Скованы судьбой

Я вспоминаю, вынимаю наружу, Всё что сжирало, но грело под стужу. Я вспоминаю всю боль от ножа, Что метко прошёл, оставив след миража.

Flashback

Два с половиной года назад Год крови и ужаса ЕЩЕ ОДНО УБИЙСТВО В западной части Пусана снова убит мужчина («W», 11 мая 2018 г.) Ли Минхо, двадцать шесть лет, найден сегодня утром задушенным у себя в квартире. * * * УБИЙСТВО В ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ Пусана Полиция предполагает, что виновник — серийный убийца («W», 13 мая 2018 г.) По сообщению одного из детективов, ведущих следствие, судебная экспертиза показала, что галстук, которым был задушен Ли Минхо, принадлежал, молодому учителю Пак Собону, убитому в ноябре 2017 года. Этот факт, до этих пор сохранявшийся полицией в тайне, устанавливает очевидную связь между жертвами. * * * ЕЩЕ ОДНО УБИЙСТВО В 16-м ОКРУГЕ («W», 19 августа 2018 г.) Со Джихо, работавший врачом в госпитале, был убит позавчера вечером в своей квартире. Утром консьержка обнаружила тело молодого мужчины, варварски задушенной галстуком. Несмотря на отказ полиции официально признать этот факт, для автора статьи очевидно, что есть прямая связь между этим убийством и двумя другими, совершенными в ноябре 2017 года и в мае нынешнего года в 16-м и 17-м округах. Все жертвы найдены в своих квартирах, и ни в одной не обнаружено следов насильственного вторжения. Еще одна загадочная и волнующая подробность — мобильные телефоны жертв до сих пор не найдены. УБИЙСТВА В ВОСТОЧНОЙ ЧАСТИ ПУСАНА Облик серийного убийцы обрисовывается яснее («W», 20 августа 2018 г.) После зверского убийства Со Джихо, у следствия не осталось ни малейших сомнений, что это преступление находится в одном ряду с двумя другими, произошедшими примерно в том же районе начиная с ноября 2017 года. Прокурор, которого спросили, можно ли в данном случае говорить о серийном убийце, вынужден был признать, что «все три преступления, безусловно, совершены одинаковым способом. Улики привели к тому, что все три дела были объединены в одно и отданы в руки одного следователя. На ТВ министр внутренних дел выступил в телегазете и заверил, «что мобилизованы все возможные ресурсы, как человеческие, так и технические, чтобы разыскать преступника или преступников, совершивших эти преступления». * * * УБИЙСТВА В ВОСТОЧНОЙ ЧАСТИ ПУСАНА Подозреваемый находится под предварительным следствием («W», 21 августа 2018 г.) Шофер такси, один из главных подозреваемых в серии убийств, совершенных начиная с ноября прошлого года в весьма благополучном квартале столицы, был арестован и допрошен в пятницу вечером. В результате обыска его квартиры был найден мобильный телефон Со Джихо последней жертвы убийцы. * * * ТАКСИСТ ОСВОБОЖДЕН! («W», 22 августа 2018 г.) Таксист смог предоставить алиби на время всех трех убийств. Полицейскому, который его допрашивал, он объяснил, что вез Со Джихо за несколько дней до убийства, и парень просто-напросто забыл телефон у него в такси. ЕЩЕ ОДНО УБИЙСТВО Восточная часть Пусана в панике («W», 9 октября 2018 г.) Пак Чонхоль, банковского служащего, нашли сегодня утром задушенным в его квартире. * * * УЖАС НАВИС НАД ГОРОДОМ Сотни полицейских ищут убийцу в восточной части Пусана («W», 10 октября 2018 г.) Полиция мобилизовала сотни полицейских, отправив их на розыски убийцы, который пока не имеет ни лица, ни фамилии, но вот уже одиннадцать месяцев терроризирует одиноких мужчин, живущих в 16-м и 17-м округах. Что связывало всех жертв? Только то, что эти молодые парни были не женаты или разведены. Их образ жизни и знакомства, тщательно изученные следствием, не дали никакого материала для обнаружения убийцы. Все четыре убийства были совершены одинаковым образом. Все четыре жертвы, хотя это никак не подтверждается, скорее всего были ближе знакомы с убийцей, так как сами открывали ему дверь в свои квартиры. Череда непонятных убийств сеет страх среди обитателей двух округов столицы. Чтобы успокоить население, полицейская служба увеличила число патрульных и призывает сограждан немедленно сигнализировать о каждом, чье поведение внушает подозрение. Год назад Пусан 21 ноября 2018 г. Метро Тэхён поднялся по ступеням. Ноябрь кажется ему долгим сумрачным сырым туннелем. И сегодняшний день не исключение. Болезнь давала о себе знать. Хоть его и отправили на больничный, он все равно продолжает работать. Ведёт следствие. Свое собственное, частное следствие. Занимается расследованием убийств четырех мужчин в западной части Пусана. Дело стало таким значительным, что у них его забрали. Хоть он и слёг с простудой, в мыслях все время стоят искаженные ужасом лица парней. Он думает о них постоянно. Он пережевывает одни и те же картины, перемалывает одни и те же предположения, теряется в догадках, не может выбраться из опутавшего тяжелого, мучительного клубка. Клубка… Если бы отыскать невидимую ниточку, которая связывает убитых. Даже если никто до сих пор эту связь не обнаружил, она была. У этих четырех парней было что-то общее, но это пока ускользает от всех следователей. И от него тоже. Главная беда, что это ускользает от него. Он знает, эта ниточка лежит на виду, прямо перед глазами, но он не видит. Если убийцу не остановить, он будет продолжать свои злодеяния. Еще одно, и еще, и так до бесконечности… Он осторожен, невидим, неуловим. Он не оставляет следов, отпечатков, капель крови. Никто не может объяснить, почему жертвы так доверчиво отворяли ему дверь в уже довольно поздний час ночи. У них нет ничего, кроме смутной тени в черном шлеме на скутере, каких в Пусане не одна тысяча. Еще один стаканчик кофе из автомата. В приемной сквозняки, ему зябко. Пальцы крепко обнимают стаканчик, наслаждаясь теплом. А глаза устремлены в пространство. Он в миллионный раз смотрит все тот же фильм и как мантру рассказывает себе события, которые следовали одно за другим. Четыре жертвы. Четыре одиноко живущих молодых парня. Трое неженатых и один разведен. Все происходит в одном районе. Все убийства происходят совершенно одинаково. Уже давно газеты назвали преступника убийцей, крадущим мобильники. Полицейские тоже поначалу считали, что убийца уничтожает сотовые своих жертв, потому что хочет уничтожить какой-то компромат: звонки, фотографии, видео… Но это предположение оказалось ложным. Смартфоны второй и третьей жертвы так и не смогли найти, зато вопреки сообщениям прессы нашли мобильные телефоны первой жертвы и последней. Он снова просматривает картинки на своем телефоне. Он перекачал на него сотни фотографий четырех убитых. Не посмертные фотографии, а из обычной мирной жизни, которые нашёл у них на компьютерах. Включил просмотр, перед ним поползли фотографии, и как всегда он стал смотреть на Пак Собона. Первая жертва. Учитель. Снимок сделан в школьном дворе. Фотография полна жизни. Симпатичный парень в окружении класса, светлые волосы, красивая улыбка. Он в темном расстегнутом плаще, брючном костюме и длинном шарфе «Берберри», он различает даже логотип знаменитой французской фирмы. Очевидно, этот костюм с шелковым шарфом ему очень нравится, потому что он видит его в нем и на других снимках. Он переходит от одной фотографии к другой и на всех видит его любимый костюм и шарф. Он застревает на последней фотографии. И вдруг его впервые настораживает незамеченная прежде деталь: на Собоне другой шарф. Тремя пальцами нажимает на сенсорную панель и увеличивает снимок. Качество снимка с камеры слежения оставляет желать лучшего, и все-таки он не ошибся — шарф совсем другой. В день своей смерти Собон не надел любимый шарф. По спине у него пробежала легкая дрожь. «Ничего не значащая мелочь?» Мозг заработал с удвоенной силой, пытаясь понять, что произошло. Почему Пак Собон не надел в этот день свой любимый шарф? Может быть, отдал в чистку? Или потерял? «Может быть, он его потерял?..» Ли Минхо, вторая жертва, тоже кое-что потерял. Потерял свой мобильный телефон, который в конце концов был найден в такси. А мобильный Со Джихо? Может быть, он тоже его потерял? «Потерял». Два телефона, шарф… А Пак Чонхоль? Что он потерял? «Жизнь». А еще? Он набирает номер Чимина. — Привет, это я. В деле Пак Чонхоля тебе не попадалось свидетельство, что он что-то терял незадолго до смерти? — Тэхён! Ты на больничном, черт бы тебя побрал! Сиди и лечись блять! У тебя температура под сорок! Он не обратил внимания на болтовню напарника. — Ты помнишь, было что-то такое в деле или нет? — Нет, Тэхён, ничего такого я не помню. Мы же больше не корячимся над этим делом. — А ты можешь найти мне телефон его бывшей жены? Найдешь, скинь мне на мобильник. Я сам её спрошу. — Ладно, — со вздохом согласился Чимин. — Премного благодарен, друг. Через три минуты после того, как он отключился, от Чимина пришла смска. Он же позвонил Пак Соён и оставил ей сообщение на автоответчике, попросив связаться с ним как можно скорее. Пока его отчитывал врач за халатное лечение, в голове полицейского крутился лишь один набат картинок и теорий. Он почувствовал, что в кармане куртки жужжит телефон. Прерывает врача, и прижимает к уху сотовый. — Здравствуйте. Это Пак Соён, — сообщает голос в телефоне. — Получила на автоответчике ваше сообщение и… — Спасибо, что позвонили, госпажа Пак. Я капитан Ким, один из следователей, которые занимаются делом убийства вашего бывшего мужа. Вы, случайно, не помните, не терял ли он что-либо незадолго до смерти? — Терял ли что-нибудь? — Ну да. Что-нибудь из одежды? Может быть, безделушку? Кошелек? — А какое это имеет отношение к его смерти? — Возможно, никакого, но нужно исследовать все, что только возможно. В общем, вы слышали от него о какой-нибудь потере? — Да, слышала, и даже… Она замолчала посередине фразы. Он почувствовал, что голос у неё дрогнул под наплывом чувств, но она справилась с собой и объяснила: — Знаете, потеря и была причиной, почему мы поссорились в тот последний день, когда он привез мне сына. Я его отругала. Как он мог потерять плюшевого мишку Джина, его любимца, без которого он не засыпает. Чонхоль сказал, что они позабыли мишку в парке, сказал, что уже обратился в бюро находок, но… «Бюро находок…» Сердце заколотилось у него как сумасшедшее. Чистый адреналин. — Одну минуточку, госпожа Пак, я хочу быть уверенным, что все понял правильно: Чонхоль побывал в бюро находок или только собирался туда обратиться? — Он сказал, что уже сходил туда и заполнил карточку, чтобы его предупредили, если мишка найдется. Он не верил собственным ушам. — Я все понял, спасибо. Я позвоню вам, если будут какие-то новости. Он встал и начал немедленно одеваться. — Очень жаль, госпожа Сон, но мне срочно нужно идти. — Ни в коем случае! Это несерьезно, господин Ким. Вам нужна госпитализация и... Он уже толкнул дверь, направился к лифту и вытаскивал телефон, чтобы вызвать такси. Его переполняла гордость. Он думал, как часто следователи шаг за шагом изучают все, чем заняты несчастные жертвы, и упускают что-то необыкновенно важное. Улица Гванбокро, дом 14. Такси остановилось перед главным управлением бюро находок. Располагалось оно в красивом доме 20-х годов из розового кирпича и белого камня. Сама по себе эта структура находится в ведении пусанской префектуры полиции, но представители полиции никогда там не работали. Он показал удостоверение и попросил, чтобы его принял начальник. — Ли Сокджин. Приятно познакомиться. Полицейский поднял голову. Перед ним стоял светловолосый мужчина. Начальник выглядел вполне симпатично. — Ким Тэхён, уголовная полиция, — поклонился он в ответ. — Пожалуйста, проходите. Они оказались в просторной комнате, напоминавшей небольшой музей, где были собраны самые невероятные вещи: розетка Почетного легиона, ножной протез, человеческий череп, оплавленный кусочек металла Всемирного торгового центра, урна с пеплом кошечки, катана «Якудза» и даже… подвенечное платье! — Платье привез шофер такси вот уже несколько лет назад. Он вез молодую пару, которая только что поженилась. Но по дороге молодые разругались и решили расстаться, — объяснил Джин. — Вы начальствуете над настоящей пещерой Али-Бабы, — засмеялся он. — Но куда чаще нам приносит кошельки, очки, ключи, мобильники и зонты. — Однако все это производит впечатление, — сказал он и взглянул на часы. — Я вам тут байки рассказываю, а вы спешите, — догадался он, приглашая полицеского сесть. — Так с чем к нам пожаловала уголовная полиция? — Я веду следствие по делу об убийствах. И хотел бы знать, не обращался ли к вам в последние дни некий Пак Чонхоль. — Чтобы найти что? — Чтобы узнать, не приносили ли вам плюшевого мишку, которого его сын забыл в парке. Джин сидел в кресле на колесиках. Он подъехал к своему столу и нажал на клавишу, что бы разбудить компьютер. — Вы говорите, Пак Чонхоль? — переспросил он. Он кивнул. Ли включил поиск, просмотрел список. — К сожалению, на протяжении последнего месяца мы не получали никаких заявлений от мужчины с такой фамилией. — Он мог заявить о пропаже по телефону. — Я все равно бы его нашел. Все заявления фиксируются и находятся в нашей базе данных. Наши служащие сразу же заполняют формуляры, как только поступила информация. — Странно. Его жена уверяла, что он заполнил у вас формуляр. Проверьте, пожалуйста, и трех других мужчин тоже. Он написал имена и фамилии в блокнотике на пружинке, который лежал у него на письменном столе, и подвинул к нему. Джин прочитал фамилии и включил в поиск одну за другой —Пак Собон, Ли Минхо, Со Джихо. — Нет. Ни одной из этих фамилий в наших списках нет. Прошла не одна минута, прежде чем он согласился, что его ниточка была ошибкой. — Спасибо, очень жаль, благодарю за помощь. Когда он встал, собираясь выйти, почувствовал дикий жар и сильное головокружение. — Вам нехорошо? — забеспокоился Ли. — Хотите, вызову вам такси? — Да, пожалуйста, — согласился он и снова сел. — Такси будет с минуты на минуту, — объявил он. — Не хотите ли немного горячего сладкого чаю? Он взял из его рук чашку, отпил глоток и стал понемногу приходить в себя. Неизвестно откуда взявшийся вопрос внезапно слетел у него с губ. — Господин Ли, я забыл у вас спросить: а у кого из ваших служащих есть синий скутер? — Спросите что-нибудь полегче! На скутерах скорее гоняют парни, не так ли? А, как вы могли заметить, большинство из наших служащих женщины. — Намджун приезжает на скутере, — вмешалась в их разговор секретарша. — Кто такой Намджун? — Ким Намджун во время отпусков или, если случается горячее время, заменяет тех, кто надолго заболел. — Сейчас он работает? — Сейчас нет, но на Рождество мы непременно попросим его помочь. Через рифленое стекло в окно кабинета полицейский увидел силуэт такси, оно уже дожидалось его под дождем. — А у вас есть его адрес? — Разумеется. Сейчас мы его найдем, — заверил Тэхёна Джин. Огонек надежды разгорелся в нём с новой силой. Он не хотел терять ни минуты. Нацарапал наспех в блокноте Кима свой номер телефона и адрес электронной почты. — Посмотрите, в какие периоды работал у вас этот парень на протяжении двух последних лет, и, пожалуйста, пришлите мне данные на телефон или на компьютер. Полицейский протянул адрес шоферу, дом в районе Чайнатаун , в 16-м округе, и попросил сделать радио потише. Чувствовал он себя хреново, его била дрожь и накатывали приступы жара. Нужно было успокоиться. Он прокручивал про себя сценарий, основанный на малоправдоподобном предположении, но в который ему очень хотелось верить: Ким Намджун, служащий бюро находок, пользуется своей работой, чтобы отыскивать будущих жертв. Все четверо попали ему в руки, но не попали в список клиентов. Он сумел войти к ним в доверие, заставил разговориться, собрал максимум информации: узнал, где они живут, узнал, что живут одни. После первой встречи он пережидал несколько дней, а потом являлся к своей жертве под предлогом возвращения потери. На свое несчастье, все четверо мужчин радовались его приходу и охотно открывали ему дверь. К пришедшему с доброй вестью все испытывают доверие. Один был рад нашедшемуся шарфу, другой телефону, третий плюшевому мишке маленького сына. Его впускали в квартиру, даже если на часах уже было начало десятого. Доехали они быстро. Он знал, что действовать в одиночку опасно, тем более с такой затяжной простудой. Но ему очень хотелось позвонить Чимину и поделиться с ним своими открытиями. Он уже совсем было собрался, но потом решил дождаться сведений, когда Ким Намджун работал в бюро находок. Телефон зажужжал. Он посмотрел, какое пришло сообщение. Джин прислал ему график работы Кима. Он кликнул, чтобы открыть его. Оно не открылось. Не тот формат. «Блять!» — Приехали. Шофер любезен, как дверь тюремной камеры. Он высадил его на середине небольшой улочки с односторонним движением. Дождь пошел еще сильнее. Вода текла по нему потоками. Среди больших городских домов и небольших домиков он увидел сероватое здание с номером, который написал Джин. Типичное для семидесятых годов здание, барак из серого бетона, который уродует улицу. Он нашёл среди списка жильцов фамилию Ким и нажал кнопку звонка. Никакого ответа. На улице, на стоянке для велосипедов и прочих двухколесных средств, стоял старенький мотоцикл «Ямаха Чаппи» и синий скутер. Он решил не отступать и стал нажимать на все звонки, добиваясь, чтобы кто-то из обитателей дома его впустил. У него было записано, на каком этаже живет Намджун, и он, не торопясь, стал подниматься по лестнице. Как вдруг почувствовал опять сильный жар. Он прекрасно понимал, что совершает страшную глупость, но ничего не мог с собой поделать. Его будто что-то вело вперед, и он продолжал подниматься. Расследование. Его собственное расследование. Свет в подъезде он не зажег и поднимался ступенька за ступенькой в темноте. Шестой этаж. Дверь Намджуна приоткрыта. Он достал пистолет, мысленно похвалив себя за то, что сообразил взять его с собой. Сжал рукоять двумя руками. Пот, смешиваясь с дождевой водой, тек у него по спине. Он крикнул: — Ким Намджун! Полиция! И толкнул дверь, продолжая сжимать пистолет обеими руками. Медленно, шаг за шагом, он продвигался по коридору. Нашёл выключатель, нажал, но электричество было отключено. Дождь вовсю барабанил по крыше. Комната оказалась почти пустой. Нет света, никакой мебели, разве что несколько коробок на полу в гостиной. Никаких сомнений: птичка улетела. Напряжение сразу спало. Он держал пистолет только левой рукой, а правой полез за мобильником. Стал набирать номер Чимина и вдруг почувствовал: кто-то стоит за спиной. Он отбросил телефон, резко повернулся и увидел перед собой человека. Лицо у него было затенено мотоциклетным шлемом. Он открыл рот, чтобы заорать, но не успел. Нож вошел ему в живот. Намджун вонзал нож снова и снова. Ноги у него подкосились, он упал. Он почувствовал, что с него снимают галстук. Последняя его мысль была об отце. Точнее, всплыло изречение, которое он вытатуировал у себя на руке. «Хитрый дьявол хочет убедить нас, что его нет».

The end flashback