You are a part of me.

Этим солнечным днём Хонджун пребывал в приподнятом настроении, отчего шёл вдоль улицы с песней и танцем, подмахивая головой и, в общем-то, смотрясь очень странно. Наушники он по чистой случайности забыл дома, хотя для него это было не такой уж и проблемой, потому как музыка играла у него в голове, напрочь вытесняя лишние мысли. Ему следует преодолеть пешеходный переход, приближаясь к которому он тщательно осматривается по сторонам на предмет машин и, не заметив ни одной, продолжает свой пружинистый шаг по недавно окрашенной зебре. Мысленно подходя к припеву любимой песни, Ким замедляет шаг, невольно повторяя движение танца, и совсем упускает из виду, что стоит на середине довольно широкой дороги, а на него стремительно надвигается мотоцикл. Он поворачивает голову в самый последний момент, успевая лишь от удивления раскрыть рот и попрощаться с жизнью, родственниками, друзьями. Ну, и соседской кошечкой, конечно. Хонджун попросту закрывает глаза и, испытывая немалый страх, застывает на месте в ожидании удара, которого толком и не следует. Железный зверь успевает затормозить, всего лишь мелко задевая парня и легко отталкивая. Правда Киму этого хватает, чтобы в порыве ужаса отскочить назад и познакомить свою задницу с пыльным асфальтом. Минутой позже Хонджун приоткрывает один глаз, убеждаясь, что он всё ещё в мире живых, а потом полностью раскрывает глаза и рукой нащупывает свою сумку, окончательно успокаиваясь, но вздрагивая от проезжающих позади автомобилей. Водителей, казалось бы, совсем не смущал факт мини-аварии на дороге, они самозабвенно объезжали упавшего юношу, даже не думая о том, чтобы помочь ему. С загоревшимся зелёным светом мимо него проходят ещё несколько человек, также игнорирующих эту ситуацию. Киму даже взгрустнулось от такого положения дел. «Людям стоило бы быть хоть немного снисходительнее», — думает он. И совсем не важно, что он всего лишь упал без каких-либо серьёзных травм. Королева драмы в деле. Тем временем парень, что ехал на мотоцикле, лениво стянул с себя шлем, аккуратно укладывая его на сидение. Он плавным движением слез со своего транспорта, направляясь к Хонджуну широкими, но спокойными шагами. Ким, имея особо чувствительную натуру, уже начал представлять, как этот рыцарь в кожаной куртке учтиво подаст ему руку, извиняясь за это неловкое происшествие, а потом поднимет и каждую пылинку стряхнёт, дико раскаиваясь. Однако этот парень пошёл не по тому сценарию: окинул лежащую на земле тушку безразличным взглядом и, не замечая ни царапины, уже развернулся, чтобы уйти. Раздражённый голос Хонджуна остановил его на полпути к мотоциклу: — Эй, ты вообще-то сбил меня, не хочешь ли помочь? — с обидой, приправленной злобой, прокричал Ким, не воспринимая такого безразличия к любимому себе и сверля спину обидчика. — А какого ты на красный по дороге попёрся, утырок? — голос блондина, как подметил Хонджун, был довольно красив. Глубокий такой, приятный. Да и волосы, хоть и явно крашенные, очень даже подходят ему. — В любом случае я могу написать заявление на тебя! Ты, блять, сбил меня! — голос секундно дрогнул, однако это не помешало упавшему выговорить всю фразу без запинок, для пущего эффекта гордо задрав голову и тем самым выказывая всю свою решительность. — У тебя настолько феноменальная память, что ты запомнишь мотоцикл без номеров? — выгнул бровь блондин, прежде чем сесть на транспорт. Он уже взял в руки шлем, намереваясь вернуть его на свою голову, как услышал смешное ворчание слева от себя. — Чёрт, сначала сбили, теперь ещё и на пару опоздал, а я ж только, мать вашу, поступил, — причитал Хонджун, совсем негромко, но так, чтобы парень услышал. Ну, мало ли совесть нападёт, и он хотя бы извинится? Когда Ким изволил поднять свою тушку с пола, он принялся тщательно отряхиваться, нарочно долго, краем глаза всё равно поглядывая в сторону мотоциклиста. На периферии его сознания проскочила мысль, что парень довольно-таки горяч. Впрочем, байкеры по закону жанра до одури сексуальны, поэтому эти мысли быстро выветриваются, подгоняемые фактом натуральности Хонджуна. — Ладно, согласен, я тебя задел, — сдаётся парень, нехотя проговаривая слова, — у тебя сорок секунд сесть ко мне, чтобы я отвёз тебя, иначе я уезжаю. Блондин почему-то уверен, что парнишка младше него, потому что уже начинает раздражать своей чрезмерной энергичностью. Явно курс-таки первый-второй — старшие обычно ходят мертвее зомби. Однако стоило ему договорить своё предложение, Ким моментально подхватил сумку и радостно подбежал к мотоциклу, ожидая дальнейших указаний, потому как до него определённо точно не доходило как и куда нужно садиться. Байкер звучно цокнул, выказывая своё нежелание ждать, отчего Хонджун, припоминая кучу просмотренных фильмов, запрыгнул на сидение позади юноши. Вот только теперь у него возник другой вопрос: за что, чёрт возьми, держаться-то? Само собой обнимать незнакомца он не планирует, уж лучше слетит. Блондин же, между тем, задумался о миниатюрности студента, который, вероятно, в любом случае потеряется по дороге из-за сильного давления воздуха при движении мотоцикла. На фоне таких мыслей он встаёт со своего места и двигает парня вперёд, кладя руку тому на поясницу и надавливая. Хонджун в некотором недоумении поворачивается на него и наблюдает за тем, как байкер садится позади него и слегка приобнимает, чтобы доставать до руля. — Куда тебя везти? — спрашивает мотоциклист после затяжного рычания разгоняющегося мотора. В ожидании ответа он надевает на себя шлем, фиксируя ремешки. — К музыкальному университету, что в центре города, — на ответ Кима парень лишь хмыкнул. Наверное, потому что ему совершенно в другую сторону, но что-то менять уже поздно. Хотя бы потому что он сам вызвался отвезти младшего куда ему заблагорассудится.

POV Хонджун.

Что с моей жизнью не так? Сначала сбили, потом опоздал на важную пару, теперь вообще еду с ахуенным парнем на его мотоцикле. Но всё относительно! Ахуенность ахуенностью, но эта блондинка гонит так, что не будь его рук по обе стороны от меня — улетел бы как минимум в другой штат. Я не трус конечно, но страшно пиздец. Не знаю, нужно ли удивляться тому, что доехали мы за считанные минуты, но на пару идти я уже не планировал. Для начала мне нужно успокоить своё нутро после такой воодушевляющей поездочки. Вот как успокою, тогда и подумаю, стоит ли вообще идти сегодня на пары. У меня моральная травма, между прочим! Когда мы остановились около ворот моего университета, эта сучка крашенная даже не удосужилась встать, он лишь слегка подвинулся назад и вновь стянул с себя шлем. Почему мне всё ещё обидно от его безразличия? То ли я странный, то ли он ёбнутый. Ладно, пора вставать. Пока я кое-как слазил с его мотоцикла, опять чуть ли не падая из-за ватных ног, блондин внимательно следил за каждым моим движением. Наверняка наблюдает как бы я не поцарапал его монстра, скотина такая. И ведь реально эта железяка похожа на монстра, черная вся такая, с бордовыми языками пламени по нижней части. — Ну, спасибочки, что ли. Меня, кстати, Ким Хонджун зовут, — я протянул ему руку и даже улыбнулся своей самой милой улыбкой в знак примирения. Но вместо ответа он только усмехнулся и обратно надел свой грёбаный шлем. — Надеюсь, я тебя больше не увижу, сволочь, — всё с той же милой улыбочкой на губах произнёс я. Надеюсь, он даже в шлеме это услышал. Или нет? Ладно, вроде нет, так как по завершению моих слов он просто завёл мотоцикл и уехал. Ну что за сука, а? Из размышлений, а точнее из беспросветной кучи отборного мата, который теперь у меня чётко ассоциируется с одним единственным блондином, меня вытянул прозвеневший звонок, оповещающий о конце пары. Едва услышав его, я рванул в здание своего любимого, но это не точно, университета, по пути сбивая сонных однокурсников.