Все так сложно, что проще не бывает.

      Конечно же Юнги не смог сидеть на месте и двинулся следом за парнями, покинувшими комнату, под ошалевшие взгляды одногруппников.             - Я пойду найду менеджера - все же соврал Мин, отвечая на немой вопрос парней о происходящем, и быстро покинул помещение.       Он обыскал глазами коридор, но никого не обнаружил. Чимин словно испарился. Выбор был не большой в одной стороне была сцена, там сейчас явно никого не могло быть, поскольку стаффы собирал декорации и оборудование. А вот в другой стороне находились гримерки и комнаты с разнообразным инвентарем, туда-то Юнги и направился на поиски этого невыносимого парня. Юнги медленно двигался по коридору прислушиваясь к шуму за каждой дверью, все было не то. Слишком много людей или наоборот гробовая тишина.       Мин уже собирался поворачивать назад, когда услышал шум чего-то падающего, а затем знакомый до боли голос. Слов было не разобрать, поскольку дверь была закрыта, но это точно был Чимин, и он явно был напуган или разозлен.       Времени думать не было, в голове пульсировала лишь мысль, что он должен забрать свое, во чтобы то ни стало. В ушах зашумело, а глаза налились кровью, жажда убивать любого, кто посмеет прикоснуться к его Чимину разгоралась все сильнее, Шуга стремительно приближался к одной из десятка одинаковых дверей, толкнув ее ворвался внутрь.Открывшаяся перед ним картина снесла остатки рассудка окончательно.       Чимин с округлившимися глазами, старался оттолкнуть Сонуна, который схватил его за затылок и руку притягивая к себе слегка наклонив голову.             - Юнги... - одними бледными губами прошептал Чимин, испуганно смотря на Шугу.             - У.б.е.р.и о.т н.е.г.о с.в.о.и л.а.п.ы! - по буквам сквозь зубы прорычал Мин, в один шаг преодолевая оставшееся расстояние.       Он за шиворот отдергивает Ха Сонуна от Чимина и припечатывает его к стене, хватая за горло.             - Какого хера тут происходит? - раскатисто спрашивает Юнги слегка повернув голову к Паку.             - Я... он... Ты все не так понял, хён - лепетал младший прижимая руки к груди - Я думал мы поговорим, а он... но ничего не было.       Юнги больше не обращал внимания на невнятное бормотание Пака, полностью сосредоточившись на Сонуне.             - Я хочу, чтобы ты знал - в самое лицо своей жертвы, выплевывал слова Мин, - Я ОЧЕНЬ хочу разбить твою рожу, до такой степени, чтобы ты харкал своей кровью - глаза Ха Сонуна расширились и наполнились неподдельным страхом, никто никогда не разговаривал с ним так, Юнги был просто воплощением зла.       Юн выглядел сейчас поистине ужасающе, сверкающие ненавистью глаза и раздувающиеся ноздри, угрожающий оскал, нагоняли панику и страх, пробирающий до самого мозга костей.             - Увы, это невозможно! - разочаровано продолжил Юнги. - Но запомни, я сдержусь только на этот раз - Мин приблизился вплотную сжимая шею соперника еще сильнее, вынуждая его вцепиться в свое запястье, в попытке ослабить хватку, - Если ты еще раз позволишь себе нечто подобное, то я вырву твой кадык. Ты меня понял? Не слышу ответа? - Юн встряхнул обмякшего парня, который тут же закивал.       Юнги отпустил его отступая назад. Сонун скатился по стене на пол откашливаясь и потирая шею в том месте, где в нее впивались тонкие холодные пальцы.             - Прости - прохрипел Ха Сонун, - Я не знал, что вы вместе. Чимин - обратился он напуганному не меньше него Паку, - Прости, если бы я знал, то никогда бы себе такого не позволил.       Юнги криво ухмыльнулся:             - Извинения приняты, но впредь будь более осторожным - но в голосе Юна все еще слышались хорошо различимые ноты угрозы, - Пошли - Юнги схватил за руку растерянного Чимина и потащил прочь из комнаты. По дороге доставая телефон, он набрал номер менеджера.       Пак был настолько в прострации от всего произошедшего, что даже не слышал толком, о чем говорит старший. До него долетали лишь отдельные слова, которые никак не формировались во что-то связанное воедино.             - Куда ты меня тащишь? - наконец-то очнувшись, Чимин попытался вырваться.             - Узнаешь - коротко и зло рыкну Юнги и лишь сильнее сжал запястье и поволок сопротивляющегося парня по коридору в сторону черного выхода.       Через 30 минут, они поднимались в лифте какой-то многоэтажки, не обмолвившись по дороге не единым словом. Выйдя на нужном этаже, Юнги подтолкнул Чимина к одной из дверей, вводя код на электронном замке, а потом запихнул младшего в открывшийся проем.             - Где мы? - Чимин нервно оглядывался по сторонам - Почему мы здесь, хён? Что ты молчишь?       Чимин возмущенно посмотрел на Юнги, который сжимал кулаки у закрытой двери стоя спиной к Паку. Все его тело источало нервозность и раздражение. Младший выдохнул, сбрасывая с себя страх, смешно бояться своего хена.             - Ответь мне, Юнги - уже более спокойно произнес младший.       Этот мягкий тихий голос словно сорвал предохранитель где-то внутри старшего. Он резко развернулся и бросился к Чимину, хватая его в свои объятия.             - Никому. Слышишь?! Никому и никогда не давай касаться тебя! Никому кроме меня, Чимин! - Юн стискивал тонсена в объятиях, шепча куда-то в шею. - Никогда не позволяй никому целовать тебя!             - Но. Почему, хён? - Чимин впервые видел такого отчаявшегося старшего, настолько уязвимого, открытого, ранимого.       Хотелось обещать все что угодно, делать все, что попросит, лишь бы тому стало легче, только бы не видеть столько боли в его глазах, не слышать столько страха и мольбы в его голосе.             - Потому что ты МОЙ! - выдохнул Юнги. - Потому что я не могу без тебя! Ты сломал меня Чимин, выкрутил все внутренности, подчинил и поработил.       Пак открыл рот пытаясь хоть что-то сказать. Это что галлюцинации? Что такое говорит Юнги? Это он о Чимине или нет?             - Хён, ты обо мне сейчас? - все же уточняет младший, пытаясь заглянуть в лицо Юну.       Шуга поднимает покрасневшие влажные глаза и пристально смотрит на Чимина, продолжая говорить:             - Чиминни, маленький мой, я так влюбился, что голова кругом! Ты единственный, кто дает мне стимул жить. Я хочу быть с тобой, хочу целовать тебя, хочу видеть твою улыбку и слышать твой смех. Мечтаю быть опорой для тебя и утешением, если потребуется. Ты дашь мне шанс? Я знаю, что много натворил и не заслуживаю этой возможности, но все же надеюсь, что ты все еще не остыл ко мне... Просто позволь мне показать, что на самом деле ты значишь для меня...       Чимин долго молчит, видя, как в глазах напротив медленно угасает искра надежды.       Юнги отчаянно силиться не реветь, хотя это и не просто. Чем дольше молчит Чимин, тем отчетливей понимает Юн, что он опоздал, что упустил того, с кем мог бы быть по-настоящему счастлив. Он так долго гонялся за химерой, что умудрился отвергнуть по-настоящему чистое и светлое чувство. Не сумел разглядеть того, кто важнее всех остальных, того чьи чувства были перед ним обнажены, беззащитны, доступны.       Все, что он сделал - втоптал их в пыль под своими ногами, размолол в порошок и развеял по ветру, не оставляя себе и шанса на счастливое существование. Как он может называться хеном и давать кому-то советы, если просмотрел счастье под собственным носом. Грош цена ему, и Чимин прав он не достоин никаких шансов и возможностей, он смешон и бесполезен, глуп и жесток. Он обречен всю свою жизнь страдать от неразделенной любви и саморазрушаться, коря себя за одни и те же ошибки.             - Хён - Пак приподнял подбородок старшего, мягко заглянул в глаза, слегка улыбаясь, - Почему ты такой глупый? - Чимин запустил пальцы второй руки в волосы Юна на затылке и начал мягко массировать кожу, стараясь немного расслабить напряженного парня, готового вот-вот зарыдать.             - Я очень хотел забыть тебя. Я приложил все усилия для этого - Пак видел, как лицо старшего исказилось болью, но продолжил, - Ты был груб со мной, жесток, холоден... Отвергал меня, игнорировал, но я все равно тянулся к тебе...       Юнги удивленно приоткрыл рот, но так ничего и не произнес, а Чимин продолжил:             - Тем не менее, я знаю, что ты волновался обо мне, заботился, а сегодня даже спас... как принцессу, честное слово.       Юнги фыркнул, но смех сдержать смог. Одно воспоминание о произошедшем заставляло ненависть к Сонуну клокотать внутри, пробуждая интуитивное желание наказывать любого, кто посмел посягнуть на то, что принадлежит Мину.             - Ты не представляешь, как больно мне было все это время, как хотелось кричать, ударить тебя, убежать... все, что угодно, лишь бы стало легче...             - Чимин, я... - младший накрыл губы старшего своей ладонью, не давая ему продолжать.