Будущее тёмных и алых тонов

Наши лучшие слова — интонации.

©Марина Цветаева.

— Кха… Роуг… — как бы той не хотелось сказать всё, что сейчас висит в мыслях, выходит только слабый и тихий хрип его имени в сопровождение ансамбля стонов боли из-за ран. После этого Люси просто вновь харкает своей собственной кровью, в этот раз имея возможность повернуться на бок, чтобы, не дай бог, не задохнуться в собственной жидкости внутри её тела. Это было бы слишком иронично, если бы она задохнулась. Высокий, смотрящий сверху вниз, с прекрасными взлохмаченными волосами цвета чёрного обсидиана, парень видимо находился в неком ступоре от своей живой находки. Ему не было противно смотреть на, так скажем, расчлененное тело девушки, так как видел и похуже, но почему-то сердце начало сильно стучать от некой странной и правильной тревоги. Как никак, а прошлая вражда их гильдий в данный момент смехотворна и не актуальна. Волшебник услышал своё имя только по тому, что видел, как с трудом, видимо от боли от ран и ожогов, шевелятся побитые, с одного бока в саже, губы и из-за прекрасного слуха Убийц Драконов. Чени пробирало до ужаса ненавистью. Нет, не к той, что сейчас не может без тихих стонов и всхлипов боли пошевелиться, а на себя. На чёртовых драконов, что и так сильно портят жизнь. На выживших, что бояться зайти слишком далеко, предпочитая оставаться в тени глубокого убежища, которое крылатые ящерицы ещё не обнаружили. Если честно, Теневой Драконоубийца уже смирился с тем фактом, что многие его товарищи, скорее всего, уже погребены в руинах некогда величественного Крокуса и, как не странно, он уже был в курсе, что Люси Хартфилия считается погибшей. Но что он тогда видит перед собой? Сон?! Мираж?! Или воображение сильно разыгралось, что тени создали ему это в чью-то злостную шутку?! Глаза, некогда всегда холодные и беспристрастные, кипели словно жерло вулкана, от всепоглощающей ненависти, которую долгие годы приходилось скрывать в себе. Парень ещё рад тому, что Фрош жив и в относительной сейчас безопасности. Он бы не простил себя, если бы милейшее на планете существо, его дитя, его иксид, умер раньше мага. Однако, сколько бы Роуг Чени не смотрел на предстоящую картину, она не собиралась исчезать, показывая, что это чёртова реальность! — Хартфилия. Я тебе уже говорил, что не следует говорить. — его голос чуть ли не рычал холодностью своею, заставляя итак раненое тело девушки покрыться мурашками опасности. Заклинательница была не меньше в шоке от самого Убийцы Драконов, однако у неё, в отличие от него, были более радужные чувства насчёт их встречи. Случайность или судьба? Единственный здоровый, в данный момент, глаз с некой внезапной опаской оглядели сквозь пелену боли чуть напряжённое лицо и чуть пульсирующей синевато-салатовую вену на изгибе шеи. Девушка не понимала, почему маг так взъелся? Неужели всё-таки её так и оставят на корм хищникам в настолько открытом месте? Даже несмотря на огромные и высокие остатки зданий и ярко-серые руины, что блестели при свете солнца, к которому тёмно-молочный глаз привык, этот небольшой выступ был слишком ровный, слишком незагрязненный, слишком возвышенный. Тут легко можно спалиться к чёртовой бабушке на куличках и подготовиться к смерти. Липкий страх, что на первые секунды явного шока отошёл на задний план, вновь начал прогрессировать с новой силой. Как никак, а терять надежду не хочется никому. Особенно, когда эта надежда стоит напротив тебя и, судя по напряжению и тембру голоса, думает, что же с ней сделать? «Надеюсь, всё-таки он не вспоминает в данный момент нашу вражду гильдий, — начала думать Люси, продолжая чуть всхлипывать от боли. — Всё ведь это сейчас так бессмысленно!» Темноволосый только сейчас, после того, как вернул себе самообладание, которое после тех событий полетело к чёрту на куличиках, понял, что, вероятнее всего, напугал и так испуганную девушку. «И куда делась моя выдержка?» — спрашивал парень сам себя, аккуратно присев сбоку Хартфилии, чтобы тщательно осмотреть раны. Хоть у Чени не было с собой ничего для переработки и перевязки не было, однако он мог зафиксировать некоторые серьёзные раны, чтобы они не начали прогрессировать. Не зря Теневой Убийца Драконов пробыл целую неделю в медицинском отделе вместе с малышкой Венди. Хартфилия уже была готова к тому, что сейчас её просто хладнокровно заставят умереть, из-за чего, когда рука мага начала приближаться к телу, заклинательница, сквозь боль, протестующе завертелась, сжимая зубы со всей силы, которая у неё есть. — Люси, не дёргайся! — холодно, но действенно прохрипел от раздражения. — Я тут, видите ли пытаюсь помочь! Она резко, насколько это было возможно, остановила свои действия, протяжно простонав от боли, прикрыла свои глаза, будто бы смирившись со своей отнюдь неверным понятием данных слов Чени. «Раз уж мне суждено умереть от рук малознакомого, то так тому и быть… Лишь бы быстро и безболезненно, а то я и так в таком состоянии нахожусь, наверное, не одни сутки» — с неким скептизмом подумала, а после внезапно распахнула глаз, с вопросом глядя на мага. Его рука дотронулась до кожи правого бока, где сразу же были видны чудовищные ожоги. Пальцы рук волшебника были холодными и приятными, заставляя вздрогнуть от новых, давно телом забытых ощущений чьего-либо прикосновения. Смущения не было. Даже мысленного, так как в данной ситуации это было бы слишком странно, да и Люси в данный момент волновалась за свою жизнь, а не за «интимность» прикосновений в таких местах. Роугу, как не странно, не было неприятно прикасаться к болезненным ожогам, хоть он и не очень любил такие картины. Прикрыв чуток свои глаза цвета алого рубина, его руки покрылись тёмной энергией: тот начал колдовать. Чени не умел лечить и создавать лечебное волшебство, однако магия тьмы и теней могли приостановить умирание клеток кожи и также зафиксировать в одном положение части тела. Медленно проводя по голой, шершавой, неприятной на ощупь коже девушки с низу правого бока до самого начала ключиц, обходя полукругом её немаленькую грудь, чувствуя мурашки лежачего тела, проклиная свои мысли в данный момент. «Грр… Моя выдержка за столько лет никогда не спадала, а тут на тебе, какая-то Хартфилия всё убрала подчистую, так ещё и что за странные реакции тела на прикосновения?!» — Убийца Драконов продолжал вскипать в своих мыслях, случайно заметив немой вопрос в распахнутом глазу. — Я лишь фиксирую твою кожу и ранения, чтобы ты не сдохла до того, как я тебя донесу до убежища. — спокойно ответил тот на вопрос, продолжая водить пальцами по поверхности голой кожи, уже не обращая особого внимания на всё остальное. Те места, где темноволосый недавно провел, становились чуть темнее, а боль, как не странно, из-за фиксации, пошла на убыль, что несомненно радовало златовласую. — Мне придётся вправить тебе ногу, — начал парень, спокойно, в своей привычной для Люси манере, говорить. — В первый момент будет больно, но без этого я никак не зафиксирую её. Хартфилия лишь слабо кивнула, соглашаясь со словами Чени, совершенно не сопротивляясь. Так как она пережила ту боль, что уже начала постепенно исчезать, то вправление ноги будет не настолько уж удручающе, по крайней мере, девушка на это надеется. Роуг аккуратно взял её скрученную ногу, предварительно проверив магией теней, где именно находиться закрытый перелом, и резко направил ногу в нужную сторону. Послышался значимый хруст костей, а также и крик боли со всхлипом от Люси, которая не ожидала таких пронзающих ощущений. Однако же, после этого, волшебник применил свою теневую фиксацию и боль, что раньше гуляла, как хотела, по телу заклинательницы, теперь совсем ушла. Честно, она даже думала, что стало легче дышать. — Роуг. Думаю, нам стоит уже выбираться отсюда. — спустя некоторое время протяжного молчания, тихо и хрипло, почти шёпотом из-за порванных связок, сказала девушка. Она понимала, что даже попытка встать будет огромной ошибкой, так что, не двигаясь, продолжила лежать на влажной траве, смотря здоровым глазом на парня. Он и сам это понимал, однако для начало ему надо было убедиться, что циркуляция потоков магии и крови не были перекрыты его фиксацией, а также и осмотреть ближайшие руины, чтобы не попасть в неприятную засаду. — Знаю. Однако надо проверить сначала, мало ли я где-то накосячил. И не рыпайся ни в коем случае, Хартфилия, а то я самолично сломаю тебе шею. — тон мага продолжил быть грубым и неудержимо холодным, а глаза прямым текстом говорят замолчать. Волшебница на это обиженно хрипнула, но просьбу в грубой форме выполняет, так как понимает, что в таких ситуациях лучше не перечить, да и видно, что он просто на взводе. — Я скоро вернусь. — так просто и легко сказал тот и скрылся в собственной тени, оставляя тело девушки в полном одиночестве. Вот этот поворот не особо нравился Люси, так как не бросит же он её после тех действий? Тон Теневого Драконоубийцы не сулил ничего хорошего, однако, возможно, он просто пошёл в разведку? «Как никак, а в засаду попасть сейчас сродни самоубийству, тем более со мной в паре» — здраво рассудила заклинательница, чуть шикнув от мимолетной боли камня, который попал из-за малого ветерка под шею, продолжая лежать и почти не двигаться. Теперь здоровый глаз мог в полной мере рассмотреть место, куда она отлетела после того взрыва. Из-за лучей солнца было немного некомфортно, но кое-что даже это не мешало увидеть: огромная, просто гигантская территория, что шла полукругом, с застывшими руинами высотных зданий, малыми кучами неизвестных блестящих предметов на местах бывших дорог, выросшие за эти дни травы на разных участках свободной от стекла и камня земли, даже на самих камнях выросла зелень. Будто бы этому месту тысячи лет и гражданская или мировая войны прошли тут очень давно, а это место исторически осталось в прекрасно описывающих весь тот ужас руинах. А ведь это было не так уж и давно. Те события ещё слишком ярко горят в голове, а ужас так и не хочет окончательно уходить. «Хоть бы с остальными всё было в порядке…» — это была эгоистичная мысль, но ничего с собой Хартфилия поделать не могла. Свежий воздух и мягкость травы делали своё дело и само тело, что пару минут назад было слишком напряжённо из-за слишком выраженного страха перед неизведанным и пронзительной боли всего тела, а также лёгкое сотрясение и закрытый перелом не давали усталому организму тогда отдохнуть, стало мягким и расслабленным, а глаз закрылся, отправляя сознание в такие приятные и пушистые владения Морфея.

***

— Эх, Хартфилия. И как ты в такие времена можешь так безмятежно спать? — с лёгкой улыбкой прошептал появившийся Чени, убрав выбившуюся прядь грязных, как солома на ощупь, волос. Лицо девушки было максимально расслабленно, а организм, наконец-то, начал восстанавливать силы сквозь крепкий и здоровый сон. Роуг, конечно, первые минуты, после разведки, очень сильно хотел её разбудить, но как только увидел лицо Люси, такое красивое, не смотря на почерневшую кожу и гематомы, что это желание вмиг испарилось. Убийца Теневых Драконов аккуратно взял её на свои руки, мысленно отмечая, что она очень лёгкая, и, прижав покрепче к себе, но не слишком зажимая, так как боль ран могла дать о себе знать и разбудить особу, мягко прыгнул на первый гладкий выступ разрушенного здания, уходя с того места и растворяясь в свете бордово-алого заката вдали. To be continued…