Плачущие небеса

Он все подтвердил. Каждое свое слово, сказанное Мейо в тот вечер. Каждую улыбку, каждый жест. Мамору никогда не видел в Усаги женщину, и в глубине души она это прекрасно знала, но до последнего не желала принимать. Однако сейчас пришло время. - Конец. Это конец, - прошептала Цукино, утирая молчаливые слезы, текущие по щекам. Вот и настал тот момент, которого она всегда боялась. Момент, когда их дороги окончательно разошлись, когда она уже больше не могла продолжать играть в игру под названием: «Ничего не понимаю». От тяжелых раздумий отвлек звонок мобильного. Усаги мельком глянула на дисплей. Сейя. Брать или не брать. - Чего хотел? – она ответила, несмотря на то, что желание общаться полностью отсутствовало. - Ты дома? – сразу же послышалось из трубки, в голосе мелькнула настороженность, будто бы парень боялся, что она соврет. - Да, - коротко бросила Цукино, посмотрев на себя в небольшое зеркало, висевшее на противоположной стене. Заплаканные красные глаза, растрепанные волосы, мокрые щеки, и выражение глубокого страдания на лице. - Тогда я сейчас поднимусь, - радостно отозвался Коу, поставив Усаги в тупик своим заявлением. Вздрогнув, она хотела крикнуть, что не нужно. Она не желает никого видеть. И, вообще, не одета, не готова к приему гостей. Но не успела. В телефоне повисла мертвая тишина. - Дурак. Совсем уже обнаглел, - сорвавшись с места, девушка схватила расческу, провела по волосам, приводя их в более-менее приличное состояние, и в следующее мгновение раздался звонок. Накинув халат поверх пижамы, и кляня все на свете, Цукино кинулась открывать. Почему-то она ужасно волновалась, сердце стучало быстро-быстро, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Остановившись возле двери, Усаги глубоко вдохнула-выдохнула, приказывая себе успокоиться, а потом повернула ручку и увидела его. Сейя, как всегда, был просто неотразим. Слегка взлохмаченные черные волосы, ярко-синие глаза с лукавым блеском, светлая рубашка, куртка, джинсы и сапоги. - Зачем приперся? – грубо рявкнула девушка, разозлившись на себя за странную неловкость. А еще в груди вдруг что-то подозрительно екнуло. - Ты в своем репертуаре, - усмехнулся Коу, протискиваясь в прихожую, - Просто решил зайти в гости к своей подопечной. Что в этом такого? Парень протянул сердитой Цукино пакет, и она, заглянув внутрь, обнаружила сладости и вино. - Я больше не твоя подопечная. Мне теперь нет смысла меняться, - буркнула Усаги, проходя в комнату, и раскладывая на столе принесенную еду. - Почему же? Неужели ты не хочешь стать лучше чисто для себя, а не для него? – скинув куртку, Сейя уселся на пол, сложив ноги по-турецки. - Я уже ничего не хочу. Мне все равно, - пожала плечами Цукино, устраиваясь рядом, и принимаясь поглощать шоколадное пирожное. Она до безумия обожала кондитерские изделия. Они помогали унять грусть-печаль. Только вот на дурацкое волнение абсолютно не действовали. - У меня есть к тебе одно предложение, - после некоторого молчания проговорил музыкант, исподтишка наблюдая за недовольной блондинкой. Она нравилась ему все сильнее и сильнее. От одного взгляда на милое личико девушки внутри все переворачивалось. - Какое? – с набитым ртом пробубнила Усаги, мельком зыркнув на Коу. Он смотрел прямо на нее, и его взгляд обжигал. Рука непроизвольно дрогнула, и она чуть не запачкала едой ковер. Вовремя среагировала. - Давай, встречаться? – тихо произнес Сейя, и на этот раз пирожное оказалось прямиком на полу. - Что? – повернув голову, Цукино изумленно уставилась на молодого человека, она не ожидала ничего подобного, и до конца ему не верила. - Ты мне нравишься. Очень нравишься, - теплые пальцы Коу сжали тонкое запястье собеседницы, и он рывком прижал ее к себе. Пылко и жарко. - Опять издеваешься? – промямлила она, машинально утыкаясь носом ему в плечо, и вдыхая аромат дорогого одеколона. - Нет. Я говорю правду. Давай, встречаться, Усаги? - повторил Сейя, проводя ладонью по светлым шелковистым волосам. - Хватит. Мне сейчас не до шуток, - Цукино попыталась оттолкнуть нахального музыканта, который явно пудрил ей мозги, но он не позволил. Лишь крепче прижал к своей груди, и голова пошла кругом. Все мысли куда-то улетучились, как и кислород в комнате. От волнения зашкаливал пульс. Мамору. Ведь она до сих пор любила Мамору. Но с ним все было кончено. Навсегда. А этот Коу. Такой сумасшедший, непредсказуемый, ненормальный. Он вызывал в ее сердце коктейль из противоречивых чувств и необъяснимую симпатию. - Давай, просто попробуем? Я не прошу тебя сразу меня полюбить. Ведь я прекрасно понимаю, что ты не могла так быстро его забыть, - зашептал Сейя на ухо Цукино, и с каждой его фразой ее категоричность отступала. Возможно, ей давно стоило начать отношения с кем-нибудь другим. Хотя бы, попытаться открыться для нового человека. - Хорошо. Я согласна. Давай, попробуем. Но не жди от меня многого. Мне нужно время, - прервав затянувшееся молчание, проговорила Усаги, внезапно расслабляясь в его жарких объятиях, даривших необъяснимую защиту и комфорт. - Знаю, и я дам тебе столько времени, сколько нужно. Не буду тебя торопить. Обещаю, - послышалось в ответ.