Это сон, явь или чудо?

      Домой я пришла поздно. Сестра очень переживала о том, что меня долго не было, но, когда я рассказала про Мири, она меня поняла. Тин сказала, что пока мы ничего сделать не можем, повода нет.       — Почему нет повода? А то, как с ней обращаются, это разве не повод?       — Для нас повод, а вот для деревенских… Они своих то лупят почем зря, не помогает это им, а она им никто, совсем никто, она ведь даже не из деревни. Ее мать прибило к берегу в сундуке, когда она уже последние дни беременная дохаживала. Она богата была, по одежде и украшениям, что на ней были это все понимали.       Поначалу хотели ее в Сухую Соху отвезти, да потом передумали, от кровотечения она померла, меня по то время не было, по делам ездила. Приехала, когда поздно уже было, мне помочь было уже нечем. Только имя своей дочке и успела дать, мне объяснив, хоть разговаривать и не могла, но написала. Имя длинное и красивое — Тимиредис.       — Так давай ее к себе заберем. Будет нам помогать, да и поучится чему-нибудь.       — Мала она пока. Будет старше, тогда и вернемся к этому разговору.       — Хорошо, послушаю тебя, но общаться то мне с ней можно?       — Конечно можно, сестренка.       Так прошло два года. За это время я выучила книгу сестры и некоторые заклятия могла уже сама применять. Сестра удивилась, что магия у меня так рано проснулась, но учить стала.       С Мири мы подружились, и она прибегала к нам, когда ее в лес посылали. Задания, которые ей давали, мы выполняли вместе. Правда только те, во время выполнения которых, никто не смог бы меня увидеть.       За все прошедшее время поляна снилась мне еще два раза. После последнего раза, мне пришло имя, которое теперь стало моим. Тианна — имя странное, но все-таки мне понравилось. Ведь оно всю жизнь будет теперь моим. Посовещавшись, мы с сестрой решили сократить до Ти, Тиа, Тин, Тина. Но самой используемой нами версией было Ти.       Каждый год, начиная с весны, мы занимались заготовкой трав. Потом перебирали их, сушили, делали, настойки, мази, маски, притирания, из некоторых делали вытяжки.       Я была старше Мири почти на три недели, но мы были одногодки. Нам было по девять лет, когда ее попытались изнасиловать, но мы тогда были вместе и смогли сбежать. Мы смогли это сделать потому, что я уже могла наложить легкую невидимость. Благодаря этой невидимости, которую мы в шутку называли призрачностью, так как, когда я ее накладывала, мы становились призрачными.       Мы тогда сбежали в лес. Это было вечером и поэтому в лесу мы смогли затеряться. Когда парни ушли, мы побежали к сестре.       Она, узнав о том, что с нами случилось, пошла к старосте Зеленой Благодени и поставила того в известность, что забирает Мири, так как-то, что произошло, уже ни в какие рамки войти не могло.       После старосты Тин сходила к Сибиру и забрала кольца, принадлежащие матери Мири. Отдавать их не хотели и тогда сестра пригрозила проклятием. И только после этого кольца отдали.       Когда сестра вернулась, мы стали заготавливать большое количество мази от шрамов и трав, из которых потом будем снова ее делать. Теперь каждые день мы мазали Мири мазью и, пока мазь сохла, я рассказывала ей о разных травах, о том, когда и как их собирать, куда их можно использовать.       Начала я рассказывать с трав, входящих в состав мази от шрамов. Также рассказала о том, сколько ей придется мазаться этой мазью, чтобы сделать шрамы менее заметными или, если получится, чтобы совсем убрать их.       Также мы сделали большое количество мази, использующейся для приведения суставов в порядок. Надо было привести в порядок ноги и руки. Руки в первую очередь, ведь они являются главным инструментом мага.       Потом мы стали подбирать Мири травы для волос. Больше всего ей понравилась мелисса лимонная. Теперь мы все постоянно пахли травами, которые отлично сочетались между собой. Тин — земляника, у меня — шалфей, а у Мири — мелисса лимонная. Когда нам исполнилось одиннадцать мы заметили, что во время сбора трав рядом с нами постоянно ходят несколько животных, преимущественно это были хищники семейства кошачьих.       Поначалу мы думали, что они ждут, пока кто-нибудь останется один, чтобы напасть. Но потом мы заметили, что они наоборот помогают нам. Один раз мы утром нашли возле нашей стоянки несколько зайцев.       Это было удивительно, но постепенно мы с ними подружились. Они были большими грациозными кошками с кисточками на ушах. С ними мы не боялись идти в лес даже весьма далеко от дома. Нас, конечно, и до этого звери не трогали, но все-таки мало ли что может случиться.       Следующим летом нас поймали в лесу и опять попытались изнасиловать, но нам все же удалось вырваться. Но сделать мы это смогли только с помощью наших знакомых помощниц. Они отвлекли парней на себя, а я быстро накинула на нас невидимость. Когда мы рассказали об этом Тин, она сказала, что раз уж он принялись за эти попытки, да не только с Мири, но и со мной, то жизни нам здесь не будет. Нам осенью исполнится тринадцать, в городах больших есть школы для одаренных и что нам надо идти поступать в одну из таких школ.       Спорить мы не стали. Почему? Ну, Мири уважала Тин и поэтому не спорила, хоть ей и не хотелось уходить куда-то от сестры. Нам было хорошо всем вместе, а что будет там мы не можем знать заранее.       Я же не спорила, не только потому, что люблю и уважаю сестру, но и потому, что я и сама все, что она мне говорила, понимала. Да, здесь нам жить не дадут.       Мы должны идти дальше и учиться новому. Тем более, что все, что знала Тин, она мне уже передала. Мне стало не хватать новой информации. Становилось скучно, ведь все, что можно было, я уже выучила.       Больше всего мне понравилось заклятие-проклятие на мужское бессилие, которое теперь я применю при первой же попытке изнасиловать меня или Мири.       С этого дня Тин стала объяснять нам нравы и поведение жителей города, чтобы мы заранее знали, что нам ждать.       Мы последний раз пошли за травами. Тин решила сходить к горам, попытаться снежноцвет найти. Он стоит дорого, а деньги нам в городе пригодятся.       Вышли мы на рассвете. По пути мы собирали травы и те, которые необходимы и те, что стоят подороже.       Через несколько дней мы дошли до гор. Идти по горам было не только сложно, но и опасно. В любой момент нога кого-нибудь из нас могла соскользнуть или подвернуться, что может нас задержать и усложнить и без того трудный путь. Чтобы уменьшить вероятность такого исхода, мы обвязались веревкой вокруг пояса.       Снежноцвет первой заметила Мири. Собрав его вместе с корешками, но не весь, чтобы он продолжал и дальше здесь расти, мы пошли дальше. Следующий кустик заметила уже я. Издалека казалось, что его совсем немного, но, когда мы подошли ближе, стало ясно что это небольшая полянка, на которой росло семь довольно больших кустов снежноцвета, а рядом с ними еще более редкий алоцвет.       Собрав это чудо, мы пошли в обратном направлении. Ночевать мы остались уже почти у подножия. Для этого мы нашли подходящую для троих расщелину. Забравшись внутрь, мы выпили по глотку воды и легли спать.       Ночью мы проснулись от рыка, визга и грохота, который доносился снаружи неподалеку от нашей расщелины. Выглянув, я увидела горного тролля. Это была огромная страхолюдная образина с огромными лапищами и мелкими щелями злобных глазок на огромной серой, словно валун, голове. Шеи у тролля будто не было вовсе. Он с кем-то дрался, но с кем было не видно, так как тролль только что отбросил своего противника подальше от расщелины и пошел в нашу сторону.       Мы с Мири помолились Ларише. Не иначе как она нас надоумила остаться ночевать в расщелине. Вскоре показалась противная лапища, которая пыталась выскрести нас из нашего убежища. Это у него не вышло, и он стал пытаться залезть головой.       Нам в голову пришла идея подвесить светляки на его злобные глазки. Это сработало. Тролль завопил и стал бросаться на склон около расщелины. Скорее всего это произошло потому, что он нас чуял, но не видел и попадал мимо.       Мы выбрались из расщелины и побежали подальше от тролля, но вскоре мы услышали, что он нас стал догонять. Все-таки шел он по запаху. Жаль, если бы у них не было обоняния, то мы бы спаслись с помощью нашей идеи со светляками. Оттолкнув нас с Мири, Тин побежала в обратную сторону мимо тролля. Он побежал за ней по запаху. Сестра спрыгнула с обрыва. Тролль прыгнул следом и разлетелся с грохотом на куски.       Мири стало плохо. А я побежала к обрыву, так как услышала, что сестра меня зовет. И действительно, сестра держалась из последних сил за тонкую ель. Я скорее размотала веревку, которая была замотана вокруг меня. Бросив конец веревки сестре, я позвала Мири, чтобы она мне помогла.       Когда Мири подбежала, мы быстро смогли вытянуть сестру. После пережитого мы просто стояли несколько минут обнявшись, а потом мы поняли, что за странный запах идет от штанов Мири. Засмеявшись, мы двинулись к ручью, протекающему поблизости.       Одев мои запасные штаны, Мири по-быстрому сполоснула свои запачканные, и мы стали спускаться с гор. Задерживаться на них более необходимого не хотелось никому из нас.