теперь рыжая приняла вид учёного, и с поднятым указательным пальцем поспешила дать мне совет.       — Тьфу, так ты знала заранее? Ну и смысл тогда какой такую тему заводить? – раздражившись, ответил я.       — Хе-хе-хе, вот именно ради этой реакции. Ну ладно, ладно, ещё хотелось бы, при возможности, поиметь с этого выгоду, но с этим, конечно, не совсем к тебе. Лучше скажи, чего она так к Тане привязалась? Хотя ты, наверное, не знаешь даже, о ком я.       — Знаю, ведь одной матери Терезы нам в школе мало, и моя сестра уже спешит на меня примерить одежду няньки. Вот и думаю, что делать.       — Забей. Просто забей. Таня – это такой разговор, что сюда лучше не лезть вообще. С виду выглядит забитой, но, если узнать её получше… Мде, ладно, не буду наговаривать на человека.       — И всё же мне кажется, что не стоит оставлять всё, как есть. Нормальные люди не выпрашивают ключи от школы, лишь бы подольше не быть дома.       Особенно дикой для меня казалась последняя мысль. Возможно, дело в том, что я сам домосед – это моя крепость, в которой мне уютнее всего, поэтому скажи кто, что ему не нравится бывать дома по своей воле, я просто не поверю в эту чушь.       — В таком случае дам тебе совет: дай ей привыкнуть к тебе, а потом уже что-то делай, иначе встретишь такой отпор с её стороны… Я до прошлого года была с ней в одном классе, с самого детства причём, поэтому много всего видела, и как к ней клеятся мальчики, которые повелись на её скромность, и как она бегала от них. Ну, почти от всех.       Или можешь купить шлем.       — Эээ, я, пожалуй, рассмотрю всерьёз вариант с тем, чтобы забить.       И всё же одна идея мне пришла в голову, поэтому мои последние слова стали противоречить намерению.

***

      Каждый последующий после этого разговора вечер мне всё так же приходилось ждать свою сестру после уроков. Учительские заботы – проверить тетради, попить с коллегами чай, заваренный из слез школьников, плюнуть в обед, который будут подавать завтра в столовой, позвонить в министерство образования по поводу недавно принятых стандартов.       Работы просто по горло, и неудивительно, что моё ожидание могло длиться довольно долго.       Но если ранее я избегал кабинета 37, дабы оставить ту девушку в покое, то после данного совета от рыжей мною было принято решение немного навязать Тане своё общество.       Тук-тук.       — Войдите – я не ожидал ответа, но к удивлению, получил его от особы, которая заикалась при виде меня во вторую встречу.       — Я здесь посижу немного, окей? – конечно, можно было и поискать другой кабинет, в котором есть возможность посидеть и подождать, тем самым игнорировать просьбу сестры, и, пожалуй, если черноволосая меня выгонит сейчас, то я так и сделаю, если получу полное неприятие моего общества, но попытаться всё же стоит.       — Сиди, пожалуйста – немногословно и тихо, но слишком вежливо, прозвучал ответ на мою просьбу.       Я прошёл внутрь кабинета, подошёл к окну, чувствуя пристальный взгляд на свою спину, будто сейчас я закричу, затопаю, и пока стоит суматоха, схвачу школьную парту или стул, и выбегу вместе с ней наружу, попутно улюлюкая.       Пожалуй, я посчитал эту идею достаточно интересной, и скорее всего если бы передо мной не стояло определённой цели, это можно бы и было реализовать, даже несмотря на все возможные последствия, и всё ради того, чтобы видеть её взгляд во все последующие дни, когда она меня заметит.       Задвинув эту задумку на случай, если придётся внезапно отступать с поля боя, я решил обернуться и осмотреть комнату.       Пожалуй, в классе не было ничего примечательного, кроме человека, наполнявшего его помимо меня. Я увидел в руках Тани книгу, кажется, взятую с полки около учительского стола, и мне захотелось узнать, что ещё может предложить эта мини-библиотека, и потому я направился туда.       Я всё ещё чувствовал взгляд на своей спине, пытаясь выбрать книгу для чтения.       Выбор конечно был невелик, и если исключить из отбора пару учебников физики, которая мне никогда не давалась, и пару хрестоматийных книжек с детскими сказками, то оставался только один вариант.       Олдос Хаксли. О Дивный Новый Мир. После прочтения небольшой аннотации на задней части, я понял, что это какая-то антиутопия, описывающая будущее капиталистического мира. Кажется, хороший вариант, чтобы провести пропаганду среди учеников. Выбор всё равно был невелик, и потому я взял именно эту книгу, отгоняя от себя мысли, что на это и идёт расчёт руководства школы.       В самом деле, чтобы заставить человека выбрать то, что хочешь ты, предложи ему три варианта, два из которых он точно отметёт, как идиотские, а оставшийся будет считать своим собственным решением. Иллюзия свободы выбора.       Постепенно замечая в этой мысли уже аллюзию выбора в современной политике, я поспешил отогнать их прочь.       До сих пор чувствуя на себе её тяжелый взгляд, который либо просит меня уйти, либо с интересом ждёт, что же от меня можно ожидать, я сел прямо напротив неё, и открыл книгу, принявшись её читать.       Хоть это и нагло, но так она перестанет на меня пялиться, словно на неведомую зверушку, которая вот-вот исчезнет в стране сказок, а такое зрелище упустить никто не захочет. Само собой, если бы мне было известно, как туда попасть, уже бы давно полетел, но я лишь обычный человек, который конечно не умрёт от буравливания взглядом, но все же которому это не очень приятно.       Дальнейших действий в отношении Тани у меня на сегодня нет, и потому книга для меня встала на первый план.       Кстати о плане. Какое-то время – вот так и составлять ей компанию, дабы она ко мне привыкла, а затем уже узнавать её ближе. Мне показался этот способ достаточно эффективным, чтобы подружиться с замкнутым человеком, вроде меня. Впрочем, себя я за образец и взял.       И по этому сценарию проходили несколько дней, мы сидели в одном кабинете, и оба мы читали книги, пока за мной не заходила сестра. Кстати, Света была довольна моим решением, ведь даже молча, по её мнению, я уже составляю черноволосой компанию, а значит ей станет легче.       Впрочем, это было лишь начало.