Демилитаризация

      Чем взрослее человек становится, тем быстрее вокруг него бежит время. Когда ты ребенок, кажется, что его слишком много. Но вот конкретно сейчас Антон отдал бы если не все, то многое за возможность отсыпать у себя-пиздюка хотя бы пару деньков свободного времени. Серьезно, это даже не ограбление, ничего противозаконного. Просто жизнь почему-то решила, что парню пора прекращать расслабляться.       Ладно, возможно, Антон преувеличивает. Конечно, переехать из Воронежа в Санкт-Петербург решила не жизнь, а сам Антон. Не жизнь, а все тот же Антон решил после окончания школы поступить на учителя обществознания и истории. И все тот же один конкретно взятый Антон решил, что сам с поступлением не справится, поэтому подписал целевой договор. И вот, спустя три года, отработанных по этому договору в одной из обычных общеобразовательных школ Воронежа, он уволился и переехал в Питер. Прекрасно, черт возьми.       Знакомьтесь, Шастун Антон Андреевич, двадцать семь лет от роду. Здоровенный парень, почти два метра ростом, но в душе все еще пятнадцатилетний школяр, как любил говорить Димка Позов, его лучший друг. Шастун на это возразить ничего не мог, так что просто пожимал плечами и смиренно кивал головой. Да, мол, вот такой я, но что поделать.       И вот этот самый Антон сейчас сидел посреди полупустой комнаты на одной из многочисленных коробок, курил, и совершенно обреченным взглядом осматривал вот эти самые коробки. Коробки, как назло, продолжали равнодушно стоять, даже не делая попыток помочь мужчине в чем бы то ни было.       «Правильно говорят – один переезд равен двум пожарам»,- подумал Шастун и, вздохнув и мстительно затушив сигарету об одну из коробок (при этом чуть не устроив настоящий пожар), поднялся. На улицу постепенно опускалась ночь, а ему все-таки нужно разобрать хотя бы половину от оставшегося барахла.       Нет, он переехал не только что, и даже не неделю назад. Антон жил в Питере уже полтора месяца, но разобрать коробки мешали то какие-то чрезвычайно важные дела, то ужасная усталость. По крайней мере, так Шастун оправдывался каждый раз во время разговора по скайпу со своей матерью, когда она видела неизменный бардак в его комнате и осуждающе качала головой. Парню было стыдно, но чувство стыда отключалось одновременно с окончанием разговора, так что все оставалось на своих местах вплоть до крайнего времени.       На самом деле, завтра был важный день, действительно важный. Антона наконец приняли на работу в достаточно престижную гимназию, так что вести себя и выглядеть он теперь должен соответственно. Только вот понять бы еще, в которой из коробок завалялся его парадно-выходной костюм.… Еще раз горько вздохнув, Шастун принялся распаковывать коробки.

***

      Естественно, Антон бы не был собой, если бы не проспал в первый же свой рабочий день. Вернее, это был первый учебный день, а это означало, что сегодня он должен предстать перед частью учеников и провести у них занятия. Но, в принципе, Шастун уже давно привык – его планы никогда не обходятся без косяков, так что он лишь закатил глаза на запоздалую трель будильника и помчался собираться.

***

      Итак, второе сентября. Праздничная атмосфера улетучилась, оставив после себя только легкое волнение, в основном, конечно, у школьников. Учителя только качали головами и пытались утихомирить детей, что получалось с переменным успехом. Вскоре прозвенел звонок на урок, и все классы приступили к занятиям. Все, кроме 11М.       В это утро Арсений проснулся в состоянии нервного возбуждения. Да, он с друзьями уже виделся на линейке, и даже раньше, в день собраний, когда выдавали расписание и общую информацию насчет первых недель обучения, но сегодня не менее важный день.       Парень посмотрел на время – часы показывают шесть утра, пора вставать. С горем пополам выпутавшись из одеяла, сонный одиннадцатиклассник (теперь одиннадцатиклассник, мам, я уже совсем взрослый) пошел умываться. В зеркале над раковиной отражается довольно высокий брюнет с ярко-голубыми глазами. «Впрочем, ничего нового», - подумал Арсений и ухмыльнулся отражению. Отражение ухмыльнулось в ответ, и на этом их молчаливый диалог закончился.       Арсений быстро принял душ, совершил все утренние процедуры, даже сделал зарядку. В здоровом теле – здоровый дух, или как там? В общем, как бы там ни было, именно этого образа жизни и придерживался подросток.       Мысли с утра текли вяло, но, силой воли собрав их во что-то более-менее цельное, выпил обязательный утренний кофе, закрыл квартиру на ключ и вприпрыжку выбежал за ворота. Там он быстро сел в уже поджидающую его машину и отправился в школу.       Окей, возможно, стоит рассказать подробнее об этом человеке, все-таки один из главных героев, как-никак.       Знакомьтесь, на заднем сидении золотисто-коричневого мерседеса, с наушниками в ушах, тараканами в голове и камнем на душе (не в почках, он проходил медосмотр) расположился не кто иной, как Арсений Сергеевич Попов. Молодой человек, отмотавший семнадцатилетний срок в этом жестоком мире. Всем привет, меня зовут Арсений и я депрессивный подросток. Похлопаем Арсению. Пошел нахуй, Арсений.       В общем-то, грустить Арсению было некогда. Он староста школы, главный актер школьного театрального кружка, первый номер баскетбольной команды, призер всевозможных олимпиад и далее, далее по списку.       Не то чтобы Арсений и правда хотел во всем этом участвовать. Он бы с легкостью отказался от большей части своих обязанностей, только вот обстоятельства не позволяют. Приковали его наручниками обязательств к батарее ответственности и держат. А Попов не очень-то и вырывается. Просто не думай, окей? Вот и умничка.       Он всегда просил водителя останавливаться за пару кварталов от школы. Во-первых, потому что пешком ходить полезно, а во-вторых – потому что лишний раз светить дорогую тачку с личным шофером не особо хочется. Если чем и выделяться, то лично заработанным статусом, а не родительскими денежками.       В очередной раз выйдя на приличном расстоянии от своего учебного заведения, кивком и не вынимая наушников попрощался с человеком, имени которого не удосужился запомнить за последние несколько месяцев. Кирилл? Максим? Да какая разница, господи.Вслушиваясь в гитарные переборы и голос какого-то мужика, раздающийся в ушах, Арсений быстрым шагом припустил в нужном ему направлении.       Но, как оказалось, спешил он зря. Как только он вошел в класс, на него хлынул бурный шквал приветствий, улыбок и рукопожатий, а вот из общего гула Арсений смог вычленить, что Альбертина Адольфовна, старая занудная грымза, которую все за глаза и характер величали просто «Гитлеровна», таки вышла на пенсию, а преподаватель, устроившийся на ее место, еще не пришел. Физмат, все это время строивший между собой догадки, кто же теперь будет учителем, увидев своего лидера, кипя еще большим энтузиазмом, прилип с этим вопросом к Попову. Арсений как всегда улыбался, смеялся и поддерживал лично ему совершенно не нужную беседу. Новый учитель? Серьезно? Тоже мне новость. Промотайте время вперед, пожалуйста.       Минут через десять после начала урока в кабинет зашла Наталья Борисовна, тучная женщина лет сорока на вид, с вечно растрепанными кудрявыми темными волосами и улыбающимися глазами, их классная руководительница. Она быстрым взглядом окинула класс и, заметив Арсения, улыбнулась еще шире:       - Арсюш, выйди на минуточку, пожалуйста.       Попов, мысленно благодаря бога за то, что бесконечный поток сплетен, догадок и домыслов был прерван ее внезапным появлением, резво подскочил с места и с самым располагающим выражением лица устремился вслед за преподавательницей.

***

      Черный форд Антона резко остановился у ворот школы. Мужчина добрался до рабочего места в кратчайшие сроки, не сбил ни одной бабушки по дороге, даже не проехал ни разу на красный и опоздал всего минут на десять. В общем, жить можно. Выдохни, Тош, все нормально. Главное – не ссать.       Мельком глянув в зеркало заднего вида, пригладив челку и расправив рубашку, он вышел из машины, аккуратно захлопнул дверь и нажал на кнопочку сигнализации. Закурить бы, но время и так поджимает. Соберитесь, Антон Андреевич.       Вздохнув полной грудью и расправив плечи, Антон размашистым шагом направился к главному входу, считая про себя до десяти и обратно. Он совсем не нервничал, с чего вы взяли?       За дверьми его уже поджидали – завуч Светлана Николаевна, суровая низенькая женщина с железными нервами и убийственным взглядом, и сухонький дедушка в форме охранника, его имени Антон не знал. Стоило Шастуну зайти, как завуч тут же оказалась перед ним:       - Антон Андреевич, я, конечно, понимаю – все-таки первый рабочий день, вы буквально недавно переехали в этот город, но можно же быть чуточку пунктуальнее? У нас у всех есть дела.       Антон только хотел извиниться, объяснить ситуацию, но в этот момент к ним подошли еще два человека. Наталью Борисовну, учительницу биологии, он признал сразу – они уже успели познакомиться и более-менее подружиться. А вот парня, вышагивающего вслед за ней, он видел впервые.       Светлана Николаевна же, завидев приближающуюся компанию, как-то облегченно выдохнула, всплеснула руками и быстро заговорила:       - Наталья Борисовна, спасибо вам огромное, вы можете идти.       Наталья Борисовна кивнула Антону, сжала плечо неизвестного ученика и скрылась из вида. Теперь завуч обратилась непосредственно к новому преподавателю:       - Антон Андреевич, это Арсений Попов, он староста школы, - тут она перевела взгляд на этого самого Арсения, и Антон несколько опешил. Потому что на его памяти эта женщина ни на кого не смотрела с такой теплотой. Да она даже из вежливости не улыбалась!       - Арсений, у меня к тебе огромная просьба. Все учителя заняты, а у меня куча документов на заполнение, не к кому обратиться, кроме тебя. Пожалуйста, не мог бы ты по-быстрому показать Антону Андреевичу - нашему новому учителю истории, кстати - где что находится? Он здесь был от силы два раза, когда на работу устраивался, а школа у нас большая, еще заблудится. Выручишь нас?       Погодите-ка. Нет, серьезно? Антон что, выглядел настолько несамостоятельным человеком? Он взрослый, самостоятельный мужчина, как-никак, педагог, а его поручают какому-то школьнику? Шастун уже было возмутился, но так называемый Арсений Попов наконец заговорил:       - Конечно, Светлана Николаевна, вы всегда можете на меня положиться, вы же знаете. Не беспокойтесь, я проведу экскурсию в лучшем виде.       И улыбнулся. Шастун еле подавил желание закашляться. У этого Арсения очень красивая улыбка. Казалось, его глаза засветились изнутри, излучая столько добродушия и позитива, что Антона чуть не снесло этой волной. Мужчина забыл вообще все, что хотел сказать минутой ранее. А пока его мозг перезагружался, эти двое продолжали разговор:       - Отлично, тогда я побежала. Не забудь показать Антону Андреевичу его кабинет. Тот, что раньше занимала Альбертина Адольфовна.       - Не забуду, Светлана Николаевна, не беспокойтесь, - ответил Арсений и улыбнулся еще доброжелательнее. Куда, блять, еще-то?       Завуч тем временем резво развернулась на каблучках и так же резво скрылась в неизвестном направлении. Теперь Арсений повернулся к Антону. Его светящиеся глаза уставились прямо на Антона. Антон ослеп. Где тут медпункт? Шастун даже не сразу понял, что парень что-то говорит, но заставил себя слушать.       - …познакомиться, Антон Андреевич. Меня вам уже представили, я Арсений. Надеюсь, мы подружимся.       Тут он легко засмеялся. Антон мог бы засмеяться в ответ, если бы не микроинсульт, который он, судя по ощущениям, сейчас переживал, так что Шастун смог выдавить из себя только вымученную улыбку. Почему этот пиздюк такой позитивный? Аж в глазах рябит, кто-нибудь, принесите солнечные очки.       Арсений же, будто почувствовав себя настоящим экскурсоводом, повел его за собой через этажи, подробно рассказывая, где что находится. Он выдавал настолько много информации, что вопросов у преподавателя совершенно не возникало. А если и возникало, то Арсений отвечал на них прежде, чем мужчина успевал их задать. Все это время он не переставал улыбаться и шутить, как будто пытаясь загипнотизировать этим Антона. Антон гипнотизировался. Где там ебучие солнечные очки?       Они остановились около кабинета с табличкой «27. История и обществознание», Арсений снова обернулся к учителю и проговорил:       - Вот ваш кабинет, у нашего класса сейчас по расписанию два урока обществознания. На этом наша экскурсия подошла к концу, если у вас остались какие-то вопросы обращайтесь в любое время, помогу, чем смогу.       И опять засмеялся. Но Шастун уже попривык к этому «оружию массового поражения», как прозвал он про себя смех Арсения в частности и самого Арсения в целом, так что отреагировал весьма достойно. - Спасибо, Арсений, из тебя вышел прекрасный гид. И даже нашел в себе силы искренне улыбнуться. Молодец, Антон. Так держать.       Попов почему-то на пару секунд замялся, но быстро собрался и наконец открыл дверь в кабинет, из которого тут же послышался нестройный хор пары десятков голосов. Арсений закатил глаза, извиняющимся взглядом посмотрел на учителя и стремительно вошел в помещение. Шум тут же стих. Антон удивленно округлил глаза и вошел следом.