Плачущие небеса

- А, ну, прекратили галдеж и быстро на пары! – громкий окрик с требовательными нотками заставил всех девчонок, окруживших Сейю, притихнуть и обернуться. Сам Коу тоже с некоторой растерянностью уставился на высокую стройную молодую женщину с черными волосами, убранными в высокий хвост, и очками в красивой роговой оправе. - Сецуна - сенсей, простите, но… - попыталась возразить одна из студенток, но сразу же осеклась под неумолимым взглядом преподавательницы. - Вторая пара уже давно началась, поэтому никаких «но». Чтоб через минуту я здесь никого не видела, - повторила брюнетка, делая акцент на каждом слове, и все девчонки быстренько ретировались, а Сейя, наконец, смог вздохнуть с облегчением. Откинув волосы со лба, парень приветливо улыбнулся своей спасительнице. Однако женщина не разделяла его веселья. - Тебя это тоже касается. Отправляйся на занятия, - скрестив руки на груди, она кивнула в сторону университетского корпуса. - Конечно. Простите, что из-за меня другие опоздали на занятия, - вежливо поклонившись, Коу, поправив сумку на плече, направился в сторону здания. - Постой-ка, - бросила ему вслед Сецуна, и музыкант, остановившись, повернулся и вопросительно взглянул на нее, - Здесь кто-то из твоих поклонниц потерял свою обувь. Поэтому, будь добр, найди эту Золушку и отдай ей ее хрустальную туфельку. По губам преподавательницы скользнула насмешливая улыбка, когда ее взгляд замер на валявшейся прямо посреди дороги балетке темно-бежевого цвета и очень маленького размера. Почти детского. - Хорошо, - вздохнул Коу, поднимая вещь с асфальта и закидывая ее в сумку. Еще раз вежливо поклонившись, Сейя зашагал ко входу в корпус. Похоже, не только у Ятена началась «черная полоса». Где, спрашивается, он должен искать владелицу потерянной балетки? Заходить во все подряд аудитории и заглядывать к каждой девушке под парту? Обуреваемый сомнениями и раздражением, музыкант поднялся на второй этаж и углубился в широкий, светлый коридор. Несколько шагов, и Коу услышал приглушенные голоса. Повинуясь внезапному порыву, новоявленный студент затормозил и увидел двух девушек, сидящих на подоконнике за углом. Одна из них была та самая хвостатая блондинка, которая закатила скандал из-за какой-то фигни. Взгляд непроизвольно скользнул по фигуре светловолосой и остановился на ее ступнях. Одной балетки не было. - А вот и Золушка нашлась, - хмыкнул Сейя, собираясь выйти из-за угла и отдать психованной девице ее пропажу, но в следующее мгновение до его слуха долетел разговор двух подруг, и парень замер на месте. - Усаги, ты, что, правда не узнала этого парня? – удивлялась невзрачная русоволосая девушка. - А с чего это я должна была его узнать? Первый раз вижу, - сердито отозвалась Цукино, пытаясь привести в порядок разлохмаченные хвосты. - Это Сейя Коу из «Трех звезд». Даже я его признала, несмотря на то, что совсем не интересуюсь музыкой, которую они исполняют, - в голосе Ами послышалась укоризна, на что подруга лишь небрежно махнула рукой. - Да плевать я хотела на этого придурка! Звезда он или не звезда – одна фиг разница! К тому же, этот Коу лишний раз подтвердил, что современный шоу-бизнес – это сборище смазливых бездарностей. Как раз таких, как он, - взорвалась Усаги, с остервенением закручивая оданго, - Он мне всю юбку уделал! По его милости у меня шалаш на голове и потеряна балетка! Как я теперь появлюсь перед Мамору? Стыдоба! Кое-как заделав хвосты, Цукино принялась зачесывать петухи, которые так и лезли со всех сторон. Руки дрожали от злости, от чего расческа путалась в волосах, и девушка шипела от боли. - Ты слишком строга к нему. Всякое бывает. Он опаздывал на занятия. И, в конце концов, он же извинился, - продолжала успокаивать Мицуно. - Да пошел он со своими извинениями, знаешь куда? – в голубых глазах полыхнула ярость, по щекам пошли красные пятна. Она так хотела выглядеть отлично, чтобы произвести впечатление на любимого человека. Даже, на свой страх и риск, пренебрегла формой. И чем закончилась эта ее попытка? Грязной юбкой, испорченной прической и потерей обуви! - Ладно. Давай, сменим тему. Все равно уже ничего не изменить, - вздохнула Ами, доставая из сумки конфету и протягивая ее Усаги. - О! То, что нужно! Сладости всегда поднимают мне настроение, - улыбнулась Цукино, отправляя еду в рот, - Только одной не хватит. После сегодняшней гадости мне и коробки будет мало. Девушка закончила с многострадальной прической и, поднявшись, принялась отряхивать юбку. Безрезультатно, конечно, но попытка – не пытка. - Знаешь, вот я все думаю и никак не могу понять одну вещь. Как девушки могут любить такого идиота? По нему же видно, что он самовлюбленный эгоист, - снова завелась Усаги, когда от ее манипуляций пятна начали расползаться еще сильнее, - Я бы никогда не влюбилась в этого Сейю, и меня бы абсолютно не зацепила его смазливость и звездный статус. Закатив глаза, Цукино рухнула обратно на подоконник и отправила в рот очередную конфетку. - Как я понимаю, на учебу ты сегодня не собираешься? – сокрушенно покачала головой Ами. Она практически никогда не прогуливала. Поэтому сегодняшний день стал для нее тоже чем-то из ряда вон. - Конечно, нет. Я должна поскорее добраться до дома, переодеться и вернуться сюда до прихода Мамору, то есть на всё про всё у меня есть всего два часа, - блондинка снова поднялась, взяла сумку. Немного подумав, сняла уцелевшую балетку и, повернувшись к Мицуно, улыбнулась. - Ладно, мне пора. Потом дашь конспект переписать. - Ты, что, собралась идти вот так? Босиком? – изумилась Ами, - Возьми хотя бы мои… - Нет. Все нормально. Как-нибудь доберусь, - отмахнулась Цукино, поправляя ремешок сумочки на плече. - Но… - Я же сказала, что все нормально. Жалко только, что не врезала этому идиоту, по вине которого это произошло, - Усаги почувствовала, как новая волна злобы подкатывает к горлу. Чтобы не распалять себя дальше, Цукино резко повернулась и уперлась прямиком в объект своей ненависти. Голубые глаза распахнулись от изумления. - Ты? Чего тебе надо? – тихим, не предвещавшим ничего хорошего голосом, начала художница. - Я, то есть, «этот идиот», хочу тебе помочь. Пошли, подброшу до дома.