Плачущие небеса

Следующие два дня Минако пребывала в состоянии смятения. Тот вечер, что они провели вместе с Ятеном, никак не выходил из головы. Коу оказался не таким, каким она себе его представляла. Совершенно не таким. - Эй, да, что с вами такое? – раздраженный голос Рей выдернул Айно из размышлений. Рассеянно моргнув, блондинка уставилась на подруг. Сердитую Хино и подавленную Усаги. - Ничего. Просто я совсем запуталась, - честно призналась певица, вздыхая и пряча лицо в ладонях. - Мамору любит другую, - убийственным голосом протянула Цукино, до сих пор не веря тому, что видела. - О Боже! Да, сколько уже можно? Ты совсем безмозглая, что ли? Джиба всегда воспринимал тебя только, как сестру! Остальное – плод твоей больной фантазии! Поэтому утри, наконец, сопли, и отпусти его! – не выдержав, брюнетка повернулась, схватила Усаги за плечи и хорошенько встряхнула. - Да все я понимаю. Но это мое понимание ничего не меняет. Все равно я буду любить его вечно, - всхлипнула девушка, опуская голову. - Ну и дура! Страдай дальше, раз нравится! - фыркнула Хино, отпуская Цукино и переводя взгляд на витающую в облаках Айно, - А с тобой что случилось? Втюрилась в Ятена, что ли? От вопроса подруги по спине Минако пробежали мурашки. Судорожно сглотнув, она отрицательно мотнула головой. Хотя, в глубине души прекрасно знала, что в словах Рей была доля правды. Ее отношение к Коу, и правда, незаметно изменилось. Но она не хотела во всем этом копаться, решив, что лучше оставить все, как есть. - Ни в кого я не втюрилась. Просто слишком много всего навалилось, и я уже не знаю, чего хочу, - артистка грустно улыбнулась, теребя пальцами салфетку, и рассматривая людей, сидящих в кафешке. - О чем это ты? – Хино удивленно вздернула брови, прекрасно понимая, к чему клонила ее подопечная. - Помнишь, раньше ты говорила мне о том, что пора прекратить всю эту борьбу? – подняв глаза, Айно окинула Рей внимательным взглядом, и когда та утвердительно кивнула, продолжила, - Так вот. Сейчас я думаю также. Возможно, мне давно надо было уйти из шоу-бизнеса и искать себя в чем-то другом. Минако замолчала, уводя взор в сторону. Она устала. Очень устала. А все эти метания, сомнения, переживания отняли последние силы. - И ты пришла к такому выводу, когда у тебя появился реальный шанс вернуть былую славу? – усмехнулась Хино, которая уже абсолютно ничего не понимала. Похоже, обе ее подруги окончательно свихнулись. Цукино – из-за фанатичной любви к Мамору. А Айно – из-за страха перед будущим. - Да. Я вдруг поняла, что мне это не нужно. Я больше не хочу выступать, не хочу пытаться завоевать всеобщую любовь, не хочу доказывать всем, что их мнение обо мне ошибочно, не хочу снова испытывать боль и разочарование. Не хочу, - она рвала дрожащими пальцами салфетку, еле сдерживая слезы. Непонятные слезы. Странные слезы. Глупые слезы. - Что ж. Это твой выбор. Не буду тебя переубеждать. Знаю, что это все равно бесполезно. Только у меня есть пара вопросов, - после некоторого молчания, проговорила Хино тихим голосом, - Что ты будешь делать с шоу и твоим новым дебютом? - Уйду. Просто уйду. Сегодня же позвоню Джеду – сану и расскажу ему о своем решении. Думаю, его оно порадует, - Минако грустно улыбнулась, превращая в рваные клочки очередную салфетку. - А с Кунсайтом и Ятеном? – продолжала допытываться Рей, у которой от всех этих заявлений уже голова шла кругом. - Ничего. Мы чужие друг для друга. Этим все сказано, - Айно пожала плечами, чувствуя, как при воспоминании о Коу, ее сердце вдруг сжалось от нахлынувшей тоски. Повисла очередная пауза, а потом менеджер, потянувшись, взяла руки подруги в свои. - Знаешь, возможно, ты и права. Возможно, так будет лучше для всех, - по губам скользнула теплая улыбка, и Мина улыбнулась в ответ.